Турмалин

Третий звонок. Пора бы торопиться, так и опоздать можно. Но мы не в театре, думает Дэд. Мы на сцене. Звонок был не для нас, но для наших зрителей. Мы сами - театр. Не тот, в котором сплошное малёваное надувательство, прерываемое драмой последнего съеденного куска хлеба с не родившимися детьми рыбы, нет. Самый настоящий. Театр смерти, её поклонников, почитателей, не боящихся воспевать её вечность, дарованную достойным и не только. Хорошие актёры - те, кто сами испытывают эмоции своих персонажей. Ему, Дэду, мертвецу с тёмной картой снов и вен на запястьях, не нужно даже играть. Играть надо в волейбол, на пляже, с верными классными друзьями и весёлыми любящими родителями. Уж точно не надо играть в смерть. Нельзя так, это не правильно. Ну не вещь это для шутки или прочего дерьма. Про жизнь шутить хорошо, про смерть тоже. Неотделимо, понимаете?.. Взять в руки себя, нож, микрофон, и вперёд - на сцену, к орущим фанатам, к огням, режущим глаза... Пожалуйста, ещё один заход. Мне нужно ещё, думает Дэд, а сам параллельно вдыхает, втягивает, затаскивает к себе в лёгкие удушливый и мерзкий запах разложения. Чёртов бумажный пакет с подгнивающей вороной как никогда необходим сейчас для настроения и поднятия мрачного, на редкость концептуального духа. Пора работать.