За глубокой синевой

      Войдя в дом, я, не снимая обуви, промчалась в комнату, Питер следовал за мной по пятам. Он помог достать с верхней полки шкафа большую спортивную сумку.       Наша одежда, аптечка, куда я убрала «Адвил» с флешкой, кое-какие средства гигиены, ноутбук… Хорошо бы еще взять еду, чтобы наверняка, но в доме не было ничего из того, что можно было бы взять с собой. Похуй, можно будет купить по дороге. Сверху примостился рюкзак с деньгами, я застегнула сумку и коротко выдохнула.       - Так, возвращаемся в хранилище, забираем тачку и съебываем.       - Почему мы сразу не взяли автомобиль? – Питер забросил сумку к себе на плечо.       - Потому что хранилище находится на окраине города, там нет уличного видеонаблюдения. Чем меньше машина засветится хоть где-нибудь – тем лучше.       Я не верила, что это хоть чем-то нам поможет, но так мне было спокойнее. Я осмотрела спальню и почувствовала какую-то невыразимую печаль: не знаю, когда мы еще сможем сюда вернуться и сможем ли вообще. Мы вышли из квартиры, я заперла ее и бросилась в объятия Питера. Он ничего не сказал, но это было и не нужно: когда мне было плохо, он всегда все понимал без слов.       Такси приехало довольно быстро. Когда мы забрались внутрь, Питер нахмурился.       - У нас остался час, чтобы покинуть город.       - Это еще почему?       - С сегодняшнего дня введен комендантский час. С 21:00 на улицу выходят солдаты и ловят андроидов. Если хотим уехать без лишних проблем – стоит поспешить.       Я выдохнула и запустила руку в волосы. Кажется, проблемы, блять, появляются буквально из воздуха.       Убитые андроиды так и остались лежать возле хранилищ, только голубой крови вокруг больше не было. Однако, это не спасло меня от нахлынувшего чувства отвращения и ужаса. Питер прижал мою голову к себе, прикрывая мне глаза, и провел мимо них. Мне даже не хотелось возмущаться, я была слишком ему благодарна за это.       Когда мы сели в автомобиль, я поняла, что лучше, блять, пойду и посмотрю на трупы: темный салон автомобиля и тот самый странный запах кожи и перегара наполнил меня до краев, вернув в худшие воспоминания детства. Питер заметил мое состояние, но помочь ничем не мог. Я пристегнулась и откинулась на спинку сиденья: надо просто попытаться расслабиться.       Расслабиться, ага. Собственная наивность заставила меня улыбнуться.       Сумка отправилась на заднее сиденье, Питер выгнал машину из хранилища, вышел и запер его, после чего вернулся за руль. Щелкнул ремень безопасности, и мы поехали прочь.       Я уставилась в окно, стараясь контролировать панику: Детройт жил своей жизнью, я видела проезжающих мимо людей, некоторые тоже выглядели так, будто пытаются уехать отсюда как можно дальше. Я могла их понять, хотя наши мотивы наверняка различались: я спасала андроида, а они спасали людей. Но, с другой стороны, мы все пытались защитить тех, кого любим.       На выезде из города стояли полицейские и выборочно останавливали проезжающие машины. Я достала смартфон и постаралась выглядеть естественно, хотя, если бы они могли видеть, то заметили, как сильно дрожат мои руки.       Когда мы поравнялись с полицейскими, я перестала дышать. Казалось, эти несколько секунд превратились в вечность, в бесконечный мучительный ад. Мы проехали, и я увидела впереди табличку «Вы покидаете Детройт». Только в этот момент я смогла, наконец-то, сделать вдох.       …       Звездное небо было удивительно прекрасным. Интересно, почему в городе небеса кажутся чернильно-синими, почему на них никогда не бывает звезд? А стоит выехать чуть дальше от города, и их сразу видно.       Питер заправлял автомобиль, я подошла к нему, держа в руках пакет с напитками и едой. Пришлось взять побольше, чтобы не вызывать подозрений, хотя, Питер настолько сильно не был похож на других андроидов, что любые меры предосторожности, в принципе, были лишними. Он поднял на меня взгляд.       - Все в порядке, дорогуша?       Я кивнула и села в машину. Открыв бутылку содовой, я сделала несколько крупных глотков. До Бримли оставалось ехать еще часа три, надеюсь, удастся снять какой-нибудь номер в мотеле. В конце концов, переночуем в тачке и попробуем потом купить какой-нибудь домик за наличные, уж на гнилой трейлер в такой глуши точно должно хватить. Закончив заправлять автомобиль, Питер сел за руль и завел мотор. Мы пристегнулись, и я достала из пакета сэндвич.       - Официальное распоряжение президента Уоррен, моя дорогая. Начинают обязывать сдавать своих андроидов военным или полиции.       - Ага, сразу после того, как эта сука сожрет мою задницу! – Я впилась зубами в сэндвич с такой злостью, будто это распоряжение отдал именно он. Быстро прожевав и проглотив кусок, я взглянула на Питера. – Еще есть ебанутые новости?       Питер задумался.       - Ну, общественное мнение явно не на стороне властей. Но я не сказал бы, что сейчас это может на что-то повлиять.       - Как хорошо, что мы съебались. – Я откусила еще один кусок. – надеюфь, ф Бримли пфоблем не бфудет.       - Мэри, дорогая, не говори с набитым ртом.       Я проглотила кусок и тут же подавилась какой-то блядской крошкой. Откашлявшись, я сделала несколько глотков содовой.       - Именно об этом я и говорил.       - Заткнись, это случайность.       Он замолчал. Вдруг я вспомнила выстрелы, которые мы слышали в городе, и поежилась.       - Пит, есть что-нибудь о том, что произошло сегодня в центре?       Он кивнул, но я видела, что Питер совсем не хотел об этом говорить. Внутренности будто смерзлись.       - Ну?!       - Это было мирное шествие. Андроиды никого не атаковали, просто скандировали лозунги. Их расстреляли на месте.       - Блять. – Я откинула голову и посмотрела в потолок. – Никто не выжил?       - Нескольким андроидам удалось сбежать, но большинство погибло.       Я спрятала лицо в ладони, пытаясь справиться с эмоциями. Да, они машины, просто куски пластика, но они же, блять, не делали ничего плохого, это было мирное шествие, разве они не имеют права высказать свою позицию? Тут я замерла: они ведь действительно не имеют на это права. Они же просто бытовая техника, а не живые люди. В истории человечества даже люди потом и кровью добывали себе элементарные человеческие права, что уж говорить про эти ходячие кофеварки… Я перевела взгляд на Питера: они же умеют любить, злиться, у них может быть свой характер. Они – ебаные личности, почему в двадцать, сука, первом веке они вынуждены проходить через то же самое дерьмо?! Я скрестила руки на груди и с тоской посмотрела в окно. Мир меняется, мы, люди, начали с камня и палки, а закончили андроидами, но внутри мы остались теми, кем были еще тогда, когда прятались по пещерам и кутались в шкуры: эгоистичными жестокими мразями, хорошо умеющими только презирать и ненавидеть. Может, зря эти революционеры пытаются наладить диалог? Они сильнее и выносливее нас, во многих структурах их тонна, даже в военных гарнизонах, может, было бы проще убить людей и захватить планету? Да, это было бы дольше и более жестоко, но, тем не менее…       За этими размышлениями я сама не заметила, как заснула. Спустя какое-то время я проснулась от того, что Питер звал меня по имени.       - Мэри, мы на месте. Поищем место для ночлега?       Я встрепенулась и увидела, как мы проехали мимо вывески с надписью: «Добро пожаловать в Бримли». Я вздохнула и протерла глаза.       - Типа того. Посмотри, где тут ближайший мотель.       Город оказался маленьким, так что Питер довольно быстро припарковался возле двухэтажного здания мотеля. Вывеска сообщила, что здесь даже можно арендовать каяк, но я сомневалась, что это можно будет сделать, в конце концов, река уже начала покрываться льдом. Ладно, в любом случае, это было неважно.       Внутри все выглядело очень прилично: темный пол, коричневая кожаная мебель и довольно много света. Администратор, улыбчивая молоденькая девушка, предложила нам уютный двухместный номер и подала планшет, куда надо было внести данные. Я вписала свое имя и номер паспорта. В этот момент Питер вдруг обнял меня за талию со спины и поцеловал в висок.       - Любые цифры. – Его шепот был едва слышен, движение его губ скрыли мои волосы. Администратор смущенно улыбнулась и потупила взгляд, очевидно, она ничего не услышала. Я улыбнулась уголком губ, будто реагируя на его внезапную ласку, а сама тем временем вписала в планшет «Питер Кинг» и случайный набор из двенадцати цифр, после чего передала девушке планшет и оплату за ночь. Она вручила нам ключ-карту темно-бирюзового цвета.       - Вас проводить?       Питер улыбнулся и поправил лямку сумки, будто ему тяжело ее держать.       - Не стоит, спасибо. Думаю, не заблудимся. – Он хихикнул, я, улыбаясь, покачала головой, будто такие глупые шутки для него – в порядке вещей. Девушка тоже хихикнула.       - Выходите в эту дверь, – она указала рукой на раздвижную белую дверь. – поднимаетесь на второй этаж и идете налево.       - Спасибо. – Я чуть кивнула в знак благодарности, и мы поспешили в свой номер. Когда мы поднялись по белым ступенькам, я рискнула поговорить с Питером.       - Почему ты уверен, что она не пробьет номера?       - Потому что на ресепшене нет ни одного компьютера, кроме этого планшета, а на нем отсутствует программа для проверки удостоверений личности, как в крупных отелях. Это – простая формальность.       Его слова вызвали во мне волну облегчения: хотя бы из-за этого переживать не придется. Мы подошли к нужной двери, и я провела по замку картой. Он издал тихий писк, красный огонек окрасился зеленым, и Питер толкнул дверь.       Номер был довольно просторным, со всем необходимым. Огромная двуспальная кровать была застелена белоснежными простынями, напротив нее на комоде стоял большой телевизор. У самого входа расположился двухместный диван, в углу у окна пристроился небольшой холодильник, а в противоположном – круглый столик с двумя стульями. Я плюхнулась на кровать, она даже не скрипнула. Идеально, ненавижу, когда кровать скрипит. Питер бросил сумку на диван и присел на край кровати.       - Теперь тебе спокойнее?       - Нет. – Я вздохнула и села, сложив ноги по-турецки. – Теперь мне не будет покоя. Пока эта тупая пизда не запретит так с вами обращаться, я не буду чувствовать себя спокойно.       - Этого может никогда не произойти, Мэри.       - У нее срок подходит к концу, а ты сам сказал, что общественное мнение на вашей стороне. Любой, кто пообещает прекратить это дерьмо, скорее всего, выиграет следующие выборы.       - Если кто-то из нас еще останется. Нас же уничтожают.       Я осеклась. Питер прав: возможно, до момента избрания нового президента доживут единицы скрывающихся девиантов, и о них все забудут.       - В любом случае, если они решат, что вы все уничтожены, это закончится. Лучше, чем ничего.       Питер пожал плечами, не споря и не соглашаясь со мной. Я слезла с кровати, чтобы снять одежду. Когда я сбросила с себя кофту, я увидела, что он как-то странно завис.       - Ну что опять?       - ФБР уничтожили Иерихон.       - Что уничтожили? – Я сняла с себя джинсы и швырнула их на диван вместе с кофтой.       - Убежище девиантов. Они обнаружили его и взорвали. Возможно, все закончится еще быстрее, чем мы думаем.       Я растерянно заморгала и сняла бюстгальтер. Эта новость меня расстроила: в конце концов, ни в чем не повинные девианты погибли. Но, с другой стороны, если это поможет как можно быстрее заставить правительство оставить это все позади, то так тому и быть. Мне жаль этих андроидов, но Питера мне жаль гораздо больше.       Я подошла к сумке, чтобы достать оттуда футболку, и почувствовала знакомые теплые руки на своей талии.       - Тебе холодно?       - Нет, вроде. – Его вопрос почему-то меня обескуражил. Питер замолчал и замер на несколько секунд, я даже успела подумать, что он разрядился, хотя это было, конечно, невозможно.       - Не одевайся, пожалуйста. – Его шепот был полон какой-то мольбы и страсти. Кровь мгновенно прилила к щекам. В принципе, здесь правда не холодно, я вполне могу обойтись…       Он развернул меня к себе, но заместо поцелуя я встретилась с его взглядом. В его синих глазах была боль и какая-то необъяснимая, неясная тревога.       Питер всегда знал, что делал. Неважно, как я к этому относилась и как реагировала, я ни разу не видела, чтобы он хоть в чем-то колебался. Не имело значения, что происходило вокруг, ничего из этого никогда не вызывало у него сомнений. А сейчас он смотрел на меня так, будто ждал ответа на вопрос, который оказался для него абсолютно неразрешимым. Аккуратно, будто опасаясь спугнуть дикого зверя, я коснулась его щеки.       - Пит, все в порядке?       - Нет, Мэри, не в порядке.       Он опустил взгляд, будто готовился признаться в какой-то постыдной слабости.       - Они уничтожают нас. Я могу убить человека, Мэри. Могу убить нескольких, думаю, несколько десятков, даже если они нападут все вместе. Я могу уничтожить с десяток андроидов. Но если правительство не остановится и придет за мной, я не смогу их остановить. Я буду сражаться, но в этом не будет смысла. Меня уничтожат.       Он поднял на меня взгляд, полный отчаяния и страха. Я видела собственное отражение в его синих глазах.       - Ты… боишься смерти?       Он помотал головой.       - Не самого факта. Смерть будет означать, что я навсегда тебя потеряю. А я не готов потерять тебя, Мэри, но я ничего не могу сделать, чтобы это предотвратить.       Я взяла его лицо в ладони, притянула к себе и поцеловала. Его теплые руки прижали меня крепче. Я разорвала поцелуй лишь тогда, когда начала задыхаться.       - Ничего не случится, пока я с тобой, запомни. Я увезу тебя в Канаду, куда угодно, хоть в Антарктиду. Будем жить в глуши, никто никогда не узнает, кто ты такой. Завтра же купим еду и палатку, и спрячемся в лесу, пока все не уляжется. Когда правительство успокоится, на границах станет меньше проверяющих, и я увезу тебя как можно дальше отсюда. Пока я жива, ни одна сука тебя не тронет. Я не позволю.       Питер подхватил меня на руки и бросил на кровать, тут же нависнув надо мной. Его глаза засветились. Я провела рукой по его шее, спускаясь к твердой плоской груди.       - Если ад существует, то мы будем гореть в нем вместе, обещаю.       Он прильнул к моим губам, длинный мокрый язык тут же проскользнул в глотку. Он отстранился лишь для того, чтобы снять с себя толстовку. Тело горело от прикосновения его рук. Он сбросил с себя остатки одежды, я провела ладонью по его животу.       - Ты делаешь все, чтобы понравилось мне. Можешь сделать так, чтобы понравилось тебе?       Мой вопрос его озадачил, его взгляд растерянно забегал по сторонам.       - Я… не уверен. Но хочу кое-что попробовать. Скажи, если тебе будет неприятно, хорошо?       Я кивнула. Он только и делал, что думал о моих потребностях и желаниях, неважно, каким способом и в какой форме. Теперь мне хотелось подумать о нем.       Скин обнажил ладони до запястий, подушечки пальцев едва заметно засияли голубым светом. Я бросила быстрый взгляд в окно: штора была плотно задернута. Не хочу, чтобы кто-то увидел с улицы голубоватое свечение.       Он коснулся меня, и я судорожно вздохнула: от его пальцев шло странное ощущение, будто тело пронзали крошечные разряды тока.       - Больно?       - Н-нет. – Он провел рукой по животу, странное, слегка вибрирующее ощущение усилилось, когда он коснулся меня всей ладонью. Он аккуратно огладил грудь, задевая соски кончиками пальцев, я тихо вскрикнула.       - Мэри…       - Не останавливайся.       Он наклонился, заглядывая мне в лицо, чтобы заметить любые признаки того, что мне это не нравится. Но мне нравилось, мне так это, блять, нравилось, что я чувствовала, как намокла, как сильно горело внизу от прилившей крови…       Он провел по моим губам подушечкой большого пальца. Я коснулась ее языком, ощущая странное приятное покалывание, как будто лижешь батарейку. Питер резко отдернул руку, и я увидела желание в его глазах. Он моргнул и чуть дернул головой, будто приходя в себя, и провел руками по моим бедрам, я закусила губу от наслаждения.       - Это ток или что?       - Электрические микроимпульсы. Андроиды могут их использовать, чтобы обмениваться информацией и данными из собственной памяти, но ты - человек, я вообще не думал, что это будет работать.       - Ты что-то чувствуешь?       Ответ был очевиден, но я хотела услышать это от него. Он коротко кивнул, не сводя с меня горящего взгляда.       - Да. Больше, чем когда-либо.       Он аккуратно огладил внутреннюю сторону бедер и раздвинул мне ноги. Я откинулась на подушку и закрыла глаза.       - Пожалуйста, Мэри, не молчи, если будет больно.       Я коротко кивнула. Внутри меня оказалось два пальца, странное вибрирующее ощущение было необычным и безумно приятным. Я выдохнула и вцепилась в простыню. Свободной рукой он стал оглаживать грудь, большим пальцем коснулся клитора. От избытка ощущений тело будто сошло с ума, я издала громкий, протяжный стон, открыла глаза, в них сразу появились огненные вспышки. Сердце колотилось, как безумное, я почувствовала, что начинаю задыхаться.       - Питер… - Я снова застонала, не в силах сдерживаться. Он вытащил из меня пальцы и убрал руки с моего тела, нависнув надо мной. Я хотела возмутиться, но увидела, что его взгляд смотрит в пустоту. Это меня напугало.       - Пит?       - Все… все хорошо. Очень много информации, я… система, кажется, не справилась.       - Погоди, – Я приподнялась на локте и свободной рукой повернула его лицо к себе. – Хочешь сказать, что ты… кончил?       Он растерянно моргнул, осмысливая мой вопрос.       - Да, кажется, именно так.       Я издала короткий смешок и откинулась обратно на подушки. Довела до оргазма робота, Мэри, можешь собой гордиться.       - Я хочу еще. Можно? - Его лицо выражало какое-то свирепое, животное желание, смешанное с мольбой. Я усмехнулась.       - Можно, конечно.       Я увидела, как скин сходит с его члена и остолбенела: он не выглядел так, как остальное тело, в нем не было белого пластика. Он скорее напоминал какой-то особо креативный фаллоимитатор: сделанный из прозрачного материала, похожего на силикон, внутри ярко горели голубым светом тириумные трубки, которые, судя по всему, выполняли роль сосудов. Спустя несколько секунд прозрачный материал стал мутным и засветился голубоватым светом, член увеличился в размерах.       - Нихера себе технологии.       - Имитация пещеристого тела, дорогуша, андроиды же не могут постоянно ходить с эрегированными пенисами. – Питер снова навис надо мной. – Тут площадь контакта больше, сейчас действительно может быть больно. Если что – скажи, я сразу все прекращу.       Я лишь молча раздвинула ноги пошире. Он резко вошел в меня, я почувствовала более мощные электрические импульсы. Судорожно вздохнув, я вцепилась ногтями ему в спину.       Видя отсутствие негативной реакции, он начал наращивать темп. Я прижалась к нему всем телом и стонала ему в шею. Ощущения были необычными, странными и… потрясающими. Импульсы шли и от его ладоней, ласкающих мое тело. Никогда и ни с кем мне не было так хорошо, как с Питером. И ни разу с ним мне не было так хорошо, как сейчас, когда он не просто удовлетворял мои желания, но еще и свои собственные.       Он стал двигаться быстрее и жестче, импульсы стали интенсивнее, но это все еще было не больно. Я обхватила его ногами, прижимаясь сильнее, желая быть как можно ближе к нему… Вдруг Питер замер с тем же странным, пустым взглядом, я едва не зарычала: я уже была на грани, мне оставалось совсем немного, но он, блять, остановился. Ладно, в конце концов, он это не контролирует, здесь нет его вины. Я легонько похлопала его по щеке.       - Ты живой?       - Да. Подожди секунду.       Пришлось подчиниться. Я попыталась отдышаться, но Питер довольно быстро пришел в себя.       - Прости меня, я не очень хорошо это контролирую. – Он прильнул ко мне, прижимая к себе покрепче. – Я могу наверстать?       - Ну, попробуй. – Я улыбнулась и поцеловала его.       Питер снова начал двигаться во мне, но импульсов я больше не чувствовала: видимо, он вернул скин. Его руки тоже больше не отзывались в теле этим странным ощущением, но от этого его ласки не были менее приятными. Спустя буквально минуту я достигла пика и слабо застонала, чувствуя свой собственный разряд по всему телу. Питер вышел из меня и лег рядом, я пыталась отдышаться и унять бешено стучащее сердце. Он прижал меня к себе, я, разгоряченная, наслаждалась прохладой его тела.       - Сделаем так еще?       - Конечно, если ты не против. – Питер потупил взгляд. – Никогда раньше такого не испытывал.       - Ты в этом не одинок. – Я усмехнулась и прижалась щекой к его груди. – Я, знаешь ли, не каждый день с роботами ебусь.       Питер широко улыбнулся.       - Ну, это – исключительно твоя вина, дорогуша.       - Ой, заткнись.       Мы погрузились в молчание, он аккуратно гладил меня по волосам. Слушая ровный шум тириумного насоса, я сама не заметила, как погрузилась в сон.