Животные инстинкты

Шаркающие шаги за спиной заставляют сердце бешено застучать, черт. Омега проснулся и явно направляется к нему. Обычно альфа старался освежевывать в лесу, для беременного трупы в доме были сильным потрясением. Но сегодня прямо во время охоты начался страшный ливень, удалось поймать всего парочку мелких зверьков, не особо большая потеря для стаи. Но оставить грязь за стенами родного дома не удалось. Пришлось принести добычу не разделанной. Рома наивно полагал, что ночью сможет по-тихому со всем разобраться, и не потревожит нервы своей пары. План провалился, руки в крови, трупик убрать он явно не успеет, а это еще и заяц, дерьмово… Для любого оборотня есть мясо совсем не дикость, скорее потребность. Только навряд ли Тоша обрадуется своему сородичу. Волк подскакивает, прикрывая неприятную картину спиной, – милый! Антон стоит в белоснежной сорочке, гладит выпирающий животик. Весь взлохмаченный, сонный, ангельски милый. Голые стопы шлепают, когда младший приближается. - Ром, – заспанный голос пускает мурашки по спине, – ты чего не спишь? - У меня были дела, – волк отводит грязные запястья за себя, пряча свою ошибку в темноте, – я сейчас приду мой зайчик, иди в кроватку. Тебе спать надо. - Я без тебя не буду. А что ты там делаешь? – Блондин пытается заглянуть на кухню. - Н-ничего, – в попытке прикрыть делает шаг в сторону старший. - Не ври, пахнет кровью, – курносый носик дергается, Антон неожиданно пошатывается. Пальцы до красна впиваются в живот. - Тош, – Рома придерживает за плечи, в ужасе бегая взглядом по паре, – что такое? Плохо? Парень оседает на пол, мелко вздрагивая, – кушать хочу… - Чего? - Зайчик крепко хватается за окровавленную руку, посасывая сразу три пальца, – Антон! Прекрати, что с тобой, черт возьми?! - Хочу мяса, – голубые глаза сверкают в темноте комнаты, – малыш хочет, – словно в подтверждение своих слов, омега заставляет погладить живот, – прости, не хотел тебя пугать. Просто это желание стало для меня шоком, – беловолосый забирается на колени к альфе, бодая головой в шею. - Не делай так больше. Я чуть не помер, – шатен прижимает к себе, придерживает за талию. Антон, по неведомой причине, постоянно скатывался вниз. - Ладно. Накормите меня, товарищ главный охотник? - Пожарить или потушить? – Ценную ношу аккуратно опускают в любимое Тошино кресло. Его пришлось притащить на кухню, беременный отказывался есть вне его. Он обкладывался подушками, вальяжно развалившись в мягком домике. Иногда спал в нем же, когда усталость брала своё, а забираться на второй этаж, в кровать было сильно лень. - Так хочу! – Капризно топают ножкой. - Нет мой сладкий. Ты не хищник, не сможешь переварить сырое. Мясо надо приготовить, понимаешь? – Старался вразумить старший, гремя кастрюлями. Вообще, обычно уговоры работали. Со всеми истериками волк стоически справлялся, всегда находя компромисс. - Понимаю, – плаксиво отзываются из-под синей подушки. Антон всегда ею накрывался, когда не мог сдержать эмоций. - Вот и здорово. А я тебе цветную капусту заодно сварю, твою любимую. Хочешь? – Рома поворачивается ровно в тот момент, когда юркий язычок, слизывает кровь с крохотного бедра. Зайчик открывает рот и явно метится для укуса. - Ну-ка стоп, – тушку вырывают из дрожащих от нетерпения рук, зубы неприятно клацают в воздухе. Беловолосый непонимающе хлопает глазами, смотря в пустоту перед собой. До сонного мозга наконец доходит происходящее. Блондин обиженно оттопыривает губу, глядит морской голубизной прямо в душу и срывается в плач. - Уууу… - Ну Тоша, прости. Тебе просто нельзя, это вредно. Понимаешь? - Нееет, отдай, – пара выглядит как ребенок у которого забрали игрушку, – дай! Мальчик сползает на холодный пол, одной рукой обнимает альфу за ногу, а второй тянется за зайцем. - Нет, – самец тратит все свои внутренние ресурсы, чтобы звучать тверже. Сырое мясо явно ничем хорошим не закончится для чистокровного грызуна, – и встань с пола, не дай бог простынешь. - Хочу так, – явно пропускают все мимо ушей. Мимо длинных, звериных, чувствительных ушек. Рома как со стеной разговаривает. - Не дам! - Кхым, – омега ложится спиной на ледяной пол, бьет голыми ножками. Подол задирается, открывая голые прелести оборотня. Альфа звереет, самка отказывается слушаться, лежит в опасной близости от простуды, подвергая риску минимум две жизни. И попробуй только попытаться поднять и отнести в более теплое место. Станет только хуже, они уже это проходили. Внутренние устои рушатся. Волк прекрасно видит как Тоше тяжело. Это первая беременность, да еще и межвидовая. Он прекрасно знает, как мальчику тяжко без внимания, и он просто просит его не всегда умело. Понимает, что травоядному и самому не особо прельщает есть подобное. Рома просто не выдерживает. - Ладно. - Правда? - Заикаясь переспрашивает младший. - Да, иди сюда, – шатен поднимает одной рукой, усаживает в кресло, – сейчас схожу за пледом, а то продрог весь. Положу зайца здесь, сам его не трогай. Приду отрежу тебе кусок. Хорошо? - Только ты поторопись. - Договорились, – в белую макушку целуют, прямо между ушек. Антон хихикает от небольшой щекотки, мило жмуря глазки. Старший идет в соседнюю комнату, про себя считая до десяти и обратно. Спокойствие, только спокойствие. Рядом с парой надо себя контролировать. Аура хищника может серьезно навредить. На кухне младший ждет с нетерпением, сидит, тыча острым ножичком в тушку, голодно облизывается. Постукивает пяткой по деревянному полу. Выдавая свою крайнюю нервозность. Бледное тело укутывают в толстый плед. Наружу торчит только взлохмаченная макушка. - Держи, – протягивают самый нежный кусочек, который только можно найти в зайчатине. - Спасибо, – вот теперь вся спесь закончилась, вырезку забирают, не то со страхом, не то с трепетом. Довольно тупые для такого занятия зубки не могут прокусить, Антон обсасывает свою добычу. - Не пей одну только кровь, тебя вырвет. Дать нож? - Неумф, – «нет» - зайчик сжимает челюсть сильнее, дергает головой в стороны. Маленький засранец, один раз увидел, как это делал волк и теперь повторял точь-в-точь. - Уверен? - Угу. Рома тяжело вздыхает, приступая к готовке. Морально готовясь к бессонной ночке, кому-то точно будет плохо. А ведь ему завтра на охоту….