Я буду рядом

      Близилось Рождество. Они вдвоём активно готовились к празднику, украшая Большой зал и придумывая программы. Незадолго до этого МакГонагал сообщила, что старосты школы обязаны приходить друг с другом в паре. Их это почти не смутило.       Сейчас их отношения походили на дружеские. Это было странно, но тем не менее.       В тот день Драко проснулся лишь к обеду. Воспоминания о вечере, ее обещании и о том, как девушка уснула на его плече заполнили все мысли. Он не знал, как теперь реагировать на Грейнджер. В какой-то степени ему было стыдно и неприятно от того, что теперь она все знает. Но зайдя после обеда в комнату, та не подала виду, привычно здороваясь. Он помнил, что эту ночь спал спокойно впервые за долгое время. А когда открыл глаза, его ждало антипохмельное зелье рядом с пустой бутылкой. Это она позаботилась?       Блейз встретил его странной ухмылкой и словами «Хорошо спалось?». Малфой посмотрел на него с вопросом в глазах, но друг лишь покачал головой.        А вечером Гермиона неожиданно попросила его помочь с составлением графиков для квиддича, чем несказанно удивила. Раньше подобную работу она предпочитала выполнять сама. Но девушка призналась, что хоть и не очень любит этот спорт, ей интересно посмотреть. При этом она не знает, кто, когда и как предпочитает тренироваться, а он вроде играет. Во время составления расписания они разговорились и оказалось, с ней приятно общаться на любые темы.       — Кстати, а ты случайно не знаешь, почему Блейз такой странный сегодня? — спросил парень.       Гермиона вдруг покраснела и неловко отвела взгляд.       — Понимаешь, мы, вроде как, уснули вчера, — она замолчала, и Малфой подтолкнул ее многозначительным «Иии?». — Вместе. На одном диване. И, возможно, ты обнял меня во сне, — в конце ее голос почти затих, а сама она смотрела куда угодно, но не на него.       — Эмм.. прости за это, — повинился парень, посчитав, что ей было неприятно. — Такого больше не..       — Нет-нет! То есть, ничего страшного, я имею в виду. Просто я проснулась первой, а Блейз нас видел, вот, — путано высказалась девушка.       — Оу. Если он будет тебя донимать по этому поводу, скажи, — произнёс Малфой, удивленный рассказанным и тем, что она не испугалась его касаний. Ему казалось, что после пыток и всего, что он ей сделал, его прикосновение должно быть ей противно.        С тех пор их общение продолжило развиваться и к новому году превратилось в то, что у них было сейчас. Правда, только в границах их башни. На людях они показывали лишь деловые отношения. Но друзья догадывались, что бывшие враги поладили. Оба стали выглядеть лучше. С начала года между ними не было ни одной перепалки. Даже наоборот. Часто они неосознанно помогали друг другу: вытащить книгу с верхний полки библиотеки или же подсказать правильный перевод сложной руны. Они даже не задумывались о своих действиях, зато их близкие замечали.       Однажды Гарри поднимался к ней в башню, чтобы уточнить расписание, и столкнулся у двери с Забини. Они переглянулись и тихо назвали пароль. Когда проем открылся, перед ними предстала удивительная картина:       — Как она вообще могла перепутать руну «спать» в смысле «сон» и похожую, но в смысле «секс»? — смеялся Малфой, склонившись через плечо Гермионы над одной старой книгой.       — Зато смотри, какой замечательный перевод получился, — хихикала девушка.       — Мерлин, я не могу поверить, — Драко совсем не аристократично заржал, указав на какой-то кусок текста.       Они даже не услышали, как сзади дверь тихо закрылась, и двое их друзей переглянулись:       — Она смеялась/ он смеялся, — сказали парни, удивленно глядя друг на друга.       Оба, не сговариваясь, постучали. Открыл им блондин, успевший натянуть на лицо маску вежливости. Но, увидев кто пришёл, чуть расслабился и пропустил ребят. Вместе с Блейзом Драко прошёл в свою комнату. Он и забыл, что они хотели сегодня посидеть, как в старые добрые времена, за бутылочкой огневиски.       — Я смотрю, вы с Грейнджер поладили, — сказал Забини. — Не знаю, как она это делает, но ты действительно стал лучше выглядеть.       — Ну, спасибо, — фыркнул Малфой.       — Я имею в виду, ты возвращаешься к жизни и больше не похож на зомби, — ухмыльнулся Блейз. — Я завидую. В чем ее секрет?       — Мы просто разговариваем. Не знаю, как так получилось, но у нас оказалось много того, о чем не захочешь говорить ни с кем. Такое поймёт только тот, кто сам это испытывает, — пробормотал блондин.        Недавно Гермиона сказала ему, что разговор с подругой или Гарри помогает ей не думать о прошлом так часто. И он решил попробовать тоже.       — Например, кошмары? — тихо уточнил Забини.       Малфой кивнул.       — А ещё мы оба знаем, как ощущается Круциатус, — дрогнувшим голосом признался Драко, заметив краем глаза, как вздрогнул друг. — Нам обоим это снится в кошмарах. Ее крики часто будят меня, возвращая в прошлое. А ее - мои.       — Мерлин, друг, я и не знал, что ты … и она тоже?       — Об этом почти никому неизвестно.       — Она рассказала тебе? — спросил шокированный Блейз.       Он и подумать не мог, что его друга пытали. И Грейнджер тоже. Она же такая хрупкая..       — Нет, — почти истерично хохотнул Драко и залпом выпил полный бокал.       — Тогда откуда ты..?       — Я видел. Стоял рядом и ничего не мог сделать, понимаешь, ничего! — горестно прошептал блондин, закрыв лицо руками.       — А ты хотел? — севшим голосом спросил мулат.        Малфой кивнул.       — Я не удержал щиты, — признался он, и Забини понял:       — Кто-то прочёл твои мысли и за это..?       — Да. Но это было после. А сначала она оставила ей шрам на всю жизнь. Нож гоблинской работы. Я искал, как можно свести, но пока ничего не нашёл. Он - как напоминание. Только не ей, а мне. Ведь я называл ее так почти семь лет..        В комнате установилось молчание. Забини переваривал признание, а однокурсник тихо пил.       — Спасибо, что рассказал, друг. Я знаю, ты справишься, ты же Малфой. И я обещаю посмотреть в своей домашней библиотеке, я не уверен, но кажется, там встречалось что-то о гоблинских артефактах, — сказал Блейз и встал.       Он похлопал кивнувшего Драко по плечу и оставил одного, зная, что тот чувствует себя сейчас уязвимым.       У Гермионы разговор с Гарри проходил в более приятной обстановке.       — Итак, вы с Малфоем..?       — Ну, мы, можно сказать, хорошо общаемся. Согласна, звучит странно, — начала оправдываться подруга, но Поттер остановил ее, спросив:       — Гермиона, ты уверена?       — Скажи, если человек мучается от чувства вины и никак не может его отпустить, у него есть шанс измениться?       — Думаю, да. А он?       — Угу. Он в растерянности сейчас, и был почти сломлен обстоятельствами. Он попросил меня помочь ему выбрать правильный путь в жизни, и я согласилась, потому что вижу, что ему ещё можно помочь.       — Хорошо, если ты так считаешь, — кивнул Гарри.       — К тому же, нас обоих мучают кошмары. Так что мы даже комнаты запирать перестали. Когда ты там, в этом ужасе, плевать кто, лишь бы разбудили, сам знаешь, — добавила девушка, теребя край кофты.       Поттер кивнул, прекрасно понимая, о чем она.       — Прости, что не могу быть рядом, как раньше.       — Ничего, я справляюсь. А когда не получается, Малфой будит меня.       — Ладно. Я пойду. Ты не закроешь?       — В этот раз закрою. Я слишком устала и хочу выпить зелье сна без сновидений, — ответила Гермиона.        Гарри пожелал спокойной ночи и вышел. Было уже поздно, время за разговором пролетело незаметно. Вдруг из спальни Малфоя послышался полный боли стон. Гарри остановился и прислушался. «Хватит!», «Перестань, ей же больно!», «Хватит..» срывающимся голосом просил Малфой. Поттер осторожно приоткрыл дверь и в свете палочки увидел мечущегося в бреду блондина. «Нет, нет! Ааааа!» - заорал тот, и Гарри наколдовал воды, плеснув ему в лицо. Малфой резко сел, судорожно дыша, оглядываясь и щурясь от яркого света.        — Ты проснулся, так что я пойду, — неловко произнёс Поттер и двинулся на выход.       Уже у двери он услышал хриплое:       — Спасибо.       Замерев, Гарри пару секунд сомневался, но потом развернулся и сказал:       — Гермиона рассказала мне о твоей просьбе. И я искренне надеюсь, что ты не облажаешься. Если ты обидишь ее, я..       — Я действительно стараюсь, Поттер, — пробормотал Драко, глядя куда-то в сторону.       Гарри кивнул и вышел, оставляя блондина одного. Пусть это и было несколько унизительно, но Малфой был рад, что его разбудили. Это был один из тех кошмаров-воспоминаний, в которых он смотрел за пытками девушки, а потом мучался сам. Он прекрасно помнил за что. Когда все барьеры пали, в его голове горела только одна мысль: «Остановись!».