Беги пока можешь.

Шатен наконец сел напротив и дрожащими руками коснулся пепельной макушки. Юнги не двигался, пока его аккуратно трепали по волосам. За эти несколько дней он даже успел соскучится по назойливому мужу, с его вечными глупыми шуточками, нелепыми действиями и, зачастую, неуместными подколами в его сторону. Но всё же он скучал за этим, именно поэтому смиренно сидел и ждал, пока Чонгук уберёт руку с волос. — Тебе нужно сходить в душ, — Гук убрал руку к себе. — но для начала я хочу знать кое-что. Если ты готов об этом поговорить, конечно, — Чон нервно сглотнул, а после кивка головы напротив немного успокоился. — как же ты там оказался, Юнги-я? — Всё легко и просто, — начал Юн. — как только ты вышел за порог квартиры, мне позвонил отец. Если ты заметил, что вряд-ли, но папа не звонил мне с тех самых пор, как только я покинул родной дом. Я был очень удивлён его звонку. Даже сначала подумал, что мне кажется, но взял трубку. Голос отца в тот момент я не смогу описать словами, но сразу понял, что что-то не так, — парень поджал губы и сглотнул. — я успел поговорить с ним буквально две минуты после чего он… — голос дрогнул и по щеке скатилась прозрачная капля. — Не стоит продолжать, — Гук взял Юнги за руку, поглаживая подушечкой большого пальца холодные ладони. — Нужно, — пепельноволосый шмыгнул носом и стёр тыльной стороной свободной руки слёзы. — та стопка бумаг, что была в моих руках — завещание отца и ещё какие-то документы. Он сказал в обязательном порядке взять их с собой, — Юн тяжело вздохнул, поняв голову вверх, дабы успокоить немного нахлынувшие эмоции. — а сейчас я хочу сходить в душ, чтобы успеть до того, как привезут еду. Как только Юнги скрылся за дверьми ванной комнаты, Чонгук начал прибираться. За эти несколько дней шатен навёл в квартире такой бардак, будто никто не прибирался здесь несколько месяцев. Гора грязной посуды, пыль и грязные полы. Занавески бы с шторами постирать и окна помыть. Да и это ещё не всё. Чон начал с посуды и постепенно переходил к более загрязненным местам. Закончил он ровно к тому времени, как Юн вышел с душа. — Ты наконец-таки решил прибраться? — заулыбался пепельноволосый. — похвально. Надо бы стирку ещё закинуть и в комнате навести порядок, а то мне кажется твоим растениям там пизда пришла, — он скорчил недовольную моську и пожал плечами. — Хорошо, — Гук улыбнулся и повернул голову на входную дверь, в которую постучали. — а вот и твои синабоны. За трапезой Чонгук поинтересовался не хочет ли Юнги куда-нибудь сходить, на что получил положительный ответ, отчего на лице Чона засверкала улыбка во все 32 зуба. — Мне бы в салон сходить, а то корни уже отрасли и выглядит это некрасиво. А ещё в торговый центр. У нас кончается бытовая химия и занавески хочу обновить, — Юн тараторил без умолку, что им нужно было и в каких магазинах, а Гук внимательно слушал и бесконечно кивал. После обеда парни собрались и отправились в салон красоты, который Юнги выбрал сам. Там ему обновили его любимый пепельный цвет волос и немого обновили причёску. Юн даже попытался уговорить Чонгука на покраску волос в какой-нибудь синий или бардовый, но Гук наотрез отказался, ссылаясь на то, что его на работе потом серьёзно воспринимать перестанут. Через полтора часа они заехали на парковку торгового центра и пепельноволосый потащил мужа сразу в магазины бытовой химии, сметая практически всё с полок в тележку. Все пакеты с покупками тут же перекочевали в руки двух телехранителей и Юнги потащил Чонгука дальше по торговому центру, заходя практически в каждый магазнчик по пути. — Милый.я устал, — хныкал шатен, усаживаясь на диванчик в очередном магазине одежды. — я кушать хочу и мне очень душно. — он взял в руки какой-то журнал и стал им обмахиваться, давая понять, что не шутит. -Ну давай зайдём в какое-нибудь кафе, оно ведь здесь есть, — пожал плечами Юн и сел рядом с мужем. — Пойдём, — Чонгук тут же заулыбался и, схватив ладонь Юнги, потащил его к выходу. Сердце Юна пропустило удар при виде сцепленных рук. Тёплая и большая ладонь покрывала его ладноь полностью, отчего на щёках выступил небольшой румянец и пепельноволсый нервно заулыбался. Он не стал оддёргивать руку, не стал вырываться и устраиваить сцен. Ему нравилось это чувство… Чувсвто любви и защищённости.