Чудеса случаются

— Я в жизни мало в кого вообще влюблялся, — начал мужчина. — Мне казалось, что любовь — не самое главное в жизни. Для меня главное было поскорее закончить ненавистный ВУЗ, в который я пошёл далеко не по своей воле, и найти работу мечты. Но в какой-то момент появилась девушка, которая перевернула всю мою жизнь с ног на голову. Она была прекрасна, во всех смыслах: воспитана, умна, красива, добра, заботлива… ну, ты понял, — парень просто поддакивал ему, при этом вникая в рассказ. Он просто не хотел как-то отвлекать Арсения от мысли. — Мы с ней даже начали жить вместе. Я снимал студию, потому что не хотел жить с родителями. — он как будто прочитала мысли Антона, который про себя подумал «Откуда квартира?», — Во-первых, мне, ни много, ни мало, тогда было уже 20. Во-вторых, было не очень приятно находиться в одном помещении с отцом, хотя маме было сложно это принять. Как и мне. Её я очень любил и не хотел расставаться. Но ненависть к отцу была сильнее. Он не дал заниматься мне любимым делом, решил всё за меня, а мамины слова о том, что я уже взрослый и сам должен решить, куда поступать и по какому пути идти, даже слушать не хотел… В общем, — резко оборвал сам себя брюнет, переходя на более быстрый темп, но с такой же грустью в глазах. — Мы жили вместе, я провожал её до универа каждый день, она помогала мне во всём, поддерживала, я в ответ делал тоже самое. В один день, мы пришли домой после пар и она сказала, что… больна. — тяжело выдохнув, сказал Арсений. — У неё была опухоль. Не доброкачественная. — подросток сожалеюще посмотрел на Попова, но тот продолжил. — Мы ходили по докторам постоянно, делали все возможное, чтобы избавиться от этой ужасной болезни. Но в какой-то момент, она… просто не выдержала. — мужчина вобрал в рот много воздуха. — Она умерла. Прямо на моих руках. — мальчик не смог сдержать слёз, которые теперь уже лились из его глаз не останавливаясь. — Арс, п-прости меня, — не переставая плакать, сказал Антон. — П-пожалуйста… — За что, Тош? Ты же не виноват в этом, — поглаживая парня по щеке, целуя в неё, тем самым забирая капельки слез с румяной кожи, сказал мужчина — Я торопил тебя… хотел скорее узнать. Не понимал, что может быть трудно, — голос Антона дрожал, его тон поднимался все выше и выше, переходя почти на истерику. — Не знал, как тебе может быть плохо! — Тчш-ш-ш-ш, солнце, тише, все хорошо, — прижимая голову парня к груди, мужчина прошептал куда-то в макушку, поцеловав её. — Ты не злишься? — всхлипывая, но намного спокойнее, спросил Шастун. — Нет, конечно! На что? Если бы я злился, послал бы куда подальше и ничего не рассказывал. Я сам принял это решение. Не нужно себя ни в чем винить, солнце. — так по-доброму сказал Арсений, что Антон просто растаял. Он был не в силах больше держаться, пододвинулся к мужчине ещё ближе и обнял его крепко-крепко, чтоб он никуда не делся, а тот прижался сильнее, хотя, казалось бы, куда ещё? Парень ощущал горячее дыхание брюнета на своей макушке, отчего пустил слезу. Счастья. Самого настоящего. Было невероятно тепло. Не хотелось, чтоб это когда-то заканчивалось. Хотелось все время быть с этим человеком, никогда не оставлять его. Быть рядом. Раньше мальчику даже и не нужно было чьё-то постоянное присутствие, забота. Он хотел быть свободным, ни в чем не нуждающимся. Самым обычным подростком с хорошей работой и заработком. Не думал, что его жизнь так повернётся… Парень и мечтать о таком не мог… — Что такое, солнце? — прошептал Арсений. — Я счастлив. — всхлипывая ответил мальчик. — Я рад… — с какой-то грустью в голосе сказал мужчина. — А ты? — с надеждой спросил Шастун. — Ты счастлив? — Как никогда ранее, Тоша… Я тебя очень сильно люблю. — он пустил слезу, которую Антон тут же убрал большим пальцем с щеки. — Ты… плачешь? — это вызвало какой-то прилив невероятных чувств у юноши, который ещё никогда не видел, как Арсений плачет. Мужчина прикрыл глаза, как бы давая положительный ответ. По его длинным ресницам стекали капли, которые падали на пижамные штаны. — Я тоже счастлив…

***

— Давай не будем спать всю ночь? — предложил Шастун. — Ты же… не про это? — на самом деле, он был бы не против и этого, просто насколько оно сейчас вообще нужно? — Ну… Моё дело — предложить, а уж как ты это воспримешь — решай сам, — ухмыляясь, сказал юноша. — Солнце, ты же понимаешь, что ты ещё несовершеннолетний? — Ну да, и что? С 16 лет… — Я прекрасно знаю закон! - немного раздраженно сказал мужчина. - И всё же, давай подождём, хотя бы чуть-чуть, — Арс, сбавив тон, делая его нежнее, мягко поцеловал его в лоб. — Ну и ладно! — несмотря на этот милый жест мужчины, светловолосый отвернулся от него и лёг под одеяло, от чего брюнет начал заливаться смехом. Хотя в душе было очень приятно. — Тош, какой же ты, всё-таки, ребёнок, а… — все ещё смеясь, сказал голубоглазый. — А вот и нет! — А вот и да, солнце, — Арсений начал тянуть парня на себя, обхватывая бёдра обеими руками. Сначала он сопротивлялся, за что получил легкий шлепок, от которого вздрогнуло тело, одновременно расслабляясь. Воспользовавшись этим, мужчина притянул его к себе окончательно, опаляя шею горячим дыханием. — Отпусти, А-арс, — парень пытался выбраться из хватки всеми силами, но не получалось. — Солнце, если будешь дергаться, получишь, — хах, нашёл, чем пугать. Услышав эту невероятно сексуально сказанную фразу, Шастун начал ещё больше двигаться. Ну, пытался, во всяком случае. — Ах так, да? Думаешь, я не смогу тебя выпороть? Очень сильно заблуждаешься… — от такого чересчур заботливого и доброго Арсения это звучало очень странно и непривычно. Антону даже стало немного страшно после этих слов. Хотя до этого наоборот старался пробудить интерес у брюнета. Мужчина провёл языком по оголённому плечу Антона, от чего тот почувствовал какие-то внутренние вибрации. После чего начал стягивать с парня футболку, повторил те же самые движения уже по ключицам, прошёлся по хребту вниз. Парень уже стонал, возбудившись, но вдруг брюнет остановился. — Ну А-а-арс… — хныча, сказал подросток. — Солнце, я же сказал, пока рано, — очень нежно, по сравнению с его предыдущими фразами, прошептал Арсений. — Ну зачем ты это сделал? Я же теперь заснуть не смогу, — всхлипывая, говорил он об уже вставшем члене. — Тош, так ты же сам предлагал не спать всю ночь. — Да, но теперь я ничего сделать не смогу… Ни спать, ни лежать, ни сидеть… Ничего! — Ну, доделай сам, — с ухмылкой предложил Арсений. — Ты что, прикалываешься? У меня впервые появился кто-то, а я должен дрочить? Гений, блять… — обиделся. — Что? — покосился на парня Попов. — Что «что»? — Ты сказал, что я у тебя первый? — Ну… да, — краснея, ответил Антон. — А это так удивительно? — Солнце, и почему же ты не сказал? — переходя на более мягкий тон, спросил мужчина. — Как будто от этого бы что-то изменилось… — Ну, я бы знал. Это уже что-то. — снова обнимая парня, притягивая за талию, сказал Арсений. — Да ладно тебе обижаться. Я несу уголовную ответственность за тебя. То, что ты хочешь, будет считаться насилием. — Ну так это же по обоюдному согласию… — парень смотрел в эти глубокие океаны, не в силах оторваться. А мужчина смотрел в его, мокрые от слёз, изумруды. — У меня, вообще-то, скоро день рождения. — Ну так тем более. Ждать совсем чуть-чуть осталось. Хорошо, котёнок? — о, новое прозвище? Это уже походит на кое-что… — Угу… — мальчишка совсем растаял от этих сильных рук, что немного надавливали на бёдра, и от того, как мило Арсений его назвал. — Вот и всё, — наконец, они пришли к общему умозаключению. Мужчина затянул Антона в поцелуй, полный нежности и страсти одновременно. Как же хорошо…