Убить Сано Манджиро

В палате тепло и спокойно. Дождь за окнами почти не слышно, хотя уже, кажется, скоро начнется гроза. За дверью время от времени бегают медсестры и иногда даже слышно тихие крики пациентов у далекого лифта. Манджиро не находит это всё интересным. Ему важно сейчас только то, как равномерно вздымается грудь раненного Кена, поэтому он сверлит её взглядом, панически боясь того, что каждый вздох может оказаться последним. В ладонях от крутит свой мобильный, сидя на стуле, где явно совсем скоро будет сидеть Мицуя. Майки чудится запах свежих тканей, отчего он не сомневается, что через пару часов здесь окажется именно он. Что-то вязкое ложится на сердце и даже хочется протяжно взвыть, но Сано держит всё в себе, бережно кладя свою левую ладонь поверх чужой, лежащей на белом покрывале. - Ты нашел меня, Кенчин, - почти неслышно шепчет брюнет, большим пальцем оглаживая тыльную сторону чужой ладони, - нашел, но тут же ответил за это. За дверью что-то громко упало. Манджиро встрепенулся, быстро оборачиваясь и тут же возвращаясь обратно к Рюгуджи. Тот всё ещё спокойно спит. «Ни секунды тишины в этом дурдоме», - недовольно мычит себе под нос и кладет голову на больничную койку, взглядом проходясь по небольшим мозолям на сильных пальцах брюнета. Наверное только здесь пока и пригодился небольшой рост главы свастонов, потому что так удобно скукожиться у невысокой кровати нужно ещё постараться, но даже здесь была помеха — длинные чёрные пряди посыпались Майки на лицо, мешая видеть. Парень раздраженно убрал их, забывая на секунду что стоило сделать это осторожно, чтоб не зацепить те пряди, что под тугой повязкой, завязанной ещё Кеном, но не получилось. Как итог, Манджиро задел слипшиеся волосинки и прошипел от резкой боли, подорвав голову с койки. «Блин, выглядишь как девчонка», - отчётливо пронеслось в голове младшего. Он резко округлил глаза, всматриваясь в по-прежнему спящее лицо Рюгуджи. Слова прозвучали слишком реально. Подсознание подкинуло мысль о том, что возможно механик говорил такое, когда Сано без сознания валялся у него в мастерской. Это очень похоже на правду, потому что этот насмешливый тон попробуй ещё повторить. - Это ты Мицую с маллетом не видел, дылда. Майки усмехнулся со своего остроумия, ему даже на мгновение показалось что Кен тоже оценил его шутку, цинично приподняв левую бровь, но это оказалось просто воображение. Но ничего, ведь глава уверен что его зам бы действительно посмеялся мысленно, пусть и не подал бы виду. За окнами снова прогремело. На душе постепенно снова становится тоскливо до тошноты. Время уходить, пока Баджи не бросился в больницу, хотя… Сано, с толикой гордости за ответственность друга, улыбнулся — Кейске уже на полпути, сомневаться не стоит. Парень вяло поднимается со стула, проводя напоследок своей холодной рукой по тыльной стороне ладони Рюгуджи. Почему-то в голову снова рвется фраза о том, что Манджиро с такой длиной волос выглядит, словно девчонка. Глава возмущенно фыркает, цепляя взглядом спокойствие на спящем лице, а вместе с ним и слегка потрепанную косичку, лежащую на подушке. «А сам с распущенными будто не будешь смахивать на девочку», - думает младший и стягивает с чужих волос резинку. Косичка окончательно теряет форму из-за чистоты прядей, а Сано по-кошачьи улыбается, довольствуясь своей маленькой выходкой. И всё же… Взгляд Майки меркнет, потухает, пока он натягивает чужую резинку на своё запястье. Не хочется уходить, но над его собственными желаниями нависает ответственность, которую, — как иронично — он сам на себя возложил. Но как было бы славно, если бы Кен сейчас внезапно пришел в себя и увидел своего старого друга. По этой причине Манджиро и тянет до последнего с уходом, отдаляясь всего на шаг от койки в минуту, ведь если всё произойдет случайно, то нельзя будет ни в чём себя винить. Он идет медленно, не отводя взгляд от постели с раненным ни на секунду, но слышит как внутренние часики тикают, что пора уходить как можно скорее. Скоро будет бешено вибрировать телефон в кармане, но будет не ясно из-за Баджи или, может, из-за Эмы. Скоро все придут проведать Кена, все будут говорить как за него испугались, что стоит быть осторожным, но Майки не может так сделать. Ему запрещено. Сано выныривает из раздумий, когда спиной врезается в дверь из палаты. Его глаза напоследок проходятся по длинному телу друга, по, слава Богу, вздымающейся груди, по распущенным волосам. В конце концов, смысл имеет только то, что Рюгуджи жив. Манджиро кивает сам себе, убеждая в утверждении и мягко улыбается, отворачиваясь к двери и хватаясь за ручку. Возможно больше не будет у них возможности вот так побыть вдвоём: глава не сможет больше обратиться к своему заместителю, посмотреть на него, не боясь что ответит за это. Возможно Доракен действительно никогда не вспомнит то, о чём забыл, но — ручка двери тихо скрипит под усилившейся хваткой — разве это и правда будет так? Разве совсем нет шанса? Разве не шестое чувство привело Кена к загнанному своими же руками Сано? Неужели это не голос подсознания? - Кто ты? - раздается хриплый вопрос в палате, сквозь вновь повторяющийся сон. Но Майки не слышит его — он уже как несколько минут спускается вниз по больничной лестнице, давясь отчаянным «Слава Богу».