Секунда до полуночи

Несколькими годами ранее       Нарцисса Малфой не любила старое родовое поместье в Гленко. На то было множество причин.       Небольшое поместье, замаскированное под крохотное охотничье жилище маглов, было заброшено почти пятьдесят лет. С тех пор, как умер Финеас Блэк, построивший этот дом, здесь никто не бывал. Полвека некогда уютный каменный дом не посещался ни магом, ни эльфом, и, судя по всему, даже мерзкие пикси облетали его стороной. А все потому, что Финеас Блэк имел неосторожность прослыть защитником маглов, за что был выжжен с фамильного гобелена и проклят родственниками.       Конечно же, сегодня история далекого опального родича не вызывала у Нарциссы Малфой отвращения. Наоборот, сейчас она выражала толику благодарности несчастному Темному человеку как за то, что он вообще построил этот дом, так и за его ужасающие, по мнению Благороднейшего дома Блэков, поступки, приведшие к тому, что поместье его было предано забвению, а значит не попало под санкции нового Министерства Магии. Все это привело и к тому, что семейству Малфой сегодня хотя бы было где жить.       Наверное, одной из главных причин нелюбви Нарциссы к старому поместью была история этих мест.       После того, как семья Малфой поселилась в Блэк Мэнор в Гленко, она, не разбирая чемоданов, затеяла генеральную уборку. Несмотря на то, что дом не отличался большими размерами и мало походил на поместье, скорее на «домик для садовых гномов» — как выразился Драко, когда впервые увидел свои покои, — уборка заняла несколько дней. Последнее, что подверглось тщательному осмотру и не менее скрупулезной очистке, был небольшой кабинет с дубовым столом, скромной библиотекой и огромными аляповатыми, давно поломанными, настенными часами.       Миссис Малфой намеревалась сразу же избавиться от единственной безвкусицы этого хоть и скромного, но по-блэковски изысканно обставленного дома. Однако ужасные, со стрелками, застывшими на одиннадцати, часы в виде покосившегося скворечника с чучелом не то кота, не то карликового жмыра без ушей и хвоста на дырявой крышке не поддавались никакой магии. После не менее сотни попыток снять это «бесовское уродство» — а именно с этими словами миссис Малфой замахнулась в часы последними десятью «бомбардами», — все, чего добилась новая хозяйка Блэк Мэнора, — это частично разрушенная стена кабинета, раскиданные по полу книги и пара мелких пожаров по углам. Часы-скворечник при этом как висели себе на стене, так никуда и не делись. Миссис Малфой пришлось смириться с настырными часами и с новыми силами приступить к уборке в кабинете Финеаса Блэка.       Когда пламя было потушено, а стена кабинета полностью восстановлена, Нарцисса отложила палочку и решила расставить книги по полкам без использования магии. Благо, книг было немного, и, что самое неприятное, не оказалось ни одной, которая могла бы заинтересовать. Произведения магловских авторов, философские трактаты древних мыслителей, десятки дневников, написанных на неизвестном для Нарциссы Малфой языке, и несколько собраний религиозных текстов, — вот и вся библиотечная коллекция Финеаса Блэка. Хотя с выводами, как оказалось, Нарцисса Малфой поторопилась — одно интересное сочинение она таки обнаружила. Им оказалась написанная рукой самого Финеаса «История древней кальдеры Гленко». Именно эта находка и стала одной из первых причин не любить окрестные места.       Судя по рассказам опального Блэка, живописная долина имела дурную славу: каждый век здесь происходили какие-то несчастья. Так, например, в 1592 году группа магов под предводительством некой Морвиус Малли уничтожила большое поселение маглов, не пощадив ни женщин, ни детей. В общей сложности руками темной волшебницы и ее приспешников было превращено в пепел около тысячи человек. Столетием позже Гленко заимело новое название «Долина слез». А все потому, что в ходе междоусобной войны здесь были убиты семьдесят человек из клана МакДональдов. Через еще столетие в кальдере таинственным образом пропала группа ученых-маглов. Тогда вину повесили опять же на чернокнижников, поэтому Министерство магии отправило на поиски отряд мракоборцев, которые тоже бесследно исчезли.       Дальше Нарцисса Малфой читать не стала, однако нелепая, но совершенно непоколебимая суеверность заставила ее свериться с календарем — девяносто второй год был позади, а значит можно было облегченно выдохнуть. Но неприятные ассоциации теперь надолго связали старое поместье Блэков с этими печально известными событиями.              Однако самая главная причина неприязни к этому дому заключалась в том, что это не Малфой-Мэнор. Да… За последние годы миссис Малфой успела возненавидеть поместье, но после вынужденного переезда поняла, насколько сильно любила свой грандиозный особняк с большим количеством помещений, просторной кухней, вместительной гардеробной и с любовью обставленной столовой. Даже без домовика миссис Малфой отлично справлялась со своими обязанностями хозяйки в таком огромном поместье.       И сейчас в тесной кухне с низким потолком, в которой, наверное, впервые готовила сама миссис Малфой, она снова начинала скучать по прежнему дому. Конечно же, после трех месяцев жизни в Гленко Нарцисса старалась приучать себя к мысли, что дом там, где ее семья, тем не менее, от неудобства это не спасало. Казалось бы, в маленьком помещении все под рукой, но и в просторной кухне своего замка Нарцисса Малфой лихо и играючи справлялась с готовкой при помощи волшебства. Даже если необходимая свежая зелень находилась за несколько сотен метров в теплице, а набор редких специй — высоко над головой в самом дальнем ящике, одно мановение палочкой — и все уже стояло на столе. В этой же кухне миссис Малфой раздражало абсолютно все: от плошек до незакрывающихся дверец ящиков, о которые она постоянно билась головой.       Миссис Малфой знала, что раздражение — ужасный помощник в готовке, но как она ни старалась, после очередного удара головой о дверцу ящика и расплескавшегося по всей плите соуса, только потому что огонь под сотейником сам собой решил вспыхнуть да пожарче, успокоиться просто не получалось.       — О-о-о, во имя Салазара! — вскрикнула миссис Малфой, когда пламя не среагировало на ее волшебство. — Да погасни ты! Инсендио! — с громким возгласом ткнула она палочкой в сотейник, и только со второго раза огонь на плите лишь немного покорился.       Легкий хлопок волшебства и очередное ругательство совпали с громким стуком входной двери.       — Мам! — прозвучало из гостиной. — Все хорошо? — в дверях кухни появился обеспокоенный Драко Малфой. — Что случилось на этот раз? — от вида заляпанной соусом матери в дыму и подпрыгивающего на плите кухонного инвентаря озабоченность на его лице сменилась насмешливой улыбкой.       — Либо я разучилась колдовать, либо этот дом всячески пытается меня выжить, — недовольно прошипела Нарцисса и, кинув палочку на стол, вернулась к готовке без использования магии.       — Это все из-за волшебной палочки, — Драко покачал головой.       Не решаясь войти в кухню, он снял с себя дорожную мантию, кинул ее куда-то за спину и только потом подошел к матери.       — Я поговорю с мракоборцами, когда они навестят нас в следующий раз, чтобы нам позволили купить новые. Это…       — И этот разговор ни к чему не приведет, — перебила миссис Малфой, даже не взглянув на сына, — снова, — раздраженно добавила она.       Она хотела что-то еще сказать, но вместо этого бросила грозный взгляд на отброшенную на стол палочку, хмыкнула, вернула свое внимание соусу и в конце концов погасила огонь под сотейником.       В поисках правильных слов Драко Малфой несколько секунд сверлил внимательным взглядом напряженную спину матери, а потом подошел ближе к плите и с блаженством втянул в себя воздух.       — Пахнет вкусно, — проговорил он, — что…       — От отца нет вестей? — снова перебила его Нарцисса.       Она позволила себе с беспокойством взглянуть на сына, но в ту же секунду отвернулась и, отодвинув сотейник в сторону, поставила на плиту кастрюлю с водой.       А Драко снова не нашелся, что сразу ответить. Вместо этого он с нежностью дотронулся до плеча матери, мягко развернул ее и заставил-таки посмотреть ему в глаза.       — Мам, — тихо он позвал, — это… — Драко обвел быстрым взором кухню, кивнул на отставленный сотейник и с улыбкой добавил: — Это не стоит твоих усилий и нервов. Я не хочу, чтобы ты часами стояла на кухне и пыталась радовать нас с отцом остатками роскоши. Давай я…       — Путанеска, — в очередной раз мать перебила сына, но уже с улыбкой.       — М-гм? — не понял Драко и наморщил лоб, словно пытаясь вспомнить, где он слышал это слово.       — Путанеска, — еще шире улыбнулась Нарцисса Малфой.       Не договорив до конца, она протянула ко лбу сына руку, поддела на палец платиновую прядь его сильно отросших волос и заботливо заправила ее за ухо.       — Я готовлю путанеску. Во время нашей последней поездки в Италию тебе особенно понравилась эта паста. Рецепт незатейливый, так что… — она со вздохом посмотрела на кастрюлю — в воде уже появились первые пузырьки, — так что… помощь мне не нужна.       — И все же я хотел бы помочь тебе, — Драко попытался настоять и, убрав руку с плеча матери, посмотрел по сторонам в поисках чего-нибудь, с чем бы его помощь пригодилась.       — Не надо, Драко, — Нарцисса мягко остановила его и, кивнув в сторону выхода, бодрым голосом добавила: — Лучше сходи в погреб. Выбери из остатков роскоши нашего далекого предка какое-нибудь вино, предпочтительнее то, на котором пыли побольше.       — И которое откупорить можно только, если отгадаешь какую-нибудь магловскую загадку, заботливо наколдованную этим же предком, — Драко недовольно проворчал, но все же покорился просьбе матери и быстрым шагом покинул кухню.       Нарцисса проводила его ироничным взглядом и вернула свое внимание плите, в кастрюле тем временем уже закипала вода. Миссис Малфой вновь было потянулась за волшебной палочкой, но в результате махнула на нее рукой, убавила под кастрюлей огонь и, встав на цыпочки, достала с верхней полки коробку с пастой.       Впрочем, миссис Малфой и без магии неплохо справлялась со своими обязанностями хозяйки дома, но все же волшебство было частью нее. С волшебством она легко избегала нечаянных ожогов, без труда могла достать с высоких полок необходимое и умудрялась не тратить время на такие неприятные действа, как мытье посуды и уборка кухни после стряпни. Искать плюсы там, где их нет, не было чертой Нарциссы Малфой, но сейчас она все чаще хваталась за оптимизм, как за спасительную соломинку. И в этой ситуации, когда она занималась делами больше без использования магии, нежели с ней, Нарцисса Малфой не могла не зауважать тех женщин, кто лишен могущественного дара.       Когда вода с кувыркающейся в ней пастой начала закипать, в кухне появился Драко с запыленной бутылкой в руке.       — Надеюсь, в этот раз ты мой выбор одобришь, — промолвил он, стряхивая с бутылки пыль.       — Что бы ты ни выбрал, дорогой, вряд ли я по достоинству оценю, — шутливо бросила Нарцисса, — хоть о мертвых — либо ничего, либо хорошо, я не могу не выразить мое разочарование — вкус у Финеаса Блэка был так себе… По крайней мере, в вине уж точно.       Драко вторил смешку матери, подошел ближе и показал выбранную бутылку вина.       — «НАУСА», — прочитал он на обшарпанной по краям этикетке. — Это где? — Драко с любопытством покрутил бутылку в попытках рассмотреть что-нибудь еще, но сохранившиеся местами письмена были нечитаемыми из-за совершенно незнакомого алфавита.       — Греция, — с обреченным вздохом констатировала Нарцисса, — остается надеяться, что за долгие годы оно, — миссис Малфой с многозначительным взглядом ткнула лопаткой в бутылку, — не превратилось в уксус.       — Узнаем, когда отгадаем загадку, — Драко заговорщицки поиграл бровями, но через секунду вдруг о чем-то задумался, насупился и, поставив бутылку на стол, в ожидании выглянул в окно.       Нарцисса проследила за его взглядом и почти беззвучно вздохнула.       — Где ты пропадал полдня? — спросила она будто между прочим.       — Обходил наши владения, — не отрывая взгляда от окна, с наигранным чувством превосходства Драко раскинул руками.       Однако в следующую же секунду от игривости в его голосе не осталась и следа — со злостью и с какой-то обреченностью он тихо добавил:       — Они снова сократили границы. Купол будто сокращается с каждым разом. Скоро мы вообще не сможем выйти за пределы этого… — верно, слово «дом» Драко Малфою давалось с трудом, оттого он с силой сжал челюсти и тихо процедил: — Этой лачуги.       — Драко, — с предупреждением в голосе миссис Малфой призвала сына взглянуть на нее.       — Нет, мама, — Драко вернул себе спокойный тон и, повинуясь многозначительному молчанию, посмотрел на мать, — я этого не делал.       Миссис Малфой потребовалась лишь пара секунд, чтобы оценить сказанное, а затем с поднятой бровью она ткнула лопаткой в сторону сына и проговорила:       — Не ври мне, Драко. У тебя это плохо получается.       Она хотела что-то еще сказать, но булькающая вода отвлекла и ей пришлось вернуться мыслями к пасте. Ужин вскоре был готов, однако миссис Малфой не торопилась накрывать на стол, более того, после нескольких секунд раздумий она взяла волшебную палочку и с трех попыток наколдовала над приготовленной пищей согревающие чары.       Первым нарушил тягостное молчание Драко:       — Может, откроем вино?       Кинув последний взгляд в окно, он прошел к столу и уже взял бутылку в руку, как миссис Малфой остановила его; в одно мгновение она сократила то небольшое расстояние, отделявшее их друг от друга, с силой схватила его за запястье и тихо, но настойчиво зашептала:       — Я знаю, что ты ищешь, Драко!       — Мам, — также тихо и с предупреждением зашептал он в ответ. — Не надо…       — Ты не глупец, Драко, — оборвала его речь Нарцисса и, понизив голос еще больше, угрожающе добавила: — А значит переоцениваешь наши возможности!       — Мама, прошу тебя! — взмолился Драко и испуганно огляделся по сторонам. — Перестань! — шикнул он, когда мать попыталась сказать что-то еще, но тут же стушевался и более спокойным тоном продолжил: — Мы понятия не имеем, какие тут еще могут присутствовать заклинания! Нас могут слу…       Договорить ему миссис Малфой не дала. Остановив его одной рукой, другой она ловко взмахнула палочкой над головой и произнесла заклинание:       — Оглохни!       После чего в кухне снова повисла тишина. Некоторое время и миссис Малфой, и ее сын всматривались в глаза друг друга и будто бы прислушивались.       — Думаешь, сработало? — спустя секунды прошептал Драко.       — Сработало! — ответила миссис Малфой и села за стол. — А теперь ответь мне, какого черта ты делаешь?       Драко молчал и словно совсем не обращал внимания на слова матери, вместо этого он пристально всматривался в стены кухни, будто в любую секунду из них могли показаться уши.       — Ты подозреваешь, что нас могут прослушивать, — Нарцисса продолжила свой допрос, — знаешь прекрасно, что за каждым нашим шагом до того, как мы сюда переехали, следили. Твоего отца то и дело забирают в Министерство для допросов, а ты сам тем временем ищешь лазейку да продумываешь план, как отсюда бежать, — она говорила, но словно с пустотой, так как Драко все еще рассматривал стены, поэтому Нарцисса громко щелкнула пальцами, привлекая его внимание, и, когда сын наконец взглянул на нее, повысила голос: — Скажи, это безрассудство или тебе совсем плевать на судьбу твоего отца?       Драко продолжал упорно молчать. Поджав губы, он отвел взгляд от матери, потоптался на месте, а потом отошел к выходу из кухни и устало облокотился о косяк.       — Драко! — позвала его миссис Малфой и указала на стул рядом с собой. — Сядь!       — Нет, — спокойно ответил Драко.       — Я прошу тебя сесть! — настойчивость в голосе Нарциссы Малфой не терпела возражений.       Однако Дарко повторил:       — Нет, мама, — он прервался и только после глубокого вздоха продолжил: — Нет. Мне не плевать на отца, мне не плевать на мою семью, именно поэтому я ищу выход.       — Выход? — миссис Малфой с грустной улыбкой покачала головой и с обреченным вздохом обвела кухню медленным взглядом. — Отсюда? — с этим вопросом она взяла в руку солонку и с резким размахом кинула ту в сторону окна.       Солонка просвистела мимо Драко, влетела в окно и, о чудо, не разбила его. Вместо этого она застряла в стекле будто в желе. Какую-то секунду ничего не происходило, а потом окно начало дрожать, нагреваться, где-то в гостиной что-то щелкнуло, и в то же мгновение по всему дому начал разноситься ужасный писк.       Скорчившись, Драко закрыл уши. Нарцисса же спокойно встала из-за стола как раз в тот самый момент, когда покалеченное окно решило выплюнуть солонку обратно. Со свистом солонка полетела прямо в миссис Малфой, впрочем, та без труда поймала ее. С громким стуком, заглушающим тревожный писк, поставила ее на стол и подошла к сыну.       Писклявая сирена защитных чар еще несколько секунд оглушала жителей маленького дома. Нарушителей все же не было обнаружено, и она наконец заглохла.       В образовавшейся тишине тяжелое дыхание миссис Малфой и скрип ботинок переминающегося с ноги на ногу сына звучали не менее оглушающими.       — И как? — нарушила молчание Нарцисса. — Есть успехи?       Прямой взгляд ее немигающих глаз говорил о том, что ответа ей вовсе не требовалось. Обаче Драко и не пытался возражать, но и сверлящий взор своей матери он выдерживал стойко.       — То-то же! — буркнула миссис Малфой и, ткнув палочкой в сторону плиты, прошла мимо него в гостиную.       Следом за ней из шкафов выпрыгнули тарелки, столовые приборы и три бокала. На плите затанцевал сотейник с соусом, он и кастрюля с пастой опрокинули содержимое в глубокую миску, слетевшую с дальней полки, а затем с громким стуком рухнули в раковину. Миска с пастой и соусом вместе с бутылкой вина и со всей остальной утварью медленно, словно нехотя, проплыли мимо Драко в гостиную и там с помощью хозяйки дома расположились на большом обеденном столе.       — И стоило оно того? — Драко Малфой оттолкнулся от косяка и, поймав все еще висящую в воздухе бутылку вина, уселся в кресло возле окна, — твоя выходка сейчас соберет на нашем ужине половину отряда мракоборцев.       — Ну и замечательно, — проворчала в ответ Нарцисса, — как раз приведут твоего отца.       Драко впервые за вечер широко улыбнулся, кивнул матери и, вернув внимание бутылке вина, щелкнул по горлышку — на этикетке начала вырисовываться загадка, однако он быстро потерял к ней интерес.       — Они должны были вернуть его еще вчера, — Драко отложил бутылку, покинул кресло и, чтобы хоть как-то себя занять, забрал у матери приборы и начал сам их раскладывать у тарелок, тщательно вымеряя расстояние между ними. — Почему они в этот раз задержали его? Что могло случиться? Что еще они от нас хотят? — вряд ли эти вопросы были адресованы миссис Малфой, скорее Драко разговаривал с вилками и ножами, а заходившие на его лице желваки говорили о том, что столовый этикет его вовсе не отвлекал от тревожных мыслей. — Мы почти разорены, а они все никак не могут успокоиться, — Драко причитал, почти впечатывая приборы в стол, — они забрали все: деньги, ценные бумаги, наш дом… Даже наследство арестовали. Они не позволили нам купить новые палочки, отослали к черту на рога. И этого, оказывается, мало. Почему они не могут оставить нашу семью в покое?!       — Драко, — миссис Малфой мягко остановила сына и жестом показала на окно — недалеко от дома, у реки сверкнула яркая вспышка, свет которой очень быстро рассеялся, и на том месте появилось четыре фигуры: три из них были в глухих серых мантиях. В их смирной стойке и оглядке по сторонам легко угадывались мракоборцы. С такого расстояния они больше напоминали сторожевых псов, принюхивающихся к незнакомым запахам. В другом сгорбившемся человеке в легком черном пальто с расстегнутыми пуговицами и, судя по всему, со сцепленными за спиной руками тяжело было узнать некогда гордого своим происхождением Люциуса Малфоя. Единственное, что его выдавало — это длинные, седые, совершенно неухоженные и развевающиеся от нахлынувшего ветра волосы.       — Всего лишь три собаки, — усмехнулся Драко, — это даже как-то унизительно. Раньше меньше дюжины не присылали.       — По крайней мере, мы теперь знаем, что мое заклинание сработало, — вторила его тону Нарцисса Малфой и скрыла чарами накрытый стол и бутылку вина, на что Драко выразительно поднял бровь.       — Серьезно, мам? — он кивнул на пустой стол и с непонимающим видом развел руками, — раньше такие штуки не срабатывали. Думаешь, сейчас не расколдуют?       — Мне просто нравится, как они реагируют, — отмахнулась миссис Малфой, — они всегда так иронично пытаюсь скрыть свое раздражение, что мы, оказывается, едим и все еще умеем колдовать, — она весело подмигнула сыну, убрала волшебную палочку в рукав и отошла вглубь комнаты.       Конвой с Люциусом Малфоем уже подходил к дому, поэтому Драко проглотил ухмылку и подошел к матери. Как только дверь открылась, они оба, как по команде, развернулись к стене и положили руки на затылок. Строгий приказ конвоира не заставил долго ждать:       — Руки! — гавкнул он, угрожающе выставив перед собой волшебную палочку.       Нарцисса и Драко Малфой тут же подняли руки вверх.       — Проверить здание! Быстро! — скомандовал тот же мракоборец.       Двое других кивнули на команду, и один из них быстрым шагом направился на второй этаж, а другой, минуя Драко и миссис Малфой, поторопился проверять кабинет.       — Вольно! — с явным довольством в голосе главный обратился к матери с сыном и опустил палочку. — Так-так! — с оскалом протянул он, когда Драко и Нарцисса развернулись к нему. — Сработали защитные заклинания. Что вы на этот раз пытались разрушить? — он подтолкнул Люциуса Малфоя в гостиную, попутно снимая с него кандалы. — Крыша вас не устраивает? Слишком низкие потолки? — мракоборец продолжал издеваться, при этом поглядывая главным образом на Нарциссу Малфой. — Или…       На этом «или» он резко развернулся лицом к кухне, нарисовал волшебной палочкой в воздухе замысловатый узор, напустивший на кухонное помещение туман. Сложная магия в результате показала ему, что именно вызвало работу их системы безопасности — туман вскоре рассеялся, а вместо него в кухне появились фантомы. Призрачные фигуры Драко и Нарциссы Малфой быстро растворились в воздухе, а вот фантом несчастной солонки пролетел через всю кухню и, как ранее, застрял в окне, чтобы через секунды полететь обратно. От увиденного конвоир расплылся в злобной улыбке, развернулся к узникам и закончил свои предположения:       — Или вам тяжело заниматься своими супружескими обязанностями без использования магии?       С этими словами мракоборец пошло поиграл бровями, что тем не менее никак не отразилось на лице Нарциссы Малфой. Чего нельзя было сказать о ее сыне, который тут же покраснел до кончиков ушей, оскалился и уже хотел было сделать шаг вперед, чтобы, возможно, голыми руками вцепиться в шею конвоира его отца и обидчика матери, но мягкая и холодная ладонь миссис Малфой, обхватившая его запястье, вовремя остудила его пыл. Драко ничего не оставалось, как одарить испытующим взглядом отца, в котором без труда читалось ожидание хоть каких-либо действий. Однако и Люциус Малфой был быстро остановлен пронизывающим взором своей жены. Не получив никакой реакции, мракоборец раздраженно что-то пробубнил себе под нос. Возможно, он бы и продолжил свои грязные провокации, если бы в гостиной не появились двое других мракоборцев.       — Ну что там? — рявкнул конвоир.       Его верные подчиненные лишь отрицательно помотали головами.       — Тогда уходим! — буркнул он и уже потянулся к ручке входной двери, как вдруг резко остановился, еще раз обвел всех членов семьи внимательным взглядом, а потом принюхался к воздуху, словно охотничья собака, учуявшая поблизости дичь. — Хм-м-м, — промычал он и медленно провел перед собой волшебной палочкой, — Аппареро! — и скрытый сервированный на столе ужин вместе с оставленной на кресле бутылкой вина тут же предстали перед ищейкой.       — Хм-м-м, — снова промычал конвоир, окинув при этом Нарциссу Малфой презрительным взглядом.       — Ох, извините мне мою бестактность, — нарочито сконфуженно пропела миссис Малфой, — совсем забыла про это. Присоединяйтесь! — в приглашающем жесте она указала на стол.       В секундном замешательстве двое мракоборцев переглянулись, а конвоир, оскалившись, открыл входную дверь и громко рявкнул:       — Уходим!       Его подопечные, не мешкая, засеменили следом.       И только, когда дверь за ними захлопнулась, а сами они исчезли в яркой вспышке, все трое Малфоев расслабленно вздохнули в унисон. Первым заговорил Люциус Малфой:       — Твои выходки не приведут ни к чему хорошему, — обратился он к жене в назидании, однако на лице его играла улыбка. — Их ужасно злит ситуация, когда они в тупике, — мистер Малфой подмигнул сыну и устало опустился на стул.       — Не драматизируй, Люциус, — отмахнулась миссис Малфой и одним взмахом волшебной палочки заставила обеденный стол ожить: в воздух взмыла миска с еще горячей пастой, щипцы и лопатка ловко и аккуратно сформировали на каждой тарелке порции приготовленного ужина, а бутылка вина прыгнула в руки все еще красного от злости Драко. — Это же наша извечная с ними игра, — проговорила Нарцисса, садясь за стол, — их бесполезные, достойные театральных постановок проверки и мои маленькие хитрости… Я их всегда приглашаю присоединиться и при этом довольна мила, а они отказываются, — Нарцисса Малфой с наигранной оскорбленностью надула губы, пожала плечами и вопросительно взглянула на усевшегося рядом сына, — почему они всегда отказываются?       — Почему тебя задержали? — Драко проигнорировал ее и вопросительно уставился на отца. — Ты должен был вернуться вчера. Что случилось?       Мистер Малфой лишь на мгновение переменился в лице, но потом одарил сына кривоватой улыбкой, отрицательно замотал головой и, постучав по своему бокалу, произнес:       — Ты лучше нас с матерью отгадываешь загадки старика Блэка. Налей отцу вина!       Стоило ли ожидать, что его попытка избежать разговора сработает? Вместо этого Драко со стуком поставил бутылку вина на стол и строго воззрился на мистера Малфоя.       — Отец?!       Люциус Малфой выдержал немигающий взгляд двух пар голубых глаз и с тихим вздохом откинулся на спинку стула.       — Люциус?! — позвала его миссис Малфой. — Что случилось?       Устало потерев переносицу, мистер Малфой спрятал глаза от родных и тихо ответил:       — Визенгамот отклонил апелляцию. Более того… Я должен заплатить еще, — с глубоким вздохом он прервался, но только для того, чтобы сделать очередной глубокий вдох и продолжить: — Еще пятьдесят две тысячи триста сорок шесть галлеонов, пятнадцать сиклей и двадцать кнатов. И…       — Они же знают, что у нас ничего не осталось? — перебил его Драко, глянул быстро на остолбеневшую мать и тут же вернул внимание отцу. — Конечно, они знают, — ответил он сам себе. — И откуда эта сумма? Там же оставалось около… около… — за помощью он снова посмотрел на мать.       — Ровно тысяча двенадцать галлеонов, — закончила миссис Малфой и, сморгнув оцепенение, уставилась на мужа: — Люциус?!       Мистер Малфой наконец воззрился на жену, замотал головой и ответил:       — Они дали нам отсрочку. Два месяца. Если я не найду деньги, то… — на этом его голос дрогнул, и он не смог продолжить.       — То что, Люциус?       — Ничего, — мистер Малфой быстро вернул себе самообладание и, чтобы хоть чем-то занять руки, потянулся за бутылкой вина, — я найду деньги. Я потребую завтра посетить сейф твоей сестрицы в Гринготтс и снять арест с наследства Драко. Если они хотят денег, они должны пойти навстречу.       — То что, Люциус?! — миссис Малфой повторила свой вопрос и забрала у мужа бутылку.       В этот раз мистер Малфой не выдержал пристального взгляда жены и отвернулся в сторону, но и не подчиниться ее требованию не смог.       — Мне грозит Азкабан. А Драко — воинский призыв, — ответил он просто и быстро, пока голос не подвел его.       — Призыв? — не поняла миссис Малфой и встревоженно посмотрела на сына.       Краска злости на лице Драко быстро уступила место мертвецкой бледности. Сглотнув, он тихо объяснил:       — Группа армий «Северный остров». Белый отряд. Верно?       Драко Малфой воззрился на отца за подтверждением, тот медленно кивнул.       — Этого они и добиваются, — Драко подскочил со стула. — Им не нужны деньги, им нужно, чтобы мы сгинули!       Откинув стул, Драко Малфой начал мерить гостиную широкими шагами. Следом вскочила и сбитая с толку миссис Малфой.       — Конечно! — зашипел Драко, когда мать попыталась остановить его. — А ты, — он ткнул пальцем в сторону миссис Малфой, — ты еще спрашиваешь, зачем я ищу… — Драко внезапно запнулся на своих словах, обвел гостиную испуганным взглядом, но злость и отчаяние заставили его почти прокричать: — …выход отсюда!       — Драко! — прикрикнула Нарцисса, попутно напуская на комнату заглушающие чары. (Сработали ли они в этот раз? Вряд ли миссис Малфой могла с уверенностью сказать об этом).       — Нет! — зашипел Драко и стряхнул с себя руки матери. — Не успокаивай меня. Даже если мы дадим в этот раз необходимую сумму, в следующий они попросят больше, а потом еще больше… И когда у нас не останется совсем ничего, тогда они придут за твоим мужем и за твоим сыном! Потому что это их цель!       — Драко! — миссис Малфой схватила сына за грудки, хорошенько встряхнула его и с силой притянула к себе. — Успокойся сейчас же!       На удивление, повторять более не пришлось — сын раскраснелся пуще прежнего, глотал воздух, как выброшенная на берег рыба, но более не кричал и не отталкивал от себя мать.       — Никто никого никуда не заберет! — твердо произнесла миссис Малфой и обняла сына. — Мы найдем выход, — прошептала она и бросила умоляющий взгляд на мужа — Люциуса словно и не было здесь, он смотрел на свою семью, но ни одной мысли не читалось в его взоре. Опустошенный, отчаявшийся и совершенно потерянный он продолжал неподвижно сидеть за столом, лишь изредка подергиваясь от новоприобретенного тика.       — Всегда находили, — как можно увереннее сказала миссис Малфой, возвращая свое внимание сыну.       — Мам, — прошептал Драко, — этот остров… Там… Дементоры и прочая нечисть… Забини писал…       Что именно писал Забини, Драко не договорил, вместо этого он всхлипнул и спрятал лицо в волосах матери.       Нарцисса Малфой погладила сына по сбившимся волосам и вскоре выпустила его из объятий, но только за тем, чтобы мягко обхватить его лицо ладонями и твердо, с уверяющей улыбкой прошептать, глядя прямо в глаза:       — И ты туда не отправишься! Во-первых, мы выплатим все компенсации, — отправив мужу такой же уверяющий взгляд, Нарцисса заставила сына сесть за стол и сама заняла место рядом. — А во-вторых, я завтра же напишу Поттеру.       На произнесенной фамилии отец и сын переглянулись и в недоумении уставились на миссис Малфой.       — Поттеру? — переспросил Драко, словно проверяя, не ослышался ли он.       — Ты не ослышался, Драко, — ухмыльнулась Нарцисса и вручила ему в руки все еще закупоренную бутылку вина, — пускай выполняет обещания. За три года я ни разу не обратилась к нему за помощью. Что ж… — миссис Малфой пододвинула к себе поближе бокал, взмахом палочки разогрела еду на тарелках и добавила: — Видимо, настало время.       С этими словами она зачем-то глянула в сторону кабинета — с ее места как раз были видны треклятые часы на стене. Поморщившись, она отвернулась и кивнула на бутылку вина, на этикетке которой уже проявлялась загадка.       — Ну, что там? — поторопила она сына.       Написанное на этикетке не обрадовало Драко Малфоя, он сморщился от увиденного и вместо ответа смахнул с бутылки пыль. Взвившись над столом, облако волшебной пыли сгустилось, засверкало и сформировалось в портрет бородатого, длинноволосого мужчины, одеяние которого говорило о том, что он точно не из этого века. Под ним сверкающие пылинки сформировали загадку.       — «Оживший мертвец правит судьбой того, кто держит его части в своих руках», — безрадостно зачитала вслух Нарцисса Малфой.