Beau monde

Последний диалог до сих пор оставался где-то совсем поблизости, казалось, что ещё чуть-чуть и она снова услышит женский голос. Такой спокойный, бесстрастный, но говорящий удивительные, по мнению Энди, вещи. Столько произошло за один вечер, внутри неё самой. Чувства то и дело меняли лидера, словно не хотели брать на себя тяжкую ношу, передавая её по кругу. Предвкушение, радость, презрение, гнев, восхищение, страх, смущение и, наконец, нечто, напоминающее собой счастье. По-другому назвать эти ощущения она не могла, слова просто не находились, сколько бы она об этом не думала. И даже сейчас, сидя на своем рабочем месте, её руки застыли на клавиатуре ноутбука, а уголки губ приподняты. Взгляд зациклился на одной точке, пока она снова с теплотой просматривала воображаемые картинки. Сама того не осознавая, она начала падать в бездну, её руки всё ещё крепко держались за выступ, который она сама для себя построила. Андреа называла его «работа» и он будет стоять до последнего. Он будет её спасением до того момента, пока она добровольно не отпустит руки и не упадёт вниз, полностью отдаваясь зарождающемуся чувству, которое люди обычно называли влюблённостью. Медленно зажав пальцы, брови сводятся к переносице. Нет, она не может себе это позволить, она не будет страдать по собственной воле. А чувства к главному редактору подразумевают именно это. Разница в возрасте была бетонной стеной, а супруг был ловушкой. И стоит сделать один неосторожный шаг, любое прикосновение к стене, ловушка захлопнется и убьёт её. Разум твердил отпустить, прекратить эти абсурдные мечтания, но сердцу не прикажешь. Так глупо и так смешно, ведь она её знает недавно. Вернее, она знает её образ, который La Priestly стойко держит изо дня в день на работе, но даже эта маска не до конца ей раскрылась. А сама Миранда мелькала редко, можно было посчитать на пальцах одной руки. Прогон, собрание, разговор о близнецах и день рождения журнала. И каждый момент был так краток, что его едва удавалось поймать. Но они были самыми ценными, такими эмоциональными и настоящими, что они занимали особенное место в душе. Для Энди это было некими проблесками доверия, а доверие — настоящее сокровище. Нет. Нет, нет, нет. Ей это не нужно, сейчас точно нет, она только начала вставать на ноги после переезда, и если сейчас она погрязнет в этом болоте, то уже не выберется и ей придётся начинать сначала, преодолевая все моральные трудности. И нужно быть честной с собой до самого конца.

«Что в тебе вызывает такие чувства к ней? Всё предельно понятно, а ты тут ведёшь речь о счастье и влюблённости, мечтательно вздыхая. Тебя привлекают её красота и властность, тебя это возбуждает. В тебе говорят животные инстинкты, желание утолить голод, а она лишь самый неподходящий для этого вариант. Никакой любви, никакого счастья, только сексуальное желание».

Энди делает глубокий вздох, закрывая глаза, машет головой, то ли отрицая возникшие мысли, то ли упрекая себя из-за того, что это правда. Колющая, жестокая, невыносимая, но правда. Всё, достаточно на сегодня рефлексии, она обещала одной девушке из отдела обработки помочь с написанием статьи для январского выпуска. Набирая текст в документе, Андреа быстро перебирает пальцами, сконцентрировав внимание на клавишах и экране, не замечая прихода Найджела. Он слегка касается женского плеча, Энди резко оборачивается. — Уже почти половина девятого, детка. И я только что был у Миранды. Сказала тебе зайти к ней сейчас, чтобы поговорить. Думаю, что это стоит обсудить как можно раньше, — мужчина недолго смотрит на неё, после чего возвращается к выполнению трудовых обязанностей. Андреа ничего не отвечает, лишь коротко смотрит на экран, закрывает ноутбук и уверенно встаёт. Этот разговор будет первой личной проверкой. Сможет ли она сдержать своё внутренне «я», которое в последнее время срывается с цепи при виде седовласой женщины? Точно верная собачка. От такого сравнения девушка морщится, ускоряя шаг. Стало тошно от самой себя. Нет, ставить вопрос перед собой уже неправильное решение. Андреа ставит себя перед фактом.

«Я должна сдержаться и избавиться от этого всего, просто мне нужно немного времени. Другого выхода нет».

Кивнув на прощание проходящей мимо Эмили, Сакс продолжает уверенно шагать вперёд, видя вдалеке элегантный силуэт за столом. Мысленно она решила посчитать до пяти. Один. Она проходит в приёмную, где сидит скучающая Элис. Видимо, она наконец-то заслужила передавать Книгу, потому остаётся сегодня вместо старшей ассистентки. Помощница останавливается, чтобы сделать глубокий вдох и выдох. Два. Пройдя в кабинет, девушка нарочно смотрит прямо на главного редактора, моргая реже обычного, чтобы разглядеть каждую видимую морщину, идеальный макияж и уложенную причёску, узоры на дужках очков. Провоцирует саму себя. — Андреа, закройте дверь, — три, девушка выполняет то, что от неё требуют, не смотря на удивлённое лицо Элис, которая впервые наблюдала такую картину. — Думаю, что объяснять причину вашего прихода сюда не стоит, мы обе знаем её. И хочу сказать, что вам не стоит беспокоиться того, что я вас уволю. По крайней мере, по причине наглости вашего отца, — четыре, становится легче, но не из-за отсчёта, а из-за высокомерного поведения Миранды и обжигающего холода её голубых глаз. Энди больше не замерзает, она смогла адаптироваться. — Могу лишь поблагодарить вас, Миранда, а также попросить не рушить его карьеру на территории Америки, — пять, голос не дрогнул, не такой громкий, как хотелось бы, но говорит Энди без этой идиотской внутренней дрожи. Всё прошло успешно. — Почему вы его защищаете, учитывая то, что он сделал? — стальные ноты в голосе стали более явными, пришлось сделать очередной вздох, чтобы не отвлекаться от поставленной в голове задачи. — Я защищаю не его, а жизнь младшего брата, которая сейчас напрямую зависит от моего отца, — неподвижный взгляд бесчувственной пары глаз не отстаёт, будто знает, потому тоже решает проверить её, Энди отвечает спокойствием, которое уже постепенно начало трескаться и осыпаться, она сжимает руки в кулаки. Но все эти жалкие попытки просто мгновенно становятся пылью. Пока она шла сюда, в голове выстраивались такие уверенные в себе мысли, все эти громкие речи для поддержки самой себя и ради подтверждения своей силы воли. А отсчёт? Всё это детский лепет, несчастный спектакль, от которого становится до невозможности смешно. И всё из-за одного движения, из-за одного жеста Миранды, чёрт её дери, Пристли, всё стало бессмысленным. Женщина облизнула кончик среднего пальца, дабы взять чистый лист из стопки бумаг… И всё. Андреа болезненно закусывает нижнюю губу и стоит с широкими глазами. Она затаила дыхание и не двигается, вся сжавшись внутри.

«Господь, блять, всевышний, если ты действительно сейчас слышишь меня, я умоляю тебя, просто избавь меня от этих мучений или убей на месте, это уже откровенное издевательство. Я поняла, ты победил и я проиграла, отрицать очевидное глупо, но прошу тебя, хватит».

Миранда подписывает одну из бумаг, вновь решаясь взглянуть на помощницу, но когда редактор видит нынешнее состояние Энди, она хмурится едва видимо от возникшего любопытства. Заледенелые глаза изучают позу, подмечают сжатые руки, нарочито скрытый взгляд и прикушенную губу. Локтями глава журнала опирается на стол и щурится, переплетая пальцы под подбородком. — Андреа, — тише и медленней, каждый слог был растянут, а у Энди пробежали мурашки вдоль спины. — Вы что-то скрываете. — Я? Да нет, что вы, — шок скрыть трудно, впрочем, как и нервозность, которая читается во взгляде, что мечется туда-сюда. — Я просто волнуюсь за брата, всё-таки это мой- — Это был не вопрос. Приоткрыв рот, Андреа остаётся только ошарашенно смотреть на неё. Миранда хмурится и коротко смотрит на наручные часы, чтобы ускорить Сакс, но та и слова вымолвить не может, чувствуя, что ещё немного и она просто убежит отсюда с громким писком.

«Ну вот, она всё поняла, определённо. Она ведь не тупая, как я, поэтому теперь я точно отправлюсь в давно приготовленный для меня котёл. Буду вариться в аду с другими провинившимися перед Леди Драконом».

— Если вы и дальше будете молчать, я начну подозревать, что вы мне лжёте, а я очень не люблю, когда мне лгут или задерживают меня. — Я не лгу! Вернее, немного, наполовину. Я правда… Очень волнуюсь, но это из-за вашего влияния. Я думаю, что вам не впервой видеть такую реакцию у своего сотрудника, когда вы с ним ведёте беседу. А если учитывать тему нашего разговора, естественно, я буду волноваться ещё больше, — Андреа взмахивает руками и они падают, обессиленно свисая. Миранда раздражённо вздыхает, снимает очки и со стуком кладёт их на стеклянный стол. — Если ваш отец снова мне позвонит и я услышу то же, что и раньше, я сделаю всё, чтобы он понял свою ошибку, я думаю, вы это понимаете. Но я даю ему последний шанс. И только из-за ребёнка, который никак не виноват в том, что его отец самоуверенный и чванный человек, — теперь презрение в сторону Ричарда Сакса не скрывалось от слова совсем, Миранда выглядела немного разгневанной. — Спасибо, я поговорю с отцом и он вас больше не потревожит, — Энди кивает, разворачиваясь на пятках к закрытым стеклянным дверям кабинета, всего два шага и она может отсюда уйти, чтобы отдышаться и привести себя в порядок. — Я ещё не закончила. Выдохнув шумно, приходится вернуться в изначальную позицию и снова посмотреть на дьявола в женском обличье. Благо, теперь Миранда вновь предпочла перекладывать бумаги там, собирать необходимые вещи для поездки домой здесь, не обращая внимания на помощницу. — Из-за непредвиденных обстоятельств теперь близняшки нуждаются в новом преподавателе изобразительного искусства. И они выразили своё желание видеть вас на этой должности. Но учитывая ваше расписание, вы не сможете с ними заниматься? Вопрос совершенно не звучал, как реальный вопрос, это было утверждение, ей точно не послышалось. После ещё нескольких секунд, Миранда закатывает глаза и выдыхает раздраженно, наклоняясь вперёд. Прямо как тогда, после её опоздания на фотосессию. — Это был вопрос, Андреа. — А, эм, кхм. Ну, я могу с ними заниматься, но только по выходным, разве что, — она говорит быстрее, чем думает, с ней это скоро сыграет большую шутку. И не очень смешную. — Оплату обучения девочек мы обсудим в другой раз, — Миранда встаёт из-за стола, идёт мимо Энди и кажется, что вновь дыхание остановилось, когда девушка почувствовала шлейф духов. И от этого запаха стало спокойнее, так хорошо и мирно, прямо как…Стоп. Какую к чёрту оплату? — Миранда, мне не нужны деньги за то, что я буду помогать вашим детям творить, — Андреа оборачивается и идёт за главным редактором, которая в ответ лишь хмыкает, надевая шубу, что любезно (точнее, как обычно) предложила ассистентка, берёт сумку и молча, в последний раз, осматривает Энди. — Это всё. Ну конечно, а как иначе.