Вампирская трилогия. История вторая.

Шнайдер находился в камере предварительного заключения в ближайшем от его мастерской полицейском участке. Несколько часов назад он появился в участке и заявил, что совершил убийство девушки, которую только что показывали по телевизору в вечернем выпуске криминальных новостей. Он отказывался сообщить, каким образом было совершено убийство и где находится тело девушки, так как на самом деле Шнайдер попросту не знал ответа на последний вопрос, но он упорно твердил, что совершил убийство и должен ответить за него. Дежурный полицейский принял его за ненормального и предложил ему идти гулять и не отвлекать его от работы. Шнайдер устроил скандал, допустил грубое оскорбление полицейского и был задержан именно за это. К тому же полицейскому не понравился его бледный, болезненный внешний вид. Он решил, что, возможно, этот молодой мужчина является наркоманом, переживающим ломку, и решил поместить его в камеру до выяснения всех обстоятельств. Шнайдер действительно чувствовал себя ужасно. Дьявольская жажда уже вовсю владела им. Он был бледен, его трясло, бросало то в жар, то в холод, на лбу выступала испарина. Безумно хотелось хотя бы несколько глотков человеческой крови! При мысли о бокале, наполненном такой манящей, такой невероятно вкусной алой жидкостью у него болезненно сводило челюсти. Шнайдер метался по камере, не находя себе места, затем обессиленно упал на жёсткую металлическую скамью в углу камеры. Он повернул голову и измученным, полным безысходности взглядом посмотрел на зарешеченное окно. - Я хочу умереть! - горько прошептал Шнайдер. - Я больше не могу так! Я хочу умереть! Полностью уйдя в себя и отрешившись от всего происходящего вокруг него, Шнайдер не слышал того, что начало твориться в ночном полицейском участке: крики дежурных полицейских, грохот падающих тел и опрокидываемой мебели, звон разбитого стекла, выстрелы. Шнайдер пришёл в себя и вздрогнул от неожиданности лишь тогда, когда от нескольких яростных ударов металлическая дверь его камеры прогнулась и, сорвавшись с петель, грохнулась на пол. В дверном проёме он увидел Рихарда. Шнайдер резко вскочил с металлической скамьи, у него тут же закружилась голова, всё поплыло перед глазами. Он судорожно ухватился за стену. - Рихард?! Что ты здесь делаешь?! Рихард вошёл в камеру, прошёл по поверженной им двери и приблизился к Шнайдеру. - Я пришёл, чтобы вытащить тебя отсюда! Он крепко прижал к себе Шнайдера, прижался губами к его кудряшкам. - Крис, ты не должен был поступать так! Ты не должен отвечать за чужое преступление! Я даже подумать не мог, что мой поступок будет иметь такие последствия! Что содеянное мной окажет на тебя настолько сильное шокирующее действие, что ты не сможешь принять это как нечто необходимое для нас, что ты так и не сможешь придти в себя от всего увиденного! Крис, ты не должен казнить себя за то, что произошло, твоей вины в этом нет! Ты не должен был идти в полицию и брать на себя убийство, которого ты не совершал! Ты поступил необдуманно, под влиянием эмоций! - Я больше не могу так! Я хочу умереть! - снова прошептал Шнайдер. - Нет, любимый мой! Нет! Нет! - отчаянно воскликнул Рихард. Он покрыл поцелуями его лицо с влажными следами слёз. - Я люблю тебя, Крис! Я безумно люблю тебя! Я не могу потерять тебя, не могу допустить, чтобы с тобой произошло что-то плохое! Ты самое дорогое, что у меня есть в этом мире! Я знаю, что причинил тебе ужасную боль! Но она пройдёт, любимый мой, пусть не так быстро как я рассчитывал, но эта боль обязательно пройдёт! - Я хочу умереть! - вновь безжизненно повторил Шнайдер. - Я не буду продолжать своё существование за счёт всё новых и новых человеческих жизней! Так не должно происходить! Пусть этот мир покину один я, чем множество невинных людей! Это несправедливо! Так не должно происходить! - Нет! Нет, любимый мой, нет! Рихард изо всех сил прижимал к себе Шнайдера, словно он в эту самую минуту собрался покинуть его. - Я не отпущу тебя! Ты слишком необходим мне, я не могу представить этот мир без тебя! Тебе сейчас тяжело, Крис, тебе кажется, что из этой ситуации нет выхода! Но это не так! Потерпи, любимый мой, я прошу тебя, потерпи! Пусть пройдёт ещё какое-то время! Я что-нибудь придумаю! Я найду способ успокоить тебя, вернуть твою улыбку, вернуть тебе вкус к жизни! Ты снова начнёшь с вдохновением писать свои картины, ты вернёшься к развлечениям, ты снова будешь получать от жизни удовольствие! Всё будет именно так, я обещаю! Я клянусь! Рихард страстно прижался к губам своего любимого, обожаемого мужчины, затем вытер с его лица вновь бегущие по нему слёзы. - Я прошу тебя, Крис, поедем домой! У меня есть то, что сейчас так необходимо тебе! Это не следствие чьего-то убийства, это всего лишь медецинская, донорская кровь! Ты сделаешь несколько глотков, и тебе сразу же станет значительно лучше! Ты отдохнёшь, поспишь, а когда проснёшься, всё уже не будет казаться тебе столь мрачным как сейчас! Идём со мной, любимый мой, прошу тебя! Идём! Рихард стал мягко увлекать Шнайдера за собой к выходу из камеры. Тот медленно и нерешительно, но всё-таки последовал за ним. Подействовало обещание Рихарда о нескольких глотках человеческой крови, за которую никто не заплатил своей жизнью. Но едва они вышли из камеры, Шнайдеру тут же бросился в глаза лежащий в коридоре полицейский с огнестрельной раной в груди. Он был мёртв. - Что это?! - потрясённо воскликнул Шнайдер. - Это... Это сделал ты?! - Мой хороший, у меня не было другого выхода! Они отказывались отпустить тебя, они оказали сопротивление! Не смотри на него! Идём! Рихард упорно тащил за собой ослабевшего Шнайдера. Повернув в следующий коридор, они наткнулись на перевёрнутый кожаный диванчик и ещё два трупа полицейских с простреленными головами, вокруг которых растекались лужи крови вперемешку с мозгами. Шнайдер замер, шокированно уставившись на открывшееся ему жуткое зрелище. - О Господи! Ты... Ты... - выдохнул он и сорвался на крик: - Что ты натворил?! Рихард попытался обнять его. - Тише, тише! Успокойся, мой хороший! Не надо снова так остро реагировать! Я ведь сказал тебе, они оказали сопротивление! Они не отпустили бы тебя, а я не мог допустить, чтобы тебя заставили отвечать за убийство, котрого ты не совершал! Шнайдер яростно оттолкнул от себя Рихарда. - Ублюдок! Никто не задерживал меня за убийство, дежурный полицейский не поверил мне, он принял меня за ненормального и попросил покинуть участок! Меня отправили в камеру всего лишь за скандал и оскорбления, они скоро выписали бы мне штраф и сами отпустили меня! Лицо Рихарда приобрело изумлённое выражение. - Что?! Крис, они... они не поверили тебе?! Но... я был уверен в том, что тебя задержали за убийство! - Ты мерзкий ублюдок! - выкрикнул Шнайдер. - Безжалостное чудовище, исчадие ада! Кто дал тебе право распоряжаться человеческими жизнями?! Кто дал тебе право так бессмысленно, так безжалостно отнимать их, не задумываясь о всём ужасе этого преступления?! Рихард потянулся к любимому. - Крис, я... я всего лишь хотел вытащить тебя отсюда! Я любым способом хотел вытащить тебя отсюда! Я хотел избавить тебя от ответственности за преступление, которого ты не совершал! Шнайдер отшатнулся от него как от огня. Сколько ужаса, сколько отвращения было на его лице! Сердце Рихарда болезненно сжалось. - Я ненавижу тебя! Ненавижу! - яростно закричал Шнайдер. - Ты мерзкий, безжалостный монстр, тебя необходимо уничтожить, избавить от тебя этот мир! Будь проклят тот момент, когда ты появился в моей жизни! Убирайся из неё! Убирайся! Он бросился к выходу из полицейского участка. Рихард побежал за ним. В следующем коридоре были опрокинуты несколько стульев, разбиты два окна, в кабинетах с распахнутыми дверьми, с опрокинутыми шкафами и перевёрнутыми рабочими столами, с рассыпанными по полу документами и разбитыми компьютерами, находились ещё около десятка трупов дежуривших в эту ночь полицейских, оказавших сопротивление непонятному человеческому существу, которого невозможно было остановить, которого невозможно было убить. У некоторых из них были смертельные огнестрельные ранения, у других свёрнуты шеи. Задохнувшись от боли, отчаяния и омерзения, Шнайдер пролетел по коридору и, едва не споткнувшись о лежащий в дверях ещё один труп полицейского, того самого, который в этот вечер принял роковое для него и его коллег решение задержать его за скандал и оскорбления, выбежал из полицейского участка. Тут же Шнайдеру резко ударила в лицо струя ядовитого газа неизвестного происхождения, он судорожно вдохнул его в себя, после чего, словно парализованный, свалился к ногам нескольких крепких мужчин в тёмных костюмах и моментально потерял сознание. Один из мужчин взвалил его на плечо и понёс к двум чёрным джипам. С выбежавшим из участка вслед за Шнайдером Рихардом произошло то же самое. Поверженных вампиров уложили в просторные багажники, мужчины заняли свои места в салонах джипов, и большие чёрные машины, одна за другой тронувшись с места, помчались по ночному Берлину, направляясь в пригород.