Не панда

Я вырвала из тетради клочок бумаги, написала: “Ты знаешь соседа Эбби по парте?” и всунула её Мириам. Та посмотрела на моё встревоженное лицо, а уже потом перевела взгляд на записку. Её ответ не заставил ждать. — Тайлер, — шёпотом сказала Мириам вместо того, чтобы написать имя этого крысёныша на этом проклятом клочке бумаги! — А к чему спрашиваешь? Тайлер Нгуен-Бейкер?! Да убью его! Я встала с места и вышла в коридор. В нашей школе можно было выходить в уборную без спроса учителя, поэтому мистер Кисловски этого даже не заметил. К тому же я – лучшая ученица в классе. Я что, воспользуюсь этой привилегией, чтобы навести беспорядки во время уроков? А почему бы и нет?! Мне хотелось! Руки так и чесались залететь в параллельный класс и навести там шороху! Оказавшись в пустом коридоре, я попыталась превратиться в панду и… опять ничего: ни шерстяных лап, ни розовой дымки. А я уже надеялась, что кипящей ненависти к Тайлеру для трансформации будет достаточно. Походу дела, теперь я обычный человек и мне пора было уже смириться с этим. Но, окей, с этим мы потом разберёмся. Сейчас меня волновало другое… Класс Прии и Эбби учился напротив нашей аудитории, поэтому искать аудиторию и шататься по этажам мне не пришлось. Я ещё раз посмотрела по сторонам: пусто, в коридоре я была одна. Окей. Я подошла к двери, ведущей в аудиторию Прийи и Эбби и посмотрела в небольшое окошко. Сделала я это аккуратно, заглянула туда одним глазком и увидела спины класса. Хорошо, что доска была на противоположной стороне, и все ученики смотрели на учителя (будь иначе, меня бы спалили). Я глазами забегала по классу в поисках Тайлера, но потом поняла, что найти широкую спину Эбби будет куда проще. Так и оказалось! Когда я переключилась на поиск Эбби, я быстро нашла её на передних рядах, а затем обратила внимание на её соседа по парте. Это и правда был Тайлер! Я эту шевелюру с банданой везде узнаю! Этот крысёныш?! Да как он посмел?! Мы же… в одной команде теперь! Он меня предал?! Или… как так получается?! Хотя… стойте! Допустим, если это был Тайлер, то как он смог разбить стекло и “оставить послание” на стене храма, если мы весь вечер были вместе с ним в караоке? Логично было предположить, что это сделал кто-то другой, кто таким же странным образом вырисовывает крючок в букве “р”. Но кто так ещё делает? Да никто! По крайней мере я никогда такого больше не видела! Нигде! А может я и правда ошибалась и это не Тайлер? Нужно было дождаться перемены… хотя, нет, лучше нанести ему визит после уроков. То есть назначить обычную встречу фанатов Фор Таун, чтобы девчонки поддержали меня если что-то пойдёт не так. Хотя, что могло пойти не так? Если мы не вызовем у Тайлера подозрений, то всё пройдёт по плану. Какие проблемы то? Нет… не думаю, что это Тайлер. Точнее, не хочу верить в это. Даже будь у него дар раздвоения, он бы не посмел. Это не складывается с тем, что я наблюдала, когда он был с нами в караоке, когда он ужинал у нас дома и играл в карты. Он был рад тому, что у него появились настоящие друзья – то есть я, Эбби, Прия и Мириам. А все прошлые “друзья” Тайлера, которые только подначивали его на грубость, не стоят и одной из нас. И, мне кажется, он это знал. Никто из этих дураков не поймёт и не примет то, что Тайлер фанател от Фор Таун. Эти “друзья” бы его засмеяли и отвернулись в ту же секунду! Поэтому – невозможно, чтобы это был Тайлер. Он… не ненавидит меня и мою панду. Не ненавидит…

***

Во время большой перемены, мне с трудом удалось отбиться от фанатов панды и скрыться под трибунами школьного стадиона. Там меня никто не видел, поэтому это было идеальным местом для разговора с девчонками. Я скинула каждой из них смску с сообщением где меня искать, и уже через две минуты все они были на месте. — Что случилось? — Эбби была встревожена, — Мир сказала, что ты вела себя странно на уроке. У меня шла голова кругом от количества вопросов, которых я хотела сейчас завалить Эбби, поэтому я решила начать с самых очевидных, чтобы потом добраться до сути. — Эбби, это Тайлер написал в твоей тетради “ДУРА”? — Да, — коротко ответила Эбби и уставилась на меня, словно я… странная? Но ничего, сейчас она всё поймёт. — Зачем он это сделал? — спросила я. — Это была ответка, — улыбнулась Эбби. — Я ему первая написала, что он “ДУРАК”. Но я это сделала карандашом, а этот идиот написал мне ручкой! — Почему ты с ним сидишь? Ты же вроде сидела с другой девочкой, — вспомнила я. Единственное, что я помнила про ту девочку, что эта была не Прия, которая предпочитала быть незаметной и сидеть в углу аудитории. — Миссис Оливия сделала небольшую перестановку: пересадила этого болвана ко мне на первую парту, чтобы он не чудил на последних, — объяснила Эбби и добавила: — Как видишь, чудить ему это не мешает. Так, окей. Теперь я понимаю, каким образом Тайлер оказался рядом с Эбби и почему он это ей туда написал. Но это ничего мне не объясняло. Мне пришлось рассказать девчонкам всё о надписи на храме, о закорючке в букве “р” и той же самой закорючке в тетради Эбби. Теперь подруги смотрели на меня, не как на странную чудачку, а как на вполне вменяемого человека. Хотя некоторые вопросы у них всё же оставались. — Но в тот день он был с нами, — подметила Мириам. — Может он отходил в туалет? Никто не помнит? — предположила Прия. — Мэй, сколько минут от твоего дома до караоке? — Ты хочешь сказать, что он мог во время перерыва сгонять туда-сюда, чтобы закинуть мне камень и оставить эти надписи? — спросила я, прикидывая, возможно ли это. — Нет, вряд ли. Около десяти минут в одну сторону. Если бы он отошёл минут на двадцать, мы бы это заметили. — Тоже верно, — согласилась Прия и призадумалась, пытаясь решить эту головоломку. — А может всё просто? — спросила Мириам. — Я, конечно, не видела, чтобы кто-то так писал букву “р”, но вдруг так делает не один человек на планете? Это может быть кто угодно. — Есть только один способ это проверить, — сказала Эбби, достала свою раскладушку и позвонила кому-то из контактов. — Ало, Тайлер? Быстро неси свою задницу под трибуны. Мы тебя ждём! …То есть как не сможешь?.. А ну тащись сюда, иначе я сама тебя приволоку!.. Ах ты! Бросил трубку, засранец! — А вот это подозрительно, — прокомментировала Прия. — Может он понял, что его раскусили? — предположила я. — Но это не сходится с тем, что у него железобетонное алиби, — уверенно заявила Мириам. — Он был с нами в караоке. Не обвиняйте его раньше времени, идёт? — Хорошо, — виновато буркнула я, — но мне с ним надо поговорить. Эбби, можешь привести его на встречу после уроков? — Легко! Где будет стрелка? — Не стрелка, а мирная встреча, — поправила я. — Здесь же, под трибунами, после пятого урока. У вас же пять уроков сегодня? — Угу. — Замётано!

***

До встречи оставалось три урока, и всё это время я провела в тревоге. Мириам пыталась меня успокоить, а я пыталась успокоить её, делая вид, будто “всё окей”. На деле все мои мысли были забиты Тайлером. Что же он скажет, когда Эбби припрёт его к стенке? Надеюсь, он сможет меня убедить в том, что всё это – невероятное совпадение, и что он не может быть в двух местах одновременно. Учебный день затянулся, как никогда прежде. Ни разу в жизни я так сильно не ждала звонка с последнего урока. Ничего не подумайте – я люблю учиться, получать хорошие оценки, достигать лучших результатов, но сегодня всё иначе. Слова учителей в одно ухо влетали, в другое вылетали. Материал я записывала в тетрадь на автомате, не вдумываясь и не запоминая. На переменах я словно во сне отвечала оставшимся фанатам панды дежурные фразы о том, что их “кумира” больше нет, забудьте её и бла-бла-бла. Я даже со стула не вставала. Просто сидела и ждала, когда наступит последний урок. И вот этот урок наступил – урок французского, в котором миссис Нили услышала мои молитвы и ни разу не подняла меня с места. Это дало мне шанс оставшиеся минуты ожидания потратить на изучения пейзажа за окном. Окна выходили, как раз на баскетбольную площадку, на которой всегда можно было увидеть Тайлера, ведь он фанат Аарона Зи, а фанат Аарона Зи всегда должен забивать трёхочковый. Наконец прозвучал звонок, и я, как это на меня не было похоже, пулей вылетела из класса, едва успев захватить с собой портфель. Мириам не ожидала от меня такой скорости, так что ей пришлось за мной поспевать. В коридоре я оказалась первой, поэтому мне нужно было как можно быстрее скрыться отсюда, пока фанаты панды не заметили меня. И вроде обошлось. Я быстро выбежала на улицу и уже через минуту ожидала подруг под трибунами. Первой прибыла Мириам. Ей пришлось прикатить сюда на скейте, но даже так ей не удалось меня обогнать. Я настолько быстрая? Второй прибыла Прия и сообщила, что Эбби потребуется “некоторое время”, чтобы привести Тайлера сюда. Ну, ничего не поделать, подождём. Прошло около пяти минут, и моя тревога перешла на новый уровень. Тайлер вот-вот сюда придёт! Я взволновалась, вспотела, мои ноги начало подкашивать. Я выглянула из-под трибунных скамеек и увидела, как Эбби вела перед собой Тайлера, подталкивая его в спину. Мальчишка шёл не оборачиваясь и опустив голову, словно его вели на расстрел. — Он ваш, девочки, — сказала Эбби, толкнув Тайлера под трибуны. И тут наш с ним взгляд на секунду пересёкся. Если вспомнить, я вчера его не видела, и это было немного странно. Вся школа вчера сбежалась спросить, что случилось с моей пандой, а он тогда даже не явился. Вдвойне подозрительно! — Ну что? — спросила его Мириам и повелительным тоном приказала: — Говори! — Что говорить то?! — спросил Тайлер. — Что вы задумали? — А то ты не знаешь… — добавила Прия, которую Тайлер не заметил и вздрогнул от её голоса. — Да что вам нужно? Что за загадки? Вы издеваетесь надо мной?! — Тайлер повысил голос, но я не услышала в нём искреннего удивления. Этот парень будто готовился к допросу. — Хорошо, скажу как есть, — я вытерла потные ладони о юбку и схватила Тайлера за плечи. Этим я хотела выбить его из колеи. — Стену моего храма вчера кто-то исписал пожеланием моей смерти! А ещё моё окно кто-то кинул камень! — А я то тут причём? — голос Тайлера задрожал. Парень хотел сбросить мои руки, но я вцепилась на совесть и решила надавить: — У меня есть улики, которые привели к тебе. Так что не ёрзай, иначе проблемы будут! — Хорошо-хорошо, я скажу! — испугался Тайлер, — только у меня есть два условия… Ха! Быстро сдался! Не скрывая радости, я улыбнулась во всё лицо и была готова сделать что угодно, чтобы идентифицировать своего хейтера. А ещё лучше было бы с ним поговорить. Я понимаю, что переубеждать каждого твоего обидчика – инфантильное дело, но от этого зависит моё состояние. Кто знает, вдруг именно из-за этого пропала панда? — Какие условия? — спросила я, пытаясь держаться достойно. — Первое – отцепись, — велел Тайлер. Я тут же повиновалась и сбросила свои оковы. — Второе, обещай, что вы не подадите на него в суд. — На кого? — машинально спросила я. — Обещай! Как я могу обещать такие вещи, не зная, о ком идёт речь и не поговорив об этом с мамой? Да и что это за шишка такая неприкасаемая? Елизавета вторая? Я посмотрела на подруг – те молча пожали плечами. Скорее всего они не хотели принимать решения за меня. Дело моё, как бы и мне решать, что с этим делать. Справедливо… наверное. — Хорошо, — согласилась я. Чёрт с ним. Желание узнать кто это было, выше желания справедливости. Мама на моём бы месте точно обратилась в суд, но я не желала мести. Всё, что я хотела, это узнать кто это, и почему он это сделал. Тайлер протянул руку в знак заключения договора. Я незаметно провела ладонью по своей рубашке и пожала мальчишке руку. Его ладонь была такой холодной, будто он только что вытащил её из морозильника. Это он так сильно боялся меня? Или что это значило? Не важно… Тайлер посмотрел на нас с девчонками, виновато почесал затылок и раскрыл всем правду: — Это был мой отец… Какая глупость… И как я до этого сама не додумалась? Дура… Тайлер взял эту привычку писать необычную “р” с отца, как и я взяла на вооружение необычным образом писать букву “м” от мамы.

***

Я пришла домой и пыталась переварить всё, что услышала под трибунами. Разумеется, родителям я об этом ничего не сказала, ведь зная маму и её любовь к борьбе за справедливость, она бы и глазом не моргнула и пошла бы в суд. Извините, но мне таких проблем не надо. Под трибунами Тайлер не особо был болтлив, но о причине такого поведения мистера Лиама (так звали его отца) он рассказал. Первая причина – это то, что отец в принципе был вспыльчивым. Вторая причина – День Рождения Тайлера, когда я разодрала ему лицо до крови. Третья причина – школьный слух о девочке-панде, который дошёл до мистера Лиама. Тогда то он и узнал, каким образом я разодрала лицо его сына. Ну а четвёртая причина – передача по телевизору, где мистер Лиам увидел новость о “пандаапокалипсисе”, который связали с нашей табличкой долгов в храме. Ну а дальше всё очевидно, мистер Лиам сложил два плюс два и получил четыре. Да, эта передача, конечно, принесла популярность нашему храму, но не такой же ценой! Это ударило не только по нашей финансовой части, но и по безопасности. Никто, конечно, прямым текстом не указывал на то, что именно в этом храме живёт девочка-панда и её мамаша-гигант, но все всё прекрасно знали. Единственное, что я не понимала, почему за нами до сих пор не приехали люди в чёрном как в том самом фильме? Мы слишком популярны, чтобы нас трогать? Или там сверху никто не верит в эту чепуху с пандами и думает, что все эти фотографии и видео – фейк? На тему людей в чёрном у нас с мамой разговоров не было. Да и вряд ли у неё было на это время. Она не покладая рук пыталась возместить деньги за ущерб Скай Дому. А я что? Лишилась панды, нажила врага в виде мистера Лиама, который желает мне… смерти, рисует на стенах нашего храма и кидает камнями в моё окно. И всё это из-за того, что я не сдержалась на Дне Рождении. А потом вся эта история со стадионом, с рекламой храма за счёт панды, на что мне пришлось уговаривать маму… От меня одни неприятности. — В школе всё хорошо? — спросила мама за ужином. — Нормально, — ответила я без энтузиазма. — Панда ещё спит? — поинтересовался отец. Мне, конечно, было приятно, что он тактично назвал это “сном”, а не потерей, но от этого мне легче не стало. — Её просто нет, — как есть сказала я. — Бабушка решит этот вопрос, — уверенно заявила мама, будто это был пустяк. — Она приедет в пятницу. Я кивнула и уставилась в свою тарелку с картофельным пюре и щукой, приготовленной на пару. Папа, как всегда бесподобен. Мама, как всегда, уверена в себе. А я… как обычно – обуза, из-за которой одни неприятности. И что бы эту череду неприятностей прекратить, у меня родилась спонтанная идея! Да, это было рискованно и глупо, но что я ещё могла сделать? После рассказа под трибунами мой ужас приумножился и, кажется, я начала съезжать с катушек. Меня пугал мистер Лиам и поэтому я должна была с ним поговорить! Должна вразумить его! Звучит бредово? Да! Именно поэтому мой чердак начал съезжать куда-то в сторону особняка Нгуен-Бейкеров. Я была на сто процентов уверена, что после личных извинений перед мистером Лиамом, всё наладится. И больше не будет никаких надписей, пожеланий смерти и камней, летящих в моё окно. Надо попробовать! Гениальное – просто, верно?

***

После ужина, я сказала маме, что лягу пораньше и отправилась в свою комнату (спать, я, конечно же, не собиралась). А вот сбежать через окно – да, с превеликой радостью. Единственное, что мне нужно было перед этим сделать – это вызвонить кого-нибудь из подружек, чисто чтобы постояли на стрёме. Не одной же мне переться на растерзание к мистеру Лиаму. А вдруг я поломаюсь, когда окажусь там? Мне нужна поддержка! Глупость… какая же я глупая. Безбашенная. Я же не умею спорить со взрослыми! Единственное, на что у меня хватило смелости, это дать отпор матери. Но проделать это с незнакомыми мне людьми? Единственное, на что мне хватит смелости, это извиниться. Тем более мне было за что. Я тихо прикрыла дверь в свою комнату и начала вызванивать подруг – и чтобы мама меня не спалила, мне пришлось это делать из-под одеяла. Первой я позвонила Мириам, и она тут же согласилась мне помочь. Эбби и Прия отказали по причине того, что улизнуть незаметно от родителей у них не получится. А ещё обе они как один слово в слово сказали, что затея “крайне сомнительная”. А то я не знаю. Ну, ладно. Хорошо, что хотя бы у Мириам получится. Что-что, но идти на это дело одной – действительно было опасно. А тут какая никакая, но поддержка. К тому же, как сказал Тайлер, мистер Лиам уважал язык грубости и не терпел слабаков. Так что если из меня получится мямля, Мириам меня защитит. Уж она то умеет спорить с взрослыми (спасибо скейт-паркам, на которых она постоянно зависает). Окей, я договорилась с Мириам через минут пятнадцать встретиться на трамвайной остановки, поэтому дело оставалось за малым. Нужно было убедиться, что мама не войдёт в мою комнату. И чтобы усыпить её бдительность, я переоделась в ночную майку, вышла в коридор и с открытой дверью в ванную почистила зубы. Я специально делала это как можно громче, чтобы мама с папой меня услышали. В тот момент они сидели в коридоре и смотрели китайские сериалы. Я закрыла воду, с размаху закинула зубную щётку в стакан, чтобы та как можно громче прозвенела и перед тем, как зайти в свою комнату, пожелала маме с папой спокойной ночи. — Спокойной ночи, — в один голос ответили мама с папой, не отрываясь от телевизора, и я закрыла дверь в свою комнату. Всё. Мой “сон” для родителей обозначен чётко и ясно, поэтому сюда никто не зайдёт. И в этом я была уверена, потому что после “пандаапокалипсиса” мама перед сном меня больше не тревожила. А теперь приступаем к плану! Чтобы не замёрзнуть в этот летний вечер (а вечера у нас довольно прохладные) поверх майки я надела свой любимый красный свитер, натянула джинсы, из-под кровати достала запасные кроссовки для физкультуры, надела их и была готова к побегу. Ах да, последний штрих! Под одеяло я положила своих любимых плюшевых пёселей. Я понимала, что мама дважды на эту уловку не купится, поэтому это был скорее традиционный ритуал, так, на всякий случай. На этом всё. Я аккуратно приоткрыла окно, медленно выбралась наружу и была свободна, как птица.

***

— Ну здорово, — поприветствовала меня Мириам. Она стояла на остановке одна в лучах китайских фонарей. Солнце к тому моменту успело зайти за горизонт, город погрузился в оранжевые краски, людей поубавилось, трафик почти пропал. На часах всего половина девятого, а пункт назначения расположился чуть ли не на краю города. Надо торопиться! Я подбежала к Мириам, грустно отбила ей пятёрку и попыталась как можно позитивнее выдавить из себя: — Привет-привет! — но получилось это сомнительно. Мириам задержала мою “пятёрку” в своей руке и спросила: — Ты уверена? Нет, Мириам, я не уверена. Прямо сейчас я отправляюсь в пасть ко льву с просьбой, чтобы он меня не сожрал! — Не уверена, — сказала я честно, — но, возможно из-за этой ситуации и пропала моя панда. Кстати говоря – всё сходится. Пропажу панды я обнаружила как раз сразу после того, когда мама мне рассказала о разбитом окне и вандализме с храмом. Тогда то во мне и появилась эта тошнота к… ситуации? Тогда панда и закрылась внутри меня. Поэтому да, может идея пообщаться с мистером Лиамом была глупой, но если мы уладим конфликт – панда могла ко мне вернуться! Мы сели в первый прибывший на остановку трамвай, и в дороге я рассказала Мириам об этой теории. Подруга внимательно слушала и не знала что добавить. Мне казалось, единственное, что её сейчас волновало – это моя безопасность. Окей… всё хорошо… всё шло… по плану… Если мама опять заметит, что вместо меня в кровати лежат мои плюшевые пёсики, она мне тут же позвонит. Наверное, для этого она мне и подарила телефон – чтобы такие случаи, как с днюхой Тайлера, больше не повторялись. Так что в этом плане можно не морочить голову мыслями о том, спалили меня или нет. Если спалят – я тут же об этом узнаю. Трамвай медленно приближался к цели, поэтому я начала морально готовиться и вспоминать слова Тайлера о родителях. Мистер Лиам и Амелия работали вместе. Они организовали фармацевтическую компанию, которая пользовалась успехом. После того, когда Тайлер заделился информацией, это объяснило, откуда у его семьи взялся такой особняк, откуда у него взялись и эти двести баксов на панду и другие дорогие ништяки, которые он таскал в школу, чтобы похвастать ими. А ещё Тайлер рассказал о характере родителей. Как он выразился – скверный. На его месте я бы не говорила о своих родителях такое (даже будь оно так), но Тайлер не придерживался такого принципа. И это, кстати, меня ничуть не удивило. Теперь я поняла, что его поведение в школе – это всё было отголоском скверного воспитания и недостатка внимания от родителей, откупающихся от него деньгами. И если так подумать… оказывается… всё это время я была противоположностью Тайлера. Вагон трамвая был практически пуст. Я и Мириам сидели рядом с местом водителя – отсюда лучше было видно городской пейзаж, который медленно проплывал за окном. Трамвай неспеша двигался от остановке к остановке, а я всё это время думала о том, что меня ждёт. За небольшими домиками проявился холм. На холме возвышался особняк Тайлера. Господи… Не думала, что я однажды вернусь сюда. — Ты уверена? — ещё спросила Мириам. — Последний раз спрашиваю. — Нет, конечно! — бесконтрольно вырвалось из меня. — Я напугана до ужаса! Посмотри! Я вытянула руки вперёд – они дрожали так сильно, что это было видно невооружённым глазом. — Может тогда не стоит? — Мир хотела взять меня за руки и успокоить, но я тут же их прижала к себе. — Стоит! — не согласилась я. — Если я не сделаю это сегодня, я съем себя изнутри! Да, кажется, это идеальное описание моих эмоций. И чтобы не сжирать себя изнутри, нужно действовать! Это до тошноты омерзительное чувство мне уже надоело! Этот страх перед человеком, который всей душой тебя ненавидит, да настолько, что желает тебе смерти… Я должна была поговорить с ним. Вызвать у него уважение или жалость – что угодно, лишь бы меня покинула эта тошнота.

***

— Приехали, выходим, — сообщила Мириам, взяла меня за руку и вытащила из трамвая. Сама я выйти была не в состоянии. Я настолько погрузилась в свои мысли о страхе перед мистером Лиамом, что теперь и сама сомневалась в том, что я делаю. То есть мне придётся говорить со взрослым дядькой и просить его не желать мне смерти? Что за бред? Я схожу с ума? На что я надеюсь? Дура… Ну и что я ему скажу? До дома Тайлера оставалось около пяти минут. Мириам вела меня за собой, словно непослушную куклу. Неужели ей хотелось на это посмотреть? — Я же вижу ты не хочешь, — сказала она. — Если не хочешь – не надо. — Надо, — ответила я машинально, сама того не желая. Не зря же я сюда тащилась… Не зря же я под одеяло положила своих пушистиков… Не зря же вызвала тебя на помощь, Мириам… Мы поднимались на холм по слабо освещённым улочкам. Обычно я таких подозрительных мест в позднее время избегаю я, но сейчас нападение маньяка из кустов меня пугало меньше, чем то, что меня ожидало впереди. Мир перестала вести меня за руку, поэтому я на автомате плелась, неосознанно и механически переступая с ноги на ногу. Я хотела, чтобы меня отговорили, но Мириам по какой-то причине решила молчать. Наверное, она хотела чтобы я сама приняла решение сбежать. Но… разве друзья не должны отговаривать от глупых поступков? Одно дело, когда тебе кажется это логичным и правильным, а другое, когда человек смотрит на тебя со стороны и видит всю глупость бессмысленной затеи. Неужели Мириам не видела этого в моём желании поговорить с мистером Лиамом? Или же это на самом деле была гениальная идея? Через пять минут подъёма на холм, мы оказались наверху прямо у входа в особняк Нгуен-Бейкеров. На этот раз здесь не было воздушных шаров и другой праздничной атрибутики. Просто красивый двухэтажный дом из дорогого камня. У его фасада расположились гладкая плитка, ровно подстриженный газон, цветы и солнечные садовые фонарики. Также в особняк был встроен огромный гараж, куда мог влезть целый грузовик. А у выхода из гаража расположилось баскетбольное кольцо, которое, наверняка, Тайлер выклянчил у родителей. Я стояла на тротуаре и боялась наступить на плитку у входа. А вдруг, если я наступлю, то родители Тайлера тут же выскочат из дома? От этой мысли у меня ноги задрожали. Я стояла столбом и смотрела на дверь особняка. На первом этаже света не было, но на втором из одной комнаты доносилось что-то тусклое и мигающее, словно в комнате кто-то смотрел телевизор или играл в видеоигры. — Я дура? — спросила я у Мириам, не в силах сдвинуться с места. — У тебя же есть план? — она посмотрела на меня с надеждой. — Знаешь, что будешь говорить? — Нет, — взмолилась я и замотала головой. — Тогда зачем припёрлась? — Мириам наконец-то возмутилась моей идеей. — Это взрослые, серьёзные люди, Мэй. Они и так тебя ненавидят. Напоминаю – ты рассекла голову их сыну. До крови! Мне кажется, они не будут в восторге оттого, что ты придёшь к ним без предупреждения. Справедливо, Мириам, всё, как ты и сказала. Но почему ты это выдала только сейчас? Скажи ты это во время созвона, я бы может и отказалась, но теперь я не могу отступить! Если я ничего не сделаю, этот страх меня сожрёт! Я должна сделать хоть что-то! Даже если усугубить ситуацию! Я уже согласна на что угодно, лишь бы лёд тронулся с места! Я не могу это выносить! Меня тошнит… — Что вы тут делаете? — послышался знакомый голос. На втором этаже особняка открылось окно и я увидела знакомую шевелюру – это был Тайлер. — Это что ты тут делаешь? — вырвалось у меня из-за нервняка. — Шутишь? Я здесь живу! — Тайлер высунулся из окна и увидел Мириам. — Что вы тут забыли? С ума сошли? — Мэй хочет поговорить с твоими родителями, — заявила Мириам во весь голос, — позовёшь их? Она говорила громче обычного, из-за чего её голос могли услышать, наверное, даже соседи. Кстати говоря, соседи у них были тоже не из бедного достатка. Да и вообще, насколько я поняла, этот район был для богатеев. Кругом каменные особняки, дорогие машины, у некоторых даже лужайка была и красивый сад, за которым, скорее всего, ухаживал садовник. — Они вас ненавидят! — возмутился Тайлер и ещё сильнее высунулся из окна. — Они сейчас на работе, но скоро вернутся. Что вы вообще задумали? — Задумала Мэй, — Мириам умывала руки, — будет у них прощение просить или типа того… Тайлер закатил глаза, закрыл окно и через секунду спустила вниз и появился в дверях. — Зайдёте? — предложил он. — Нет! — вскрикнула я, сама не ожидая от себя такого. Меня почему-то напугало его предложение. Не хочу туда идти. Не хочу вспоминать тот день. Логово Нгуен-Бейкеров! Чёрт… я такая дура! Мириам права. Нафига я сюда припёрлась? Сумасшедшая. Я реально схожу с ума! — Моё дело предложить, — пожал плечами Тайлер. — Но… не думаю, что это хорошая идея. — Никто не думает, — фыркнула Мириам и посмотрела на меня с надеждой на то, что я откажусь от этой затеи. Какая же я тупица! Тайлер теперь подумает, что я реально больная на голову идиотина… Может просто уйти? Но это будет ещё глупее того, что я уже сделала. А может принять предложение Тайлера, погостить, мило провести вечер за видеоиграми, дождаться его родителей и показать, что я на самом деле милая, добрая и воспитанная девочка, а не дикое животное? И откуда у меня такое желание понравиться родителям Тайлера? Из-за страха того, что они ещё раз однажды закинут камень в моё окно? Подожгут храм? Что ещё они могут придумать? Нужно было их задобрить. Любым способом. Иначе я просто не смогу заснуть. Никогда. Вдруг один из мимо проезжающих автомобилей свернул на парковочное место Нгуен-Бейкеров и остановился у въезда в гараж. Так я и думала! Нарочно не придумаешь! Это были они – родители Тайлера! Я запомнила их зелёный автомобиль. Моё сердце заколотилось ещё сильнее. За рулём сидел мистер Лиам – смуглый мужчина с бородой, очками, розовой рубашкой и с такой же каштановой шевелюрой, как у Тайлера. Женщина на пассажирском сидении, миссис Амелия сразу меня заметила. Она была одета дорого, выглядела уверенной в себе, как моя мама, а её шелковые распущенные волосы и грозный взгляд – меня напугали. Не успел мистер Лиам заглушить мотор, как его жена выскочила из машины и пошла в мою сторону, громко цокая каблуками о плитку. — Эй! Что она тут делает? — грозно завопила женщина. Мириам схватила меня за руку и хотела оттащить подальше, а то и вовсе убежать, но я осталась стоять на месте. И это была не смелость, а шок. Эта женщина, её дорогой лук, блестящий ремень, кофта, каблуки и джинсы – всё это меня пугало. Оно стремительно приближалось, шаг за шагом сокращая расстояние, а её грозный взгляд хотел меня испепелить на месте. Что делать? Помогите! Пожалуйста! Сделайте что-нибудь! И тут вдруг Тайлер преградил ей путь, встав между мной и матерью. — Мам, не трогай её! — виновато буркнул мальчик, пытаясь удержать её на расстоянии. — То есть она тебя может трогать, а я её нет?! — завопила женщина, а затем обратилась ко мне: — Скажи спасибо, что мы не подали на вас в суд! Вдруг за спиной миссис Амелии появился её муж. Он дотронулся до её плеча и спокойно сказал: — Дорогая, иди в дом. Я тут разберусь, хорошо? Голос у мистера Лиама отдавал вьетнамским акцентом. Не знаю, как было принято в афроазиатской культуре, но я сразу поняла, что слово отца в семье Нгуен-Бейкеров было решающим. Миссис Амелия тут же послушалась своего мужа, бросила на меня презренный взгляд и громко цокая каблуками, ушла в дом. Она хлопнула дверью и на улице воцарилась тишина. Мне стало страшно. Тайлер широко расправил руки и теперь преграждал путь отцу, а я до сих пор стояла на месте, как вкопанная и не верила, что это сейчас происходит. Что теперь? А вдруг они позвонят моей маме? Вдруг я опять всё испортила? Мне хотелось спрятаться за спиной этого мальчишки и умереть от стыда. Что я скажу этому взрослому мужику? На мыслях то я смелая, сразу подбираю правильные слова и выкручиваю ситуацию под себя, а на деле – проглотила языку, прячусь за Тайлера и хочу просто провалиться под землю. Вдруг я почувствовала, как Мириам взяла меня за руку. Я с трудом повернулась, чтобы посмотреть на её лицо и увидела, что ей тоже было страшно. Это мне не прибавило уверенности, но бояться вдвоём было хотя бы не одиноко. И зачем я впутала её в это? Какая же я дура! — Зачем пришла? — грозно спросил мистер Лиам и обжёг меня таким же взглядом, как и его жена. — Что тебе надо? Проваливай с нашей территории! — Пап, выслушай её! — вступился Тайлер, но отца это не впечатлило. — Выслушать эту проходимку?! — он посмотрел на сына, как на ненормального. — Ты забыл, что она с тобой сделала? — Я же говорил, я оскорбил её культуру и родителей! — напирал Тайлер, но его отец не останавливался: — И это даёт ей право разбить тебе лицо?! А если бы она тебя прикончила, как бы ты заговорил?! Ты видел, в какую тварь она превращается? Видел, что её мать сотворила с Скай Домом? Их надо изолировать от общества! Они ненормальные! И тут во мне заиграла злость. Да как он смеет так говорить? Да… со стороны может так и выглядело, но это же не так! Мы вернём долги! Мы не опасны! Я вообще лишилась панды и всё из-за таких людей, как мистер Лиам и его сумасшедшая жёнушка! Вы меня сводите с ума! Вы меня доведёте! Заткнитесь уже наконец и уйдите из моей жизни! Дайте пожить спокойно! Хватит смотреть на меня так! Я попыталась превратиться в панду. Если не сейчас, то никогда не получится. Давай уже! Работай! Вернись ко мне! Пожалуйста! Умоляю! Вернись, слышишь?! Но… опять ничего. Бестолку. Я обычный человек. Навсегда… Я заплакала у всех на виду. Отец Тайлера – ужасный человек. Я не в силах ему что-то сказать. И его жене. Они меня пугают. Мне страшно на них смотреть и думать о них. Чёрт бы побрал эту семейку… Дура… какая же я дура… Вот бы это всё оказалось страшным сном. Пожалуйста, давайте я просто проснусь у себя в комнате и больше никогда не выйду оттуда, пока в этом мире есть такие люди, как мистер Лиам. — Пап, может хватит? — Тайлер увидел моё зарёванное лицо. — Смотри до чего ты её довёл! — А теперь вспомни до чего она тебя довела! — парировал отец. — Да что с тобой не так?! — взорвалась Мириам, и я не на шутку перепугалась. Она перешла с незнакомым взрослым на “ты”. — А ты кто такая? — мистер Лиам впервые обратил внимание на мою подругу. — Мейлин знает, что это ты испоганил стену храма! — завелась Мириам. Её голос дрожал, но её невозможно было остановить. — Она знает, что это ты швырнул камнем в её окно! С того дня, как это произошло, она места себе не находит! Даже сейчас она стоит перед тобой, здоровяком, и боится сказать тебе хоть слово! А стоишь и грязью её поливаешь! Ты вообще знаешь зачем она сюда пришла?! Не для того чтобы пожаловаться на то, что какой-то взрослый мужик желает смерти маленькой девочке и терраризирует её, а на то, чтобы извиниться перед тобой, тупой ты кусок дерьма! После этих слов Мириам сильно потянула меня за руку – она хотела убежать. Вместе со мной. Сию же секунду. И на этот раз я не была против. Меня испугали её слова. Я ни разу не видела её такой. Она выругалась в сторону взрослого человека. Что теперь с ней будет?! Я развернулась и готова была уже делать ноги, как вдруг за спиной услышала: — Стойте! Голос мистера Лиама изменился. Он прозвучал неуверенно, и это меня остановило. А вдруг он одумался? Прозрел? Неужели слова Мириам достучались до него? Да не… бред. Не могло быть всё так просто. Хотя… если вспомнить слова Тайлера об отце, который презирал неуверенных в себе людей, и уважал сильных, может это и имело смысл. Мириам увидела, что я не собиралась бежать, затормозила от меня в паре метрах и вопросительно посмотрела на мою залитую слезами морду. Скорее всего она думала, что я с ума сошла, раз решила остаться. Но взгляд мистера Лиама и правда изменился! Теперь вместо ненависти на его лице рисовалось озадаченное непонимание. Мне кажется, именно так выглядело моё лицо, когда я не могла решить пример по математике, типа: “Как это возможно? Я сделала что-то не так?”. — Я думал ты… — сказал он неуверенно, но не смог завершить фразу. Мне казалось, будто бы он что-то вспомнил. Возможно, из своего детства. Его глаза были напуганы. — Она не монстр! — вставил Тайлер, до сих пор преграждая ему путь. — Она такой же человек, как я и ты! Папа, я тебе уже столько раз говорил! Она отличница! Она гений! Танцует, играет на скрипке и флейте, красиво поёт! Она идеальна, понимаешь?! На последних словах Тайлер прикусил язык, а мне стало жарко. Что он несёт?! Нет, мне, конечно, приятно, но… я не могу сейчас об этом думать! — Скажи мне что-нибудь, — мистер Лиам обратился ко мне, словно хотел убедиться в том, что я умею разговаривать. Его голос был мягким и взволнованным. Почему? Что случилось? Что я сделала? — Я… простите меня… — это всё, что я смогла выдавить из себя и снова заплакала, как дура. Тайлер в ту же секунду подошёл ко мне и прошептал: — Не плачь, пожалуйста. Он хотел до меня дотронуться и успокоить, но не знал, как это сделать. Мистер Лиам наблюдал за сыном и его взгляд изменился до неузнаваемости. Кажется в нём пробудилось что-то человеческое. — Хорошо, — твёрдо сказал отец, а потом кивнул и ещё раз добавил: — Хорошо. Что “хорошо”? Не понимаю. Он меня прощает? — Что “хорошо”, пап? — Тайлер прочитал мои мысли и вновь закрыл меня своей спиной. — Забудем обо всём, идёт? — сказал мистер Лиам и протянул мне руку. Тайлер в ту же секунду отошёл в сторону, словно в их семье этот жест значил неоспоримое предложение мира. Как же хорошо, что мне не нужно ничего говорить. Это было выше моих сил. Я просто хотела зарыть топор войны и чтобы вся эта глупость наконец-то закончилось и забылась. Я протянула руку мистеру Лиаму; тот мягко её пожал и сказал так тихо, что я едва это услышала: — Прости дурака за храм. И за окно. Я был не прав. Господи… это то, что я хотела услышать! Неужели получилось?! Получилось!!! — И, кстати, девочки, может заказать вам такси? — предложил мистер Лиам. — В знак примирения. Время не раннее, знаете ли. Почему он так добр к нам? — Нет, спасибо, — вдруг вырвалось из меня машинально. Это было вторым, что я смогла из себя выдавить перед ним. — Как пожелаете, — сказал мистер Лиам и кивнул в сторону Мириам, которая всё это время наготове стояла в паре метрах от меня. — Держись своей подруги, Мэйлин. Она у тебя сильная. Мириам расслабилась и виновато опустила глаза. Должно быть теперь ей было неловко за свои слова. Мистер Лиам посмотрел на неё и улыбнулся. Невероятно! Он умеет улыбаться! Если бы я не увидела это собственными глазами, не поверила бы, что это возможно! Мистер Лиам подошёл к дверям особняка и сказал: — Пошли домой, сынок. — Сейчас иду, — ответил Тайлер. Мальчишка что-то выжидал. Наверное, когда отец уйдёт и оставит нас наедине. Мистер Лиам кивнул, на прощание помахал нам рукой и закрыл за собой дверь. Неужели… это… закончилось?.. Тайлер подбежал ко мне и замельтишил: — Прости за папу! Ты в порядке? Тебе помочь? Тебя проводить до дома? Ты как себя чувствуешь? Слишком много вопросов. Слишком много эмоций. Можно мне уже передохнуть? Я без сил упала на плитку. Мириам тут же ко мне подбежала и села рядом. — Мэй, с тобой всё в порядке? — спросила она, схватив меня за плечи. Голос её дрожал. Должно быть она тоже перепугалась. — Можешь идти? — Да-да, — ответила я расслабленно и вытерла слёзы рукавом кофты. — Я просто… рада. Всё закончилось. Я и вправду почувствовала облегчение. Отец Тайлера простил меня, и это несмотря на то, что он даже не знал, что я лишилась панды. Удивительно! Я не верила, что всё это взаправду. — Почему он её простил? — спросила Мириам у Тайлера. — Это выглядело… странно. И тут мальчишка замялся. Кажется, ему не понравился вопрос, но по нему было видно, что он знал в чём причина. Недолго думая, он посмотрел на моё обессиленное лицо, а затем на озадаченную Мириам: — Хорошо, — выдохнул Тайлер, — но об этом никому ни слово, ясно? — Мы с Мириам одновременно кивнули, и он продолжил: — Папа рассказывал, как по приезду в Торонто нашу семью не принимали местные. Я тогда был ещё совсем маленьким и ничего не понимал, а папе с мамой приходилось здесь несладко. Он сталкивался с ребятами, которые не могли принять это, — Тайлер указал пальцем на кожу на руке, подразумевая её смуглый цвет. — Из-за этого у него были проблемы с поиском работы, но в итоге он смог пробиться, создал свой бизнес и теперь после этого он постоянно талдычит мне о том, что нельзя быть мямлей, нужно быть сильным, иначе ты ничего не добьёшься. Короче говоря, мне кажется, что он увидел в Мейлин себя из прошлого – обиженного, бессильного человека, не понимающего, чем он заслужил такое отношение. И должно быть это напугало его. Я видела это по его глазам. Должно быть он понял, что в этой истории монстром являлся именно он, а не я. — Не переживай, Мэйлин, — сказал Тайлер, заметив, как я вся дрожала. — Всё будет хорошо. Да… всё в порядке. Я чувствовала, как мне становилось легче. Я начала слышать городской оркестр, сигнал автомобилей вдалеке, шум дорог и вагончиков трамваев, катающихся внизу холма. Ко мне начало возвращаться сознание. Вечерний Торонто был красив, а я была зарёванная. Да и фиг с ним. Вытру слёзы и всё, будто ничего и не было. — Мир, спасибо тебе, — сказала я. — За что? — удивилась подруга так, будто бы она тут была исключительно в роли манекена. — Без тебя бы я это не вывезла. Фактически ты сделала всё за меня. Прости меня за это. — Да не гони, подруга! Всё ништяк! — обрадовалась Мириам, схватила меня за подмышки и резко поставила на ноги. — Идти можешь? — Вроде да. Я на всякий случай посмотрела себе под ноги, чтобы убедиться в собственных силах. И, кажется, я могла ходить. Я аккуратно сделала шаг, затем ещё один и вот я уже бегаю и прыгаю. Силы ко мне вернулись! Я могу радоваться и наслаждаться жизнью! — Вот видишь, ты жива, — радостно сообщила Мириам. — А теперь пошли домой, пока тебя мама не спалила. — Угу, — кивнула я, и только мы хотели дать дёру отсюда, как Тайлер вдруг остановил нас: — Погодите! — он подошёл ко мне так близко, что мне стало неловко. Что он хотел? — Извини за батю ещё раз, — сказал он виновато, — а с мамой я поговорю. Всё будет хорошо. Да уж, жизнь меня к этому не готовила. Сам Тайлер Нгуен-Бейкер будет со мной обходителен! Ещё недавно он вёл себя, как кретин, тратил свой вечер на ксерокопию моих рисунков с Деваном, чтобы развесить их по всей школе, а теперь он извинялся и делал это искренне. В Торонто происходят невероятные дела! Кажется, помимо слов он хотел сделать ещё что-то. Может… обнять меня? Или мне показалось? Я видела, как он хотел сделать ещё один шаг вперёд, но его глаза остановились на Мириам, и он тут же забросил свою затею. — Ладно, до завтра, — буркнул он себе под нос, развернулся и пошёл домой. Ну и дурак же ты, Тайлер! Меня разозлило то, что он остановился на полпути, поэтому я решила сделать это собственными руками, грубо и как получится. Пусть знает, как надо! Я догнала мальчишку и обняла его со спины крепко-крепко. Исключительно в знак благодарности за то, что он не такой идиот, как прежде. И за то, что он подставил спину, защищая меня от матери с отцом. И за то, что знал всё это время про мои танцы и скрипку. Это, конечно, было немного крипово, но по крайней мере это значило, что ему было не наплевать на меня. Спасибо тебе за это, болван! — Эй, что происходит? — спросила Мириам, глядя на нас. Вдруг я почувствовала, как моё лицо залилось краской и тут же отпустила Тайлера. Мальчишка не обернулся и замер, в той форме, в которой я его зажала – словно пластилин. — Ничего, — буркнула я. — Просто дружеские обнимашки. В знак благодарности за помощь. — Мэйлин… я… — Тайлер хотел обернуться и что-то сказать, но я испугалась и толкнула его в спину. — Завтра поговорим, — бросила я. — Иди домой. Не хочу смотреть ему в глаза. Не хочу смотреть на его лицо. Мне стыдно. Я думала, что на радостях это будет смотреться естественно, но кажется я просчиталась. Не надо было это делать на глазах Мириам. Теперь она подумает лишнего. Тайлер некоторое время постоял спиной к нам, затем побежал в сторону дома и выкрикнул: — До завтра! Дверь захлопнулась. — Ага, “до завтра”, — Мириам пыталась спародировать его голос, затем переключилась на меня: — Так, что это было? — Что “это”? — надеялась отвязаться я. — Вот это! — она обняла себя и начала делать движения, на которые мне противно было смотреть. Ага, так то от неё отвяжешься. Но, нужно было отдать должное Мириам – сегодня она меня спасла. Если бы не она, меня бы заживо съели, растоптали, унизили, и вряд ли бы я вернулась домой. Но этот кошмар закончился благодаря Мириам, поэтому пусть дурачится сколько её душе угодно. Я наконец-то почувствовала себя свободной. Страх улетучился, а за ним лишь остался стыд, который у меня теперь вызывала подруга своими пародиями на наши дружеские обнимашки с Тайлером. — Прекрати уже, — взмолилась я. Чтобы наконец-то остановить этот стёб, я обняла Мириам. И это помогло. Мириам заслужила обнимашек не меньше, чем Тайлер. Она – настоящий спаситель. Без неё мне бы труба. Господи, как же круто быть… свободной. Мне… так хорошо… и у меня опять пошли слёзы. И на этот раз это были слёзы радости оттого, что я просто приду домой, лягу спать и не буду думать о том, что меня в этой вселенной кто-то ненавидит настолько, что желает мне смерти. Всё! Конец этим мыслям. — Эй… — удивилась Мириам. — Ты опять плачешь? — Куда уж без этого? — я нервно улыбнулась, вытирая слёзы кофтой. — Всё хорошо, это от радости. Ты – моя радость, Мир. — Да ладно тебе заливать, — смутилась Мириам и весело добавила: — я всего лишь лучшая подруга в твоей жизни! Мы засмеялись. Не думала, что этот день превратится для меня в американские гонки. От полного отчаяния, до облегчения и радости. Настало время вернуться домой. Мы медленно спускались по холму в сторону трамвайной остановки, а я зачем-то начала подмечать всякие городские мелочи, которые бросались мне в глаза. До этого я об этом никогда не думала, а сейчас во мне будто что-то щёлкнуло и проснулся художник. Мне начали нравиться вечерние огни этого города, запах тротуара и отражение ламп от трамвайных путей. Эти витрины, вывески, пустые улочки и тусклые лампы. В этом было что-то очаровательное. И почему я до этого не замечала этой красоты города? По пути домой, я не отлипала от пейзажей, плывущих за окном трамвая. Мириам сидела рядом и вместе со мной наблюдала за этой вселенной. Наверное, у неё тоже была причина просто… помолчать со мной рядом, посмотреть на этот прекрасный, красивый мир и быть в моменте с этой атмосферу вечернего Торонто. Залипательно. Всё это идеально ложилось под моё настроение и самочувствие выжатого лимона, которому оставалось просто добраться до дома, лечь в кроватку и заснуть.

***

— Эй, а может быть твоя панда вернулась? — предположила Мириам, когда мы сошли на нашей остановке. — Сейчас посмотрим. И как я могла забыть о своей панде? Мне даже стало неловко перед ней. Хотя… ей то какое дело? Она и видеть меня не хочет. Но ничего, сейчас мы попробуем её пробудить. Я собрала в себя всю оставшуюся энергию и попыталась обернуться пандой, как делала это тысячи раз до этого. Я чувствовала себя преисполненной всеми видами эмоций, которые только возможно было получить за один день. И, казалось бы, это было идеальное состояние, чтобы обратиться пандой посреди этой пустой вечерней улицы, но у меня не получилось. Опять двадцать пять. Никакой панды. Я пожала плечами и Мириам сказала: — Ну, ничего страшного. — Да мне уже и всё равно, — ответила я. — Нет, конечно, не прям всё равно, но, меня это не беспокоит. Мама говорит, что завтра приедет бабушка, которая “починит” мою панду. Не знаю, как она это сделает, но я об этом не переживаю. Главное, что с нами всё хорошо. — Говоришь, как старая карга, — улыбнулась Мириам. — Так и есть, — засмеялась я. Я достала свою раскладушку, посмотрела на время и поняла, что это была последняя глупая шутка на сегодня. Настало время разбежаться по домам.

***

Удивительно, но мама и правда не проверяла мою комнату. Я незаметно забралась в свою комнату, тихо закрыла за собой окно, разделась и легла в кроватку, сдвинув плюшевых пёселей. Некоторые из игрушек попадали на пол. Завтра их подберу, а сейчас у меня нет на это сил. Я вымотана. Я хочу спать. Завтра меня ждал ещё один тяжёлый день. Нужно было увидеться с Тайлером и убедиться, что он правильно меня понял. Затем надо было справиться с учениками, которые до сих пор верят в панду, – но к этому я уже привыкла. А вот что делать с бабушкой, которая приедет завтра и останется с нами на выходные? Я хоть и сказала Мириам, что меня это не волновало, это было не так. Я переживала за свою панду и боялась, что могу лишиться её навсегда. Это часть меня, которую я хоть и с трудом, но приняла и хотела прожить с ней всю свою жизнь. Но что бы я не предпринимала для её возвращения, всё без толку. Поэтому я просто сложу лапки и послушаю, что скажет бабушка. Мои глаза сомкнулись. Последнее, что я видела перед сном, это как огни проезжающих машин рисовали тени на моём потолке.

***

На утро произошло что-то страшное. Я сразу это поняла, когда меня разбудил звонок в дверь и прихожую заполонили незнакомые мне голоса вперемешку с голосами папы с мамой. Только я успела одеться, как ко мне в дверь постучала мама и спросила взволнованным голосом: — Мэй-Мэй, ты спишь? — Нет, — я открыла дверь, лениво потёрла слипшиеся глаза и увидела в прихожей двух полицейских, мужчину и женщину. — Что случилось?! — перепугалась я. Первая мысль о том, что это пришли за мной. Не знаю почему, но за мной. А за кем ещё? За папой с мамой? Полицейские опрашивали папу, но потом заметили меня, и я услышала женский голос: — Ваша дочь? Можно с ней поговорить? — Конечно, — папа сделал шаг в сторону и пропустил полицейских в дом.