Since we're alone

Он опаздывал. Сложно было понять, как это случилось, но минуту назад было одиннадцать утра, и Микки смотрел серию "Офиса", а сейчас он открыл глаза после сна, в котором, по-видимому провёл ближайший час. Осознание этого заставило его выскочить с дивана, схватить сумку и помчаться к двери. Сегодняшняя лекция начиналась в двенадцать часов. Вся ситуация казалась Микки ужасающе знакомой, за исключением того, что он уже выпил свой утренний кофе. Слава богу. Он пробежал до кампуса, чуть не столкнувшись у входа в здание со студентом, который читал во время ходьбы и едва не заработал из-за этого перелом ключицы. - Блять, боже! - воскликнул Микки. - Ты не один здесь, сука, этот фильм не с тобой в главной роли! - прокричал он через плечо, обходя его и залетая в переднюю дверь. Микки не мог понять, почему почти все люди в колледже вели себя так, будто только они существуют на планете. Он быстрым шагом прошёл по коридору к небольшому кабинету, где шло его занятие, открыл дверь, сделав это немного сильнее, чем собирался, и вошел внутрь. Ассистентка учителя, пишущая на доске обсуждаемые вопросы, даже не взглянула на него, продолжая заниматься своим делом. Первое, на что Микки обратил внимание, были огненные рыжие волосы и широко раскрытые зеленые глаза, смотрящие на него через всю комнату, но это было абсолютной случайностью и произошло совсем не по его вине. Он отвёл взгляд и начал искать свободное место, быстро понимая, что оно только одно, рядом с тем, кого Микки изо всех сил хотел избегать. Блять, серьезно? Он вздохнул, снова встретившись глазами с Галлагером, который, казалось, понял все еще раньше. Микки закатил глаза, прошёл к первому ряду и упал на стул рядом с рыжим, который отодвинулся к краю стола и оттуда уставился на него. Микки вопросительно поднял брови. - Ты меня еще сфотографируй, - по-детски прошептал он. Йен ничего не ответил, вместо этого возвращая свое внимание к доске. После неподготовленности Микки и срыва Галлагера неделю назад, они оба предпочитали вести себя так, будто были незнакомцами. Микки готовился к их занятиям в пределах своих возможностей, чтобы избежать необоснованных и, откровенно говоря, чертовски нелепых выговоров, тогда как Галлагер прикусывал язык всякий раз, как Микки опаздывал, невнимательно просматривал главу или не заканчивал упражнения, которые получил для домашней практики. Они не пытались оставить в прошлом удушающе сильную вражду между ними, так как сделать первый шаг на пути к изменению их взаимно незрелого поведения обоим мешала гордость. Один недолюбливают другого. Легко и просто. Они пытались, однако, не выводить друг друга, чтобы не делать совместные занятия ещё более сложными, но всё равно не могли удержаться от язвительных подколов и попыток ради развлечения залезть другому под кожу. Это было похоже на игру в цыплёнка, когда ни один из них не собирался уступать. Микки никогда не признается в этом, но наблюдать за реакцией Йена иногда было чертовски весело. - Окей, - объявила ассистентка учителя, закрыла маркер для доски сухого стирания и повернулась лицом к студентам. - Мы начнём эту неделю с пары вопросов. Пожалуйста, обсудите ответы со своим соседом по парте, а затем мы разделимся на группы по десять человек, чтобы поговорить о них всем классом. Микки не смог бы спрятать свое раздражение даже если бы попытался. Почему все в этом университете пытаются сделать его жизнь хуже? Если карма на самом деле существует, то он не сделал ничего настолько плохого, чтобы заслужить это. Кто бы ни был главным во вселенной, за ним будет должок. Микки повернулся к Йену, который, конечно, уже пялился на него. - Что? - потребовал он. - Ты опоздал, - просто сказал Галлагер ровным голосом. - Вау. Реально великое наблюдение, Эйнштейн, ты заслуживаешь Нобелевской премии, - огрызнулся Микки. Они смотрели друг на друга секунду, пока он не отвернулся, вытаскивая свой телефон, чтобы избежать продолжения разговора. - Эм. Что ты, блять, делаешь? - спросил Галлагер. Микки поднял на него взгляд, и тот действительно выглядел сбитым с толку, словно и правда не понимал, что происходит. - Переписываюсь, - пожал он плечами, возвращаясь к телефону. - Ладно, вообще-то предполагается, что мы будем делать что-то здесь, Милкович, - шёпотом прокричал Галлагер. Микки рассмеялся на это. - Почему ты шепчешь, Галлагер? - спросил он. - Боишься, что она расстроится, если увидит, что ты занят не тем, чем нужно? - Микки кивнул в сторону ассистентки, сидящей за столом в углу класса, надел наушники и продолжил печатать. - Уверен, что ей платят вне зависимости от того, ищем мы ответы на тупые вопросы или нет. Микки знал, что вел себя как мудак, но он уже выполнил репетиторские задания на этой неделе и предпочёл бы съесть свинца, чем провести хоть на миллисекунду больше времени за разговором с этим парнем, чем того требовал Центр помощи студентам. Он знал материал. Ему не нужны были эти тупые обсуждения. Галлагер отвернулся, сделал глубокий вдох и закрыл глаза, как если бы пытался отстраниться от всего мира. - Ты там в порядке? - спросил Микки с притворным беспокойством. - Выглядишь так, будто пытаешься очистить свою чакру или типа того. Глаза Галлагера внезапно распахнулись, и он вскинул голову, чтобы посмотреть на него, выглядя усталым. - Микки, - начал он, его голос был почти до комичности спокойным. - Как твой репетитор, я думаю, что для тебя должно быть важно хотя бы пытаться отвечать на занятиях. Это действительно помогает понять материал, и разбор этих вопросов будет выгоден для твоего обучения. Как этот парень мог говорить это так серьёзно? - Вау, - задумался Микки, отпуская телефон на стол перед собой и кладя руку на грудь. - Знаешь, если ты провалишься в психологии, то можешь попробовать сделать карьеру мотиватора, о, черт, подожди, - он притворно задохнулся, протирая глаза кулаком перед тем, как продолжить. - Потому что ты можешь сдвинуть горы своими речами. Изменить жизни. Остановить загрязнение океанов, глобальное потепление. Подумай обо всех тех людях, которым ты бы мог помочь, если бы хоть одному из них не было бы похуй на то, что ты говоришь, - он бросил на Галлагера саркастичный взгляд и снова уткнулся в телефон. Йен уставился на него и потряс головой в неверии. - Честно, делай что хочешь, Милкович. - Я уже, - ответил Микки. Они сидели в тишине остаток всего периода для обсуждений. Именно по этой причине Микки всегда сидели отдельно от Галлагера на лекциях. Микки использовал это время, чтобы отправить в групповой чат команды ("Хоккейные парни" - дал ему нелепое название Крис) несколько шуток про хоккей, которые нашёл сегодня утром в инстаграме. Через несколько минут ассистентка сказала заканчивать разговоры и снова встала посередине класса. - Окей, - произнесла она, беря маркер для доски и открывая его. - Кто хочет поделиться ответом на вопрос номер один? Комната оставалась в тишине. Микки усмехнулся внутри себя, думая о том, что не он один считал дискуссионные вопросы тупой херней, прикидывая, сколько человек выпрыгнет из-за парт, чтобы поскорее ответить. Микки увидел, как Галлагер оглядывает лекционную, застывшую в некомфортной тишине, и почувствовал довольство от того, что хоть немного сможет побыть без его внимания. Так было до тех пор, пока Галлагер не поднял руку, легко ухмыляясь, словно ему только что рассказали шутку. - Да, Йен? - ассистентка с энтузиазмом указала на него, очевидно чувствуя облегчение от того, что хоть кто-то разрушит неловкую тишину. - Что ты хочешь сказать? - Ладно, между мной и Микки была захватывающая дискуссия, и у нас есть несколько интересных идей, которые стоило бы услышать всему классу, - сказал Галлагер так, будто это на самом деле было правдой, и перевел взгляд на Микки, который в ответ мог только сидеть, раскрыв рот. - Начинай, Микки, - продолжил Йен с улыбкой, которая могла показаться честной и милой, но на самом деле была чистой квинтэссенцией зла. - Ты можешь сделать это! Микки огляделся. Все смотрели на него. Он вернул внимание к Галлагеру, понимая, что никогда за всю свою жизнь не хотел выбить кому-то зубы настолько сильно. В чем, блять, проблема этого парня? Он никогда раньше не встречал никого настолько отталкивающего и желающего сделать жизнь Микки настолько ужасной, насколько даже сам Сатана не смог бы. Он не заслуживает этого дерьма. - Я, эм... - попытался что-то сказать Микки, читая вопрос на доске. Он еще не вытащил из своей сумки ноутбук с заметками с других лекций и его репетитроского занятия в понедельник. Где-то в глубине его сознания был ответ на вопрос, но, пробежав взглядом по комнате еще раз, он понял, что все внимание все еще приковано к нему. Его сердце заколотилось в бешеном темпе, пока все мысли запутывались и испарялись. Ассистентка все еще смотрела на него, поняв брови, и словно спрашивая, почему он тянет с ответом. - Мне... на самом деле нечего сказать, - произнес Микки тихо, упираясь взглядом в стол, невыносимо смущенный и слишком измученный, чтобы сформулировать точную мысль. - Ты уверен, Мик? - встрял Галлагер. - Ты звучал так, будто был действительно увлечён вопросом, и у тебя было много, что сказать. Это будет ужасной потерей, если все лишаться возможность услышать твое мнение. Микки впился в Галлагера тяжелым взгядом, пытаясь телепатически передать ему, что хочет отрезать его чертов язык и навсегда лишить возможности говорить. - Да. Я, блять, уверен, Галлагер, - прошипел Микки. - Я- хорошо, - произнесла ассистентка, явно сконфуженная напряжением, повисшим между ними. - Думаю, мы можем продолжить. Кто нибудь еще хочет высказаться? - Что, блять, с тобой не так, мудак? - прошептал Микки Йену, сидящему с самой противной ухмылкой на его лице. Галлагер только пожал плечами, возвращая внимание к началу комнаты, где ассистентка записывала ответ другого студента. * ** Лекция закончилась через сорок минут, и Галлагер вскочил с места, собрал вещи и вылетел за дверь раньше, чем кто-либо успел подняться на ноги. Микки быстро повторил действия Галлагера, полный решимости поймать его до того, как тот уйдёт слишком далеко. Он практически выбежал из комнаты, оглядывая коридор, пока не заметил его. - Эй! - позвал Микки. Галлагер обернулся и закатил глаза, но дождался, пока Микки добежит до него. - Что? - спросил он небрежно. - Блять, что "что", - потребовал Микки зло. - Какого хера ты творил там? В чем твоя ебаная проблема? Галлагер пожал плечами. - Я не знаю, о чем ты говоришь. - О, не начинай со мной эту херню, - рявкнул Микки. - Ты без причины застыдил меня! Все теперь думают, что я придурок! - Хорошо... - начал Галлагер с появляющейся на его лице ухмылкой. - И это не я придурок, Галлагер! - почти кричал Микки. - Ты подставил меня! Это разные вещи! - Ага... - начал Галлагер раздражающе, его голос был медленным и выводящим из себя. - Если бы, последовав моему совету, мы обсудили вопросы, ты бы лучше понял материал и не выглядел как осёл! - к концу предложения голос Галлагера поднялся на несколько тонов. - Я читал ебучие главы, я знаю блядский материал! - выплюнул Микки. На это Галлагер рассмеялся. - Может быть, Милкович. Но ты не участвовал в обсуждении, которое было направленно на лучшее понимание. Читать учебник - это одно. Общаться на тему и отвечать на вопросы - другое. Без обид, но именно для этого мы и встречаемся три раза в неделю. Так что как насчёт послушать меня в следующий раз? А случившееся можешь считать расплатой за то, что не воспринимаешь мою работу серьёзно и, следовательно, тратишь моё время, - закончил он, проходя мимо Микки и задевая его плечом. - О, и кстати, - продолжил он, снова оборачиваясь. - Я отменяю сегодняшнее занятие, потому что у некоторых из нас, менее уважаемых людей, есть больше одной работы. Но тебе нужно знать, что у нас будет незапланированная контрольная на занятии в понедельник, чтобы увидеть, улучшились ли твои результаты. Промежуточные экзамены подойдут быстрее, чем ожидаешь, а ты отстаешь, поэтому я бы начинал готовиться заранее. Не опаздывай! После этого он ушёл, оставляя злого Микки дуться из-за своей неудачливости. Если Галлагер думал, что Микки позволит ему творить херню без последствий, он даже больший идиот, чем кажется. Это была война. * ** Микки вышел из квартиры в направлении катка парой часов позже, все еще озадаченный поведением Галлагера и тем, что он вообще существует. Как будто его выходки в классе было недостаточно, и он решил вдобавок провести тест. И Микки был наверняка уверен, что тот будет чертовски сложным, являясь частью Галлагерской Раздражать-Микки-До-Смерти операции. Микки также злился из-за того, что Галлагер отменил сегодняшнее занятие. Кончено, Микки ни капли не возражал. Чем меньше он видел этого парня, тем лучше. Но от того, кто постоянно доставал Микки за то, что тот опаздывает, не читает главы вовремя или делает это недостаточно тщательно, это казалось немного лицемерно. Как Микки должен был относиться к их занятиям серьезно, если даже звёздный репетитор Йен Галлагер этого не делал? Кажется, сейчас было подходящее время, чтобы попросить о замене репетитора. О чем он мог только мечтать. Если бы Микки не опасался выставить себя в плохом свете перед Петровичем и Мерфи, когда приближался сезон, он бы не колебался. Но он знал, что ставки для команды были высоки и если начать беспокоить их из-за неотносящихся к спорту неудобств, - что Микки однажды уже сделал - это только разозлит их, что не будет хорошо влиять ни на Микки, ни на команду. Меньше всего им было нужно, чтобы Петрович выражал свое разочарование через дополнительные часы тренировок. Он продолжал свой путь на практику, пока поступок Галлагера продолжал прокручиваться в его мыслях. Нельзя было даже подумать о том, что Микки спустил бы ему это с рук без последствий. Он помнил фразу, миллионы раз повторяемую отцом, привитую ему и его братьям и сёстрам в детстве; Никто не ебет Милковичей. Как бы он не хотел отстраниться от своей семьи, эта мантра казалась подходящей сейчас. Обычно это значило, что Терри собирался взять пару своих парней и серьёзно навредить кому-то, кто неправильно посмотрел на них. К несчастью, Микки знал, что не может сделать это же по отношению к Галлагеру. Как бы сильно тот не действовал на его последний нерв, он не стоил такого внимания. Микки должен был придумать что-то лучше. Что-то, что могло бы пробраться Галлагеру под кожу, но не принести Микки серьёзных проблем. Он подошёл к катку и вытащил телефон, прислоняясь к стене у входа в здание. Он не так много знал о Галлагере. Он знал, что тот по какой-то причине ненавидел спортсменов, любил школу и работал на двух работах. Не разгуляешься. Он продолжал стоять на месте в раздумьях. Впервые он пожелал, чтобы во время занятий они не только спорили на тему спортивных стипендий и дурацких репетитрских подработок, потому что это сделало бы процесс мести гораздо проще. Микки не мог волшебным образом заставить Галлагера провалить тест или вылететь со своей работы. Он сфокусировал взгяд на экране и забил в гугле запрос, как выставить кого-то полным идиотом. Когда ничего полезного не нашлось, он заблокировал телефон, решив, что все это в любом случае глупо. * ** Он прошёл в зал и направился к раздевалке игроков дальше по коридору. Там уже была пара парней, увлечённо болтавших между собой. Они поздоровались с ним, и Микки подошёл к своему шкафчику, садясь на ближайшую скамью. Абсолютно бесконтрольно его мысли тут же вернулись к Галлагеру, думая, как можно отплатить за его поступок. Микки начинал осознавать, что ситуация с Галлагером выходит из-под контроля. Он проводил слишком много своего свободного времени, думая об этом придурке, и это нужно было остановить. Но все же. Он оглядел раздевалку. Почти все парни к этому времени уже пришли, некоторые из них переодевались в одежду для тренировок, другие вели увлечённые разговоры с разных концов комнаты. Все казались бодрее сегодня. Вероятно, из-за того, что занятие будет вести не Петрович. Кто-то подлетел к Микки и хлопнул его по плечу. Это вывело эго из оцепенения и заставило немного подпрыгнуть от неожиданности. - Эй, полегче, тигр, - сказал Бен с мягкой улыбкой. - Господи Иисусе, Оуэнс, - Микки потер глаза пальцами и обернулся на лучшего друга. Он все еще был в уличной одежде и держал стаканчик из Старбакса. Микки уставился на него. - Ты в порядке, Мик? Выглядишь несосредоточенно, - поинтересовался Бен, в беспокойстве щуря глаза. - Плохо себя чувствуешь? Микки просто продолжал пялиться на чашку в руках Бена. Он наверняка выглядел как чертов псих. Он снова вытащил свой телефон, набирая очередной вопрос в Гугл. Он нажал на заголовок статьи и пролистал вниз, просматривая текст, пока не нашёл то, что искал. - Эм, Мик? - медленно начал Бен. - Я- ты все еще здесь? - Эй, все! - произнес Микки, проигнорировав Бена, и встал перед сокомандниками. Все они оставили то, чем занимались и уставились на него, разговоры затихли почти мгновенно. Вероятно, нужно отдать должное шоку, который все они испытали, когда Микки решил сделать прилюдное объявление. - Что вы думаете об импровизированной командной прогулке после тренировки сегодня вечером? Полностью за мой счет. * ** - Ты уверен насчёт этого, Милкович? - спросил его Нельсон седьмой раз с начала прогулки. - Да, Нельсон, абсолютно уверен. Хочешь попросить меня составить контракт и заверить его у нотариуса? - ответил Микки сквозь сжатые зубы. - Если честно, выглядит как, будто ты покоряешь ранее неизведанные для тебя территории, Мик. Подобная щедрость, и все такое, - объяснил болтающийся рядом Бен. - Заткнитесь и идите быстрее, они закрываются через двадцать минут, - подтолкнул его Микки, ускоряя шаг. - Я просто не понимаю, почему в тебе так резко проснулся командный дух, - продолжил друг. - Обычно мне приходиться затягивать тебя на командные сборы чуть ли не за волосы, а сейчас ты делаешь это сам? Звучит немного подозрительно, как по мне. - Можешь просто позволить этому чуваку довести нас до места, черт возьми, Оуэнс? - произнес Адамс. - Почему ты отказываешься от чего-то бесплатного? Группа из пятнадцати парней, которую Микки вел за собой, что-то согласно пробормотала. Бен кинул на Микки подозрительный взгляд, но не стал продолжать расспросы дальше. Они достигли места назначения спустя пять минут. Микки открыл дверь и зашёл в абсолютно пустой Старбакс, собрание хоккейной команды "Мичиганские росомахи" последовало за ним. Это было хорошей идеей. Микки удалось убедить почти всех пойти с ним после того, как он изложил условия. Голубые глаза тут же встретились со взглядом зелёных, метнувшимся из-за прилавка. Они были широко распахнуты, словно Микки только что вытащил ружье и сообщил, что это ограбление. Обведя взглядом группу высоких парней за спиной Микки, выражение в них сменилось с шока на усталость, смешанную со злостью, и, может быть, каплей страха. Микки улыбнулся. Бинго. Он провел толпу к прилавку и остановился перед Галлагером, который просто без слов таращился на него. В руке была мокрая тряпка, и все выглядело так, будто он только начал готовиться к закрытию. Ещё лучше. - Спасибо, что приветствуете нас в вашем заведении, сэр, - довольно произнес Микки. Он обернулся назад к команде. - Напоминаю, что вы можете выбрать тот вид фраппучино, который захотите! Не важно, насколько сложным он будет. И Вентрас, или как, они блять, это называют! Что угодно! Уверен, прекрасный джентльмен будет рад исполнить это. Команда позади него начала обсуждать заказы, и Микки повернулся к Галлагеру, который выглядел так, будто хотел ударить его по лицу. Микки триумфально улыбнулся. - Что ты, блять, здесь делаешь? - прошипел Йен, видимо, наконец вновь обретя голос. - Разве можно так обращаться с покупателем, который тебе платит, Галлагер? - спросил Микки в притворном возмущении. Тот поднял брови, будто спрашивая, "ожидаешь, что я поверю в это?". - Ты отменил наше занятие сегодня, и, клянусь богом, я так сильно скучаю по тебе. Так что я решил прийти и увидеться! - объяснил он. - И я привёл несколько друзей! - продолжил Микки, указывая на парней позади него. - Думаю, ты будешь не против наконец познакомиться с моими сокомандниками, учитывая, как много ты говоришь о нас. - Я закрываются через пятнадцать минут, Микки, - слабым голосом произнес Галлагер. - Ну, тогда тебе лучше поскорее взять у каждого заказ и начать выполнять его, хах? - ответил Микки, его голос сочился высокомерием. - О, и не беспокойся об оплате, - он вытащил свою дебетовую карту и бросил её на стойку перед собой. - Мичиганский университет все покроет. Галлагер выглядел так, будто был готов прямо сейчас начать дышать огнем. Его лицо слилось по цвету с волосами, а кулаки сжались. Увиденное удовлетворило Микки. Он бросил ещё один взгяд на команду позади себя и сделал шаг ближе к кассе, чтобы озвучить, чего хочет. Весь процесс заказов занял пятнадцать минут. Парни восприняли фразу Микки "все, что угодно" буквально, перечисляя добавку за добавкой в их саханые напитки. Микки стоял позади всех и смотрел, как Галлагер носится по кафе, используя три блендера сразу, и внимательно читал инструкции для каждого кофе. Микки нашел в интернете, что бариста ненавидят готовить фраппучино, особенно когда люди добавляют тонну всякого дерьма к оригинальном напитку и делают его ужасно сложным. Учитывая лицо Галлагера, когда Микки произнес заказ, статья, на которую он наткнулся, не врала. Бен подошёл и встал рядом с ним, тоже глядя в направлении Галлагера. Микки отвёл взгляд и небрежно уставился в пол. - Так, это он, хах? - спросил Бен спокойно. Микки кивнул, не встречаясь с другом глазами. - Ага. - Ты привёл нас сюда, чтобы мы могли помучить этого парня и заставить его работать дополнительно? - поинтересовался Бен у него. Микки кивнул ещё раз. - Да. Вероятно. - Почему? Микки перевёл взгляд на лучшего друга. На его лице не было осуждения, только любопытство. Будто он искренне хотел понять. - Выкинул кое-какое дерьмо на сегодняшней лекции,- Микки пожал плечами. - Не хотел спускать ему это с рук. Бен усмехнулся. - Очень по-взрослому, Мик. - На чьей ты стороне, Оуэнс? Ты просто никогда не встречал этого парня. Он невыносим, - спросил Микки раздраженно, тряся головой. - На твоей стороне, Милкович. Я собираюсь быть на твоей стороне, что бы не случилось. И ты прав, звучит так, будто он придурок. Я просто говорю о том, что это было слишком жёстко для парня. Имею в виду, он здесь один, готовит заказы для пятнадцати клиентов, хотя должен был закрыться десять минут назад. И ему ещё, вероятно, придётся остаться для уборки, - Бен повел плечом и вернул взгляд к Галлагеру, который добавлял топпинг из печенься Грема к трем напиткам. - Просто как-то жаль его. Бен мог испытывать сочувствие к каждому чертовому человеку, которого он встречал. Микки любил этого парня, но тот должен был перестать быть таким позитивным для своего же блага. И для блага Микки, раз уже на то пошло. Обычно если Бен заводил речи на подобии этой, он выслушивал их до конца, потому что у того проскальзывают хорошие мысли время от времени. Но сейчас он ни за что не позволит Бену заставить его чувствовать себя виноватым. Не за это. - Перестань, - поспорил Микки. - Этот мудак не заслуживает твоей жалости. Он заслуживает то, что получил. Бен что-то промычал. Стояла тишина, пока тот не усмехнулся мягко. - Все еще думаю, что вы должны потрахаться, - выдал он. - Боже, блять, Бен, - пробормотал Микки, потирая висок большим пальцем. Он не мог понять этого парня. - Мы не собираемся трахаться! - Хм. Да, конечно, - ответил Бен, все еще не убежденный. - Ты стараешься сделать все, чтобы это не закончилось сексом. Извини, не я устанавливаю правила. - Какие, к черту, пра-, я реально не представляю, о чем ты говоришь, - произнес Микки возмущённо. - Конечно, ты не представляешь, - ответил Бен, пару раз хлопая Микки по плечу перед тем, как направиться к кассе, чтобы забрать свой напиток. Сделав пару шагов, тот обернулся. - Ария была права. Он симпатичный, - этот придурок подмигнул ему, отходя вперёд и лишая Микки возможности дать ему подзатыльник. Что Бен знал? Микки бы не стал ебаться с Галлагером, даже если бы сам Иисус в своём белоснежном наряде спустился с небес и попросил об этом. И совсем не имело значения ни то, что у того была острая линия челюсти, словно высеченная из камня, ни, вероятно, твёрдый спортивный пресс под его....нет. Он не собирался проверять это. Тот был мудаком. И Микки не собирался ставить себя на его, более низкий, уровень. Галлагер на мгновение задержал на нем взгляд, и Микки понял, что пялится на него все это время. Тот разорвал их зрительный контакт, чтобы стереть со стойки крошечную каплю, появившуюся там из-за того, что Адамс неаккуратно забирал свой стакан. Закончив готовить заказы, бариста опустился на колени, вытирая пол тряпкой, и Микки не мог помешать своему взгляду упасть на зад Йена. Кто, черт возьми, носит узкие джинсы на работе? Микки отругал себя за восхищение очередной частью до разочарования совершенного тела Галлагера, когда тот поднялся и повернулся слишком близко, почти ловя Микки за разглядыванием его задницы. Тот почувствовал, как его уши начали гореть, когда он быстро отвёл взгляд, поворачиваясь влево и хватал салфетки, которые, как Микки тут же сообразил, совсем не были нужны ему. Он использовал свое боковое зрение, чтобы украдкой взглянуть на ухмыляющегося Галлагера, когда тот подошёл обратно к стойке. Микки молился, чтобы Галлагер смеялся над очередной глупостю, сказанной Адамсом, а не из-за того, что на самом деле поймал Микки за разгялдыванием его зада, как какого-то перевозбужденного подростка. Еще один день недели прошёл, и Микки знал, что ему придется потратить выходные на подготовку к незапланированному тесту. Но что-то в том, чтобы наблюдать, как Галлагер делает всем его сокомандникам сложные напитки за счет школы, делало его бесконечно довольным. Это был небольшой луч солнца среди недель грома и дождя. Микки решил, что это была победа, делая глоток своего фраппучино. На вкус как дерьмо, но он не собирался позволить этому разрушить момент. * ** Микки открыл дверь в квартиру, а затем, войдя, закрыл ее за собой. Он был настолько уставшим, что едва мог ходить. Вчерашний визит в Старбакс привел его в прекрасное настроение, но после домашней тренировки утром, лекционных занятий и дневной хоккейной практики он как никогда был благодарен, что может ничего не делать. Ну. Кроме пролистывания учебника для подготовки к тупой проверке. Бен говорил, что, возможно, останется на учёбе допоздна, так что он был уверен, что сможет побыть один, пока не услышал шорохи, доносящиеся из соседней комнаты. Микки предположил, что это была Ария, и проделал путь в свою комнату, не желая разбираться с потенциальным нарушителем. Если это действительно злоумышленник, ему не было до него дела в этот момент. Микки бросил сумку на пол спальни, стягивая с себя футболку, и упал на кровать, закрыв глаза и наслаждаясь ощущением своего мягкого матраса. Он уже собирался забраться под одеяло, когда услышал стук во входную дверь. Микки простонал, беззвучно молясь, чтобы Ария тоже услышала стук и решила эту проблему. Вероятно, это был Бен, снова забывший свои ключи. Третий раз за неделю. Микки был в шаге от того, чтобы заставить его носить цепочку для ключей, чтобы он перестал оставлять их на кухонном столе. Но, зная его соседа, он забудет и цепочку. Последовал очередной стук. Микки простонал громче, осознавая, что Ария, как и всегда, должно быть, была в своих наушниках. Он неохотно встал со своей уютной кровати и прошёл к двери. Он открыл ее, уже готовый отругать Бена за то, что заставил его подняться, но это был не Бен за дверью. Даже близко не он. Это был чертов Галлагер. Они пару секунд пялились друг на друга. Галлагер выглядел немного удивлением, увидев Микки. Это действительно его жизнь? - Нет, - сказал Микки, захлопывая дверь перед его лицом и отходя от нее. Он не собирался иметь дело с этом дерьмом сегодня. Это был один из нескольких его дней без Галлагера в неделю. Дверь быстро открылась позади него, и Микки обернулся с поднятыми бровями, чтобы увидеть, как Галлагер заходит в его чертов дом без приглашения. Микки посчитал, что это было настоящее проникновение со взломом. - Извини? - воскликнул он, почти растеряв все слова из-за наглости этого парня. - Не входи! Я закрыл дверь! Я сказал нет! Нет значит нет, сученыш! Галлагер бросил на него быстрый взгляд. Его глаза на секунду задержались на животе и груди Микки перед тем, как вернуться к его лицу. Это был тот момент, когда Микки осознал, что был все еще без футболки. Блять. Он на самом деле стоял перед этим придурком обнаженным выше пояса? Он проигнорировал тот факт, что его желудок внезапно решил сделать кувырок. - Я здесь не ради тебя, идиот, - произнес Галлагер, делая ещё один шаг от двери и закрывая её. - Я забираю Арию по работе. Она сказала, что вы живёте здесь. Микки поднял брови на это. - О! Правда? Я думаю, она забыла упомянуть, что она на самом деле не живёт здесь, а просто, - он повысил голос и повернулся в направлении комнаты Бена, чтобы Ария могла слышать его. - Не любит оставаться в своей собственной чёртовой комнате, потому что, по-видимому, недостаточно взрослая для этого, - закончил он, возвращая внимание к незваному гостю. Микки заметил, как взгляд Галлагера поднялся к его лицу, словно до этого парень был сосредоточен на чем-то другом. Этого абсолютно точно не могло быть. - В любом случае, чего ты хочешь от Арии? - спросил его Микки, избегая мыслей о том, что только что увидел. - Не можешь завести себе чёртовых друзей? Галлагер грубо фыркнул на это. - У меня достаточно друзей, и спасибо, что ты не в их числе. Ария и я работаем вместе. И вдобавок она лучший человек, которого я встречал здесь, - он бросил на Микки многозначительный взгляд. Микки закатил глаза. - Ага, не помню, чтобы спрашивал историю твоей жизни. Они стояли в неловкой тишине ещё пару секунд, пока Микки старался смотреть в любом направлении, кроме Галлагера. - Так, эм... - пробормотал тот, скользя взглядом по квартире, и, кажется, думая о том же, о чем и Микки. - Симпатичное место. Приятно знать, что пока кто-то ютится в дерьмовых общежитиях, спортсмены живут в местах вроде этого. - О, черт возьми, только не это снова, - Микки потряс головой. - Сегодня у меня нет сил пытаться переубедить твою задницу с помощью моих остроумия и обаяния. - Остроумия и обаяния? - издевался Йен. - Серьезно? То, что ты зовёшь чувством юмора, на самом деле защитный механизм, чтобы спрятаться, потому что даже ты сам не уверен в себе, - пожал он плечами. - Так что ты пытаешься заставить других людей чувствовать себя дерьмово, чтобы скрыть свою боль. Микки взглянул на него так, будто у того было две головы. Галлагер только ухмыльнулся. - Психологический факультет, помнишь? - Ага, спасибо за анализ, Фрейд, но я могу с абсолютной уверенностью сказать, что единственная проблема в моей жизни сейчас - это твоя задница, которую я по своей неудачливости вижу везде, куда ни пойду. И даже в моем собственном доме! Так что если я действительно неприятен, то дело только в том, что моя жизнь резко превратилась в фильм ужасов за те пару недель, которые я знаю твой дерзкий, раздражающий зад! - закончил он. Галлагер выглядел ошеломленным секунду перед тем, как усмехнулся. Придурок задумался с таким видом, словно собирался ввергнуть жизнь Микки в еще больший хаос. - Хм, - начал Галлагер, и Микки определённо не мог пропустить, как взгляд того прошёлся по его неприкрытой одеждой половине тела. Тот уже даже не скрывал этого. Он склонился голову в сторону, и его улыбка превратилась во что-то более жаркое и непристойное. - Ты проводишь много времени, думая о моей заднице, Мик? Рот Микки проиткрылся. Он чувствовал себя так, будто его сбил грузовик. Фантомный вес надавил ему на грудь. Он не был уверен, была ли это галлюцинация, или Галлагер действительно это сказал. Что, блять, он имел в виду? Микки поднял взгляд на лицо Галлагера; на его дерзкое, внезапно привлекательное лицо, дожидаясь заключения. Последнего удара. Все, с чем он столкнулся, это поднятые брови и наглая ухмылка. Микки не собирался отвечать на этот вопрос, но даже если бы попытался то вряд ли смог выдавить из себя хоть слово. Он развернулся, желая сбежать в безопасную комнату, чувствуя себя полностью разбитым из-за присутствия этого усмехающегося придурка. Но до того, как он успел сделать хоть шаг вперёд, Ария решила наконец появиться, выходя из комнаты Бена, все еще с наушниками в ушах. Она выглядела действительно удивлённой, увидев их. Двое друзей встретились взглядами, и Микки почувствовала себя ребенком, пойманым с рукой в банке печенья. Ария кинула на него быстрый взгляд. Затем она осмотрела Галлагера, стоящего у двери, и снова вернулась к Микки. Который все еще был без футболки. - О, привет, Мик, - произнесла девушка и сняла наушники, ухмыляясь и стараясь сдержать смех. - Я не знала, что ты уже дома. - Что значит, ты не знала - где еще я, блять, могу быть? - спросил Микки. Почему все так удивляются, когда видят его в собственной квартире. Ария немного смутилась и пожала плечами. - Думаю, на катке? - В любом случае, сейчас я здесь, - отрезал он, проходя к своей комнате, но в последний момент оборачиваясь к ним снова. - О! И кстати, пожалуйста, можешь продолжать водить сюда всяких незнакомцев когда захочешь! Это место уже можно называть хостелом! Может быть, мы даже начнём предлагать утренний завтрак! - с этим он скрылся в своей комнате, хлопнув дверью. Микки упал на кровать второй раз за этот вечер, прижимая к закрытым векам ладони, чтобы хоть немного облегчить разочарование. Не прошло и десяти секунд, как он снова услышал стук, и Ария прикрыла его дверь, вопросительно глядя на него. Микки закатил глаза. По-видимому, его никогда не оставят в покое. Он кивнул, показывая, что она может зайти, что девушка и сделала, закрыв за собой дверь. Она присела на край кровати, одетая в свою выходную одежду; черные рваные джинсы, кроп топ, и оверсайз джинсовка. Ария скрестила ноги и перевела взгляд на Микки, видимо, не зная, что сказать. - Извини. Я правда не знала, что ты уже пришел, - выдохнула она. - Думала, ты задержишься на тренировке. Микки продолжил молчать. Он не знал, что на это ответить. - Йен спросил, можем ли мы разобраться с этой рабочей проблемой вместе, - продолжила она, понижая голос. - Он мой руководитель. И он здесь новенький. Я просто чувствовала бы себя странно, если бы отказала ему. Микки кивнул и присел на постели. - Этот мудак угрожал твоей работе, если ты откажешься? Потому что я могу пойти и разобраться с ним. Буду даже рад, - шутливо ответил Микки. Ария выдала небольшую улыбку и слегка шлепнула Микки по ноге. - Йен не может уволить меня. Он не менеджер, и в любом случае не стал бы. Он не настолько плохой, каким ты его считаешь, Мик. Микки громко фыркнул. - Он абсолютно точно плохой, Ария. Не знаю, почему ты решила помучить себя, зависнув с ним. Ария фыркнула. - Я не зависаю с ним. Это первый раз, когда мы видимся вне работы, клянусь. Я просто пытаюсь не создавать конфликтов, - она подняла вверх ладони, притворно сдаваясь. Микки закатил глаза. - Тц. Я понял, - произнёс он. Это правда. Ария оказалась в неловкой позиции между своих друзей, пока у Микки все еще были занятия с Галлагером. - Да? - переспросила Ария, выглядя шокированной и хмуря брови. - Ага, - выдохнул Микки. - Ты не в лёгкой ситуации и не много можешь сделать. Твоя работа станет сложнее и дерьмовее, если испортишь отношения с Галлагером. - Спасибо, Мик, - ответила она искренне. - Бен рассказал тебе, что этот ублюдок сделал на вчерашнем занятии? - спросил он. - Да, - вздохнула Ария. - И о твоём гениальном маленьком наказании. Кстати, я думаю, что должна надрать тебе за это зад. - Это ему надо надрать зад, - пробормотал Микки. Зад. Проводишь много времени, думая о моей заднице, Мик? Блять. - Я могу поговорить с Йеном, если хочешь. Сказать, что если он хочет, чтобы мы продолжали быть друзьями, он должен быть с тобой полегче. Микки хмыкнул. - О, так теперь ты хочешь быть с ним друзьями, хах? - Нет, нет. Я знаю, что он вел себя с тобой херово, доказывал, что ты недостоин быть здесь, ничего не зная о тебе. Но на самом деле звучит так, будто вам двоим просто нужно поговорить и понять, что вы не настолько плохие, какими друг друга считаете, - сказала она, поведя плечом. Ария остановилась. - Но, я имею в виду... Я не против узнать его получше. Обычно я тусуюсь только с тобой и Беном. Это немного расстраивает. Было бы здорово иметь кого-то еще кроме вас двоих в своей жизни. Но я попытаюсь понять твою странную ситуацию с заклятой враждой и могу поговорить с ним, если хочешь. - Тебе не нужно делать это вместо меня, - возразил он - Я серьезно. Если он хочет быть рядом со мной, то не должен относиться к тебе как придурок, - сказал она и остановилась на мгновение, будто пытаясь обдумать, нужно ли ей говорить что-то еще. - Серьезно, ты пробовал просто поговорить с ним? Я имею в виду, вы видитесь по несколько раз каждую неделю. Почему бы вам не зарыть топор войны? Сделать свою жизнь проще? - Ага. Я не буду делать этого. Но огромнейшее спасибо за совет, - отрезал Микки упрямо. Он уже почти дал разрешение на дружбу Арии и Йена. Будь он проклят, если позволит ей разрушить и его поезд ненависти. Ария драматично закатила глаза. - Ну так что, разрешаешь подружиться с твоим врагом? - пошутила она. - Ага, но я не знаю, зачем тебе это, разве что потому, что у тебя совсем нет друзей кроме меня, и та-Ай! Ария! - простонал он после того, как девушка ударила его по бреду. - Иди отсоси член, придурок, - рассмеялась Ария. - Ладно, теперь я догадываюсь, как ты выбираешь друзей, потому что Галлагер просто Король Членов, - Микки закрыл глаза и потряс головой. Он не мог поверить, что только что сказал это. Ария, казалась, проигнорировала его высказывание, но Микки мог поклясться, что видел тонкую усмешку, появившуюся на ее губах. Вместо этого она перевела взгляд на свой телефон, а затем вновь на Микки. - Думаю, мне пора. - Ага. О! Эй! - прокричал он шёпотом, когда та уже встала с кровати. - Если этот придурок начнёт раздражать тебя, просто напиши. Я притворюсь, будто тебя вызвали на срочную семейную встречу или типа того. Никто не должен сидеть с этим чуваком против своей воли. Просто отправь "SOS", и я буду готов, - произнес он серьезно. Ария уставилась на него и покачала головой. - Мик, ты такой мелодраматичный, я клянусь. Она направилась к двери, но снова обернулась к нему, остановившись на пол пути. - Кстати. Когда я вернусь, мы собираемся поговорить о том, почему первое, что я увидела, когда вышла к вам, это тебя, стоящего перед Йеном без футболки, - она бросила ему знающую ухмылку и быстро покинула комнату до того, как Микки успел сказать хоть что-то в свое оправдание. Он простонал. Микки уставился в потолок, заставляя свой мозг работать в ускоренном темпе. Он чувствовал себя немного спокойнее после разговора с Арией, но все еще был взбудоражен. Ее последний комментарий напомнил о словах Галлагера, сказанных пару минут назад. Проводишь много времени, думая о моей зандице, Мик? Что, черт возьми, это должно было значить? Это не имело смысла. Тот каким-то образом выяснил, что Микки нравятся парни? Он не мог придумать ни единой причины, почему Галлагер пришел к подобному заключению. Или почему тогда он только что открыто флиртовал с Микки, стоя в его чёртовой гостиной. Окей, да, он пялился на его зад вчера, но был на восемьдесят семь процентов уверен, что Галлагер не заметил этого. Тот просто пытался потрахаться с ним? Это казалось единственным подходящим утверждением. Микки не мог представить, какой из социопатов стал бы говорить такое дерьмо, просто чтобы переспать с кем-то, но это казалось вполне в духе Галлагера. Кроме этого, они, блять, не выносили друг друга. Никто не может перейти с того уровня ненависти, который Галлагер, по-видимому, испытывал к нему, к появившемуся из ниоткуда флирту. Это было не кино с тропом "от врагов к возлюбленным"на Нетфликс. Это наверняка была какая-то игра. И все же. Что-то было в том, как тот сказал это. И в том, как Микки почувствовал себя после этого. Все дело было в неумолимом тянущем ощущении, распространившимся от груди до кончиков пальцев ног. Чувство, которое он не мог объяснить и которое никогда не испытывал даже отдалённо. Сперва все началось с шока, но затем превратилось во что-то другое. Оно заставило его чувствовать себя легкомысленно и воздушно. Как будто он парил. Это вызывало отвращение. Не из-за того, что он чувствовал это, а из-за того, что он чувствовал это из-за слов Галлагера. Этот парень прекрасно выполнял свою работу забираться в его мысли, где бы Микки ни был. Даже в дни, когда они вообще не должны были видеться. И это наконец действительно до него дошло. Микки не предполагал, что у него появятся эти странные, конфликные, отвлекающие чувства к своему репетору. Он собирался сфокусироваться на приближающемся сезоне и сдаче экзаменов. Ничего другого не должно было быть в его мыслях. Микки должен подготовиться к своей первой игре, которая будет уже через несколько недель, и он не собирался выполнять это вместе с Йеном Галлагером, решившим сделать свой дом из его головы. Что-то должно было случиться.