Начать с чистого листа

      Жизнь — странная штука, полная совпадений, но Рок Су в них не верил. Если что-то произошло, значит, так тому и суждено было быть. Тебе лишь остаётся смиренно разбираться с последствиями. А это, знаете ли, не очень приятно — убирать за кем-то другим, когда в том нет твоей вины. Беспомощная обида едко разъедает душу, шипит, словно кислота, где-то внутри.       Но во всем же есть смысл, всему предшествуют предыдущие действия. Например, «неудача» на экзамене — раньше это было тем, о чем Рок Су волновался приоритетно, — когда тебе выпадает тот самый один билет, который ты не выучил. И вот ты уже завалил. Но чья вина? Судьбы? Кому-то проще верить, что да. Но ведь ты сам не выучил все добросовестно.       Так работает жизнь, и Рок Су просто принял её правила. Ведь тебе ничего не грозит до тех пор, пока ты идеален и имеешь пути отхода на случай, если кто-то распознает твою жалкую ложь, что это возможно. И, кажется, Кейл это тоже понимал. Но он смотрел на это с другой стороны — если самолично выстроить иллюзию, что тебе уже нечего терять, что ты уже пробил дно и в тебе не осталось ни капли того идеала, к которому все бессмысленно стремятся, то получится сохранить при себе те крохи, что не успели отобрать.       Они оба смирились с правилами жизни и выворачивали их в свою пользу, вертя незнающими, но при том снаружи, имея одинаковое содержимое, выглядели для людей совершенно по-разному. Потому и никто не понимал, как Рок Су, тихий и скромный, — на самом деле просто закрывшийся от мира, но что-то в его «таинственности» заставляло всех видеть в нем хорошее, хотя он сам до безобразия плохой человек — мог всегда и везде, не отходя ни на шаг, сопровождать без претензий Кейла, буйного и постоянно пьяного — неужели никто не видел до разумного ясных глаз? — дебошира, отброса общества.       «Из-за денег» — пришли люди к выводу. Зачем иначе ему работа, полная унижения и собственного дискомфорта, но где платят баснословные зарплаты?       Рок Су посмеивался в кулак, наблюдая за тем, как Кейл раздражённо фыркает на такие заявления. Он не любил внимание, но всегда рвался в его центр, чтобы ещё раз поддержать отчаянную репутацию ублюдка. Но Кейл не высказывает этого никому в лицо и даже не бросает бутылки, как было известно в обществе. А он ведь так прогонял прочь со своих глаз только тех, от кого тянулся преступный след.       Рок Су тоже умел различать кровавую тень у людей, но никогда не спрашивал, кто научил Кейла, что он тоже её видит и люто презирает. Как и не спрашивал, что с ним такого случилось — от него не скрылись косые взгляды и многочисленные шрамы на коже, нежной, аристократически бледной: он навсегда закопан с титулом сына графа, не смея подняться ни выше, ни ниже, как бы ни пытался, чтобы от него отказались и выгнали из дома, перестав пристально следить за каждым шагом.       Если захочет — сам расскажет. У Рок Су ведь тоже полно необычных тайн, которые он не то чтобы намеренно хранит, а просто никто не спрашивал, вот никто и не знает.       Честно, Рок Су не мог не удивиться, как его — человека мутного происхождения, о котором было известно… ровным счётом ничего, ну, может, только имя без гарантии на его подлинность, — могли принять на должность личного дворецкого, по сути, того, кто будет ближе всего к своему господину.       Противная догадка таилась в уголке сознания. Но ему хотелось верить, что Кейл не стал таким же сиротой, как он, но при живом отце, ведь это только хуже. В конце концов надежды Рок Су разбились сразу, когда он даже того не совсем понял. А Кейл тщетно лелеял их до конца, возможно, даже сейчас, пряча сам от себя.       Хотелось верить, что всё дело было в слухах. Рок Су не был уверен, что графу стоило настолько к ним прислушиваться и оставлять своего ребёнка незнакомцу из-за внешней схожести с героем. Но судя по тому, как он видел в Кейле лишь отброса, чью репутацию тот выстроил вокруг себя защитной стеной, отец из него был не лучший и слишком уж беспечный. Слухи не могут быть беспочвенны, верно? Должно быть, так граф думал.       Из обязанностей Рок Су было велено приглядывать за Кейлом. Весьма неясная формулировка: не совсем понятно, нужно следить за тем, чтобы ему не навредили или чтобы он не навредил. Честно говоря, Рок Су было плевать на изначальный смысл, он просто делал то, что считал нужным и необременительным — даже эти рамки были весьма расплывчатыми, но их хотя бы выставлял не кто-то другой. — Молодой Мастер, — Рок Су хищно улыбнулся, когда тот, вздрогнув, резко обернулся на него, но тут же принял максимально равнодушное выражение. Эта маска спокойствия была у обоих слишком похожей. — …Раздражаешь, — фыркнул Кейл и быстро оглядел вошедшего лишь едва мутноватыми глазами. Его щеки горели от дорогого вина, которым он обставил себя со всех сторон. — От тебя несёт. — Вас это беспокоит? — Кейл в ответ неопределённо пожал плечами и прильнул губами к горлу бутылки, запрокинув голову. Рок Су вздохнул и незаметно забрал пару бутылок в пространственную сумку. Теперь он вполне мог себе позволить такую роскошь, как магические артефакты, значительно упрощающие жизнь. Деньги, которые он получал в качестве приятного бонуса, действительно были до смешного запредельными. — Знаешь, ты на Рона похож, — несмотря на некую небрежность, с которой Кейл сказал это, Рок Су напрягся и навострил уши. Юноша редко когда затрагивал тему прошлого, обычно в моменты горькие и мрачные, всегда заканчивая на полуслове. Он будто резко вспоминал обет молчания, который дал сам себе. — Забавно.       Рок Су не ответил и просто ждал, затаив дыхание, что мешало слышать мир. Кейл коротко усмехнулся, но затем замер, уставившись в пустоту потемневшим взглядом. Он словно искал там ответы на невнятные вопросы, что крутились в его голове. Кейл погрузился в воспоминания на недолгое мгновение, которое никто прерывать не собирался, — будто сами боги боязливо наблюдали за всем, ожидая продолжения с неясной жаждой и дрожью. Улыбка медленно сползла с его лица. — Ты тоже меня бросишь, да?       Рок Су не мог ничего ответить. Он прекрасно знал, что в этой ситуации слова излишни и даже хуже. Они только усугубили бы ситуацию — обещания, которые никак не доказать, вызывали отторжение и отрицание. Полутьма спальни давила молчанием и сминала под собой, но не встретила сопротивления. Не до того было жертвам. — Естественно, все так делают, — Кейл хмыкнул, и в его глазах было самое страшное смирение — отчаянное, обидно-горькое, затаившееся предательски глубоко.       Рок Су сделал шаг навстречу. Он не знал, что делает, просто чувствовал, что это единственное верное решение. В такие моменты нет права на ошибку, но почему-то именно сейчас Рок Су решил довериться самому ненадежному — собственному сердцу. — Чт… — Тише, — прервал шёпотом Рок Су, прижав Кейла к груди немного сильнее, выбив воздух из лёгких. На самом деле его движения все ещё были очень осторожны, он боялся навредить, зная свою силу и порой даже ненавидя её. Кейл напряжённо замер, но затем, сдавшись, расслабился и отдался сладкой неге. Он даже не осознавал, насколько нуждался в чужом тепле.       Они сидели в густой, махровой тишине, не выпуская друг друга из объятий. Две души, разбитые и истолченные жизнью до стекольной крошки, уже не смогли бы восстановиться, но, смешавшись, растворившись и потеряв остатки себя друг в друге, нашли покой.

***

— Молодой Мастер, — Рок Су, глубоко вздохнув, осторожно позвал Кейла. Тот неотрывно смотрел на отъезжающих Деруса с Виолан и на Басена с Лили, что прощались с ними, радостно улыбаясь и наверняка что-то прося привезти в качестве сувенира из столицы. Они даже не заметили отсутствия Кейла. Словно для него там места не было. Это он понял давно. — Да? — Кейл невольно отвлёкся от созерцания картины идеальной семьи, которую с трудом поддерживал, которую кропотливо вырисовывал, отвлекая на себя негативное внимание, на которой хотел бы быть. Но это в прошлом. Теперь он знал, что все бессмысленно, и ничего не чувствовал. Внутри словно было все серым и однотонным, неинтересным и хмурым. Кейл знал, выверни он кому душу — не полюбил бы никто. Любить не за что. — Душно? — внезапно спросил Рок Су, казалось бы, полнейшую бессмыслицу, но Кейл знал, что дворецкий часто говорил загадками. Да что уж там — он сам был для всех полной загадкой.       Кейл выискивал что-то в его лице, вглядывался в знакомые черты, искал на глубине почти таких же карих глаз, в которых растворился цвет крови и огня, но сдался в беспомощности. Рок Су и так уже знал.       Да, ему было душно. Сколько Кейл себя помнил, стены с мрачно залегшими тенями поместья всегда давили, воздух был липким и густым, что нельзя и нормально сделать вдох, а неприятный тёмный эфир оседал в лёгких.       Детства, нежного, лёгкого и светлого, что не давало окончательно сорваться в бездну и тянуло его обратно в тень, он не помнил. — Наверное, — Кейл раздражённо передернул плечами, отгоняя пелену прошлого, и нахмурился. — Хотите немного выпить? — Рок Су усмехнулся на слегка недоуменное выражение господина. — Глоток свободы особенно хорош на закате. Как бывший бармен, могу за это поручиться.       Всего на мгновение Кейл удивлённо замер, но затем хитрая ухмылка расползлась на его губах. — Не откажусь и от целой бутылки, — все так же завуалированно ответил он, принимая странную игру слов. Они нередко разговаривали так, даже если и были одни. Просто эти глупые, искаженные обществом до неузнаваемости метафоры лучше всего передавали то, что таилось внутри. То, что было слишком неизведанным и непонятным, чтобы описать словами. — Проведёшь до погреба? — Как пожелаете, Молодой Мастер, — Рок Су поклонился и, крепко взяв Кейла за запястье, — тонкое и слабое, оно удобно ложилось в большую тёплую ладонь — скользнул через чёрный проход, о котором не знали даже некоторые слуги. — Кейл, — внезапно поправил Кейл и тут же засомневался, что жалкая надежда того стоила, заметив замешательство Рок Су. Это, честно говоря, был первый раз, когда он позволял кому-либо звать себя по имени. Если кто и звал его этим отвратительно звучащим сочетанием букв, то делал это с гадким намерением вместо разрешения. Оттого звуки, слетавшие с его губ, казались ещё противнее. — Хорошо, Кейл.       Он никогда и не думал, что его имя может звучать так. Тепло, ласково, приятно. Будто оно принадлежит кому-то важному, но важному искренне, а не по статусу. Как будто его можно в этом винить в том, что он просто-напросто забыл.       Кейл — теперь это имя казалось ему таким странным, но в то же время правильным, словно так должно было быть с самого начала, — и не заметил, как его протащили, словно тряпичную куклу, такую же безвольную, по коридорам. Только когда яркое солнце привело его в чувство, он осознал, что пути назад уже нет. — Побег средь бела дня? — усмехнувшись как-то особенно нежно, спросил Рок Су, поправляя пространственную сумку со всем необходимым, которую всегда носил на ремешке.       Чьи-то голоса раздавались вдалеке, утопая в шуме благоухающего сада. Испарина поднималась от земли и смешивалась в воздухе с густым ароматом цветов. Дикая птица присела на ветку, долго переминаясь, выискивая положение поудобнее, выпятила покрытую яркими перьями грудку и с усердием принялась исполнять свою серенаду под аккомпанемент свиста других.       Рок Су, по-воровски ухмыльнувшись, сдернул с ближайшего дерева ещё зелёное яблоко, бок которого покрылся слабым румянцем. Он откусил немного, параллельно выглядывая из-за кроны. К счастью, никого поблизости не было — все слишком заняты скорым сбором урожая. Откусил и сразу поморщился от кислого вкуса. — Мне нравится, — Кейл улыбнулся в ответ.

***

— Ваше Высочество, отлученная жрица Бога Смерти Кейдж прибыла, — отдав низкий поклон, известил слуга в полумрак кабинета. — Пусть заходит, — Альберу даже не посмотрел на него, продолжая бегать взглядом по строкам отчётов, и сделал неопределённый взмах рукой в сторону двери. — Ваше Высочество! — Кейдж ворвалась даже раньше, чем дверь успели до конца открыть. Подобно буре, она смела все на своём пути, в её глазах опасно блестели окончательное безумство и тёмный гнев. — Приветствую, мисс Кейдж, — устало поздоровался Альберу, вклинившись в последующий поток бессмыслицы, уже готовой сорваться с её языка. — Этот ублюдок, — сказала Кейдж, и даже слуга понял, о ком она выразилась так нелестно, даже, скорее, грубо. — Он передал послание. — Какое? — несильно заинтересованно спросил Альберу. Даже если это и было важно, он слишком устал. От работы, от жизни во дворце, от войны в целом. — Представить себе не могу, что в этот раз это не очередная бессмыслица! — продолжила поток своих мыслей Кейдж, не обращая внимания на принца. — Но это все тот ещё бред. И как только он хочет, чтобы мы его нашли? — Мисс Кейдж, пожалуйста, расскажите все сначала и по порядку, — почти взмолился Альберу; его и так перегруженному мозгу никак не удавалось делать в полной мере то, что от него требовали. — Бог Смерти сказал найти человека, похожего на нашего дорогого Мастера Меча, — фыркнула Кейдж, весь её запал в одно мгновение выветрился, и она плюхнулась на диван, — и уговорить помочь нам. — Что-то ещё? — Альберу закрыл глаза и потёр переносицу, пытаясь понять хоть что-то. Несмотря на то что Кейдж, казалось, сошла с ума после смерти Тейлора и вела себя крайне странно, не вписываясь ни в какие рамки приличия, она была ценным посредником между людьми и богами. К словам последних не прислушиваться было нельзя. — Не относитесь так скептично, Ваше Высочество, — Кейдж закатила глаза и, откинувшись на спинку дивана, подперла подбородок рукой. — Он велел сделать это побыстрее, если хотим не допустить хаоса на всем континенте. — Хаос уже везде и в первую очередь — в сердцах людей, — не согласился Альберу, машинально откладывая очередную бумагу в стопку просмотренных. — Кошмар опустится на землю, если он нам не поможет. Небо будет разрушено, и земля разверзнется, — Альберу вздрогнул, услышав знакомые слова, что были выгравированы у него на подкорках мозга. Он никогда не смог бы забыть свое проклятие. — Это всё. Но Вам, кажется, этого достаточно, Ваше Высочество? — Дело не терпит отлагательств, — Альберу — что-то в нем будто щёлкнуло и пробило неприятной дрожью возбуждения — резко подорвался с места, почти опрокинув стул и метнул взволнованный взгляд в сторону слуги. Естественно, это был доверенный тёмный эльф. — Свяжитесь с Чхве Ханом. Чтобы в течение двадцати минут он был здесь, где бы сейчас ни находился. — Слушаюсь, Ваше Высочество, — слуга сразу же откланялся, не задавая вопросов насчёт такой импульсивности наследного принца. — Черт… — Альберу напряжённо принялся накручивать круги по комнате под пристальным взглядом Кейдж, в котором читалась усмешка. — Ваше Высочество, я не могу даже догадываться, что заставило великолепного Вас так волноваться, но знаю, что может Вам помочь, — она хитро улыбнулась, доставая из-под мантии бутылку вина. — Всего одна…       Но прежде, чем Кейдж, изначально желавшая немного поиздеваться над принцем, успела договорить, тот выхватил склянку из ее рук и, быстро вытащив пробку, сделал пару больших глотков. Почти сразу же он скривился от вкуса, но упорно выпил еще половину бутылки. Пощипывающая прохлада облепила горло и затопила беспокойство в мыслях, подарив иллюзорное спокойствие, больше походящее на апатию. — Боже Вечного Упокоя! — воскликнула Кейдж, быстро отойдя от шока. — Помедленнее, Ваше Высочество! — Какую дрянь ты с собой носишь? — спросил Альберу даже с большим удивлением, чем отвращением, с сомнением вертя бутылку в руках. — Какую ублюдок даст, — отшутилась Кейдж, с безучастным выражением переводя взгляд на дверь. Она слегка поморщилось, как от мигрени. — Герой идет.       В ту же секунду раздался осторожный стук, и Альберу, встрепенувшись, подскочил к двери и резко распахнул её. — …Здравствуй, Чхве Хан, — спустя секунды неловкого молчания Альберу принял обыкновенный величественный вид и пропустил внутрь гостя. — Доброго дня, Ваше Высочество, — Чхве Хан слегка поклонился, но, почувствовав похлопывания по плечу, выпрямился и осмотрел комнату холодными глазами глубокого черного цвета. — Приветствую отлученную жрицу Кейдж. — Ну здравствуй, герой, — фыркнула в ответ она и отвернулась к окну. Её раздражали герои, что не могли спасти никого, корили себя за повешенную на них ответственность, но ничего не делали. Они продолжали принимать обязанности титула, становясь маяком надежды для людей, но не оправдывали его. — Не обращай внимания, — Альберу неловко улыбнулся Чхве Хану и угрожающе посмотрел на Кейдж, призывая вести себя сдержаннее. — Знаю, знаю, — она демонстративно закатила глаза. Казалось, в ней не было никакого уважения ни к королевским особам, ни к героям, ни к даже к богам. Кейдж встала с дивана и уже у самого выхода язвительно попрощалась: — Милуйтесь тут, а то я вам мешаю.       Альберу сдержал за сжатыми зубами вздох и, улыбнувшись как можно ярче, обратился к Чхве Хану: — Я хотел поговорить с тобой об одном очень важном деле, которое могу доверить только тебе.

***

— Осторожнее, пожалуйста! — Рок Су еле уклонился от горячей сковородки, брызгающей маслом, которую Кейл пронёс над его головой. Последний виновато — кореец уверен, видел смешки в его глазах, — улыбнулся, наконец поставив на железную подставку их завтрак. Его они пытались приготовить уже, наверное, четвёртый раз. Не то чтобы блюдо было сложным: обыкновенная глазунья. Однако её приготовление стало настоящим испытанием для дворянина, ни разу не бывавшего за плитой. — Прошу прощения, Рок Су-хён, — издевательски вежливо извинился Кейл с видом глубочайшего сожаления. Впрочем, он даже не подумал убрать насмешку из по-лисьи сощуренных глаз, и старший абсолютно точно не поверил ему ни на секунду. — Мальчики, неужели я слышу запах чего-то вкусного? — в комнату заглянула невысокая женщина средних лет, и двое чудо-поваров недоверчиво переглянулись. — Мисс Фрезия, что Вы делаете здесь? — с неподдельным удивлением спросил Рок Су.       Совсем недавно он отправил её подальше в связи с одним неприятным, но нуждающимся в срочном решении делом. Никому другому Рок Су не доверял так же сильно, чтобы отдать приказ проследить за парой очень важных шишек. Фрезия же была главой его надёжной, пустившей корни по всему северо-восточному региону и дальше информационной гильдии, что скрывалась под видом обыкновенного кафе. Кому, как не ей, оставить это дело? — Неотложные обстоятельства немного скорректировали мой график, — Фрезия махнула рукой, почти как отгоняя муху, и расслабленно села за стол. — Садитесь, мальчики, садитесь. В особенности ты, Рок Су.       Тот же, наоборот, напрягся, но все же расположился напротив сразу, как разложил по тарелкам глазунью. На этот раз она была, кажется, съедобной. — Приятного аппетита, — пожелал всем Рок Су, кладя в рот первый кусочек, небольшой, на пробу, и был приятно удивлён прогрессу, который совершил в своём навыке кулинарии Кейл. И это всего за те несколько дней, что они совместно готовили.       Бывший дворянин сам об этом неловко попросил корейца одним утром за завтраком и, вопреки неловким сомнениям даже не просто в действиях и желаниях, почти что в своём существовании, получил согласие. — Тебе тоже, Рок Су, — Фрезия улыбнулась.       Кейл, совсем не по-аристократически набивший себе рот едой, тоже кивнул и что-то бессвязно промычал. Должно быть, он очень проголодался, раз за разом пытаясь приготовить хоть что-то приличное под тщательным надзором хёна, которого как-то странно коробило от такого обращения. Притом кореец никогда не высказывался на этот счёт и не поправлял. — Герои, — Фрезия закинула одно единственное слово как подведение и сделала небольшую паузу, ожидая реакции. Рок Су начал хмуриться, а Кейл, вздрогнув, замер. — Они ищут вас.       Повисло тяжёлое молчание, никто не притрагивался к еде. Рок Су задумчиво перевёл взгляд на окно, за которым кипела жизнь, но ему было не до неё. Он не любил сразу спрашивать зачем и почему, не подумав. — Я продолжу? — спустя несколько минут поинтересовалась Фрезия, которая прекрасно знала об особенности Рок Су пытаться предугадать ответ заранее.       Кореец в ответ кивнул и посмотрел на Кейла. Того, кажется, отпустило. По крайней мере, он больше не выглядел бледной статуей и осторожно поглядывал то на Фрезию, то на Рок Су, взглядом высказывая просьбу объяснить. — Один из моих подчинённых среди слуг третьего принца выяснил, что к наследному принцу заходила Кейдж, — в тесном окружении знакомых они не стеснялись сокращать все эти бесчисленные титулы, — после чего он в срочном порядке вызвал героя к себе. — Значит, Бог Смерти, — Рок Су поднял голову к потолку при этих словах, будто ожидая его там увидеть и дать пинка. Он откинулся на спинку стула и продолжил, так и не опустив головы: — Во всем, как всегда, виноваты ублюдки. Хаа… — Рок Су?.. — неуверенно позвал Кейл. Ему абсолютно точно не нравилось то, что его хёну вновь придётся разбираться с героями, что совершенно не достойны и секунды его драгоценного времени.       Рок Су усмехнулся. — Похоже, стоит ждать незваных гостей.

***

      Чхве Хан неуверенно осматривал совершенно обыкновенную на вид дверь, сомневаясь, что то была нужная ему. Как-то слишком просто и непримечательно выглядело небольшое кафе на углу торгового района для кого-то столь важного. Кого-то, на встречу с кем послали не кого иного, как героя. Кого-то, на кого упал взор наследного принца.       Вообще, найти человека, точь-в-точь — на самом деле все корейцы, скорее всего, были для жителей этого мира на одно лицо — похожего на Чхве Хана, было не слишком сложно. Слухи о «родственнике» героя так и пронизывали весь немаленький город, находящийся на окраине графства Хенитьюз, прямо на торговых путях.       Чхве Хан в сотый раз сверился с адресом, небрежно написанным на вырванной из ежедневника бумажке одним из местных. Не хотелось ударить в грязь лицом, посрамив свою репутацию и опорочив имя как наследного принца, так и остальных своих товарищей. Возможно, он склонен немного преувеличивать. Убедившись, что кафе все же то, Чхве Хан осторожно постучал в дверь. Некоторое время ничего не происходило, и он уже хотел было выдохнуть с облегчением и просто уйти, но едва заметное копошение все же послышалось за дверью. Под аккомпанемент тихих ругательств явно только проснувшегося человека ключ повернулся в замочной скважине. Дверь со скрипом открылась, повергая Чхве Хана в полнейший шок.       Впрочем, в не меньшем шоке застыл и сам Кейл, открывший дверь. Он тихо сглотнул, на него накатило внезапное, но вполне объяснимое желание закрыть дверь обратно прямо перед самым носом гостя, сжавшего ножны. Ни Чхве Хан, ни Кейл, очевидно, не ожидали этим утром увидеть друг друга. — Кейл, — послышался зов изнутри, лишивший порог дома двух прекрасных статуй. — Кто там? — Ты!.. — Чхве Хан хотел было излить поток возмущения на голову Кейла, но тот быстро на него шикнул, приложив указательный палец к губам. — Ты его разбудил, — одними губами произнёс Кейл, оборачиваясь. Его тон резко сменился приторно-сладким и обольстительным, отчего Чхве Хан не мог не скривиться, но ещё больше — удивиться. Кто же этот невероятный человек, заставивший одним своим присутствием заставить отброса вести себя так? — Доброе утро, хён! — Ага, доброе… — недовольно пробормотал незнакомец, который, похоже, был слишком сонным, чтобы обращать внимание на очевидную лесть. Или просто не хотел. Его не было видно за Кейлом, но Чхве Хан будто бы уловил нечто знакомое в его голосе. — Кто там у тебя? — Ах, это… — подобно нашкодившему ребёнку, Кейл неловко улыбнулся, стараясь закрыть собой проход. Будто бы это хоть раз помогало. — Доброе утро, сэр, — чётко и громко, так, чтобы его услышали наверняка, отрапортовал Чхве Хан. — А? — казалось, незнакомец был чем-то удивлён. Он вышел, зевая, из-за Кейла, весь помятый и в простой домашней одежде, его волосы выбились из низкого хвоста. Такой… непохожий на прошлого себя, готового сорваться в любой момент. Не похожий на того разбитого подростка, в чьих глазах поселилось отчаяние и самый настоящий животный ужас. Но Чхве Хан не мог его не узнать. — Виллиам?..

Что за, черт возьми, день неожиданных встреч?

***

— Хаа… — Рок Су устало выдохнул и сделал глоток прохладного вина из бутылки, которую достал из погреба по случаю тяжелого разговора, очевидно, грозящего затянуться.       Казалось, если не замечать постоянных вздохов и тихих жалоб под нос на свою судьбу, он был наиболее спокойным из присутствующих.       Кейл сжался на кожаном диванчике рядом с Рок Су, как с человеком, которому доверял, и тщетно делал вид, что в комнате совершенно, абсолютно точно нет Чхве Хана. И старался так тщательно, что, честно говоря, можно было почти поверить. Однако Кейл все же явно нервничал и сидел как на иголках, в особенно напряжённые моменты выхватывая бутылку из рук Рок Су и опрокидывая в себя стакан-другой, лишь бы немного отвлечься. Так, чисто по привычке.       Напротив, не менее нервный, сидел Чхве Хан, похоже, совершенно не ожидавший, что встретит давних знакомых, с обоими из которых у него были связаны… не самые лучшие воспоминания, мягко говоря. Тем более при таких обстоятельствах. Он, возможно, немного даже и подозревал, что «человек, похожий на него», звучит как описание под стать одному его знакомому, но старательно отвергал эту мысль. Так было проще. Ровно до момента их встречи. — Думаю, выбора у нас не сильно много, — Рок Су прервался на мгновение, обречённо вздохнув, и посмотрел на поднявших головы Кейла и Чхве Хана. Быть связующим звеном между двумя враждующими и порой до безумия глупыми детьми так утомительно. — Какими бы скромными ни были мои желания, они, похоже, никогда не исполнятся… В любом случае. Чхве Хан, — названный встрепенулся, услышав свое имя, — позволь спросить, тебя послал наследный принц, верно?       Чхве Хан в ответ кивнул, не говоря ничего все с тем же серьёзным видом, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Такое пристальное внимание раздражало. Особенно в связи с тем, что Рок Су прекрасно помнил, как тот пытался строить из себя лидера команды при их первой встрече и какая яркая маска напущенной важности была на нем, пока он не увидел собеседника. И как потом эта маска потрескалась с огромным удивлением. Теперь Чхве Хан сидел шёлковым мальчиком, стелясь перед тем, кто имел немного больше опыта в разговорах и мог взять на себя инициативу.       Такого человека обвести вокруг пальца было не так уж и сложно. Поэтому даже то небольшое недопонимание, возникшее между ними насчёт имени, быстро уладилось. Рок Су на ходу придумал какое-то глупое оправдание, которому Кейл, очевидно, не поверил, но ему он объяснит все потом. Однако с Чхве Ханом такое, к счастью, прошло.       А ещё Рок Су раздражало то, что из-за желаний каких-то там богов — его мольбы они никогда не слышали — он вынужден работать, отказавшись от своей относительной свободы. И тихой жизни. Хотя он не был уверен, что её таковой можно назвать после всего того, через что он прошёл. Вовсе не потому, что всё это будет преследовать его в кошмарах, отнимая последнюю надежду забыть, как хотел всегда. В отношении отвратительных воспоминаний, которые уж точно не хотелось бы вспоминать решительно никогда, его память всегда работала наилучшим своим образом, постоянно их освежая. — Замечательно. Тогда последовательный вопрос: зачем? — спросил Рок Су настолько недовольно-устало, что это прозвучало почти риторически. Хотя ему действительно требовался ответ, причём чем быстрее, тем лучше.       Рок Су совершенно не хотел думать, почему вдруг понадобился наследному принцу, известному ему как хитрый человек, вытягивающий из каждого пользу на благо королевства. Точно нет. Чем больше он будет погружаться в эту грязь, тем больше работы на него свалится.       Рок Су этого не хотел. Не тогда, когда он уже обрёл спокойную, размеренную и в меру насыщенную приятными событиями и людьми жизнь, отягощенную лишь немногой необходимой работой. Не тогда, когда ему было что терять. — Ну… — Чхве Хан замялся ненадолго. Он не знал, что и ответить. Альберу, выглядевший слишком тревожным и взвинченным, ничего ему не объяснил, поспешно выдворив из комнаты с невнятным поручением. Но Чхве Хан и не особо был тогда против. Ему не нужно было знать причину того или иного своего действия, совершенного по чужой указке. Так его спящей совести было проще. — Хаа… Так и знал. Этот божий ублюдок… — было не совсем понятно, говорил ли Рок Су об Альберу, как о члене «благословленной Богом Солнца» королевской семьи, или о богах в принципе. А может, обо всех одновременно.       Рок Су разочаровано вздохнул, не желая выслушивать то, что пытался ему промямлить Чхве Хан, в попытках выудить отсутствующую информацию. Не то чтобы он ожидал, что человеку, которого красиво используют из его наивности, скажут что-то толковое. Рок Су все понимал, правда. Он и сам ведь не имел привычки объясняться перед кем-либо, если в этом не было острой необходимости. И уж тем более не стал бы делать этого перед тем, кого в открытую использует. — Как вы собирались связаться в случае удачного завершения «миссии»? — задал ещё один вопрос Рок Су, надеясь, что хоть на что-то услышит ответ. В конце концов подходила к концу уже, наверное, третья бутылка, а его живот начинал возмущаться от отсутствия завтрака и алкоголя на голодный желудок. — Ах, да, конечно, — Чхве Хан растерянно начал рыться в небольшой кожаной сумке на поясе, больше напоминавшей чехол, и вскоре достал оттуда небольшую сферу связи. Но она казалась не совсем обычной: в неё были встроены по бокам магические камни, очевидно, высокого качества, а также было несколько лишних кнопок, привлекающих внимание. — Вот, держи. Это… Мм. Устройство видеосвязи, да. Видоизмененное. Специальная разработка, — говорил Чхве Хан очень неловко, с паузами, постоянно задумываясь в попытке вспомнить или подобрать правильное слово. — Для его активации не требуется маг, нужно просто нажать на небольшую темно-зеленую кнопку. А чтобы закончить — красную, рядом. Это устройство свяжет только с Его Высочеством, как с единственным обладателем такого же. — Хм… Ясно, понятно, — задумчиво произнёс Рок Су, не особо вникая в слова собеседника, так как его мысли были где-то далеко отсюда. Он нажал на зелёную кнопку, все еще находясь в этом странно-задумчивом, заторможенном состоянии. За этим фасадом было совершенно не видно бурной мыслительной деятельности, которая кипела внутри него.       Из сферы видеосвязи, как из проектора, вырвался луч света, формируя изображение трех точек. Голограмма быстро сменилась на роскошно обставленную комнату. Прямо перед экраном нервно поглядывал в устройство молодой человек идеальной, насколько это вообще возможно, внешности с золотыми волосами и небесно-голубыми глазами. Похоже, он все это время только и делал, что ожидал звонка. — Как чудно Вас видеть, Ваше Высочество! — Рок Су лучезарно улыбнулся прежде, чем его собеседник — или кто-то вообще — мог понять его действий. — Для такого ничтожного человека, как я, огромная честь удостоиться Вашего драгоценнейшего внимания. Позвольте посвятить этого гражданина в причины обращенного к нему взгляда Его Высочества?       Альберу, казалось, на секунду замешкался, совершенно не ожидая увидеть вместо Чхве Хана некого человека, до жути похожего на него. Он перевёл взгляд немного левее и удивился ещё сильнее: немного отстранившись от Рок Су с шокированным выражением, вжимался в диван довольно известный дурной славой сын графа, считавшийся официально пропавшим. Но поглядите — вот он сидит, вполне здоровый и довольный жизнью, и выглядит даже спокойнее и счастливее, чем в последний раз, когда его видели. — Здравствуйте, Ваше Высочество, — поздоровался Чхве Хан, смущённо выглядывая из-за границ экрана. Он ожидал не больше Альберу, что Рок Су, едва получив устройство, вот так без подготовки позвонит. Мечник обошёл диван и встал за спинкой, будто не решившись сесть. — Позвольте представить — человек, которого Вы просили найти… — Благодарю, Чхве Хан, это очень мило с твоей стороны — познакомить нас. Но мы, думаю, справимся с Его Высочеством и без тебя, — Рок Су довольно резко оборвал Чхве Хана, одарив холодным взглядом и выпустив немного жестокой ауры.       То, что он сделал это непреднамеренно, не помешало Чхве Хану сглотнуть от неуютного ощущения. — Кажется, Вам с Кейлом есть что обсудить наедине, я прав?       Кейл первый понял довольно толстый намёк. Он встал и как-то слишком неохотно поклонился в знак приветствия Альберу, подняв на него взгляд, полный невысказанных эмоций. — Мы будем ждать на кухне, — коротко сказал Кейл, не особо заботясь, услышит ли его Альберу или даже Чхве Хан. Он просто с посмотрел на последнего и, поймав его взгляд, кивнул в сторону двери. — Говорите, Ваше Высочество, я все ещё жду ответа, — Рок Су быстро отбросил весь тот фарс. Кореец выжидающе посмотрел на Альберу, закинув ногу на ногу. Плевать он хотел на этикет. — Даже не представишься? И не стыдно так разговаривать с наследным принцем? — кронпринц улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. — Ничуть.       Рок Су и Альберу с одинаково холодными, натянутыми улыбками сидели друг напротив друга. Тишина становилась все неприятнее, напряжение густо набило воздух, его практически можно было резать ножом. — Виллиам, — внезапно разрушил молчание Рок Су. — Меня зовут Виллиам, Ваше Высочество.