Демон-хранитель

Стэн Марш лежал на кровати и смотрел в потолок. Нехитрое занятие целиком захватило его. Почти две недели в больнице не пошли ему на пользу. Врачи говорили, что вытащили его в последний момент, и он им верил. Стэн не мог понять, почему им это удалось, и это не давало ему покоя. По всему выходило, что договор почему-то не сработал, иначе все врачи мира были бы бессильны, кроме, разве что, патологоанатомов… Стэн догадывался, что где-то что-то пошло не так в планах Дэмиана, но что именно – для него оставалось загадкой. До тех пор, пока однажды он случайно не услышал разговор отца с матерью. Рэнди сказал Шэрон, что договорился на вечер снова отвезти Стэна в больницу на очередную какую-то процедуру. А потом тихо добавил: – Я снова столкнулся с Джеральдом… – Стэн поначалу даже внимания не обратил на это, мало ли причин у человека сходить в больницу? – И что? – так же тихо спросила мама. – Как Кайл? Стэн забыл сделать вдох, побелевшими пальцами вцепившись в косяк, чтобы не упасть. – Никак, – ответил отец. – Кома стабилизировалась, и больше ничего… Едва найдя силы шевельнуться, Стэн тихонько ретировался в свою комнату. До сего момента он ни разу не задавал себе вопрос – а где, собственно, его бывший лучший друг? Стэн почему-то решил, что для Кайла и Дэмиана договор сработал как надо, и только теперь сообразил, что к ним-то договор не имел такого отношения, как к нему. И вот теперь кома… Стэн еле дождался вечера, когда отец посадил его в машину, и они поехали в больницу. Рэнди, как обычно, уточнил, когда можно будет забрать сына, и мгновенно укатил в сторону бара. Тем лучше. – Ну, как наши дела? – улыбаясь, спросил Стэна кардиолог. – Скажите, а правда, что Кайл Брофловски в коме? – вместо обычных ответов спросил Марш. Врач молча кивнул. – А почему? Что случилось? – Не уверен, что могу это рассказать, – начал было врач, но Стэн перебил его: – Пожалуйста! Он мой лучший друг! Я должен знать!.. – А разве твои родители тебе не сказали? – удивился кардиолог. Стэн только рукой махнул. – Они и про ядерный удар скажут только после того, как все умрут, – безнадёжно констатировал он. – В общем, во время урагана их дом загорелся, и на Кайла обрушилась балка перекрытия, – Стэна замутило. – А Айк? Больше никто не пострадал? – Нет, – качнул головой доктор. – Только Кайл. Но ему пробило голову. Уже две недели он в коме, и мы ничего не можем сделать… – Совсем? – поразился Марш. – Абсолютно… За него дышит машина, сердце контролирует машина, и это всё, что мы можем… – А прогноз? – в шоке спросил Стэн. – Один Бог знает… Это может продолжаться годы и годы… – А можно его увидеть? – робко попросил паренёк. – Зачем? – удивился врач. – Поговорить или ещё что ты всё равно не сможешь, он тебя не услышит… – Ну мне надо! – взмолился Стэн. – Он мой самый лучший друг, кроме него у меня никого нет!.. – Да дело твоё, – пожал плечами врач. – Вообще-то, в реанимацию никого не пускают, но раз уж тебе так прижало… Самым страшным было войти в палату и бросить первый взгляд на Кайла… От вида распростёртого на кровати тела, накрытого одной лишь простынёй, с каким-то диким сооружением в изголовье, поддерживавшим перебинтованную голову на весу, Стэна бросило в дрожь. Вокруг кровати стояли какие-то шкафы, треноги, капельницы, мерцали экраны, отсчитывая пульс, дыхание, и что-то там ещё, какая-то хрень, похожая на насос, ритмично двигалась, нагнетая воздух, и Стэн вспомнил слова врача: "За него дышит машина"… И всё-таки это был Кайл. Его Кайл… На негнущихся ногах Стэн подошёл к кровати, протянул руку и взял тёплую кисть в свою… – Ну ладно, – решил врач. – Можешь побыть здесь пару минут, я пока выпью чашку кофе… Только не трогай голову, ему затылок по кускам собирали… Стэн даже не заметил, как доктор вышел, не в силах отвести взгляд. Если прикрыть глаза рукой, закрыв от взгляда повязку ото лба и выше, и видеть только нижнюю часть лица, то казалось, что Кайл просто спит. Но в следующую секунду дрожащая рука сдвигалась, снова открывая взгляду многослойные бинты, и что там ещё ему нагромоздили… – Как же ты… – сам себя не слыша, прошептал Стэн. – Что же случилось?.. Неужели так и должно было быть?.. Он не знал ответа, но всей душой надеялся, что это не так. Сейчас, вот в этой палате, держа в руке руку недавнего и врага и друга, самого ненавистного человека, Стэн наконец-то понял для самого себя, что опять обманулся. Опять обманул и себя и Кайла. "Я находил для себя тысячи отговорок, вместо того, чтобы понять, что я просто привык к тебе… Что любил я всегда одного лишь только себя…". Когда это перестало быть правдой? Неужели чтобы понять всю величину ценности, её нужно потерять?.. Неужели нужно совсем перестать быть человеком, чтобы понять смысл такого простого слова – "любовь"? Стэн машинально поглаживал стиснутую в руках ладонь, ощущая себя самым глупым человеком на всём свете. Он не заметил, как показания приборов одно за другим стали меняться… Это заметил вернувшийся за Стэном врач, на которого, когда он открыл дверь палаты, с удивлением уставились две пары глаз. Кардиограф рядом с кроватью с невозмутимостью простейшей машины отслеживал кардиограмму пришедшего в себя здорового молодого организма, к которому был подключен. Стэн выпустил руку друга и на цыпочках незаметно вышел из палаты. Дождаться, пока все уснут, и выбраться из дома было делом нехитрым. Будто снова вернуться в девять лет, когда всё самое интересное происходило по ночам… Неторопливо шагая по тёмным улочкам, Стэн даже слегка улыбался, вспоминая то время. Хорошо жить в маленьком городке – буквально на каждом шагу что-то вспомнится, с каждым метром связана какая-то история… Дойдя до нужного дома, Марш с удивлением окинул его взглядом – был уже первый час ночи, но казалось, что в доме никто не спит. Неярко и очень уютно горела лампочка на крыльце, так и манящая позвонить, войти в дом и остаться там, съесть вкусный ужин, запах которого чуть-чуть угадывался даже на улице, посмотреть какую-нибудь глупость по телевизору, мерцание которого можно было разобрать сквозь неплотно задёрнутые шторы… Даже у Стэна, который пришлёпал сюда совсем по другой причине, дом всем своим видом вызывал желание остаться и никогда больше никуда не уходить. Стряхнув наваждение, Стэн поднялся на крыльцо и позвонил в дверь. В тот же миг, как ему показалось, раздался дробный топоток бегущего со всех ног человека и Пип распахнул дверь. – А… Это ты, – убито произнёс он. – Извини, что поздно, – негромко произнёс Стэн, – но это очень важно… – Провалиться вам всем с вашими делами, – едва слышно ответил мелвин. – Ну чего ты-то припёрся? – Скажи, – осторожно начал Стэн, – когда ты видел Дэмиана последний раз? – Крайний! – отрезал Пип. – Две недели назад, в тот день, когда ты умер. – Я не умер, – возразил Марш. – Да уж вижу, – невесело усмехнулся англичанин. – А почему? – Я у тебя хотел спросить… – Я знаю только то, что знал и тогда! – бросил Пип. – Если у тебя всё… – Он сделал шаг назад, собираясь закрыть дверь. – Подожди! – Стэн непроизвольно схватил Пипа за руку, рукав свободного домашнего свитера одноклассника задрался, обнажив абсолютно чистую кожу. – Что за херь?.. – Сам ты херь! – рассердился Пип, выдёргивая руку. – И давно так? – поражённо спросил Марш. – Две недели! – взорвался мелвин. – Две, блять, ёбаные недели! И я не знаю, где он, ясно?! С того утра, как умер Кайл! Стэн видел, что Пип на грани истерики, но всё-таки возразил: – Кайл тоже жив. – Ненадолго! Он не выйдёт из комы! – Он пришёл в себя… Пип осёкся. – Что ты сказал? – тихо переспросил англичанин. – Кайл пришёл в себя, – тупо повторил Марш. Секунды две до Пипа доходило услышанное, а затем мелвин вдруг бросился однокласснику на шею. – Стэн, какой же ты молодец! – вскричал он в порыве восторга. – Да я-то здесь при чём? – полузадушено хрипнул тот, пытаясь оторвать от себя безумца. – Пусти, вот ведь псих какой! Отцепив, наконец, от себя Пипа, Стэн заметил, что у того из глаз сразу пропала вся тоска, теперь он буквально светился какой-то сумасшедшей радостью. – Ты понимаешь, что ты сделал? – возбуждённо продолжал мелвин. – Ты же отвоевал у него Кайла! Как, как ты смог?! – Да не я это! – взорвался Марш. – Я две недели провалялся в больнице! Я и про кому-то только сегодня узнал!!! Пип неверяще потряс головой. – Не может быть… Почему же тогда… Хотя, чёрт с ним! Главное, что договор не сработал! – Англичанин снова счастливо улыбнулся. – И значит, он вернётся!.. – Но почему… – Я не знаю, Стэн. Да и не хочу… И тебе не советую снова лезть в эти игры… Тебе повезло так, как просто не бывает на свете! Чего тебе ещё, живи и радуйся! Пип снова шагнул назад, в дом, и захлопнул дверь. – Тьфу ты! – зло сплюнул Стэн и поплёлся домой. Весь остаток ночи он промаялся в своей комнате. Часа три он честно пытался уснуть, лёжа под одеялом с закрытыми глазами, но сна не было и в помине. В сто пятидесятый раз перебирать в памяти события той недели уже не было сил, и Стэн просто лежал, то глядя в потолок, то снова закрывая глаза… Иногда лежать надоедало, он вставал и бесцельно кружил по комнате, подходил к окну, садился за компьютер, снова вставал, снова ложился… Время ползло как раненая улитка, ночь казалась бесконечной… Что же, что такого могло случиться, чтобы Дэмиан с отцом отказались от того, что принадлежало им по праву? Чтобы отказаться от чего-то, нужно получить этому чему-то замену, как минимум равноценную. А что, если Кайл всё-таки вмешался в договор и вытребовал Стэна обратно? В обмен на что тогда? На себя?!! Стэн поймал себя на мысли, что совсем ничего не знает о планах любовников. Что они собирались делать, вместе ли, нет ли – тогда это его не волновало, а сейчас из-за этого Марш упёрся в какой-то информационный вакуум. Почему же Дэмиан, легко, как младенца, переиграв Стэна, не забрал свой приз? Потому что переключился на что-то более важное… Стэн ни на миг не верил в доброту и благотворительность обитателя Ада, решившего вдруг пожалеть его. Этот вариант полностью отпадал… Марш не знал, хотел ли Дэмиан выбраться сюда, или наоборот, забрать Кайла к себе, но по всему выходило, что Брофловски выторговал у любовника жизнь бывшего друга в обмен на свою. Это было логично, всё случившееся укладывалось только в это объяснение. Отсюда и балка – вряд ли в Аду Кайлу могло понадобиться его тело… Непонятно лишь было одно – почему кома, а не смерть?.. До этого пункта всё было логично и казалось правильным. До той секунды, когда Кайл пришёл в себя… Тут уже было непонятно ничего. Вряд ли возможно быть одновременно в двух мирах, как в этом одном нельзя быть в двух местах одновременно, это элементарно. И если бы Дэмиан забрал Кайла туда, к себе, вряд ли бы от Кайла что-то осталось здесь. Кроме, разве что, ненужного пустого тела… Стэн нервно вздрогнул. Приняв мысль о своей смерти, привыкнув к ней и почти уже умерев, вынести мысль о смерти Кайла он не мог… Но ведь Кайл не умер, все эти дни он был здесь, в этом мире, по крайней мере, его тело. "Вот интересно", – подумал паренёк, – "А где в это время была его душа?". Вопрос был хорош, но несколько неуместен, в конце концов, не так важно, где именно она была. Всё равно, что спросить – а где находится душа спящего человека, ведь ясно же, что в теле её нет… Не это сейчас было главным, в конце концов, сейчас душа Кайла была там, где ей и положено быть – в его теле… Тут мог быть и другой вариант – если не Кайл планировал перебраться к Дэмиану, а наоборот, Дэмиан к Кайлу. Не вдаваясь в неизвестные подробности на тему "Зачем тогда нужна была кома?", Марш всё же ни на миг не допускал, что это случайность; он был абсолютно уверен, что эта балка рухнула как минимум с ведома беса, а то и по его прямому приказу… Но не зная причин, нельзя понять мотив, а причин Стэн не видел ни одной. Да и эта балка теперь была уже не так важна, ведь Кайл уже пришёл в себя. И по всему выходило, что Дэмиана здесь нет – к Кайлу приходили только его родители и брат, да и Пип ничего не знал о своём бывшем любовнике. Получалось одно: договор Стэна не сработал лишь потому, что в дело вмешался Кайл… Но почему Дэмиан не забрал тогда его?! Стэн снова и снова возвращался к этому и не находил ответа. "Может быть, они рассорились?" – вдруг осенила его новая мысль. – "Это было бы просто супервеликолепно… И может быть, это был бы мой шанс? Теперь, когда этого ублюдка больше нет, всё встанет на свои места? И Кайл вернётся, снова станет моим лучшим другом… Только на этот раз я больше не затуплю…" И тут его буквально срезала новая мысль, как шальная пуля срезает летящего во весь опор стремительного скакуна: "А может, это лишь начало? Что ему было делать здесь, пока Кайл был в коме? А вот теперь, когда он пришёл в себя, и Дэмиан тоже вернётся?!!" Сильно вздрогнув, Стэн локтём сбил со стола стаканчик с ручками и карандашами. Канцелярия с грохотом рассыпалась по полу. – Твою мать! – сам не зная, своим ли мыслям или этому шумному падению он адресует свой возглас, бросил Стэн и полез собирать упавшие вещи. Как бы там ни было, сейчас, один, зная лишь то, что знал он, никаких выводов сделать не получится. Стэн даже не был уверен, что он чувствует ("особенно к Кайлу!" – мелькнула подленькая мысль, которую он поспешно отогнал подальше), что уж говорить про то, чего он не знал. В одном Стэн был уверен абсолютно – ничего ещё не кончилось. Между ним и Кайлом осталось ещё много непонятного, даже если не считать того, что изменилось в самом Марше. "А ведь был ещё и Кенни", – вспомнил Стэн. – "И он тоже замешан во всей этой истории… Надо будет вытрясти из него всё, что он знает. Но это потом, сначала нужно поговорить с Кайлом…". Ещё никогда в своей жизни Стэн так не ждал рассвета нового дня… Вчера перешагнуть порог палаты было куда проще. Может быть потому, что вчера его привели в реанимацию, и Стэн точно знал, что Кайл в коме. А сегодня его привели в обычное отделение, к самой обычной палате. И на этот раз Стэн так же точно знал, что Кайл в сознании… Стэну было страшно, он боялся идти к бывшему другу, понимая, что может услышать от него. Но и не идти было тоже нельзя, рано или поздно всё равно придётся; и раз уж за одну только эту ночь Стэн так издёргался, что едва снова не свалился с инфарктом, кто знает, чем обернулось бы для него это "поздно"… Войдя в палату, Стэн остановился у двери, окончательно растеряв все остатки мужества от увиденной картины. Кайл, завернувшись в простыню по самые плечи, с головой, всё так же многослойно перебинтованной, без движения сидел на стуле у окна и смотрел на улицу. Пригрезилось ли Маршу что-то, или он почувствовал, но ему показалось, что он почти физически ощущает исходившую от Кайла волну безысходности и чёрного отчаяния. Это ощущение почти валило с ног, в голове, да и во всём теле забилось как набат лишь одно инстинктивное желание – бежать. Бежать отсюда, прочь, как можно дальше, не останавливаясь, и никогда сюда не возвращаться, никогда в жизни и после неё больше ни за что не видеть Кайла Брофловски. И молиться, молиться каждый день, Иисусу, Аллаху, Будде, и всему великому множеству богов, известных человеку, лишь бы не дали они в жизни больше встречи с человеком, так глубоко утонувшим в отчаянии и безнадёжности… Вынести это ощущение было просто невозможно, никаких сил человеческих на это не хватало… Кайл повернул голову, почувствовав чьё-то присутствие, и взгляды бывших друзей встретились. Повисла мёртвая тишина. Стэн в каком-то оцепенении смотрел в до боли знакомые зелёные глаза и не мог отогнать от себя мысль, что видит их впервые в своей жизни. Всё было как обычно, эти глаза он узнал бы из тысячи подобных, он знал их настолько хорошо, что мог бы не глядя нарисовать их, если бы умел. Это действительно был Кайл Брофловски, демон не подменил его, как втайне от самого себя опасался Стэн… И всё было не так, это не был и не мог быть Кайл… У Кайла никогда не было таких страшных глаз. Всё было на месте, так и там, где положено, не было в этих глазах лишь одного. Жизни. Это зомби, труп сидел у окна, пустое, выжженное тело, безжизненная оболочка. В этом взгляде напрочь отсутствовало хоть что-то человеческое, такие глаза не могут принадлежать человеку. Ни один человек на свете не может смотреть так пусто, безучастно и отрешённо, никак не реагируя на то, что он видит… Дальше молчать было бессмысленно и невыносимо, Стэн зашёл уже слишком далеко, чтобы сейчас можно было просто повернуться и уйти. – Привет, – тихо сказал он, сделав шаг вперёд. Кайл усмехнулся, но одними губами, ни тени эмоций в его взгляде не появилось. – Привет, – так же негромко и совершенно равнодушно ответил он. – Как ты? – глупо спросил Марш, не найдя ничего другого. – Как себя чувствуешь? – Блестяще, – тем же лишённым всяких эмоций тоном бросил Кайл, и нельзя было понять, искренне он говорит, или иронизирует. – Чего пришёл? – Ты помнишь хоть что-то? – неуверенно спросил Стэн. – Да, – ответил Кайл.– Я не стал идиотом или экстрасенсом, хоть и получил по голове; не потерял память, и что там ещё. Я всё помню. Зачем пришёл? – Ни тени интереса в его вопросе не было, лишь тоска, как от нудной и бесполезной необходимости. – Я не об этом, – поморщился Стэн, не зная, как подступиться к бывшему другу, как вести себя с таким новым Кайлом. – А о чём? – Я про твою кому. А после удара ты помнишь что-нибудь? – Сказал же. – Так говорят роботы. Ледяным тоном, равнодушно, без эмоций. – Я помню всё. – Ты знаешь, где ты был? Ты видел его? – Вопрос вырвался раньше, чем Стэн успел подумать. Показалось ему, или на это Кайл всё-таки среагировал? На какую-то секунду Стэн подумал, что увидел отсвет боли на лице друга, но уже в следующий момент перед ним была всё та же непробиваемая маска. – Что бы со мной не случилось, тебя это не касается. Мы всё решили в ту грозу, между нами ничего не осталось. – Нет! Подожди! – Я не знаю, с чего ты решил, что тебя это касается, почему ты думаешь, что я буду тебе что-то рассказывать, – казалось, даже на оконных стёклах проступила корочка, словно от ледяного тона юноши их прихватило изморозью. – Я… – Ты – это твои личные проблемы. Ты, твои мысли и догадки меня не интересуют. Мне нечего тебе сказать и незачем слушать. – Подожди! – Нет. Тебе нечего здесь делать, ты зря пришёл. – Но… – Уходи. – Дай мне сказать! – взорвался Стэн. – Нет, – всё так же ровно и холодно отрезал Кайл. – Уходи. Поняв, что сейчас он в любом случае уже ничего не добьётся, Стэн повернулся и взялся за ручку двери. – Мы ещё поговорим, попозже, – информировал он Кайла. – Никогда, – мгновенно ответил тот. Не сумев подобрать ответ, Стэн, не прощаясь, вышел из палаты. Кайл снова повернулся к окну.