Отрицание

Когда ночь зарождалась на море

И огонь звал согреться в дому,

Говорят, что её красота

Опаляла, как музыка, глотку,

Но немногие в свете свечей

Горделивой усмешки боялись,

Ибо дом поселенца

Узнают по деревьям.

И когда появлялась она,

Напивались молча мужчины,

И когда появлялась она,

Говорили без умолку женщины —

Колокольным ли звоном,

Таинственным шёпотом.

О, была среди будней она —

Воскресеньем.

-Austin Clarke, «The Planter's Daughter» -Остин Кларк, «Дочь поселенца» (перевод, источник http://proza.ru)

ssSss

Гермиона разглядывала себя в отражении зеркала своей спальни: Падма отлично поработала над её макияжем и причёской. Но она знала, что и ненакрашенной стала выглядеть гораздо лучше. Её лицо сияло, а такого, к сожалению, никогда не бывало, пока Тео был рядом. Благодаря доброте Моэ и ею приготовленной вкусной еде, Гермиона снова набрала те несколько килограмм, которые потеряла после отбытия ее номинального мужа. На сегодняшнем балу должно было быть множество высокопоставленных лиц: поговаривали, что будет даже сам глава министерства Кинглси Бруствер. Её новые клиенты - старшие работники больницы Святого Мунго тоже должны были прийти, и кроме того, большинство преподавателей Хогвартса. Были приглашены также и многие влиятельные волшебники с континента, и, конечно, должны были быть фотографы и репортёры. Но ей было не особенно важно, кто будет. Она нарядится для Северуса Снейпа, и если ему понравится, то плевать, что подумают остальные. Оставив несколько локонов вокруг лица, Гермиона собрала волосы в пучок на затылке, и закрепила заколками. Потом она открыла шкаф с одеждой, и провела рукой по ткани её нового небесно-голубого наряда. Вынув его из шкафа, она надела платье через голову. Ткань была струящейся, и сама упала, идеально приняв форму тела девушки. Она подошла к зеркалу, и поставила руки на пояс. Повернувшись к зеркалу спиной и нахмурившись, Гермиона посмотрела на себя сзади через плечо. Вне всякого сомнения, платье было хорошо. Юбка достигала щиколоток, а талия подчёркивала её изгибы, но тем не менее оно не было излишне обтягивающим. Платье оставляло впечатление спокойной изысканности, и она подумала, что оно просто идеально. Но тем не менее это было не совсем то, чего она хотела. Одинокой ведьме чуть за двадцать пять стоило надеть что-то, пожалуй, чуть более… сексуальное. С недовольным вздохом она скинула тонкие бретельки с плеч и позволила голубому платью упасть на пол блестящей лужицей. Надев халат, она снова подошла к шкафу с твёрдым намерением найти что-то более провокационное. Возможно, какой-нибудь из её старых нарядов можно было бы переделать? Она начала перебирать свои наряды, и остановилась на мгновение, улыбнувшись платью незабудкового цвета, которое она надевала на Святочный бал будучи на четвёртом курсе Хогвартса. Теперь оно было для неё совсем детским, но выбросить его рука всё никак не поднималась. В ту ночь она впервые почувствовала себя привлекательной, и именно так она хотела чувствовать себя и сегодня. Она хотела быть желанной. Следующее платье, которое ей попалось, было лиловое, она надевала его на свадьбу Билла и Флёр, далее - жёлтый наряд, который она выбрала для выпускного. Было и несколько других нарядов: зелёная мантия, которую она надевала на вечеринку по поводу ухода на пенсию Помоны Спраут; красное платье, которое её мама купила ей на двадцать первый день рождения; розовое платье, на которое она с таким трудом накопила, будучи на втором курсе университета. Она провела рукой по красному платью: это было однозначно самым сексуальным изо всех, что у неё были, но оно не очень-то подходило для бала волшебников. Девушка уже хотела было закрыть шкаф и вернуться к своему светло-голубому наряду, как её взгляд упал на свадебное платье. Даже с сатиновой накидкой, скрывающей глубокий вырез на спине, вырез декольте и то, как оно сидело, смотрелось куда более соблазнительно, чем небесно-голубой наряд. Возможно, она могла зачаровать его в другой цвет: насыщенно-красный, или тёмно-синий. Она взяла свадебное платье цвета слоновой кости, и разложила его на кровати. Сделав шаг назад, она задумалась, как можно было бы изменить его. Маленький шлейф сзади надо будет убрать, и всегда можно добавить разрезы с боков, скажем, чуть выше колена. Вспоминая всё, что она знала из швейных заклятий, Гермиона взяла волшебную палочку в руку. Работа заняла всего несколько минут, и вот она уже снова смотрела, что получилось. Платье уже выглядело гораздо лучше, но оно всё ещё было сильно узнаваемо, и у неё никогда особенно не получались заклятия раскрашивания. Она принялась грызть ноготь. Всегда можно было переместится по каминной сети к Падме: та регулярно перекрашивала свою одежду. Но подумав, что подруга уже и так достаточно ей помогла, девушка отмела эту идею. К тому же, она вовсе не желала ещё одного допроса насчёт Северуса Снейпа. Она посмотрела на платье еще раз, и ответ пришёл сам собой: Моэ! Домовые эльфы всегда были хороши в том, что касается пошива одежды, а Северус сказал, что они вызвали других семейных эльфов, чтобы помочь в подготовке бала. Возможно, Моэ могла бы найти несколько минуток? - Моэ? - позвала Гермиона. Эльф со щелчком мгновенно появилась перед ней: - Вы звать меня, мисс Гермиона? - Моэ, извини, пожалуйста. Я знаю, что ты наверняка сейчас ужасно занята, но я просто подумала, может быть, ты могла бы потратить пару минут и помочь мне с платьем? Моэ торжественно кивнула: - Миссис Корделия получать много помощи сейчас, и теперь есть очень важно, чтобы вы выглядеть красиво, мисс Гермиона. Гермиона просияла: - О, спасибо, Моэ. Смотри, я решила, что надену сегодня своё свадебное платье, но я не хочу, чтобы оно выглядело как свадебное. Я убрала шлейф и переделала юбку, но с заклятиями раскрашивания у меня беда. Моэ посмотрела на платье оценивающим взглядом: - Ты надевать накидку? - Да, - она разложила накидку рядом с платьем, - Может,у тебя есть хорошие идеи насчёт цвета, Моэ? Я подумываю насчёт ярко-красного, или, возможно, очень тёмного синего. Моэ повернулась к ней: - Но мастер Северус любить чёрный! Гермиона уставилась на неё: - Что ты имеешь ввиду, мастер Северус любить чёрный? - Он всегда носить чёрный цвет, значит он любить чёрный - будто непонятливому ребёнку, объяснила ей Моэ. - Но, Моэ, зачем ты вообще об этом говоришь? - спросила девушка, вспыхнув. Неужели её чувства были настолько очевидны для всех? - Почему так важно, что любит Северус? - Если Вы хотеть понравиться мастеру Северусу, надо надеть чёрное! - она остановила вопрос Гермионы взмахом своей костлявой ручки, и обратила всё своё внимание на платье: ненадолго закрыла глаза, потёрла ладошки друг о друга, затем положила их на самый верх платья, и медленно прошлась руками вниз по всей длине. Гермиона ахнула: под ладонями Моэ платье постепенно меняло цвет со светлого цвета слоновой кости на самый тёмный чёрный. Закончив с платьем, эльф принялась за накидку. - Моэ, это так красиво! - воскликнула девушка, - Я просто в восторге! - Я ещё не закончить, - проговорила Моэ. Она щёлкнула пальцами, и в её левой руке появилась маленькая баночка. Она открыла крышку, и Гермиона увидела внутри сотни маленьких чёрных блестящих бусин. Домовой эльф взяла правой рукой целую горсть и бросила на платье. Затем она снова щёлкнула пальцами, и бусины сами распределились по всему наряду. Гермиона завизжала от восторга. Платье было не узнать: - Моэ, ты лучше всех! Оно просто великолепно! Она второпях стряхнула с себя халат и через голову скользнула в переделанное платье. Подойдя к ростовому зеркалу, она улыбнулась своему отражению. Оно было идеально. Девушка тут же нахмурилась. Всё было идеально, кроме причёски, которая теперь выглядела уж слишком формальной. Она сняла заколку с затылка, и позволила блестящим волнам упасть себе на плечи. Повернувшись, она посмотрела на себя сзади. Её волосы лишь достигали лопаток, и не препятствовали обзору её обнажённой спины. Конечно, это не значит, что кто угодно сможет это видеть. Она подняла накидку и пристегнула к плечам. Моэ стояла рядом с Гермионой, изучая её отражение в зеркале. Девушка, сияя, взглянула на домового эльфа: - Мастер Северус понравиться? - спросила она. Моэ кивнула: - Мастер Северус понравиться, - согласилась она.

ssSss

Северус ждал с нетерпением. Большинство гостей уже прибыло, но Гермионы Грейнджер всё не было. Времени было еще не так много - всего полдевятого, но она ведь обычно была пунктуальна, и он так ждал хоть некоторой возможности увидеть её вне лаборатории. Она всегда наряжалась на такие приёмы. Он увидел, как Ланс пришёл в своей идиотской розовой мантии, и Корделия направилась прямиком к её престарелому дяде. Усмешка коснулась его губ, когда она отошла через несколько секунд, качая головой, а Ланс заковылял к нему навстречу. - Полагаю, Корделия попросила тебя переодеться во что-нибудь менее сногсшибательное? - спросил его Северус. - Невыносимая, одержимая этикетом женщина! Пусть скажет спасибо, что я не покрасил сегодня ещё и волосы! - проворчал Ланс. Он окинул взглядом зал, - Всё те же лица, как я вижу. Несколько новеньких, и все скучные старые зануды, вне всякого сомнения. - В основном, да, - согласился Северус. Его взгляд снова привлекли входные двери, но вошедшими оказались Невилл и Анна Лонгботтомы. - Ждёшь Гермиону, не так ли? - прошептал Ланс, а в глазах его прыгали весёлые огоньки. Северус взглянул на него с неодобрением: - Ланселот Милл, я надеюсь, что ты не доставишь сегодня лишних проблем. Ланс добродушно посмеялся: - Я заскочил к ней, чтобы увидеться перед уходом. Она должна вот-вот появиться; она уже одета и вообще готова. И выглядит особенно приятно глазу сегодня, должен тебе сказать. - Ах вот как, правда? - спросил Северус, закатывая глаза. Ланс ткнул его в руку пальцем: - Ты можешь не притворяться при мне, дружище, я отлично знаю, что она тебе нравится. - Ланс! - прошипел он, незаметно оглядываясь, не услышал ли их кто-нибудь. Ланс опустил голос до шёпота: - Пожалуй, пора вам двоим прекратить уже эти танцы вокруг да около, хороший секс - это то, что вам обоим сейчас необходимо. Северус вздохнул: - Я просто уйду, пока ты напрочь не разрушил мой брак. Ланс покачал головой: - И какой брак! - он снова осмотрел гостей, и нашёл в толпе Корделию, - Ты же знаешь, что в этом году она пригласила Эверарда? Глаза Северуса сузились: - Да, я в курсе этого факта. Если они будут вести себя прилично, ничуть не возражаю. - Может быть, пора подумать немного и о себе самом, Северус? - предложил Ланс, пошаркав в сторону Ньюта Скамандера, - Я просто уверен, что вам с Гермионой было бы очень, очень хорошо вместе. Северус нахмурился вслед удаляющейся фигуре Ланса. Он так жаждал увидеть свою ассистентку этим вечером, но слова Ланса звучали для него, как сирена. Минерва МакГонагалл тоже была здесь, так что ему придётся сильно фильтровать своё поведение. Он подошёл к Люциусу Малфою, где ему открывался выгодный вид на входные двери. Он видел, как прибыла делегация из Министерства Магии, следом вошёл колдомедик Твейт, и несколько человек старшего персонала больницы Святого Мунго. Попросив прощения у Люциуса, он подошёл поздороваться со своими новыми клиентами. Северус разговаривал с Твейтом минуту или две, когда наконец появилась Гермиона, и хотя он продолжал кивать в ответ на слова колдомедика, бессмысленные приятности мужчины уже не были услышаны. Гермиона Грейнджер очень часто выглядела хорошо, и теперь, особенно когда улыбка коснулась её тёплых карих глаз, он подумал, что она красива. Но никогда раньше она не выглядела так, как этим вечером. Он наклонил голову вперёд, позволив своим длинным чёрным волосам скрыть его глаза, и наблюдал, как она неуверенно вошла в зал, с выражением изумления на лице. Никогда раньше она не видела бальный зал, увеличенный до его максимальных размеров. Северус был поглощён наблюдением за тем, как она оглядывается вокруг. Он позволил своему голодному взгляду скользнуть по её телу, заметив, что девушка снова вернула себе свои женственные формы, утерянные, когда Тео уехал. Усилия Падмы не прошли даром, и одарили Гермиону великолепной копной блестящих кудрей. На ногах у неё были надеты чёрные элегантные босоножки на высоком каблуке, и любуясь её ножками, мелькавшими через разрезы сбоку, он понял, что Гермиона переделала своё свадебное платье. Его живот скрутило от неожиданного понимания: она была одета в тот наряд, который он никак не может забыть. Северус продолжал скрытно следить за Гермионой, а она перевела свой взгляд с люстр и расписного потолка на лица гостей в зале. Девушка помахала Драко и Сьюзан, но прежде чем подойти к ним, она встретилась взглядом с ним. На секунду он размечтался, что между ними проскочила искра понимания, что-то вроде молчаливого согласия об их взаимном влечении. Уголки его губ чуть заметно поднялись в сдержанной улыбке, и что-то сжалось внутри, когда он был вознаграждён сияющей улыбкой в ответ. Она отвернулась от него и подошла к своим друзьям, а он продолжал наблюдать, следуя за ней взглядом, пока она шла, а её сатиновая накидка развевалась у нее за спиной. Драко поднял руку ко рту и издал пронзительный свист, когда она подошла. Гермиона хихикнула и шлёпнула Драко по плечу. Северус почувствовал злость, когда все гости по соседству повернулись, чтобы посмотреть на неё. Он был готов заколдовать Драко на месте за то, что привлёк к ней такое множество восхищённых мужских взглядов. В приступе ревности, он даже подумывал попросить мальчишку удалиться из-за подобного поведения, но вместо этого выпил большой глоток шампанского из своего бокала, и продолжил притворяться, что внимательно слушает Твейта. Другие мужчины могли смотреть сколько угодно: но лишь он один во всём зале знал, что за эротичный вид прячется под чёрной накидкой Гермионы Грейнджер. Это служило хоть и небольшим, но утешением.

ssSss

Гермиона почувствовала, как щёки покрылись румянцем: - Драко, я тебя просто пристукну! Драко и Сьюзан рассмеялись: - Ну давай-давай, Грейнджер! Нельзя надеть такое сексуальное платье, а потом притворяться, что смущаешься, когда на тебя глазеют, - сказал Драко ухмыляясь. - Да, конечно, и всё же я не планировала появиться в зале под чей-то свист, - парировала она, притворяясь, что надулась, - Не понимаю, как ты его терпишь, Сьюзан! Сьюзан улыбнулась: - Просто я уже привыкла. - Ты выглядишь замечательно! - сказала Гермиона, погладив Сьюзан по округлившемуся животику, - Как ты себя чувствуешь? - Гораздо лучше с тех пор, как ко мне вернулась моя энергия. Кстати, мы узнали, что это будет мальчик! - сообщила она, сияя. - Какие прекрасные новости! А вы уже думали насчёт имени? - спросила Гермиона. Сьюзан нахмурилась: - Что там было, что ты придумал вчера ночью? Я надеюсь, что это была шутка. - Скорпиус, - сказал он совершенно серьёзно, - и это не шутка. Гермиона расхохоталась: - Скорпиус? Я так и сказала ему: - Только через мой труп! - Сьюзан с любовью посмотрела на Драко, - Мы думаем назвать его Абраксас, в честь крёстного Драко. - Это, чёрт возьми, куда лучше, чем Скорпиус! - сказала Гермиона, улыбаясь. Драко огляделся вокруг: - Твоя подруга Анна сегодня выглядит особенно классно! - сказал он, обращаясь к Сьюзан, и та закатила глаза. - Я пойду и спрошу её насчёт работы в Дырявом Котле, - сказала Сьюзан, - она до следующей недели должна решить, принимает это предложение, или нет. Гермиона смотрела, как Сьюзан удаляется и почувствовала укол зависти от того, что они с Драко без сомнения так хорошо подходят друг другу. Драко флиртовал со всеми напропалую, но Сьюзан чувствовала себя в браке настолько надёжно, что это её ни капли не волновало. Драко тем времнем взял два бокала шампанского с подноса проходившего мимо домового эльфа, и подал один из них Гермионе: - Есть новости от Тео? Она покачала головой: - Он проигнорировал все и каждое письмо, которое я ему отослала. - Я тоже писал ему несколько раз. Скорее всего, он получил письма, просто ничего не ответил, - Драко перевёл взгляд на Северуса, - Северус так посмотрел на меня, когда я тебе свистнул! Похоже, он считает своим долгом тебя защищать. - Он отнёсся ко мне очень по-доброму с тех самых пор, как Тео ушёл, но думаю, его взгляд был вызван скорее тем, что ты свистнул в его доме, чем из-за того, что ты свистнул мне. - Я должен пойти поздороваться с родителями, - сказал Драко, - Танец за мной, Грейнджер! Драко отошёл, и девушка снова позволила взгляду обратиться к Северусу. Он всё ещё разговаривал с Твейтом, и с удовлетворением она заметила полный стакан шампанского в его руках. Она увидела Моэ, порхающую с подносом напитков возле танцпола, и решила, что сделает всё, чтобы стакан Северуса был всё время полон.

ssSss

С огромным раздражением Гермиона смотрела, как Северус вёл Корделию на танцпол. Она понимала, что он должен был начать вечер с танца со своей женой; в конце концов, именно она организовала этот благотворительный бал. Но это собственническое цепляние за своего мужа и шептание чего-то ему на ухо капало Гермионе на нервы. Она хотела быть в его руках; она хотела чувствовать, как его дыхание щекочет её щеку. Схватив ещё один бокал шампанского со столика, она поставила его обратно, увидев, что Невилл направляется прямо к ней. Невилл широко улыбнулся и сказал: - Что-то ты не выглядишь очень уж довольной! - Отлично подмечено! - нахмурилась она, - Я ни капли не довольна! Невилл проследил в направлении её взгляда: - Тебе не нравится видеть его с ней? - шёпотом спросил он. Гермиона взглянула на друга: - Нет, не нравится! - она покачала головой и тяжело вздохнула, - Я жалкая, Невилл, верно? Теперь ты, наверное, прочитаешь мне лекцию о том, что он женатый мужчина. - Нет, не прочитаю. Думаю, профессор Снейп не более женатый мужчина, чем ты - замужняя женщина. Гермиона подняла бровь. - Знаешь, ведь я живу в Шотландии, - объяснил Невилл, - И я слышал кое-какие сплетни о твоей свекрови. Ну, или по крайней мере, Анна слышала. - Понятно, - угрюмо ответила Гермиона, исподлобья глядя на Корделию через зал. - К тому же, - продолжал Невилл, - насколько помню, ты утверждала, что вы со Снейпом не более, чем друзья и коллеги, ведь так? Гермиона снова тяжело вздохнула: - Ну, знаешь, с того времени я уже решила, что ты был прав, а я - полная дура, и что бы теперь ни случилось, моё сердце всё равно будет разбито. Невилл посмотрел на Северуса с Корделией. Танцпол был уже почти полон: - Потанцуем? - предложил он. - А Анна не будет возражать? Невилл покачал головой: - Она общается со Сьюзан, не хочу её беспокоить. Гермиона взяла друга под руку и последовала за ним на танцпол, где он обхватил её за талию. Она и забыла, насколько хорошим танцором был Невилл! - Теперь ты, наверное, думаешь, что я ужасный человек? Из-за всей этой истории с Северусом? Он пожал плечами: - Возможно, я и мог так подумать, много лет назад. Но теперь - нет. Если я чему-то научился за последние пару лет, так это тому, что в глубине души, мы совсем не можем контролировать, что чувствуем. И если есть что-то между вами со Снейпом, то возможно, так и должно быть. Она ненадолго замолчала, убаюканная его словами. - Между вами что-то уже было? - спросил он. Она покачала головой: - Нет. Всё так сложно, Невилл! И я не знаю, может ли вообще что-то быть. Я всё ещё замужем, в конце концов, - она подняла взгляд и посмотрела на такое знакомое лицо друга, - А ты? Как твои дела в Хогвартсе? - Всё как всегда, - пожав плечами, пробормотал он, - Анне предложили работу в Дырявом Котле, и дали неделю на раздумья. - А ты хотел бы, чтобы она приняла это предложение? - Она несчастна в Хогвартсе. И очень скучает по друзьям, да и вообще, чувствует себя просто ужасно, - сказал он, - Но мы договорились, что не будем разводиться, пока кто-то из нас не встретит другого: не хотим вляпаться в ещё один неподходящий брак только из-за этого дебильного закона. Ну, а пока что, я думаю, ей стоит принять это предложение. В Лондоне ей было бы лучше. - Ну, а ты сам, Невилл? Ты не думаешь, что когда-нибудь сможешь решить проблему с родителями? - Загвоздка в том, что это все-таки больница Святого Мунго. Это больница, а не нормальный пансионат. Мама много раз болела за последние годы, и если бы я не навещал их хотя бы раз в неделю, они вообще остались бы сами по себе. Работников в больнице катастрофически не хватает. Поэтому, я, конечно, изучил частный сектор: в стране есть несколько неплохих пансионатов под управлением волшебников, но моя учительская зарплата никак не позволяет оплачивать их, и я уж точно не смогу заплатить наперёд, чтобы у меня была возможность поехать на поиски Луны. Гермиона почувствовала знакомый прилив сочувствия к Невиллу. Она заметила, как Кингсли Бруствер танцует с Хэсти Джонс, и наградила их ледяным взглядом. Возможно, Акт о Браке и привёл к всплеску рождаемости, но вокруг неё было слишком уж много пострадавших от этого нововведения.

ssSss

Северус стоял возле буфета, притворяясь крайне заинтересованным бессмысленной болтовнёй жены Ньюта Скамандера, в то же время постоянно наблюдая за Гермионой, которая в данный момент находилась в руках одного из их иностранных гостей. Он знал, что молодой человек не был женат, и жил в одной из стран, ещё не принявших Акт о Браке. Он хмуро смотрел, как она весело смеялась, и от ревности закусывал щёку. На секунду ему захотелось наслать на молодого человека спотыкающий сглаз, но приближающаяся Минерва заставила его отставить свою ревность в сторону. - Добрый вечер, Северус, - МакГонагалл понимающе улыбнулась. - Добрый вечер, Минерва, - ответил он, молча проклиная жену Ньюта Скамандера за то, что та покинула его, чтобы присоединиться к мужу на танцполе, и этим как раз оставила его наедине с директрисой. - Гермиона выглядит сегодня просто прекрасно, не правда ли? - шепнула женщина. - Да, Минерва, она очень хороша, - произнёс Снейп стиснув зубы. - Ланс сказал мне, что она стала твоей постоянной компаньонкой, - сказала МакГонагалл, глядя на Северуса поверх своих маленьких очков. - Да, ей удалось доказать, что она достойна этой должности, - резко выплюнул он, сердито посмотрев на Минерву. Минерва хихикнула: - Незачем защищаться от меня, Северус! Я подошла вовсе не для того, чтобы снова уговаривать тебя принять должность профессора в школе, и не для того, чтобы отговорить тебя от сближения с Гермионой Грейнджер. Северус с подозрением стрельнул в неё взглядом, гадая, о чём ещё мог сказать ей Ланс. Он просто удушит старика за болтовню! - Если её восхищённые взгляды означают что-либо, Северус, то она также заинтересована в тебе, как и ты в ней, - она повернулась, и сузившимися глазами посмотрела на его жену, - И, учитывая поведение твоей супруги, разве это так уж ужасно? Думаю, вы с Гермионой Грейнджер очень даже подходите друг другу. Он молчал, ошарашенно глядя, как его бывшая коллега удаляется с этой её понимающей улыбочкой на губах. Он огляделся в поисках Ланса. Похоже, кое-на-кого необходимо было навести связывающее язык проклятие.

ssSss

К часу ночи Гермионе уже поднадоел этот бал Корделии. Она так ни разу и не поговорила с Северусом, и что ещё хуже, похоже, что он намеревался перетанцевать с каждой присутствующей в зале ведьмой, кроме неё. Девушка устало плюхнулась на стул и из-под полузакрытых век наблюдала за тем, как Северус увлекал Роланду Хуч на танцпол. Он выглядел исключительно элегантно, и его чёрный цвет и исключительные манеры притягивали её взгляд. Она гадала, как же она могла не замечать этого, когда была подростком? Ни разу она не увидела за взмывающей чёрной мантией, крючковатым носом, и острым, как бритва, языком, чего-то большего. И всё же, вот она, здесь, вся такая нарядная, и всё больше увлекающаяся мужчиной, который стал её работодателем и другом, и ни разу за весь вечер он не посчитал необходимым пригласить её. Похоже, что её платье не произвело на него никакого впечатления, несмотря ни на какие усилия Моэ. Осушив уже пятый бокал, она сложила руки на груди, когда Ланс чопорно опустился рядом с ней на соседний стул: - О Мерлин, ты выглядишь сегодня просто потрясающе… мрачно, Гермиона Грейнджер! - Неужели это так очевидно? Ланс поднял бровь, веселясь про себя: - Не нравится видеть его с другими женщинами? - Мне не нравится тот факт, что он не поговорил со мной ни разу за весь вечер, и меня к тому же раздражает, что Корделия посмела пригласить сюда свою шотландскую игрушку, - со злостью произнесла она, глядя в сторону Эверарда Монро. Ланс хихикнул: - Ты просто прекрасна, когда злишься. Справедливости ради, Корделия вела себя просто удивительно прилично весь вечер: ни разу я не увидел её рядом с Эверардом. А что касается Северуса - уверен, у него есть веские причины не подходить к тебе. У него всегда есть причины, хотя иногда они и бывают ошибочными. Гермиона вздохнула и потёрла усталую щиколотку: - Прости, Ланс. Я не хотела срывать злость на тебе. Кстати, - добавила она, наблюдая, как Минерва МакГонагалл проплыла мимо в танце с Горацием Слагхорном, - о чем это ты там разговаривал с Минервой? - Что ты имеешь ввиду? - проговорил Ланс тоном невинной овечки. - Похоже, она очень заинтересована в том, как мы с Северусом поладили, а я знаю, что вы двое - хорошие друзья. Ланс не ответил на вопрос, но немного помолчав, сказал: - Думаю, Корделия будет сегодня занята - столько высокопоставленных гостей. Возможно, вам с Северусом стоит провести немного времени наедине. - Немного времени наедине? Ты с ума сошёл? Он не сказал мне ни слова за весь вечер, и ты думаешь, он хотел бы провести немного времени наедине со мной? - Гермиона, ты параноик. Он сегодня был крайне осторожен, даже по его собственным стандартам, но при этом почти не сводил с тебя глаз, несмотря ни на что. И он однозначно был в ярости, когда ты танцевала с тем молодым немцем, - он обернулся на Северуса и Роланду Хуч, - танец скоро закончится, последи за ним внимательно, и поймёшь, что я имею ввиду. Гермиона смотрела на них, пока вальс не закончился. С небольшим поклоном Северус освободил руку мадам Хуч, и сделал шаг назад. Потом его взгляд пробежался по лицам гостей, пока не встретился с её собственным. Поняв, что за ним наблюдали Гермиона и Ланс, он опустил взгляд, и пересёк зал, чтобы присоединиться к ним. Ланс повернулся к ней: - Видишь, о чём я? Он идёт сюда, так что это, вероятно, подсказка для меня, что мне пора тебя покинуть. Приятного тебе вечера, девочка. Несмотря на то, что она была раздосадована поведением Ланса, Гермиона всё равно не смогла сдержать трепет, возникший в животе, когда Северус подошёл, и сел рядом с ней на стул, который Ланс только что освободил. - Добрый вечер, - негромко протянул он. - Добрый вечер, - резко ответила она, не поворачиваясь в его сторону. Он коротко хохотнул: - Я верно распознал сердитые нотки в твоем голосе? Она сложила руки на груди и наконец повернулась к нему: - Да, верно! Единственный волшебник, с которым я бы могла достойно пообщаться, игнорировал меня весь вечер! Он ухмыльнулся: - Возможно, у этого волшебника, несмотря на то, что ему больше всего не хотелось бы ничего другого, как лишь пообщаться с тобой, были свои причины не уделять тебе того внимания, которого ты заслуживаешь. Она выдержала его весёлый взгляд, гадая, от чего он был таким добродушным. - Могу я предложить тебе бокал шампанского? - спросил он. - Нет, благодарю, - её злость постепенно улетучивалась, - я уже выпила достаточно шампанского. - Мой бокал будто по мановению волшебной палочки наполнялся весь вечер. Ты попросила Моэ подливать мне? Гермиона моментально покраснела: - С чего это ты так решил? Он хихикнул: - С того, что Моэ сказала ‘Мисс Гермиона сказать я наполнять Ваш бокал, мастер Северус’. Гермиона покачала головой, изо всех сил стараясь не улыбнуться: - В следующий раз я запрещу ей рассказывать тебе о моих маленьких схемах. Он притворно нахмурился: - Ты что, пыталась меня напоить, Гермиона? - А это сработало? - Я чувствую лёгкое опьянение, - сказал он шёлковым голосом с оттенком флирта. Она внимательно разглядывала его лицо, уверенная, что ей просто показалась вся двусмысленность его замечания. Это ведь она обычно флиртовала. Он опустил голос до шёпота, и сказал: - Ты выглядишь сегодня просто шикарно. Она лишь открыла рот в изумлении. Он усмехнулся: - Хотя это конкретное выражение лица тебе не очень подходит. Она нахмурилась, одновременно и польщённая и расстроенная этим комплиментом: - Ты уверен, что не пьян? - Абсолютно, - ответил он. Его взгляд упал на её наряд, - Ты переделала своё свадебное платье. Она ахнула: - Я надеялась, что никто не заметит. - Я почти уверен, что никто больше и не заметил. Просто так случилось, что мне это платье особенно нравится. Она удивлённо посмотрела на него, и тут же вспомнила, что не считая Тео и её мамы, он был единственным, кто видел её провокационный вырез на спине. - Прошу прощения, что не заговорил с тобой ранее, - сказал он вдруг совершенно серьёзно, - на нас здесь направлено множество любопытных глаз, Гермиона. Она подумала, что он имел ввиду Минерву. Не зная, что на это ответить, она устремила взгляд на танцпол: - Не могу поверить, что Корделия посмела так опрометчиво пригласить Эверарда Монро! Я думала, ты сказал, что они никогда не общаются в Лондоне? - Насколько мне известно, нет. Но и сегодня я не видел, чтобы они хоть раз разговаривали. В этом зале осторожности хоть отбавляй. Он откинулся на спинку стула, и они некоторое время молча смотрели на кружащиеся перед ними в танце пары. Взгляд Гермионы привлекли Невилл и Анна. - Я думаю, - тихо сказала Гермиона, - впервые с тех самых пор, как Тео ушёл, я ощущаю всё несчастье в этом зале. Такое количество жертв этого дурацкого закона: Анна и Невилл; Блэйз и Кэти; Эверард и Корделия. - Ты и я, - прошептал он, посмотрев на неё. Её сердце забилось в груди. Имел ли он ввиду, что они оба стали заложниками в браках без любви, или он хотел сказать что-то большее? - Ты и я, - вторила ему она, не в состоянии отвести взгляд от напряжённого выражения его чёрных, словно чернила, глаз. Он отвернулся от неё, направив свой изучающий взгляд на группу гостей из Министерства Магии: - Только посмотри на них, Гермиона! Делают вид, что всплеск рождаемости стоил того, и что жертвы этого беспорядка ничего не значат. Отрицают тот факт, каждый из них, что выполнив наш долг, мы сотворили огромное несчастье. Она вздохнула в неожиданном приступе жалости к самой себе: - Возможно, мне стоит уже пожелать тебе спокойной ночи, Северус. У меня уже разболелись ноги, я обессилена, к тому же в этом помещении слишком жарко. Он поднялся и встал перед ней: - Я умоляю тебя остаться ещё немного дольше. Ты же знаешь, как говорят: не можешь выдержать жар, убирайся с кухни. Или из бального зала, в данном случае. Пошли со мной, - сказал он, протягивая руку. - Куда? - спросила она, позволяя ему мягко поднять её со стула. - Я обещал тебе, что мы сегодня отпразднуем твой успех с больницей Святого Мунго, так что надо это сделать, - ответил он, увлекая девушку к дверям. - Ты уверен, что мы можем вот так просто взять, и уйти? - спросила она, - А как насчёт всех этих пар любопытных глаз, о которых ты говорил? - Часть её страстно желала остаться с ним наедине, но другая часть хотела убежать и спрятаться подальше от искушения. - Я не совсем уверен, что мне уже не наплевать, - сказал он, останавливаясь в дверях, - а тебе? Она окинула взглядом гостей, и снова повернулась к нему, понимая, что блестящие глаза Ланса были устремлены на них: - И мне. Он указал рукой на лестницу: - Тогда после вас, Гермиона. Она прошла через дверь, и подошла к лестнице, предполагая, что он намеревался спуститься в лабораторию. - Не туда, - сказал он, указывая рукой вверх по лестнице, - сюда. - В твой кабинет? - спросила она, следуя за ним. Он покачал головой: - Кое-куда, где поприятнее. Она почувствовала панику на секунду. Уж конечно, он не хотел отвести её в одну из спален? - Ты уверен, что это прилично? Он ухмыльнулся: - Это не неприлично. Однако, я думал, что тебе уже наплевать? Она пожала плечами и решила отдаться случаю: - Действительно, наплевать. - Тогда давай поднимемся на четвёртый этаж. Она поднялась за ним, и когда они достигли четвёртого этажа, Гермиона остановилась. - Сюда, - прошептал Северус, мягко подтолкнув её за талию и направив к маленькой двери в конце короткого коридора. Он коснулся волшебной палочкой ручки двери, и потянул её на себя, открывая: - Иди за мной. Она увидела ещё один узкий лестничный пролёт, ведущий ещё выше, а наверху виднелась металлическая кованая дверь. Северус зажёг палочку, и когда они достигли металлической двери, он пробормотал заклинание, и та тут же распахнулась. Он поднялся ещё на одну ступеньку, и отошёл в сторону, ожидая, пока поднимется Гермиона. Она почувствовала дуновение свежего ветерка на лице, и вдохнула ароматы множества разных трав, выходя на то, что оказалось самым очаровательным садиком на крыше, который она когда-либо видела. Северус улыбнулся выражению её лица, и, пробормотав ещё одно заклинание, зажёг множество свечей, висящих вокруг садика прямо в воздухе. Тёплый свет свечей окружал их, бросая мерцающее свечение на черты её лица: - Ну как, нравится? - спросил он, закрывая за собой дверь. - Тут так уютно! - воскликнула она, рассматривая всё вокруг, и стараясь не упустить ни единой детали, - Ты выращиваешь здесь какие-то из наших ингредиентов? - Да, большинство простейших растений и трав растут именно здесь. Тут контролируется температура, - объяснил он. - Почему ты мне никогда не рассказывал? Он улыбнулся ей одной из своих редких искренних улыбок: - Это один из моих секретов, которые я защищаю больше всего; за исключением Ланса, мне думается, я больше никого никогда сюда не приводил. Большинство Миллов знает о нём, естественно, но когда я переехал сюда, этот садик был совершенно заброшен. Несколько недель трудов превратили это место в полезный сад для выращивания трав. Она снова огляделась вокруг себя, узнавая некоторые растения в терракотовых горшках. В углу стояли пара деревянных стульев и маленький столик. - Тут просто замечательно, - сказала она, повернувшись вокруг, - ты, наверное, проводишь здесь много времени? - Иногда летом я прихожу сюда почитать, а ещё иногда Ланс приходит сюда, чтобы выпить со мной стаканчик на ночь. Она подошла к толстой каменной стене, достигавшей ей до пояса и устремила взгляд вдаль, над крышами домов, на мерцающие вдали огни Лондона. Он подошёл к ней и взмахом волшебной палочки наколдовал пару бокалов для шампанского; ещё один взмах, и появилась бутылка Боллинджер Брут: - Я же обещал тебе отложить бутылку хорошего шампанского чтобы поднять бокалы за твой успех. Он откупорил бутылку, и налил им обоим по бокалу. Она улыбнулась: - Ты уверен, что это не будет лишним для тебя? Ведь ты сказал, что уже немного пьян? - Да, и кажется, я также сказал, что моё опьянение не было связано с эффектом от алкоголя? - протянул он, подавая ей бокал и глядя ей прямо в лицо. Прежде, чем она успела среагировать на эту инсинуацию, он поднял бокал: - Выпьем за обворожительных компаньонов, которые, похоже, имеют способность очаровывать даже самые холодные сердца. Она улыбнулась, гадая, имел ли он ввиду себя, или колдомедика Твейта, и ответила: - Выпьем за мастеров зелий, которые желают дать девочке шанс, - ответила она. Они чокнулись бокалами и подняли их к губам. - Ну, - сказала она, прислонившись к невысокой каменной стене, - и кому же принадлежат все эти пары любопытных глаз? - Не выразил ли кто-нибудь из твоих знакомых интерес к тому, как это мы так быстро смогли перейти от вражды к товарищеским отношениям? - спросил он, подняв брови. - Думаю, некоторые выразили, да. Ланс постоянно расспрашивает меня, как мы с тобой ладим. Северус проворчал: - Значит, нас как минимум двое. Минерва тоже не лучше. Похоже, что как только тебе исполняется восемьдесят, ты теряешь способность не совать свой нос в чужие дела. Гермиона рассмеялась: - Я об этом не подумала. Но не только старшее поколение что-то говорит. Невилл и Падма тоже… задают вопросы. - Невилл Лонгботтом? Кто бы мог подумать? - Он думал, стоит ли говорить ей о комментариях Корделии, но решил пока что промолчать, - Ты сегодня привлекла множество восхищённых мужских взглядов. И куда более, чем в духе простого товарищества, - он позволил взгляду скользнуть по её фигуре. Она быстро сглотнула: - И ты бы описал это как товарищество? - спросила она, показывая рукой сначала на свою грудь, а потом на его. Он посмотрел на неё так пристально, что заставил её отвести взгляд: - А как бы ты описала это, Гермиона? Она издала короткий смешок, и посмотрела вдаль над крышами: - Я бы описала это, как прогулку по очень тонкому льду, - она глотнула шампанского, всё ещё устремив взгляд вдаль, за горизонт. Оба некоторое время помолчали, и звуки музыки, которую играл нанятый Корделией оркестр, заглушили звон бокалов и гул голосов гостей несколькими этажами ниже. Музыканты начали играть ещё один вальс, и Гермиона ахнула, узнавая: - Это же Чайковский, вальс из Спящей Красавицы, - она закрыла глаза, наслаждаясь знакомыми звуками увертюры. Северус поставил свой бокал на стенку: - Потанцуем? - просто спросил он, предлагая ей свою руку. Глаза Гермионы округлились: - Что? Здесь? - Почему бы и нет? Мы вдали ото всех этих любопытных глаз, и я весь вечер мечтал потанцевать с тобой. Практически загипнотизированная его чёрными глазами и музыкой, доносящейся снизу, она неуверенно вложила свою руку в его. Он вывел её в центр маленького садика, но прежде, чем взять обе её руки в свои, он протянул пальцы к её плечам, игнорируя её вопросительный взгляд. Стараясь держать пальцы твёрдо, он отстегнул застёжки Гермиониной накидки, и швырнул её на садовые стулья, ни на секунду не сводя взгляда с её лица. - Женщина никогда не должна танцевать в плаще, - пробормотал он. Он взял её правую руку в свою левую, а свою левую руку положил на её обнажённую спину, и улыбнулся уголками губ, когда она от неожиданности вздрогнула в ответ. Он на секунду остановился, наслаждаясь ощущением её гладкой кожи под своей ладонью, крайне довольный тем, что реализовалась одна из его давних фантазий. Она положила свою руку ему на плечо, дрожа от двойного ощущения - его тела, прижатого к ней, и ощущения прикосновения его тёплой руки к коже своей обнажённой спины. Его чёрные глаза, которые она часто находила непроницаемыми, словно открылись перед ней, и она ясно увидела в глубине желание и страсть. - Мы играем в очень опасную игру, Северус Снейп, - прошептала она, когда они начали танцевать. - И что же это за игра, в которую мы играем, Гермиона Грейнджер? - спросил он, а эта его удовлетворённая улыбка продолжала играть на уголках его губ. - Я не совсем уверена, - ответила она дрожащим голосом. - Тогда что в этом такого опасного? - прошептал он рядом с её ухом, и у неё наконец было всё, о чём она желала этим вечером: она была в его руках, и её щёку щекотало его дыхание. Она не ответила; она не знала, что сказать, а её сердце билось так быстро, что казалось, если она сейчас же не успокоится, то упадёт в обморок. Она глубоко вздохнула, стараясь запомнить это ощущение близости его тела, прижатого к ней. Он был таким же грациозным танцором, как и зельеваром. - Я ожидал, что ты станешь напевать, раз это вальс Чайковского, - сказал он тихо. Она улыбнулась и посмотрела на него: - Думаю, я забыла, как это делается, - сказала она с придыханием. Он посмотрел на неё с довольной ухмылкой, и ошеломлённая голодом в его взгляде, она положила голову ему на плечо. Северус закрыл глаза и прислонился щекой к её голове, купаясь в теплоте её тела и еле заметном аромате парфюма. Даже не осознавая этого, он принялся поглаживать её спину большим пальцем, и был тут же вознаграждён вздохом наслаждения, сорвавшимся с её губ. Гермиона не хотела бы больше ничего, а лишь оставаться в его руках часами, но короткий вальс закончился тушем, и она чуть не расплакалась от досады. Они замерли, когда музыка остановилась, и когда они отпрянули друг от друга, его взгляд упал на её губы. Он был так близко, что она всё ещё ощущала его дыхание на своей коже, и она знала, если наклонится хотя бы на пару сантиметром вперёд, их губы встретятся. С трудом понимая, чего она хочет, она не могла больше думать ни о чём, кроме того, каково будет почувствовать его губы своими, как он освободил её, и пробормотал: - Спасибо за танец, Гермиона. Она старалась не показать расстройство, и прошептала: - Не за что. Он снова подошёл к стене, и она последовала за ним, подняв бокал дрожащими пальцами. В груди у неё поселилась боль - боль потери. Она так хотела снова почувствовать его длинные, тонкие пальцы на своей коже. Она посмотрела на него, но он внимательно разглядывал свой бокал, очевидно задумавшись о чём-то. - Скажи мне, Гермиона, - попросил он, поворачиваясь к девушке, - что ты будешь делать, если Тео никогда не вернётся? Она одарила его грустной улыбкой: - Не имею никакого понятия, и это тот вопрос, который мне задавали множество раз за последние пару месяцев, - она глотнула немного шампанского, - А что ты будешь делать, если Корделия никогда не уйдёт? - Я не знаю, но ни разу ещё не позволял этому мне помешать. Они с минуту стояли молча, и Гермиона заметила, что оркестр не начал играть следующую вещь. Северус взглянул на часы: - Два часа ночи, - сказал он, - Большинство гостей сейчас начнут расходиться. Я должен спуститься и попрощаться с некоторыми из них. Ты бы предпочла пойти со мной, или остаться здесь? - Я останусь здесь, если ты обещаешь вернуться, - сказала она с надеждой. Он кивнул, уже поворачиваясь к кованой двери: - Я вернусь так быстро, как только смогу. Гермиона вздохнула, когда он исчез из виду, и закрыла ладонями лицо. Её плечи опустились, неожиданно расслабившись. Что, во имя Мерлина, она вообще делала? Она же клялась, что не позволит ничему произойти. Но если что-то и доказал этот последний час, то только то, что она была опьянена этим непростым мужчиной так сильно, как никогда. Что ей теперь делать? Может быть, надо просто не обращать внимание на эти эмоции, и надеяться, что они пройдут сами по себе? Её руки всё ещё дрожали от его прикосновений, она подошла к стулу, на который он швырнул её накидку. Всё ещё изумляясь, что он осмелился сделать такое, она закутала свои плечи в сатиновую накидку, и села на один из деревянных стульев, подогнув ноги под себя. Она сказала правду ему там, в бальном зале: её ноги болели, а сама она была обессилена. Она закрыла глаза, ожидая его возвращения и гадая, что же произойдёт ещё до исхода ночи.

ssSss

Прошёл почти час, когда Северус наконец проводил большинство важных гостей. Оставив Корделию заниматься оставшимися гостями, он решил вернуться в садик на крыше, пока его отсутствие может пройти незамеченным. Поднимаясь по лестнице, он поклялся сам себе продолжать общение с особой осторожностью. Он вёл себя нетипично смело для самого себя, и хотя он не жалел об их танце при луне, он всё же не хотел, чтобы события вышли из-под контроля. Северус потянул на себя кованую дверь, открывая, и почувствовал угрызения совести, увидев, что Гермиона уснула прямо на одном из садовых стульев. Тихонько закрыв за собой дверь, он подошёл к ней и посмотрел, как она спит. Она свернулась калачиком на стуле, закутав плечи в сатиновую накидку, а её губы во сне приоткрылись. Несмотря на изысканный макияж, сейчас она выглядела, как маленькая девочка. Он улыбнулся: вальс Спящей Красавицы оказался более чем кстати. Волна желания накрыла его, и он встал рядом с ней на колени, нежно убрав выбившуюся прядь с её раскрасневшейся щеки. Разрез её платья задрался до бедра, оголив гладкую, безупречную кожу её ноги. Желание поднималось по его венам, он протянул руку, чтобы коснуться её, но остановился. Если когда-нибудь появится такая возможность, он хотел прочитать в её ореховых глазах разрешение и взаимное желание. Возможно, этот день никогда не придёт, но он будет ждать. Расстроенно вздохнув, он поднялся на ноги. - Моэ? - прошептал он. Со щелчком перед ним появился маленький домовой эльф. Гермиона даже не пошевелилась. - Вы звать меня, мастер Северус? - спросила Моэ. - Я подумал, не будешь ли ты так любезна аппарировать мисс Гермиону в её постель, Моэ? Было бы неприлично, если бы я сам сделал это. Он бросил последний тоскливый взгляд на спящее лицо Гермионы, и сделал шаг назад. Эльф кивнула, и положила свою маленькую ладошку на руку Гермионы. Со щелчком её пальцев они обе исчезли, оставив Северуса в одиночестве в саду на крыше. Взмахом волшебной палочки он наложил исчезательное заклинание на бутылку шампанского и бокалы, и снова повернулся к выходу, чтобы спуститься. Со вздохом сожаления, он подумал, что бы могло произойти, если бы она не заснула. Но возможно, так даже лучше. Это была, как она сказала, прогулка по очень тонкому льду.