Больше не уйдёшь.

                    Уже неделю Чонин не может сомкнуть глаз. Все это время он видит перед собой только одну картину: Минхо-хён защищает того, кто в итоге снова предаст его. Парень прекрасно видит, как старший снова пострадает из-за своей наивности. Вы не подумайте, что Чонин не слышит своего хёна. Он слышит, но прекрасно знает какие отношения были между Минхо и его отцом, поэтому он и не поверит в эти бредни старшего.       - Скажи мне честно, ты влюблён в него? - как же Ян ненавидит, когда он несет всякую чушь.       - Что я должен еще сказать или сделать, чтобы ты не задавал глупых вопросов?       - Ну я просто действительно не понимаю, - не унимался этот бестолковый, - Хочешь ты его убить, убей уже, зачем этот цирк.       - Хватит.       - У тебя было уже как минимум две или три попытки, но вместо этого застрелил того, кого хочешь "спасти", - эти кавычки в воздухе окончательно разозлили Чонина.       - Верни мне ключи, Крис, - в требовательном тоне протянул он руку.       - Почему? - ухмыльнулся Чан, - Это буквально моя машина, малыш, - проведя пальцами по чужой руке, он увидел на лице то самое напряжение, что так забавляло.       - Узнал бы Джисон, какой ты есть на самом деле, - шутливо проговорил младший, - Сомневаюсь, что он бы продолжил боготворить своего Чан-хёна.       - Да ладно тебе, - схватив парня за талию, он уткнулся головой тому в живот, - Давай я отвезу тебя к Минхо и вы поговорите.       - Я не знаю о чем, - не успел Ян договорить, как раздался стук в старую деревянную дверь.       Крис не долго думая, отпустил младшего и направился к двери. Глазка нет, поэтому пришлось аккуратно прислушиваться. За дверь тишина, значит не простые бездомные зеваки. Только Чан хотел плюнуть и отойти от двери, как за ней раздался знакомый голос:       - Ян Чонин!       - Джисон? - неизвестно чем напуганный парень рванул к двери и тут же распахнул её, совершенно позабыв о том, что старший был без маски.

***

      Половина дня на берегу прошла незаметно, так как Джисон лишь вытирал слезы и сопли о бедную рубашку.       - Твоё счастье, что мне есть во что переодеться, - наконец Хван вздохнул полной грудью.       - Только скажи Минхо, что я тут сидел и тебя обнимал пять часов, - пробурчал Джисон, - Вообще, парень ты не говнюк оказывается, но только попробуй хоть кому-то сказать.       - Эх, а я думал у нас тут уже любовь, - вытирая несуществующие слезы, сказал старший.       - Нет, я беру свои слова обратно, - отряхиваясь от песка, парень отправился к машине, - Поехали, я есть хочу.       - Весёлый, - сказал морю Хёнджин, - Но я же знаю, как тебе больно и страшно, - докурив, он уселся за руль.       Ехали они не долго, так как старший остановился возле ближайшего кафе. Однако за это короткое время маленькую голову Джисона посетил такой рой тяжёлых мыслей, что было желание просто открыть дверь и вылететь из неё на полной скорости. Он действительно устал от всего этого. Минхо в его жизни, за такое короткое время, действительно приобрел большое значение, и парень в жизни не верит, что тот так просто его оставил. С другой стороны, уходит старший не впервые, но ведь всегда возвращается. Эти противоречия взрывают мозг, поэтому Джисон и хочет все закончить в надежде, что Минхо больше не вернётся.       - Эй, - видимо Хан уже долго не подаёт признаков жизни, - Ты в порядке?       - Да, - младший немного прокашлялся и сел поудобнее.       - Пойдём во внутрь или мне сходить взять с собой?       - Пошли, - быстро открыв дверь, Джисон через секунду скрылся в дверях кафе.       Меню не было таким обширным, поэтому оба парня заказали себе одинаково. Осушив два стакана холодной воды сразу, Джисон выдал мысль, от которой Хван подавился воздухом:       - Сейчас мы едим и отправляемся к Чонину, - уставился в глаза напротив, - Мы должны найти его раньше Минхо.       - Боже, поверить не могу, - обречённо выдохнул старший, - Ладно, я знаю где он.       - Ваше карри, - поставив тарелки, официант ретировался, а парни наконец-то приступили к трапезе.       Почему же Джисону так необходимо найти Чонина первым? Ответ прост, если парень стал причиной такого поведения Яна, значит он должен стать и причиной прекращения этой немыслимо войны. Хан уже прекрасно понял, что он не первый такой экземпляр, но судя по всему раньше Чонину удавалось устранять всех тех людей, однако, Джисон не такой. Он настырный и как бы ему не хотелось сейчас сломать нос Минхо, он понимал, что если это не закончить сейчас, то оно не закончится никогда. А самому Минхо он ещё покажет, как жить нужно.       - Если честно, то я действительно хочу отмутузить Минхо, - подходя к старому строению, не унимался младший, - Но сделаю это после того, как разберусь с Чонином.       - Он раненный, тебе не жалко?       - Нет, - отчеканил Хан, - Я тоже раненный, только в сердце и не раз.       - И то верно, - остановившись у двери, Хван постучал в неё.       Дверь не открылась сразу, но за ней было слышно какой-то шум. Хёнджин привёл его сюда, а значит Ян точно внутри. Через некоторое время шум затих, а вот нервы самого Джисона начинали закипать.       - Ян Чонин! - не выдержав, он ударил по двери ещё раз.       - Джисон! - дверь распахнулась и Хан увидел совершенно не то, что ожидал.       - Так это был ты, - смотря на своего лучшего хёна, удостоверился синеволосый, - А я то думаю, что же у водителя такие глаза знакомые. Ну как? Хорошо издеваться над своим младшим?       - Ну как? Каково то чувство, когда твоему хёну портят жизнь? - пришёл в себя Ян.       - Это совсем разное! - вцепивший в ворот, Джисон повалил младшего на пол, - Ты вообще понимаешь насколько мы разные?!       - В этом нет абсолютно никакого отличия! - драка становился все серьёзнее.       - Я разве заставляю Минхо помогать мне изводить его же младшего, которому он жизнь показал?! - Джисон все же смог уложить того на лопатки и схватить руки, прижав их к полу.       - Я всего лишь хочу спокойной жизни для него!       - Да заткнись ты! - Хан ударил лбом противника так, что тот потерял сознание, - Наконец-то, - обессиленно выдохнув, он упал на пол рядом.       Неизвестно сколько прошло времени в этой тишине, но никто не смел не проронить ни слова. Каждый думал о своём, один Джисон лишь лежал и хотел плакать. Он с самого детства помнит Чан-хёна, как человека, который никогда не позволит никому тронуть младшего, а сам тем более о таком никогда бы не смог подумать. Но парень снова просчитался, ведь прямо сейчас он в одной комнате с тем Чан-хёном, который был соучастником Ян Чонина.       - Я не могу поверить, - начал Хван, - Крис, ты же тот, кто приглашал меня в группу, тот кто был инициатором нашего мира с Ханом.       - Я и сейчас такой, - аккуратно перекладывая отключившегося Чонина на диван, виновато говорил самый старший в комнате.       - Нет, Чан-хён, - сказал Джисон, но тут же понял, что сделал это не один, - Ты.       - Я, - согласился Хо.       - Не хочу тебя видеть, - Хан отвернулся обратно и теперь с полным презрением смотрел в глаза своего хёна, - Я все думал, куда же ты пропал, ни сообщения, ни звонка, просто исчез и все.       - У меня есть объяснение, - спокойной начал Чан, но его прервали.       - Нет, я знаю, что ты скажешь, - продолжал Хан, - Вы влюблены друг в друга, а ты просто не ожидал того, какими будут его планы, но потом просто не смог от него отказаться. Однако мне интересно одно, почему ты так легко предал меня?       - Джисон, мы все взрослые люди, пойми это. Ты тоже кое-кого предал, когда в твоей жизни появился Минхо.       - Что? - словно рыба сидел парень и не понимал, к чему ведёт Крис, но сухой ком к горлу так и подступал.       - Все мы здесь не без греха, - сказал спокойным тоном, вошедший Феликс.       Джисон хотел плакать, но не мог, так как слез просто не было. Однако подлетевший Феликс, который до хруста в ребрах заключил в объятия, словно выдавил эти слезы, что снова полились рекой. Плакал парень теперь не один, ведь Ли Феликс его лучший друг, который переживает о нем больше его самого. Как Джисон мог забыть об этом.       - Прости меня, - слезный вой не прекращался, - Я больше не буду пропадать, я обещаю.       - Ты дурак, - утирая слезы, лепетал Ли, - И я дурак и они все дураки.       - Крис, - отозвался Минхо, - Как ты узнал?       - Это было предсказуемо.       - И ты готов? - грустно спросил Хван.       - К чему готов? - младшие непонимающе уставились на парней.       - Гребанные нытики, - нащупывая свой пистолет, привстал Ян, - Минхо, ты же не такой, ты сын главы мафиозной группировки, ты сам уже являешься человеком, который держит весь город в страхе, и ты просто не должен зависеть от какого-то сопляка, который испугается и бросит тебя, - направив дуло пистолета снова на Джисона, парень не успел выстрелить, что-то холодное поразило его висок.       - Я не отец, - всё, что сказал Минхо делающему последний вздох Чонину, - Прости.       - Он всё-таки это сделал, - грустно заключил Чан, смотря в открытое окно.

***

      - Он делал что? - Минхо обескураженно уставился на Чанбина.       - Я сам в шоке от того, какую дичь он творит, - откинувшись на спинку стула, Со потёр переносицу, - Совершать такой оборот незаконного товара от твоего имени и загребать все деньги себе.       - Это выходит, что все штрафы висят на Минхо, - испуганно подал голос Хван.       - Да хорошо бы, если бы только штрафы, - усмехнулся Чанбин, - Ему грозит пожизненное, полиция боялась лишь существование твоего отца, ты для них никто.       - Это верно, я никогда и не планировал продолжать его дело.       - Так твой отец никогда и не занимался контрабандой, - пожал плечами Хван.       - В общем, тебе нужно доказать, что подписи на бумагах не твои, однако, я не знаю, что делать с Чонином потом.       - Убрать, - настолько серьёзно заключил Ли, что оба парня сглотнули.       - Почему? - аккуратно спросил Хёнджин.       - Это не первое, что он делает? - предположил Со, на что получил утвердительный кивок.       - Он уже не первый раз рушит мою жизнь как мафиози, приравнивая себя с его отцом, - наступила тишина, которую Хо снова быстро прервал, - Он хочет, чтобы мы были теми, кем должны быть.       - И ты хочешь ему показать, как решают дела такие люди? - и снова утвердительный кивок.       - Мы просто должны устранить того, кто нам мешает.       Минхо прекрасно знает сколько проблем ждёт его, если Чонин так и продолжит свое существование, однако, оставив его в живых, проблем будет ещё больше и не только в сторону самого Ли.       Долго план придумывать не пришлось, нужно было лишь, чтобы Джисон захотел поехать туда сам и не более. Место для себя и винтовки Чанбин нашёл сам. Минхо тоже подставился под пулю, чтобы загнать младшего в нужное место. Единственное, что рвало сердце - сорра с Джисоном, но с этим Минхо разберётся, он все расскажет ему так, как есть, во всех красках.       И вот Чонин в нужном месте, однако, неожиданно там одно. Крис. Что он там забыл? Чонин что-то говорил про него, но Минхо не помнит за давностью информации. Не помешает, Чанбин поймает момент и пульнет в висок. Хёнджин тоже справился, но уже по-своему. Ну никак он не ожидал, что план друга оставит на душе и сердце Хана такие шрамы. Кое-как парень смог уравновесить состояние младшего, пожертвовав своей рубашкой и одеждой в принципе.       Одно только им двоим непонятно, почему Минхо оставил Джисона в больнице одного, прекрасно зная ситуацию. Из-за этого и сам план чуть не пошёл наперекосяк, однако, Хёнджин смог собраться и не увёз Хана ещё дальше.       И вот момент "х", все на месте. Хорошо, что Ли взял с собой Феликса, ведь тот отвлек от лишних вопросов о Чанбине, которые были написаны в глазах Криса. Откуда он узнал? Уже неважно. Два зареванных парня, которые даже не знали о плане, очень хорошо помогли. Единственное, что они не ожидали - это обездвиженный Чонин. Хёнджин указал пальцем на Джисона и Хо понял, что его ждёт. Сглотнул и посмотрел на Яна, который уже нащупывал свое оружие.       Все было как в замедленной съёмке. Но вот первая секунда, вторая и наконец третья. Чонин падает на Криса. Джисон и Феликс в немом крике и лишь два друга: Хёнджин и Минхо - оба наконец-то могут облегчённо вздохнуть. Оглашенная информация о смерти Ян Чонина, сына двоюродного брата отца, которого убил его сын, со всеми доказательствами и бумагами - все это грозило установить Ли Минхо на место главы окончательно. Это очень удручало, однако, защитить своего мальчика от Чонина, он может только так.       - Что теперь будет? - уже в машине устало спросил Джисон.       - Теперь все будет хорошо, - аккуратно заключив в объятия, Минхо поглаживал чужие бледно-синие волосы.       - Я тебя ненавижу, - и снова он плачет, ну сколько можно.       - Я знаю, - усмехнулся старший.       Непонятно сколько времени они так просидели, но ещё сотни три ласковых слов услышал в свой адрес Минхо. Он действительно надеется, что у него получится вернуть то доверие, которое он так долго создавал, однако, не сейчас. Когда-нибудь в будущем? Возможно. После всех событий Джисон очень хрупкий. Сначала старший восстановит его, затем себя, а потом уже начнёт создавать их совместное будущее с чистого листа.

***

      Прошёл месяц, но Крис все ещё приходит к Чонину каждый день. Однако сегодня младший был не один.       - Здорова, - пожал руку Хёнджин.       - Как тут сегодня? - оглядывая кладбище, спросил Чан.       - Тихо, - усмехнулся Хван.       Просто стояли и смотрели. Друг другу сказать было нечего. Крис лишь стоял и улыбался воспоминаниям. Чонин был для него именно тем лучиком, о котором так любят говорить романтики. Если бы он знал, что творил этот малец у него за спиной, возможно, все было бы по-другому.       - Я знаю, что он был плохим человеком, - прервал довольно долгое молчание старший, - Власть испортила его и он получил по заслугам.       - Когда он был младше, мы считали его воплощением солнца, - добавил Хван.       - Как Джисон?       - Не знаю, Минхо оставил его на время, чтобы тот пришёл в себя, - пожал плечами Хёнджин.       - Правильно сделал, он всегда переживает потрясения только с Феликсом.       - Чанбин и говорит, что Феликс не вылезает из его дома.       Оба пустили смешок, хотя понимали, что в этой ситуации нет ничего смешного. Больше им разговаривать было не о чем. Сейчас все между собой были не больше, чем просто знакомые люди.       - Остаётся верить лишь в то, что мы все справимся с новыми жизнями, - напоследок сказал Хван прежде, чем уйти.       Крис ничего не ответил, лишь мысленно согласился. Он прав, все стало по-другому. У каждого отдельная новая жизнь. Каждый исцеляется по-своему. Чан лишь понимает, что тут он жить больше не сможет.