И по хлебным крошкам мы придем домой

- Так, - сказал Грег, которому все эти мотания туда-сюда уже надоели. – Если ты хочешь меня выставить, то можешь не тратить слова, я сам уйду. Он сделал шаг к двери, но Майкрофт стоял на его пути, и даже и не подумал подвинуться. Элейн хихикнула. - Если ты, Грег, сейчас уйдешь, то, боюсь, Валентин тебя догонит и доставит к Майкрофту в несколько ином состоянии, чем тебе хотелось бы. Майкрофт, это то, о чем я думаю? – спросила она. - Да, - отвечал тот. – Нейтрализуешь Шерлока? - Конечно. Только скажи, где он. - Три минуты назад разговаривал с мамулей. Грегори, ты знаешь, где грот? - Какой грот? Нет. - Двести двадцать ярдов вдоль по берегу от старого моста. На нашей стороне. - Э-э-э, по берегу? – не понял Грег. – Там же заросли! - Майкрофт имеет в виду, что нужно идти вдоль реки внизу. Там есть тропинка. - Э-э-э… Ну, найду, наверное, - с сомнением сказал Грег, чувствуя очень большую растерянность. Майкрофт не смотрел на него, и вообще было непонятно, что происходит. - Не «наверное», а найдешь, - убежденно ответила на это Элейн. – Спустишься за мостом. Главное, не потащи за собой хвост. Конечно, туда мало кто сейчас отсюда захочет, тем более что ты выйдешь через заднюю дверь и обойдешь дом не двором, а вдоль каменного забора и за домом для слуг. И оденься потеплей. Если у тебя нет шарфа, попроси у Валентина. - Шарф есть, - заверил Грег. - Хорошо. Иди к себе. Касси зайдет и скажет, когда можно идти. Возможно, если бы это говорила не Элейн, Грег бы потребовал объяснений, но сейчас он просто сдался. Пошел в комнату и сначала лег на постель, созерцая потолок. Потом вскочил и сделал несколько шагов в крошечном пространстве, что привело только к тому, что он ударил колено о кроватный столбик. Пришлось вернуться на кровать. Лег, сел, опять лег, опять сел, сжимая и разжимая край одеяла. Смятенное состояние – вот как он это, в конце концов, охарактеризовал. Умом он, конечно, понимал, что раз ему не позволили уйти – то не должно было быть ничего плохого. Опять же, Элейн знала, о чем речь, вряд ли она остановила бы его, поссорившись из-за этого с миссис Холмс, только для того, чтобы Майкрофт с ним расстался и наговорил ему гадостей. К тому же, она говорила «рассказываю тебе, как члену семьи». И все же, больше всего на свете ему хотелось, чтобы Майкрофт ворвался сейчас в дверь и успокоил его. И да, он ворвался, а вот то, что успокоил – сомнительно. Поставил Грега на ноги рывком, хотя, может, Грег и сам вскочил – все произошло так стремительно, что невозможно было и вспомнить в точности, что именно произошло. Кроме того, что Майкрофт поцеловал его. Быстро, яростно, засунул язык ему в рот, коснулся его языка два раза, оторвался от него и сразу же ушел, только дверь хлопнула. И все это – не говоря ни слова. Грег в ошеломлении опустился обратно на кровать, гадая, не приглючилось ли ему это все вообще. Но потом все-таки пришла Касси. Точнее, пробежала. Сказала, что ему пора идти, и была такова. Грег оделся, закутался в шарф и пошел искать грот. Тропинку он увидел сразу, и она оказалась очень узкой – под самым обрывом. Примерно с середины дороги она нырнула в кусты, и Грег, пару раз зацепившись брюками за голые ветки ежевики, понял, почему грот был здесь непопулярен. Ну, колючки не ягоды, дьявол не наплюет*. Вспомнив о дурацком поверье, Грег повеселел и проделал остаток пути уже в менее смятенном состоянии. Под конец, уже у самого входа в грот, тропинка ушла под воду, но здесь лежали доски, и по ним можно было пройти прямо в первую искусственную пещеру. Всего их было две, и, судя по отметинам на стенах, во время дождей их обе заливало водой. Первая пещера перетекала во вторую так резко, что из одной нельзя было увидеть, что происходит в другой. В первой была ниша, и в ней свисал с крюка, вбитого в стену, светильник с цветными стеклами. Зажженный, он отбрасывал на стены теплые, но немного пугающие красные и желтые тени. Под ним на полке стояли ваза с тремя розами, бутылка шампанского и два бокала. В глубине второй пещеры располагалась лавка со множеством красных и зеленых подушек. Здесь было уже два светильника, но с обычными стеклами, оба в виде нераскрывшихся бутонов, однако на разной стадии, каждый – отдельное произведение искусство. Пахло в пещере очень приятно, кто-то явно постарался с саше, и при том очень в меру, не так, чтобы хотелось на свежий воздух. Грег сел на лавку, вспоминая, как Майкрофт пришел с поцелуем. Видеть его хотелось ужасно. Он попытался думать о чем-то другом, чтобы отвлечься, но на ум ничего не приходило. Только проблемы Рована, что тоже было той еще темой. Можно было, конечно, озаботиться делом об убийстве, которое ему досталось в понедельник, но Грег изначально пообещал себе оставить эту часть работы в Лондоне. Однако, только он успел вздохнуть разочарованно, что подходящая тема так и не находится, как послышались шаги и в пещеру вошел Майкрофт. Грег вскочил. Они снова набросились друг на друга, не говоря ни слова, бешено целуясь и тискаясь. Грег отступил, только когда понял, что возбужден так сильно, что если продолжит еще хоть немного, то кончит в штаны. Он сел на лавку. Майкрофт устроился рядом и положил ему голову на плечо, неровно дыша. Они сцепили руки. - Ну, о чем ты хотел поговорить? – спросил Грег. - Ну уж не о том, чтобы тебя выгнать, конечно, - фыркнул Майкрофт. - Ну, извини, ты выглядел так, будто тебя даже не Биг-Беном пришибло, а целым Вестминстерским дворцом. - Сейчас лучше выгляжу? – Майкрофт отодвинулся, чтобы Грег мог его разглядеть. - Сейчас – лучше. Грег не удержался, потянулся к нему и снова поцеловал его. Сначала в уголок рта, потом лизнул губу и скользнул языком в рот. Майкрофт откликнулся, встретив его язык своим языком, но тут же отстранился с негромким стоном. Встал, прошелся по пещере, видимо, чтобы отвлечься, и снова вернулся на лавку. Но тут же опять встал и даже на пару минут вышел наружу. Потом опять сел рядом. - То, что мамуля уехала, для меня огромное несчастье, - признался он тихо. – Но разумеется, я не исключал этого варианта и раньше. А потому был готов к нему. По большому счету, Грегори, - добавил он еще тише, - я ждал этого варианта всю жизнь. - То есть тебе стало легче? – догадался Грег. – Ждал несчастья, а оно произошло? - Именно так, Грегори, - подтвердил Майкрофт все так же тихо. – Оно произошло, и его не нужно больше ждать. - У меня такое было, пожалуй, с Глиннис. Я в последние годы ждал разрыва и очень боялся, а когда принял решение, почувствовал себя человеком. Майкрофт криво улыбнулся. - Почувствовать себя человеком – в некотором смысле подходящее определение. Грег вздохнул. - Может, ты все же хоть немного можешь почувствовать себя и любимым человеком? – спросил он. - С тобой и Элейн это нетрудно, - улыбка Майкрофта стала больше похожа на улыбку, и меньше на гримасу. - Кажется, Элейн заботится о твоей личной жизни больше, чем ты сам, - заметил Грег. - Можешь спросить ее почему. Снаружи послышался шаги и голоса. Они отпрянули друг от друга. - Я пошел сюда не для этого, - раздался решительный голос Лэнгтона. - А для чего? – ответила ему несколько удивленная Касси. Тут голос Лэнгтона стих до неразборчивого. - Джеффри, я не понимаю, - сказала Касси с отчаянием в голосе. – Что ты говоришь? Неразборчивое стало чуть громче, но осталось неразборчивым. - О боже, Джеффри? Ты что, делаешь мне предложение?! – изумленно воскликнула Касси. – Да! Я согласна! Согласна! – радостно завопила она. Внезапно вопль оборвался. Грег с Майкрофтом весело переглянулись. С минуту до них доносились только шорохи. Потом снова раздался голос Касси, то и дело прерывающийся – видимо, ей не хватало воздуха. - Джеффри, ну какой же ты пень! – упрекнула она. - Разве можно было тянуть столько времени?! Я уже всерьез стала думать, что останусь старой девой! - Откуда же я знал? – буркнул Лэнгтон. - У тебя то Лестрейд, то планы на старых герцогов какие-то… - Боже, Джеффри, я так тебя люблю, - сказала Касси. – Ну какой же ты дурак! Видимо, Лэнгтон снова заткнул ее поцелуем, потому что снова послышались шорохи и легкий стон Касси. - Так. Мы должны найти папу, - решительно сказала она, когда шорохи прекратились. – Он взял в оборот майора, или его взял в оборот майор, в общем, неважно, я хочу сообщить ему эту новость, пока он трезвый и сможет хоть что-то вспомнить об этом потом. - А он? – с легким беспокойством спросил Лэнгтон. - Он советовал мне к тебе присмотреться, - хмыкнула Касси. – Как будто я уже не была влюблена в тебя по уши. О Джеффри! Они снова начали целоваться, теперь поцелуи прерывались и стонами Касси, и стонами Лэнгтона. Наконец они ушли. - О Майкрофт! - сказал Грег, подражая Касси. И рассмеялся. Майкрофт тоже рассмеялся. - Я выиграл, - заметил он. - С кем ты спорил и на что? - С Элейн. Она ставила на то, что он сделает предложение не раньше вечера второго дня. На что – пока секрет. - Я уже думал, они никогда не уйдут, - признался Грег. - Он вздохнул. – Я бы хотел тебя трахнуть прямо сейчас, но здесь кто только ни шляется… - Валентин уже должен был подойти, - заметил Майкрофт. – Я выйду наружу. Если он там, то мы можем спокойно… Он отгонит любого. Но сначала… Майкрофт снял с пальца обручальное кольцо и вложил его в ладонь Грега. - Посмотри, что выгравировано внутри, - сказал он. Грег поднес кольцо к глазам и сощурился. - Рисунок какой-то… Какой же он мелкий… Но это же лист? Платан?! – изумился он. Сердце его забилось так быстро, будто внезапно решило поучаствовать в гонках на выживание. - Платан, - подтвердил Майкрофт. Он вынул из внутреннего кармана пальто красную бархатную коробочку и открыл ее. В ней тоже было кольцо. Совсем не похожее на кольцо Майкрофта. Более плоское, более широкое и другого цвета. - Это зеленое золото. Я взял на себя смелость выбрать этот оттенок… - сказал Майкрофт. – Он должен подойти к твоим глазам. Но рисунок внутри тот же. Они сделаны в разных странах, так что никому и никогда не удастся проследить… - О Майк… - сказал Грег потрясенно. – Это… Я даже… Майкрофт приложил пальцы к его губам, прерывая его. - Я знаю, Грегори. – Он взял его за руку и надел на его палец кольцо. -------------------------------------------- * В южных графствах Англии распространено поверье, что после 11 октября нельзя собирать ягоды ежевики, потому что тогда на них плюет дьявол. И человек, собравший их, становится оскверненным.