Единственный в поле Воин

Леви заметил. Разумеется, не мог не заметить. Как только Зик с Эреном вышли на площадку, он по-крысиному принюхался, подошел почти вплотную, оглядел их обоих и в наказание отправил чистить конюшни. К тому времени как Эрен все-таки объяснился с друзьями и присоединиться к нему, Зик успел раздобыть метлы. К счастью, после недавней генеральной уборки здесь было относительно чисто. Дежурная девчонка сказала не менять солому, только еще раз промыть выложенное камнем пространство между стойлами, протереть пыль на балках, убрать рассыпавшийся корм и смазать петли. Работы на час, но Леви было необязательно об этом знать. — Что они сказали? — сбросил Зик, неспешно выметая из углов вытянутые светлые зерна овса и слегка округлые — ячменя. — В основном жаловались, что не позвал, — поделилился Эрен и взялся за тряпку. — Могу взять вину на себя и сказать, что не хотел их видеть. — Разобьешь Саше сердце. — Разве что ей. Жану я не нравлюсь, — про Армина Зик решил не говорить, потому что между ними сложилась атмосфера взаимного лицемерия: оба говорили только хорошее и улыбались, но старались не поворачиваться друг к другу спиной. — Ему никто не нравится. — Кроме Микасы. Эрен недовольно зыркнул и принялся тереть ни в чем не повинную балку с удвоенной силой. Сосредоточиваясь, он сдвигал брови и щурился, как Гриша. Может, через пару лет ему придется носить очки. Зик думал, что вчерашнее — всего лишь наваждение. Мало ли что может почудиться после пятой рюмки. Однако сейчас он вглядывался в профиль Эрена и не мог игнорировать сходство. В их последнюю встречу Гриша выглядел иначе, но в том воспоминании, где он вместе с Диной склонился над колыбелькой… Там Грише двадцать. Лицо еще гладкое, по-юношески округлые щеки, лежащие на лбу каштановые волосы того же цвета, что у Эрена, и те самые зеленые глаза. Зику хотелось вернуться в Марлию и забрать у бабушки единственную гришину фотографию: черно-белое изображение, где он приобнимает бедную тетушку Фэй. Пока Зик думал, к его воротнику потянулась особенно наглая лошадь. Дверь заканчивалась над грудью скакуна, поэтому он смог вытянуть шею и раскрыл пасть около торчащего края куртки. Зубы щелкнули около уха, Зик отступил в сторону. Животное разочарованно фыркнуло в пол и развернулась задом, двигая хвостом вверх-вниз. — Ненавижу это, — буркнул Зик, когда рыжий конь уронил пучок сена на только что выметенные полы. — Из вас тут готовят не солдат, а прислугу. В армии Марлии были свои недостатки, но по крайней мере там не заставляли махать метлой. На мелкие промахи закрывали глаза, а за серьезные отнимали звание, привилегии или жизнь. Дежурств не было, и уж тем более целый корпус не стал бы посвящать день уборке, потому что нежные чувства какого-то коротышки ранила кучка мышиного дерьма в углу гостиной. — Можешь не убирать. Отсидимся здесь до вечера, все равно чисто. — И не боишься своего капитана? Эрен закусил губу. Кажется, боится, но что-то задумал. Зика не надо просить дважды, так что он отставил метлу, бросил на каменный пол попону и уселся сверху со скрещенными ногами. Поверхность оказалась куда жестче земли, неудобная до боли в заднице, но вставать уже не хотелось. Эрен сел напротив, скопировав его позу. Он казался скованным: совсем не тот парень, что вчера рюмку за рюмкой вливал в себя джин. О вчерашней попойке напоминали только синяки под глазами. Может быть, мальчишка просто не спал остаток ночи. — Я знаю, что ты титан, — сказал Эрен. Зик продумывал много вариантов того, что может произойти в течение следующих недель. Он допускал, что его могут рассекретить. Однако ни разу в его фантазиях подозрения не высказывал именно Эрен. Тем более, наедине. Вдалеке свистел УПМ. Команда все еще была на тренировке, да и лошади не ржали, как всегда делали при чьем-либо приближении. Сквозь открытую дверь просматривалась площадка перед штабом — никого. С тыльной стороны конюшни толком не спрячешься, там все поросло крапивой, из которой здешние варили суп. — Я никому не сказал, — подтвердил Эрен, замечая направление его взгляда. — Просто хочу поговорить. — О чем? Зик незаметно сунул руку в карман, куда воткнул несколько булавок. Нужно только резко дернуть рукой, и вспоротая кожа позволит превратиться в Звероподобного. Если Райнер сообразит прийти на помощь, они почти беспрепятственно вытопчат Разведкорпус и схватят Эрена, не убивая. Магат разрешил в крайнем случае сожрать Прародителя, но Зик не хотел проглатывать человека с лицом Гриши. Тем более, он не позволил бы это Райнеру. — О вашей миссии. Мальчик выглядел серьезным, как будто готовился к драке или намеревался топнуть ножкой. Зику хотелось смеяться. Он потянулся, чтобы снять очки — любил протирать их во время тяжелого разговора — но их не оказалось на месте. Чтобы жест не выглядел совсем уж нелепым, Зик убрал челку на лба. Он хотел отшутиться. Сказать, что Эрен не отошёл после вчерашнего и что-то приведелось ему после попойки. Но зелёные глаза царапали кожу. К тому же, Зик и сам хотел поговорить. — Да пожалуйста. Ты — мне, я — тебе. — Что ты хочешь узнать? — нахмурился Эрен. — Уступаю тебе право первенство, — Зик шутливо поклонился, заранее зная, какой вопрос последует. — Сколько вас? — продсказуемо выдал Эрен, кусая губы. — Кого «вас»? Четче формулируй свои желания. — Титанов. Разумных, как Колоссальный и Бронированный. — На острове или в мире? — В мире, — процедил Эрен сквозь зубы, уже не в силах скрывать раздражение. — Девять, — сжалился Зик, потому что разговор обещал быть долгим. Ветер проникал сквозь щели в стенах и гонял по полу неубранные соломинки. — И что, это все? — спросил Эрен, выждав секунду. — А чего ты ожидал, я же сказал: что попросишь, то и получишь. Моя очередь, — Зик пригладил бороду, думая, с чего начать, чтобы не спугнуть Эрена. — Назови имена тех, кого приставили следить за мной. Эрен колебался. Ребенок, что с него взять. Он не понимал, как много Зик может из него вытянуть, ничего не отдав взамен. Его верхняя губа иногда дергалась, обнажая зубы. — Только Капитан Леви, — признался Эрен. — Не верю, — Зик не имел права на еще один вопрос, но молодой и честный разведчик ожидаемо дополнил. — Это правда! Почти никто не знает. На собрании командор Смит сказал не лезть, потому что тобой займется капитан. Но… — Эрен замялся, прежде чем сдать друга. — Армин все равно следит. Немного. Зик представил, как проходят их собрания. Эрвин во главе стола, заморыш ненавязчиво трётся об него справа. Все остальные сидят с приоткрытыми ртами и ловят каждое их слово. Армин срывает горло, зачитывая с бумажки список всего, что Зик сделал за день. В конце вечера они в очередной раз выносят приговор «Виновен». — Допустим, — кивнул Зик. — Твой черед. — Бертольд ищет Энни? — спросил Эрен, так ничему и не научившись. — Да, — ответил Зик и сразу взял свою очередь. — Что вы обсуждали на последнем собрании? Эрен заколебался. Зик притворился, что сейчас встанет и уйдет. Эрен стучал ладошкой по колену и был напряжён настолько, что, казалось, мог превратится в титана, не пуская кровь. Зик снова сравнил его с отцом. Гришу невозможно было представить в таком взвинченном состоянии. Обычно Зик видел отца либо отстраненным, либо разочарованным. Прежде чем Зик поднялся на ноги, Эрен шумно выдохнул и доложил: — Пытались угадать, где прячутся ваши сообщники и кто из вас титаны. — И как, горячо? — спросил Зик. — Твой черед, — наконец-то включил голову Эрен. А у мальчишки есть стержень. Зик вспомнил, как подглядывал за собраниями реставраторов через замочную скважину. Они приходили минут на пятнадцать-двадцать, чтобы их отсутствие не заметили соседи или сослуживцы. Каждый раз Зику приходилось отбегать и прятаться в кладовке. Во время этих предательских сборищ благоразумный доктор Йегер вставал на платформу, размахивал руками или даже флагом, выкрикивал запрещённые законом лозунги. Возможно, он становился усталым и разбитым только при виде сына. — Я хочу знать все о человечестве, о том, что есть за этими стенами, — кое-как сформирмулировал Эрен и тут же закусил губу, предвещая возражения. — «Все»? Чтобы столько рассказать, не хватит остатка жизни. — Это нечестно! — Эрен хлопнул ладошкой по полу, но Зик только посмотрел на него поверх ненадетых очков. — Я не могу ответить, если ты сам не знаешь, чего хочешь, — возразил он, но Эрен упрямился и молчал. — Ладно. Мы на острове, за этими стенами только лес и неразумные титаны. Но за морем есть другие острова и материки. Две сотни стран, и все больше вашей. Эрен моргал с глупым видом. Может, он не знал таких слов «остров», «море», «материк». Или даже «страна». Вполне возможно, раз уж Парадиз они назвали «Человечеством». Так или иначе, просьбу Зик выполнил. Не дождавшись нелепых уточнений, он спросил: — Расскажи, что ты видишь, когда касаешься меня. А вот теперь Эрен неожиданно расслабился. Пропала и нервная дрожь, и затравленный взгляд. Он походил на театрального актера, которому протянули сценарий после целого акта мучительной импровизации. — Я вижу прошлое, — уверенно поделился Прародитель. — Свое, твое, других людей. И пару раз… будущее. В другой ситуации Зик бы счел это полным бредом, но сейчас почему-то поверил. — Что именно? В будущем? — спросил Зик не в свою очередь, но Эрен спокойно ответил, будто весь разговор затевался только ради этого. — Просто вспышки. Одни и те же события, но чуть-чуть не похожие. Вы хотите разрушить оставшиеся две стены. Я десять раз видел, как у вас это получилось. Почти всегда умирали Бертольд и Эрвин. Два раза капитан Леви убил тебя. Ровная интонация никак не сочеталась с ужасными словами. Это казалось бредом: поверить, что в будущем его убьет коротышка. Знал он о плане, ну и что? Райнер уже пробивал стену Роза, очевидно, что они хотят закончить начатое. Конечно, Зик не поверил, но все же… Эрен — плохой актер. И сейчас он вел себя слишкои убедительно для лжеца. Эрен ерзал в нарастающем нетерпении. Зик уже раз погладил бороду, которая уже торчала вперёд, как наконечник стрелы. — Ты сказал, что десять раз у нас получилось. А вы побеждали? Хоть раз? В этот Зик бы точно не поверил. На острове не было силы, которую можно противоставить трем титанам, а за стеной прятался отряд с современным оружеем. И ведь это Зик ещё не вспоминал о газе со своей спинномозговой жидкостью. Скрестив руки на груди, он ждал ответа. — Бертольд освободит Энни. Вместе вы разрушите стены, если захотите, — подчеркнул Эрен последние слова, хитро прищуриваясь. — Если? Зная, что точно победим? — ухмыльнулся Зик, потому что именно он отдавал приказы. — Думаешь, я испугаюсь Леви? — Нет. Но пару раз все кончилось без жертв. Чтобы это случилось, ты должен узнать, что меня зовут Эрен Йегер. И я видел своего отца в твоих воспоминаниях. Зик вспомнил все, что происходило в течение последней недели. Показалось, что голова сейчас взорвется, но следом в мыслях стало оглушительно тихо. Молодой Гриша сидел напротив и понимающе улыбался.