Отрицание

Радость удержать желаешь, -

Крылья счастью обломаешь;

Тот, кто миг удачи пьёт,

Вечным солнцем рассветёт.

-Уильям Блейк, «Вечность» -William Blake, «Eternity» (перевод Максим Советов, http://stihi.ru)

ssSss

Гермиона не верила своим глазам, глядя на своего мужа с другой стороны гостиной. Она уже и не ждала его, ведь прошло так много недель и месяцев. Увидеть его здесь, в этом доме, который Гермиона уже стала считать своим, оказалось настоящим шоком. Она моментально почувствовала целый букет эмоций: злость за то, что он заставил её всё это пережить; отвращение к его трусливому побегу и неожиданному возвращению; грусть от того, как плохо у них всё вышло. С трудом сохраняя спокойствие, она медленно подошла к камину и положила на него книжку и чашку с чаем, пока они не выпали у неё из рук. - Ты скучала по мне? — спросил Тео с самодовольной ухмылкой. Она резко обернулась, охваченная яростью от этой его ухмылки: - Ты — самый трусливый, коварный, бесхарактерный идиот, которого я когда-нибудь встречала в своей жизни, — огрызнулась она, — Так что нет, я не скучала. Он захихикал как сумасшедший: - Справедливо. Гермиона не смогла сдержаться: она молниеносно выхватила свою волшебную палочку из кармана джинсов и выпустила из её кончика верёвки, привязывая Тео к креслу, на котором он сидел. Он в шоке посмотрел вниз, на верёвки, стянувшие его грудь: - Мы что, не можем поговорить нормально, по-взрослому? - Ты не очень-то по-взрослому повёл себя в тот день, когда сбежал. Гермиона села в кресло напротив него, руки у неё дрожали одновременно от шока и от ярости. Она вдруг поняла, что он мог быть в доме в течение нескольких часов; он мог слышать их с Северусом в спальне, или мог увидеть, как они прощались у двери. Паника и чувство вины присоединились к её уже и так большому эмоциональному разнообразию. - Мы ничего не сможем решить, если я буду связан, — сказал Тео, ёрзая в кресле. Гермиона направила свою палочку на его лицо: - Думаю, что несколько жалких верёвок — это наименьшая из твоих теперешних проблем, Теодор Нотт. Он с трудом мог пошевелить руками, так что смог поднять только ладони: - Хорошо, хорошо. Успокойся. Я и правда плохо поступил. Я не могу этого отрицать. Хочешь, я попрошу у тебя прощения? Она проигнорировала его вопрос и опустила палочку: - Как долго ты здесь был? - Почти час. Тебя не было, когда я пришёл, — усмешка вернулась на его лицо, — А почему ты спрашиваешь? Боишься, что я мог увидеть тебя с любовничком? Она сощурилась, глядя на него. Знал ли он? Она взмахнула волшебной палочкой, и верёвки тут же исчезли. Тео вздохнул и потёр руки, потом он поднял вверх свой безымянный палец: - Мне надоело это дурацкое кольцо, и поскольку оно почти час жгло мне вчера руку, и ещё дольше сегодня утром, я решил, что пришло время аннулировать наши свадебные клятвы. Гермиона взглянула на своего мужа, порадовавшись, что он не спросил, кто был её любовником: - Так значит, тебе можно заставлять гореть моё кольцо, но ты не можешь вытерпеть жжение своего? Ты ни капельки не переживал, пока моё кольцо жгло мне руку, но как только роли поменялись, ты тут как тут! Какой же ты эгоистичный ублюдок! — к её удивлению, он покраснел. - Я знал, что мы почувствуем, если кто-то из нас изменит другому, но я и понятия не имел, что это будет настолько больно. Возможно, я был бы аккуратнее, если бы знал, — объяснил он, — я не хотел причинять тебе такую боль. Гермиона откинулась на спинку кресла и вздохнула: - У тебя были проблемы со временем, всё очень быстро, — сказала она, чувствуя, как злость постепенно исчезает, — Первый раз кольцо начало жечь прямо посреди вечеринки по случаю дня рождения Ланса. Иметь аудиторию с пятьюдесятью зрителями было очень неприятно. Казалось, Тео ужаснулся: - Моя мать тоже поняла, что произошло? Гермиона кивнула: - Всё прошло довольно тихо, благодаря быстрой реакции Ланса. Но да, она в конце концов узнала. Он пожал плечами: - Что же, с её стороны было бы довольно лицемерно критиковать моё поведение. - Ты знаешь про Эверарда? — спросила Гермиона. Тео удивился: - Да. И ты знаешь про Эверарда? - Я случайно увидела их в Шотландии, когда ужинала с клиентом, — объяснила она. - С клиентом? С каких это пор у Министерства Магии появились клиенты? — спросил он, не понимая, что произошло. Гермиона забыла, как мало Тео знал о её теперешней ситуации: - Я больше не работаю в Министерстве Магии: меня уволили. - Уволили? — повторил он обескураженно, — Тебя? - Да, меня, — она снова разозлилась, — Помнишь, как ты бросил меня, Тео? Так вот, я была очень расстроена. Может быть, тебе и было хорошо в такой неопределённости, но мне — не было. Я была зла, расстроена, мне было стыдно; я свернулась калачиком, и не хотела видеть никого в этом мире. Я не приходила на работу две недели, поэтому они меня и уволили - заочно. - Но между нами было всё так плохо — я не думал, что тебе это будет так важно в конце концов. - Мне было плевать на тебя; но я оказалась брошенной женой. Мои родители — маглы. Магический мир был на моей стороне, и считал тебя виноватым, но мои родители ужасно расстроились и хотели бы, чтобы я нормально развелась. - Почему? - Чтобы я не была всё ещё привязана в тебе; чтобы я могла завести другие отношения, если бы захотела, — объяснила она. Тео криво посмеялся: - Что же, тебя это точно не остановило, ты и так завела новые отношения. Или их было больше, чем одни? - Да как ты смеешь? — прошипела она, — Может быть, ты и прыгал в койку к первой попавшейся девице, Тео, но у меня был лишь один мужчина. Тео с любопытством поднял одну бровь: - И это… - И это совершенно не твоё дело. - Не моё дело? Ты всё ещё моя жена, Гермиона. Она смотрела на него не веря своим ушам: - Ты отказался ото всех своих прав как мой муж ровно в тот момент, когда вышел через эту дверь. Я тебе абсолютно ничего не должна, и моя личная жизнь тебя совершенно не касается. Они молча смотрели друг на друга некоторое время, пока Гермиона наконец не произнесла: - Почему ты ушёл вот так, Тео? Почему ты сбежал посреди ночи? Тео пожал плечами: - Мне всё надоело; я захотел сбежать, и сбежал. - Но почему ты не попросил меня о разводе? Тео вздохнул: - Это казалось мне сильным усложнением. Я просто хотел убраться отсюда; я честно думал, что ты и не захочешь разводиться. Я думал, если попрошу, ты можешь попытаться заставить меня остаться, снова начнёшь своё нытьё насчёт ребёнка. Щёки Гермионы запылали. Она знала, что не совсем уж невинна, если говорить о том, от чего распался их брак: - Так что ты решил просто сбежать? Как трус? - Да, я просто сбежал. Не понимаю, почему это так уж ужасно. - Это ужасно! Я не говорю, что в том, что наш брак разрушился, виноват только ты; нам, возможно, просто пора было расстаться. Плохо то, как ты сделал это, Тео. - Мы с тобой происходим из двух очень разных миров, Гермиона. Ты не замечаешь, что вокруг нас полно браков по расчёту, и люди в этих браках находят удовольствие на стороне? - Да, я понимаю это, — сказала она, - Но ты не должен был просто бросать меня. Даже твоя семья согласна с этим. Ты должен был либо остаться и завести роман на стороне, либо развестись со мной прежде, чем уезжать. Твоя мать была в ужасе от того, что ты сделал. Тео закатил глаза: - Да, я получил от неё несколько громовещателей. Ну, может, я и был не прав, и мне жаль, что из-за меня тебя уволили, Гермиона. Но благодаря этому у нас с тобой появилась хоть какая-то свобода… И если бы мы тогда развелись, то уже сейчас должны были бы уже снова найти себе супругов, всё из-за этого дебильного Акта о Браке». Гермиона некоторое время молча смотрела на Теодора. Она знала, что ей от него надо, и лучшим способом получить это было сохранение спокойствия: - Зачем ты женился на мне, Тео? - Чтобы у меня была возможность путешествовать и приезжать в Британию, когда хочу, — признался он. - Значит, я была для тебя не более, чем пропуском? — грустно спросила она. Он возразил: - Когда я закончил универ, я понял, что должен буду либо уехать из страны, либо подчиниться Акту о Браке и жениться. Я не мог решить, и мы с Северусом обсуждали это множество раз. Мама хотела, чтобы я женился, и получил возможность возвращаться, когда захочу, а Северус знал, что вряд ли хоть кто-то из будущих невест захочет слишком долго путешествовать. Он почти что убедил меня, и я был на волоске от того, чтобы переехать жить в Берлин. Но потом… - Что потом? - Я встретил тебя, — просто сказал Тео, — Я бы даже не рассматривал вариант, чтобы жениться на ком-нибудь другом. Но ты… Просто зацепила меня. Ты показалась мне красивой, умной… Я решил, что существует вероятность, что мы в самом деле подойдём друг другу. - Я тоже так думала, — ответила Гермиона, — Но наверное, просто было не суждено. Странно, как всё у всех вышло. Драко и Сьюзан; Майкл и Панси… они кажутся такими счастливыми, и вместе с тем, я бы никогда не представила их вместе. Дэннис и Демельза развелись; Невилл и Анна расстались; Блэйз изменяет Кэти; и вот ещё мы. Они снова посмотрели друг на друга долгим взглядом: - Как так вышло, что вот так сразу всё пошло не так? — спросил Тео нахмурившись. Гермиона пожала плечами: - Нет смысла снова и снова размышлять над тем, что было. Нам просто нужны разные вещи от жизни; не думаю, что кто-то из нас виноват. Самая большая ошибка, которую мы совершили — это наши дурацкие кольца, — сказала она, покрутив своё кольцо, выкованное гоблинами, на пальце, — Что вообще заставило тебя предложить их? Он покачал головой: - Сам не знаю. Это было импульсивное решение, попытка убедить нас обоих в том, что я реально хотел взять на себя обязательства, я так думаю. Гермиона уже немного оправилась от шока из-за того, что он вернулся, так что она уже более спокойно рассматривала мужа. По какой-то причине он выглядел гораздо более счастливым, чем раньше. Он больше не был таким измождённым и беспокойным: - Что ты делал после того, как ушёл? Ну, кроме очевидного, — добавила она, указывая на кольцо. - Как обычно, — сказал он неопределённо, — путешествовал, тусовался с Хансом. Я купил квартиру в Берлине, так что последние недели проводил много времени там. Гермиона поморщилась при упоминании имени Ханса. Тео улыбнулся: - Ханс не посочувствовал мне, когда моё кольцо начало жечь, — сказал он, — Он сказал, что ты имеешь полное право отплатить мне моей же монетой. Кстати, это именно он посоветовал мне вернуться и разобраться… А ты как? Я не был уверен, что ты останешься здесь жить. Что было после того, как ты потеряла работу? Она очень хотела сохранить нейтральное выражение лица: - Я работала на Северуса — в зельеварении. Он был очень добр ко мне, и предложил эту позицию, когда ты уехал, ведь у меня есть степень магистра. Тео удивился: - Это должно быть дико весело, — саркастически сказал он, — Мне никогда не казалось, что вы друг к другу особенно хорошо относились. Гермиона внимательно изучила свои ногти: - Он не настолько ужасен, когда узнаешь его поближе, и работа очень хорошая, мне правда очень нравится. Ну, и зарплата тоже. - Он всегда был из тех, кто лает да не кусает, но не думаю, что я сам хотел бы проводить с ним в лаборатории целые дни. Сменив тему, Гермиона спросила: - Так и что же нам теперь делать, Тео? Ты согласишься дать мне развод? Он пристально посмотрел на неё: - Да. А ты? Она встретилась с ним взглядом, понимая, что чтобы иметь возможность оставаться в Англии, ей придётся снова выйти замуж в течение шести месяцев, если они разведутся. Если она снова станет одинокой, это усложнит её отношения с Северусом, но ей так хотелось освободиться от этого непутёвого брака: - Да. Я дам тебе развод, и мы отменим нашу магическую клятву, если сможем договориться об условиях. Тео вздохнул с облегчением: - Рад слышать! - Ты уже встретил кого-то, с кем хочешь встречаться? Тео покачал головой: - Никого конкретного, но я бы хотел быть свободным. В Германии не действует Акт о Браке, и думаю, они его не примут, — он с любопытством посмотрел на свою жену, — Если ты собираешься остаться в Британии, развод будет означать, что тебе нужно будет снова выйти замуж. Этот твой парень — ты выйдешь за него? Гермиона старалась не смотреть ему в глаза: - Нет, я не могу. - Он маглорождённый? — спросил Тео и усмехнулся, — Или уже женат? Она пожала плечами: - Всё сложно, и я не хотела бы это обсуждать. Он выпрямился: - Что же, в таком случае, предлагаю приступить к делу. В последние несколько недель я досконально изучил магическое законодательство по семейному праву, и выяснил, что ты получаешь право на половину моего имущества. - Нет. Я не хочу половину. Мне нужно совсем немного, и уж точно не нужна половина всего твоего состояния. - Должны же быть какие-то отходные. Чего ты хочешь? Помедлив, Гермиона окинула взглядом комнату. Она привыкла считать это место своим домом. Она любила проводить время с Лансом время от времени — это было всегда неожиданно и очень весело, и Моэ стала её другом и поверенной. Гермиона не хотела уезжать отсюда, и она не могла представить себе, как будет жить ещё дальше от Северуса: - Я хочу этот дом. То есть, твою половину дома. Больше ничего. Тео нахмурился: - Этот дом? Нет, на такое я не могу согласиться. Это моя единственная недвижимость в Лондоне, где я должен жить, когда буду приезжать? Она взглянула на него: - Мне до лампочки, где ты будешь жить. Оставайся в чёртовых гостиницах, если хочешь. Не думаю, что прошу от тебя слишком многого, Тео: у тебя есть недвижимость в Берлине; я знаю, что ты всё ещё владеешь тем домом в Кембридже — и это, кстати, совсем не далеко от Лондона. Кроме того, я прекрасно знаю, что ты можешь позволить себе приобрести и другую недвижимость в Лондоне, да и у Корделии есть ещё один дом на площади Гросвенор. У тебя есть множество вариантов, где жить. - Ты можешь продолжать здесь жить, и половина моей части этого дома будет твоей, но это всё, на что ты имеешь право, — произнёс он нахмурившись. - Тео, — от ярости её сердце забилось в груди словно молот, — Я не прошу половину всего остального. Я хочу жить здесь; я хочу, чтобы нижние этажи этого дома были моими и только моими. Я могу потребовать половину твоей недвижимости в Берлине, и половину всех твоих денег, если захочу, но я готова подписаться под тем, что не стану этого требовать, если ты отдашь мне этот дом. Он покачал головой: - Нет. Она поднялась со своего кресла: - Тео, я просто хочу и впредь жить здесь, это всё, чего я прошу. - Я уже сказал, что ты можешь продолжать здесь жить, — возразил он. - Да, но я не хочу, чтобы ты мог заявиться сюда в любое время, когда пожелаешь. Тебе бы понравилось, если бы я могла появиться в твоей квартире в Берлине в любой момент? — спросила она, повышая голос. - Будь благоразумной, Гермиона! Почему я должен отдавать тебе весь чёртов дом? - Почему? — вскрикнула Гермиона, не веря своим ушам, — Потому что ты мне должен, поганец! Как ты смеешь просить меня быть благоразумной? Чашка с уже холодным чаем разбилась вдребезги, и она с удивлением посмотрела на неё. Очень давно уже она не злилась так сильно, чтобы случилась неконтролируемая вспышка магической энергии. Тео поднялся и поставил руки на пояс: - Я думал, что мы уже выяснили, что мы оба виноваты в том, как неудачно сложился этот брак? - Да, мы оба виноваты в этом, Тео. Но это ты ушёл от меня, а это — единственная уступка, о которой я прошу. Они оба в ярости смотрели друг на друга. - Нет, — упрямо повторил он, — На это я не соглашусь. - В таком случае, я не дам тебе развода, — проговорила Гермиона сквозь зубы. Они смотрели друг на друга, и вдруг одновременно вынули свои палочки. Но прежде, чем кто-то из них успел сотворить какое-нибудь заклинание, распахнулась дверь, и опираясь на свою трость, в комнату проковылял Ланс. - Что за шум? Я услышал, как что-то разбилось. Что… — слова застряли у него в горле, когда он увидел своего внучатого племянника, — Ты! — воскликнул он, шаркая по направлению к Теодору. Тео опустил свою палочку: - Здравствуй, дядюшка Ланс. Ланс поднял свою трость и ударил ею Тео по руке: - Глупый мальчишка! - Ау! — всхлипнул Тео, сморщившись от удара тростью. Ланс снова ударил его тростью: - Ах, ты, нехороший эгоистичный маменькин сынок! — и ещё один удар. - Прекрати меня бить, сумасшедший старик, — сказал Тео, потирая ушибленные места, — Что с тобой? Гермиона улыбнулась. - Ланс, возможно, ты сможешь нам помочь, — сказала она, — Мы с Тео решили развестись, но не можем договориться насчёт условий. - Ты должен отдать ей всё, что она заслуживает, — сказал Ланс, с прищуром глядя на Тео, — Я всегда считал тебя нормальным парнем, пока ты не сбежал как трусливый мальчишка! - Я прошу лишь одной-единственной вещи, но Тео отказывается сделать мне это одолжение. Я очень рада, что ты здесь, Ланс. Потому что это потребует и твоего согласия, — сказала Гермиона. Ланс продолжил глядеть в упор на Теодора, но опустил свою трость: - И чего ты у него попросила, Гермиона? - Я хочу его часть этого дома, и больше ничего, — ответила она, — и я соглашусь на любое твоё решение в плане того, кому ты завещаешь свою половину недвижимости, Ланс. Ланс фыркнул: - Я пока ещё не планирую отбрасывать коньки, так что мы можем обсудить это, когда доживём, — он вернул изучающий взгляд к Тео, — И почему же ты не желаешь отдать ей дом, парень? - И где прикажешь мне жить, если я захочу вернуться в Лондон? — спросил он. - А где ты живёшь, когда бываешь в Риме? Или в Париже? — вопросом на вопрос ответил Ланс. Тео нахмурился: - У родственников, или у друзей. Или в гостинице. Ланс пожал плечами: - Что же, точно также сможешь делать и в Лондоне. Твоя семья живёт здесь, дурачок ты! Живи у матери; у Гавейна; в гостинице Дорчестер или Савой. Вряд ли тебе не хватит на это бабок. Гермиона посмотрела на Тео: ему было неприятно, что Ланс оказался на её стороне. - Мы с тобой жили в этом доме вместе с тех пор, как мне стукнуло семнадцать, дядюшка Ланс, — надувшись сказал Тео, — разве тебе всё равно, что меня больше не будет рядом? Ланс закатил глаза: - Прекращай строить из себя сентиментального мальчика-колокольчика, Теодор Нотт. Ты хоть когда-нибудь оставался здесь надолго? Нет! Ты постоянно путешествуешь по свету с этим своим двоюродным братом, дымя магическим драконом, если ты простишь мне это сравнение. Гермиона же нам с Моэ, напротив, составила замечательную компанию. И работает она через улицу. Отдать ей дом, Тео. Ты знаешь, что я буду по тебе скучать, но это — меньшее, что ты можешь для неё сделать. Тео сложил руки на груди, переводя сердитый взгляд с Гермионы на Ланса и обратно. Наконец он недовольно вздохнул: - Хрен с ней. Пусть забирает чёртов дом. Ланс просиял: - Ну, вот, совсем другое дело! А теперь иди сюда, обними своего старенького дядюшку! Покачав головой, Тео подошёл к дяде и прижал его к груди, закатывая глаза так, чтобы старик не видел. Гермиона улыбнулась, тронутая заботой Ланса о ней. Она была очень рада, что сможет продолжать жить в этом доме. Ланс отстранился от племянника, и вдруг снова ударил его своей тростью. - Ау! Ты - сумасшедшая старая летучая мышь! — вскрикнул Тео, — Теперь-то за что, чёрт побери? - Никогда больше не веди себя так с приличной женщиной! — ответил Ланс, потрясая в воздухе своим костлявым пальцем, — И когда вы собираетесь развестись? - Наверное, завтра утром, — сказала Гермиона, глядя на Тео в ожидании подтверждения. Тот с энтузиазмом кивнул: - Министерство открывается в девять, и чтобы дали развод, потребуется всего несколько часов. Скорее всего, завтра в это же время мы уже будет свободными и одинокими. Ланс нахмурился, посмотрев на левую руку Гермионы: - Но у вас всё ещё останется эта небольшая проблемка, с вашими свадебными кольцами. Эта магическая клятва требует сильной магической отмены. Не многие волшебники в состоянии справиться с подобным заклинанием. Лица Гермионы и Тео опустились. - Кольца выковали в Рейкьявике, — сказал Тео, — может быть, нам надо поехать туда, чтобы их сняли? Но Исландия слишком далеко, чтобы аппарировать. Ланс покачал головой: - Я так не думаю. Вообще, решение может быть ближе, чем мы думаем, — он пристально посмотрел на Гермиону, — Думаю, мы с вами знаем кое-кого, у кого есть опыт работы с клятвами верности — кое-кого, кто в прошлом досконально изучил, как можно отменить магическую клятву, которой пропитаны эти кольца. Гермиона ахнула: - Похоже, ты прав, Ланс. Думаешь, он знает все необходимые заклинания? - Я почти уверен в этом, — ответил Ланс, ковыляя в сторону двери. Он многозначительно посмотрел на Гермиону, проходя мимо, и исчез за дверью. Тео не понял: - О ком это он говорил? Она ответила не сразу: - О Северусе. - О Северусе? Откуда он может знать, как отменить клятву? У них с моей матерью была простая гражданская церемония, безо всяких магических клятв. - Думаю, он знал кое-кого, кто принёс магическую клятву верности, — ответила Гермиона, боясь сказать слишком много, — Попросим его подойти? Она знала, что Тео вряд ли захочет видеть Северуса или свою мать. Он потёр лоб: - Наверное, стоит. Ты можешь отправить ему письмо так, чтобы моя мать не узнала, что я тут? Я бы предпочёл всё сделать и забыть об этом, прежде чем встречусь с ней. Гермиона кивнула. Она вызвала своего патронуса, и с нежностью во взгляде проследила, как серебряная выдра выскочила в окно и исчезла в темноте: - Теперь остаётся только подождать. Она села в своё любимое кресло, а Тео встал возле камина. - Ты вообще не контактировал с матерью, Тео? - Я отправил ей записку, когда уехал, чтобы сообщить, что со мной всё в порядке. Кроме этого, нет. Я с ней не виделся и не разговаривал. Думаю, получу от неё неплохую взбучку, когда мы встретимся… За то, что запятнал честь семьи и всё такое. - Уверена, она тебя простит. Я не думаю, что когда-нибудь особенно нравилась ей. В удивлении он поднял бровь: - Почему ты так думаешь? Мне казалось, очень даже нравилась. Гермиона пожала плечами: - Неважно, нравлюсь я ей, или нет. Ты — её единственный ребёнок, так что я уверена, что она примет тебя с распростёртыми объятиями. Казалось, Тео не убедили эти слова: - А вот Ланс не очень-то был рад меня видеть. Прежде, чем Гермиона успела ответить, они услышали скрип входной двери и голос Северуса: - Гермиона? — позвал он. - Я в гостиной, — ответила девушка. Дверь открылась, и Северус шагнул в комнату. Его чёрная мантия, как всегда, развевалась за ним: - Что-то случилось? Твоё сообщение… — он замолчал, как только его глаза остановились на Тео. - Ты! — прошипел он, тут же доставая волшебную палочку из складок мантии и направляя её прямо на своего пасынка. Тео отлетел на другую сторону комнаты и ударился спиной об стену, задыхаясь, будто невидимая рука держала его за горло. Гермиона вскочила с кресла, а Северус в три широких шага пересёк комнату, его тёмные глаза сверкали яростью: - Северус, нет! Он остановился всего в нескольких сантиметрах от носа молодого человека: - Ты хотя бы представляешь, сколько боли принёс ей, когда сбежал, как самый настоящий трус? — прорычал он, оскалившись. Гермиона схватила его за плечо: - Северус, отпусти его, — взмолилась она. Он не отреагировал: - Тебе, конечно, плевать, а она рыдала несколько недель, когда ты ушёл! Ты, эгоистичный маленький ублюдок! Тео не мог дышать, и глаза Гермионы наполнились слезами. - Северус, пожалуйста, — прошептала она, положив руку на его запястье, — не делай этого из-за меня. Ты же знаешь, что врозь мы оба гораздо счастливее, чем были вместе. Северус посмотрел на её руку на своём запястье, и поднял глаза на её лицо. Он медленно опустил палочку, и Тео тяжело опустился, прислонившись к стене, руками облокотившись на колени, кашляя и пытаясь отдышаться. С глубочайшей ненавистью взглянув на него, Северус спрятал свою волшебную палочку в складки мантии: - Скажи мне, почему я не должен заколдовать его прямо на месте? — спросил он, снова встретившись взглядом с Гермионой. - Потому что мы оба совершили глупую ошибку, когда поженились, Северус, — она взглянула на Тео, который уже оправился и теперь с любопытством наблюдал за ними, — И если бы не он, меня бы здесь сейчас не было; и у меня не было бы работы, которую я люблю. Она посмотрела на Северуса и их взгляды встретились; они оба понимали, что она имела ввиду - они никогда не были бы вместе, если бы Тео не бросил её. Он отошёл от своего пасынка и облокотился на каминную полку. Тео выпрямился и взглянул на Гермиону: - Ты что, наложила Конфундус на всех мужчин в моей семье? — спросил он, потирая свою шею. Она ухмыльнулась: - Нет, это сделал ты, самостоятельно, без моей помощи. - Так и что же заставило тебя приползти обратно в Лондон, Тео? — издевательски протянул Северус, — Соскучился по мамочке? Тео с прищуром посмотрел на отчима: - Вот, что привело меня сюда, — выплюнул он, показывая свой безымянный палец. - Ах, — сказал Северус с притворным сочувствием, — мисс Грейнджер была плохой девочкой? Немножко отомстила тебе? Если я не очень сильно ошибаюсь, Теодор, то ты был первым, кто, скажем так, сбился с пути? Прямо посреди одной из вечеринок твоей матери. - Я так и понял, — ответил Тео, — я, может, и не сделал бы этого, если бы знал, как это больно. - Твоя забота очень трогательна, — сказал Северус голосом, полным сарказма. Он посмотрел на Гермиону, - Зачем потребовалось моё присутствие? - Мы договорились развестись, — объяснила Гермиона, наблюдая за реакцией Северуса, — но нам ещё надо отменить магическую клятву верности. - Понятно, — ответил Северус, сохранив нейтральное выражение лица. - Ланс сказал, что ты, возможно, сможешь нам помочь, — добавил Тео. Северус поднял брови: - Правда? - Ты сможешь? — спросила Гермиона, — Ты знаешь, как отменить магию колец? Он перевёл взгляд с Гермионы на Тео: - Я никогда раньше не делал этого, но да, я думаю, что понимаю весь процесс, и знаю все необходимые заклинания. - Ты сделаешь это? — спросила Гермиона. Он подумал над вопросом, потирая нижнюю губу кончиком пальца: - Если ты этого желаешь. В худшем случае у меня просто не получится отменить магию; не должно быть никаких негативных последствий неудавшейся отмены. Гермиона и Тео кивнули. - Давай попробуем, — сказал Тео. - Тебе, наверное, нужно время, чтобы изучить методику и повторить заклинания? — спросила Гермиона. Он покачал головой: - Я прекрасно помню заклинания; нет никакой необходимости повторять. Гермиона знала, что он наверняка выучил все заклинания наизусть, когда ещё учился в Хогвартсе, желая однажды освободить свою мать от пытки. Северус снова вынул свою волшебную палочку и отошёл от камина: - Процесс состоит из двух этапов: сначала должны быть отменены клятвы, данные вами во время свадебной церемонии, а затем необходимо опустошить кольца от наполняющей их магии. Он подозвал их, чтобы они встали прямо перед ним: - Когда вы давали клятву, вы смотрели друг на друга, а для того, чтобы отменить её, вы должны смотреть в противоположные стороны, стоя друг к другу спиной. Они сделали, как им было сказано, и встали, глядя в противоположные стороны, касаясь друг друга спиной. Прошептав короткое заклинание, которое Гермиона никогда раньше не слышала, Северус снова повторил каждую свадебную клятву, которую они дали, каждый раз спрашивая, хотят ли они отменить данное конкретное обещание, и кончик его волшебной пальчики загорался голубым светом каждый раз, когда они отменяли клятву. Наконец, он дошёл до клятвы верности: - Гермиона Грейнджер Нотт, — сказал он, — ты согласилась оставаться верной своему мужу, Теодору Нотту, пока вы женаты. Желаешь ли ты отменить эту клятву верности? Гермиона вздрогнула, потому что её кольцо вдруг потеплело: - Да, желаю, — решительно сказала она. Северус коснулся кончиком палочки её кольца, и их взгляды встретились, прежде чем он повернулся к Тео: - Теодор Нотт. Ты согласился быть верным своей жене, Гермионе Грейнджер Нотт, пока вы женаты. Желаешь ли ты отменить эту клятву верности? Тео заворчал, и Гермиона поняла, что его кольцо тоже начало нагреваться: - Да, желаю, — сказал Тео сквозь зубы. Северус прижал кончик волшебной палочки к кольцу Тео, и Гермиона и Теодор оба одновременно ахнули, потому что жжение резко усилилось. - Они сильно жгут, — сказала Гермиона взволнованно. - Так и должно быть, — сказал Северус, — они будут жечь, пока магия полностью не уйдёт. Встаньте лицом ко мне, но жизненно важно сейчас не смотреть друг другу в глаза, пока я не скажу, что это рекомендуется. Они повернулись лицом к Северусу, нахмурившись из-за своих обручальных колец. - Вытяните свои левые руки вперёд, — проинструктировал Северус, — но не позволяйте рукам коснуться друг друга. Гермиона и Тео выполнили в точности, и Гермиона заворожённо смотрела, как Северус поместил свою волшебную палочку между их рук, и начал быстро читать заклинания на латыни, так быстро и так легко, что это было похоже на песню. Она смотрела на его лицо, любуясь, как его брови нахмурились от напряжения, и как голубой свет его палочки отражался в его чёрных глазах. Чары были сильными — она это поняла по тем магическим усилиям, которые он приложил, выполняя задачу. И она смотрела на него потрясённая, он излучал больше магии, чем кто бы то ни было другой, кого она знала. Северус продолжил работать долгие несколько минут, но наконец он дотронулся сначала до кольца Гермионы, и затем до кольца Тео. Гермиона смотрела, обрадованная тем, как жжение вдруг прекратилось, кольцо сначала загорелось голубым светом, а потом полностью исчезло с её пальца. - Оно исчезло, — сказала она восхищённо, — кольца больше нет! — она в удивлении вытянула руку вперёд, шевеля пальцами. - Моё тоже, — вторил ей Тео с улыбкой, — Спасибо, Северус! Северус проворчал что-то себе под нос, и снова спрятал волшебную палочку в складки своей мантии. Он взглянул на пасынка: - Я отлично понимаю причины, по которым ты ушёл от жены, Тео, но я сильно разочарован тем, каким образом ты предпочёл уйти. Это было одновременно и бесчестно, и подло. Тео смело выдержал его взгляд: - Все мы ошибаемся, Северус. Я не стану отрицать, что плохо поступил, и мне жаль, что я причинил Гермионе все эти неприятности. Гермиона и Северус переглянулись: - Намереваешься ли теперь ты также и подать на развод, в дополнение к отменённой клятве? — спросил Северус. - Да, — ответил Тео, — мы уже договорились, и обсудили все условия. И планируем подать на развод завтра утром. - Условия? — переспросил Северус, приподняв одну бровь. - Тео согласился отдать мне свою половину этой недвижимости, — объяснила Гермиона, — а больше мне ничего не нужно. - Никто из вас больше не будет страдать от выкованных гоблинами колец. Вы уверены, что развестись будет верным решением? — спросил Северус, нахмурившись, — Жизнь Гермионы в частности может стать гораздо сложнее, если она вновь попадёт под действие Акта о Браке, снова став одинокой. - Я хочу этого, Северус, — сказала Гермиона, — я хочу освободиться, и Тео тоже хочет. И я планирую решать проблемы по мере поступления. Они молча посмотрели друг на друга. Казалось, между ними возникла какая-то практически осязаемая стена страха, им обоим было очевидно, что развод Гермионы сильно повлияет на их отношения, и они чётко не понимали, как именно. - Очень хорошо, — сказал Северус, — я желаю вам обоим хорошего дня. - Я провожу тебя к выходу, — поспешно добавила Гермиона. Прежде чем покинуть комнату, Северус обернулся к Тео: - Я бы посоветовал тебе встретиться с матерью прежде, чем снова уедешь из страны, Тео. Предположу, что она скучала, и точно знаю, что очень волновалась о тебе. Тео кивнул: - Я поговорю с ней завтра, после того, как наш развод вступит в силу. Коротко кивнув, Северус покинул комнату, и Гермиона последовала за ним. Она закрыла входную дверь, и они оказались снаружи, на тротуаре. - Ты уверена, что хочешь этого? — спросил он, — Не давай ему развода только потому, что он попросил, Гермиона. Она покачала головой: - Я хочу избавиться от этого брака, Северус. Я не хочу больше быть частью семьи Милл, — они посмотрели друг на друга, и ей смертельно захотелось прикоснуться к нему, — Я знаю, Северус. Я знаю, что это всё усложнит, но я хочу раз и навсегда избавиться от него. Он наклонил голову и шагнул прочь: - Это твоё решение. Увидимся во вторник. Гермиона смотрела, как он сделал ещё один шаг в сторону, и с хлопком исчез. Издав глубокий вздох, она открыла входную дверь, и вернулась в гостиную. - Ну вот, — улыбаясь, сказала Гермиона, — полдела сделано! Тео стоял рядом с камином со странным выражением лица. - Что-то случилось? — спросила она, — Разве ты не рад, что избавился от кольца? Он сложил руки на груди и нахмурился: - Значит, — сказал он понизив голос почти до шёпота, — ты трахала мужа моей матери? В шоке Гермиона отреагировала автоматически — залепила ему пощёчину: - Как ты смеешь говорить так? Тео коротко хохотнул и поднял руку к своей челюсти: - Отличное возвращение домой: три атаки меньше чем за час, — он пристально посмотрел на неё, — Ты отрицаешь, что встречаешься с Северусом? Никто ещё не задавал ей настолько прямого вопроса, и хотя её сердце стучало в панике словно молот, она не хотела отрицать, что встречается с Северусом. Не отвечая прямо, она сказала: - С чего ты это вообще взял, Тео? - Думаешь, я дурак, Гермиона? Я видел эти многозначительные взгляды между вами… - Он волновался за нас, вот и всё… — настаивала она, — Он был добр ко мне с тех самых пор, как ты ушёл. - Я бы, может, и не заметил, но когда ты дотронулась до его руки, моё кольцо начало покалывать, — он поднял вверх левую руку, — оно зачесалось, точно так же, как обычно перед тем, как начать жечь, и это произошло именно в тот момент, когда вы посмотрели друг на друга, — он снова нахмурился, — Между вами с Северусом что-то происходит. Он и есть тот мужчина, за которого ты не можешь выйти замуж. Гермиона смотрела на него расширенными от ужаса глазами, не зная, что сказать. Она тоже часто ощущала подобное покалывание перед тем, как кольцо начинало жечь. - Ты отрицаешь это? — спросил он прямо. - Я уже сказала тебе, что моя личная жизнь абсолютно тебя не касается, — ответила она, — и кстати, учитывая тот факт, что твоя мать уже много лет встречается с другим мужчиной, думаю, Северус тоже имеет право встречаться, с кем пожелает. Тео триумфально посмотрел на неё и наклонился, чтобы поднять свою мантию с ручки кресла: - Не волнуйся, Гермиона. Я не намереваюсь сдавать тебя моей матери. Как ты и говоришь, меня это не касается, — он направился к двери. - Куда ты собрался? — спросила она взволновано. - В гости к Драко. Я проведу ночь у себя в Кембридже, и завтра утром мы с тобой увидимся. - В девять? — переспросила она. Он кивнул: - В девять. Встретимся в холле министерства. Гермиона закусила губу, когда он вышел и хлопнул за собой дверью. Она опустилась в ближайшее кресло на вдруг ослабевших ногах. Отменное выдалось утречко!

ssSss

На следующий день она стояла, освещённая тёплым ярким светом в холле министерства. Из холла исчезла массивная скульптура волшебника и ведьмы на тронах, которая занимала большое пространство во времена правления Воландеморта, и был заново выстроен фонтан магического братства. Гермиона и Тео остановились возле первого же камина. Гермиона взглянула на своего бывшего мужа, держа в руке свеженькие документы о разводе. Она протянула ему свободную руку: - Прощай, Тео, — со слабой улыбкой сказала она. Он пожал её руку и улыбнулся в ответ: - Прощай, Гермиона. Извини за… за всё, наверное. Она пожала плечами: - И ты меня извини, — она пошарила рукой в складках мантии и достала помолвочное кольцо, — Вот — тебе лучше это забрать, — сказала она, протягивая ему сверкающее кольцо. - Нет! — воскликнул он, подняв обе руки, — Я купил его для тебя. Оставь себе. Она покачала головой: - Но мне оно не нужно. Я бы хотела, чтобы ты его забрал. Он нехотя взял кольцо и сунул его в карман джинсов. Неловкое молчание повисло между ними. А через некоторое время они заговорили одновременно: - Наверное, мне стоит… - Я лучше пойду, и… Гермиона захихикала, а Тео улыбнулся: - Я собираюсь смотаться к маме по каминной сети, прежде чем вернуться в Берлин, — сказал Тео, — Пора бы ей уже хорошенько меня отчитать. Она кивнула: - А я пойду домой. Мои родители, наверное, оба сейчас на работе: так что сегодня вечером я расскажу им обо всем. Как думаешь, как Корделия воспримет новости? - Думаю, она будет рада, что мы разобрались, — сказал он, — и не волнуйся, я не скажу ей ничего… ну знаешь… про вас с Северусом. Она знала, что ей стоило отрицать и настаивать, что между ними ничего не было, но у неё просто не хватило духу, и она почему-то знала, что Тео действительно ничего не расскажет Корделии: - Спасибо, Тео. Я бы это оценила. Они снова пожали друг другу руки, и она повернулась к ближайшему свободному камину. - Гермиона, — позвал Тео, пока она не успела уйти. Она ещё раз обернулась на него. - Ты любишь его? Она открыла было рот, чтобы отрицать это, и сказать, что это не его дело, но она была эмоционально выжата как лимон, и её плечи вдруг поникли: - Да, Тео. Я люблю его. Она рассмеялась своей собственной глупости и тряхнула копной каштановых кудрей: - Прискорбно, не правда ли? Он рассмеялся: - Я бы сказал, смело. Он сложный человек. Но думаю, хороший, — он взял пригоршню летучего порошка из горшка рядом с камином, — Удачи, Гермиона, — сказал он и исчез в языках зелёного пламени. Она ещё долго смотрела в то место, где он исчез, в надежде, что не допустила только что глупейшую в своей жизни ошибку. Беспокойно улыбаясь, она подошла к следующему камину, чувствуя себя одновременно и освобождённой, и гораздо более пойманной в ловушку, чем когда-либо в своей жизни.

ssSss

Во вторник утром она открыла дверь в дом Корделии и Северуса, в надежде, что её бывшей свекрови не окажется дома. В холле никого не было, и она спустилась вниз, в лабораторию. Она почувствовала, как волна удовольствия накрыла её, точно также, как и обычно, когда она видела Северуса уже за работой, повернувшегося своей чёрной мантией спиной ко входу, и склонившегося над дымящимся котлом. Прислонившись спиной к двери, она постояла секунду, наблюдая за ним, и гадая, какие изменения привнесут следующие шесть месяцев в её и так уже непростую жизнь. - Доброе утро, — сказал Северус, не оборачиваясь. Она отошла от двери и подошла к своей рабочей скамье: - Доброе утро, Северус. Он наложил поддерживающее заклинание на свою палочку для помешивания, и повернулся к ней лицом. Их взгляды встретились, и они долго смотрели друг на друга в молчаливом признании, что всё безвозвратно изменилось. - Что же, — наконец сказал он, — Ты снова стала официально мисс Грейнджер. Она криво улыбнулась ему: - Да, проклятие всего твоего учительского опыта. Он продолжал смотреть на неё: - Не знаю, стоит ли тебя поздравить или посочувствовать. Гермиона вздохнула: - Северус, я знаю, что это всё усложняет, но почему бы нам просто не вернуться туда, где мы были? По закону у меня есть полгода; я подумаю об этом как следует в другой день. Он коротко кивнул ей и вернулся к работе: - Как пожелаешь, — ответил он. Она вынула палочку из своей мантии, и начала призывать баночки и флаконы с полок, представляя себе, как тикают гигантские фантомные часы. У неё было шесть месяцев. Обратный отсчёт начался.