Следственный эксперимент

Максиму предстояло явиться в очередной бутик за костюмом только после обеда, так что с утра он оказался предоставлен самому себе. Нанимательница уже с утра была в рабочих разъездах, так что в комнате отдыха он был один. Повоевал немного с геймпадом, пытаясь научиться играть в файтинг, а потом сдался и просто спокойно читал под бубнеж телевизора. Ему до сих пор не верилось, что это правда работа, оплачиваемая официальная работа, а не банальный отпуск. Он привык постоянно иметь километровый список дел, отчитываться о стадиях выполнения и бегать в мыле с утра до позднего вечера, а дома просто валиться спать. Редкие свободные вечера тратить ему было не на что, так что он ходил в зал, а если не мог уснуть, принимал крепкий алкоголь вместо снотворного. Теперь свободного времени было столько, что он просто терялся, не зная, чем себя занять и как вообще можно так жить. Но зато стал лучше высыпаться, легче вставал по утрам, вспомнил, что такое аппетит. Ему легко удавалось поддерживать форму и гонять вес, потому что еду он готовил и засовывал в себя по часам просто механически, не чувствуя толком вкуса. Иногда спохватывался, конечно, что так не совсем правильно и нормально, но даже не пытался сделать жизнь разнообразнее, ведь не было ни времени, ни сил на такие метаморфозы. — Приветствую, — окликнул водитель, потому что на его приход не было реакции, да и глаза Максима просто бездумно уткнулись в одно слово на открытой в телефоне странице, — бездельничаешь? Не заметив, помощник провел за своими раздумьями не меньше двадцати минут, почему-то это показалось ему странным. Может быть, потому, что раньше у него совершенно не было возможности посреди рабочего дня настолько расслабиться, чтобы глубоко задуматься. — Вроде того, — вздохнул он, блокируя экран, раз уж не читал, — непривычно очень. — Ждать всегда самое напряжное, — согласился бывший телохранитель, тоже в свое время порядком намучившийся с этой проблемой, — особенно после привычки к суете. А твои родные не против, что ментовку бросил? — У меня их нет, я детдомовский, — спокойно ответил Максим. Водитель не стал комментировать, но в который раз подумал, что кто-кто, а хозяйка знает, как обустроить жизнь с комфортом. Высокий и объективно привлекательный молодой мужчина, в хорошей спортивной форме, покладистый и тихий, ответственный, смотрит на нее с восторгом. Так ещё и без родственников, а значит, без потенциальных сопутствующих поводов для ссор. На всякий случай, Максим выехал заранее, немного потерялся, понадеявшись, что сам помнит, как добраться, но навигатор в высокотехнологичном космическом корабле, который зачем-то поставили на колеса, без проблем помог ему вернуться на правильный путь. Припарковавшись у бизнес-центра, он дважды проверил, закрыл ли машину. Это его невозможно волновало, потому что потенциальную аварию могла покрыть страховка, которой не могло не быть, а вот угон, так ещё и из-за его простой безалаберности, стал бы катастрофой. В явно баснословно дорогом ателье даже не понадобилась визитка, он сказал, что прибыл от Дианы Ильиничны, и получил в руки плотный чехол на плечиках, а ещё указание не класть его на плоскости, только подвешивать. Поэтому он постарался разместить его на заднем сидении так, чтобы чехол минимально соприкасался с сиденьем и полом. Изначально требовалось отвезти заказанную одежду к нанимательнице домой, но она внезапно передумала и сказала привезти на работу, причем ещё забрать из дома какие-то украшения. В таблице поручений для водителя значилось посещение какого-то светского мероприятия, видимо, она решила поехать в обновке. Задержавшись у машины, чтобы прочитать это все и заодно глянуть, каким путем лучше поехать за город, чтобы успеть вернуться к пяти, Максим переложил телефон в другую руку, открыл было дверь и вдруг увидел, что на него смотрят. Впереди, на тротуаре стояла его бывшая жена, держала за руку мальчишку лет трёх. После развода они встретились второй раз, всего второй, причем в первый случайный раз не стали здороваться и вообще взаимодействовать, предпочли сделать вид, что не заметили друг друга. Он был бы и не против, хотя бы спросил бы, как дела, но видел, что у нее совсем нет желания. Сейчас же она прямо смотрела на него, поэтому он закрыл дверь и подошёл сам. — Привет, — спокойно поприветствовал Максим. Похлопал себя по карманам, нашел парочку шалфейных конфет в куртке и протянул одну мальчику. Он сперва посмотрел на маму, убедился, что она не против, и взял карамельку. — Что нужно сказать? — напомнила женщина, и он послушно пробормотал благодарность, стеснительно прячась за подолом ее пальто. — Давно не виделись. Максим точно знал причину развода, знал, что сам виноват, поэтому все понимал, не обижался. Он работал в праздники, забывал про них, мог прозевать и день рождения, и восьмое марта. Работал в выходные, приползал поздно, не приносил ничего хорошего в семью, даже денег зарабатывал не особо много. А теперь у нее был человек, от которого она, внимательно все планирующая и расчетливая, решила родить ребенка, значит, куда лучший муж, отец и добытчик. — Да, действительно, — разговор выходил каким-то ну очень неловким, но Максим обратил внимание, что она посматривает на машину. Конечно, трудно было от него, трудоголика с невысокой должностью, ожидать наличия такого шедевра техники, — это рабочая, — расспросов о смене места работы ему не хотелось, да и, в целом, особо не клеилось, так что он предпочел откланяться, — извини, мне пора. Рад, что у тебя все хорошо. Дождавшись неуверенного кивка в ответ, он сел в машину и спокойно уехал. Вообще-то, конечно, плохим мужем он не был. Просто не любил и не ценил никого и ничего так, как свою работу, а ей не нравилось быть всегда на втором месте. В доме начальницы его встретил крайне недовольный кот. Угощение сегодня его не заинтересовало совершенно, он шипел, выгибался дугой и угрожающе размахивал когтистыми лапами, прыжками пытаясь выгнать незваного гостя из дома. И если при первом знакомстве его поведение было больше неуверенно-раздраженным, то сейчас отчётливо была заметна простая злость на чужака. Диана сидела в своем кабинете, смотрела на телефоне трансляцию с камеры в холле и не могла не смеяться. Здоровый мужик в самом расцвете сил сначала пятился, а потом и вовсе начал убегать от кота, из-за такого потакания реально поверившего в свою непобедимую мощь. Они покружили вокруг кресла в гостиной, Максим перепрыгнул через столик, обогнал не ожидавшего такого маневра кота, забежал на второй этаж и закрылся в спальне. Вскоре, конечно, придется из нее выйти, но это будет уже потом. Не получивший крови страж дома гневно подвывал в коридоре, расхаживая перед дверью, как тигр в клетке. Как и было велено, помощник позвонил Диане с видео, она скомандовала, какие взять туфли и клатч в просторной гардеробной, какие ящички открыть в туалетном столике, чтобы найти украшения, и в какую шкатулку их сложить. Ему было не по себе даже прикасаться к серьгам, состоящим из тончайшей цепочки и небольшого шарика агата, обвитого такой же тонкой золотой проволочкой, казалось, что она, как паутина, порвётся от малейшего давления. Сам он ничего обычно не носил, даже часы с трудом себя приучил надевать, да и к обручальному кольцу в свое время очень долго привыкал. Не удержавшись, некромант снова подсмотрела, как он уходит. Вернее, как прыжками спускается по лестнице, пока кот бежит за ним по перилам, понимает, что надо ещё обуться, снова заворачивает в гостиную и тормозит за креслом, положив в него пакет. Путем забрасывания кота лакомствами кое-как добивается озлобленного нейтралитета, получает время обуться и сбежать. Смеясь, она отложила телефон и покрутилась в кресле, не зная, куда себя деть от умиления, ведь этот взрослый мужчина подыгрывал ее вредному коту без капли раздражения. Забавный, забавный до умиления человечек. Максим отнес в кабинет начальницы все части наряда, аккуратно повесил чехол в скрытой комнате отдыха. Диана была занята, так что просто поманила его, чтобы наклонился, чмокнула в уголок губ и отпустила домой до завтра. Ей предстоял длинный вечер, который она не особенно даже хотела посещать, но просто проигнорировать важное событие не могла. А вечером Максим с открытым ртом смотрел прямую трансляцию. Ссылку она ему сама отправила, и он не мог оторвать глаз. В том чехле было платье, а не костюм. Сперва ему показалось, что оно абсолютно прозрачное, но нет, оказалось, что оно сшито из светлой ткани, почти идеально повторяющей тон белой кожи некроманта и обтягивающей ее точеную фигуру, а сверху на нем — прозрачная черная ткань, собранная мелкими небрежными складочками. У платья не было выреза, оно было длинным, до самых щиколоток и до запястий, но при этом таким откровенным и сексуальным, что он не мог насмотреться. Диана ещё и немного по-другому сделала пробор, заправила волосы справа за ухо, и расслабленно улыбалась своими невероятными алыми губами. Эта великолепная женщина так органично и эффектно смотрелась на красной дорожке, плавно двигалась на высоких шпильках, непринужденно позировала, точно уверенная в своей неотразимости. Это был какой-то благотворительный концерт, закрытый от публики, показывали и других гостей, но все актрисы и певицы буквально меркли рядом с ней даже в своих вычурных и цветастых нарядах. На день у него было всего одно поручение — купить обед и приехать с ним домой к нанимательнице. Судя по тому, что все дела для водителя она отменила, вечер был длинным, босс заспалась и никуда не хотела идти. Поскольку ресторан был назван конкретный, достаточно близкий к ее дому, Максим приехал именно туда, заранее изучил меню. Но заказывать не пришлось, потому что, стоило только сказать официанту, что он хотел бы заказать упакованный обед, молодой человек сразу уточнил, для Дианы ли Ильиничны он заказывает и на сколько персон приготовить ее любимое "как обычно". Ожидая, пока все приготовят, уже кое-что подозревающий помощник поискал на сайте — и да, обнаружил, что этот ресторан принадлежит ей. Чтобы точно получать то, что хочется, в такие вот ленивые и неторопливые дни, некромант озаботилась открыть заведение, которое идеально соответствовало бы ее вкусам. Получив пакеты, Максим пристроил их в машине так, чтобы точно ничего не перевернулось. И ехать оставалось совсем немного, ничего не успело бы остыть. Встречал его только кот. Причем снова недовольный, но уже не так сильно, как вчера, позволил войти, не бросался, только шипел. Пристроив контейнеры на барной стойке, Максим только хмыкнул — явно упаковывали со знанием, для кого это, потому что вместо хрупких пластиковых коробочек тут были только увесистые стеклянные ёмкости с плотными силиконовыми крышками. Эта женщина так много делала для своего комфорта и удовольствия. Кот, похоже, решил, что наглый вторженец решил тут сесть, запрыгнул на стул и предупреждающе зашипел. А нахал вот взял и не испугался, хотя вчера вел себя как положено. В замешательстве покрутившись, кот выгнул спину и снова зашипел, скаля острые белые зубки, но никто не испугался, Максим даже нагло сунул ему под нос хрустящую подушечку. Бедный кот просто не понимал, что его послушно боятся только тогда, когда у него есть настроение на реальную угрозу с когтями, а вот такие показательные выступления всерьез не воспринимались. Пожалуй, хорошо разбирающийся в проявлениях агрессии бывший следователь понимал поведение кота даже лучше, чем он сам. Хозяйка дома не спускалась, так что помощник решил подняться. Вежливо стукнул в приоткрытую дверь спальни и заглянул — она ещё валялась в постели. Вернувшись вчера лишь под утро, она пыталась встать к нужному времени, даже, в целом, собралась, но так хотела спать, что передумала и снова забралась в постель, черкнув короткое сообщение секретарю. Диана потянулась, поворачиваясь к нему, приоткрыла бездонные глаза, и он залюбовался ее белым телом на черных блестящих простынях. На ней была лишь свободная рубашка от пижамы, застегнутая на пару средних пуговиц, и он по привычке потянулся нервным движением поправить галстук, который больше не носил. — Ты уже приехал? — сонно пробормотала она, приподнимаясь на локте и заправляя волосы за ухо. Это было такое уютное и эротичное зрелище, что он не удержался, опустился у кровати на колени, целуя хрупкое белое плечико, игриво обнаженное соскользнувшим воротником почти расстёгнутой рубашки. Впрочем, его порыв оценили по достоинству, за рукав затянув в постель. Настроение у него было очень целовательное, так что Диане оставалось только подставляться под бесконечные мягкие поцелуи, медленно и будто ненароком спускающиеся все ниже и ниже. Принимая душ, она прикрыла глаза, подставляя лицо прохладным струйкам. Определенно, такое доброе утро, пусть и после полудня, могло войти в привычку. До сих пор она не встречала мужчину с такой самоотдачей — торопясь высказать все свое восхищение поцелуями и прикосновениями, он даже толком не разделся. Смотрел на нее с восторгом, почти не моргая, при каждой встрече — это немного льстило и даже почти смущало. Такой милый, милый человечек. Человечек на кухне успел подогреть привезенный обед, достал приборы и выложил все на тарелки. Выбор блюд показался ему немного странным и, в то же время, очень удачным — шашлык из небольших кусочков куриной грудки, запечённые на углях овощи и дольки картошки, причем на дно контейнеров дальновидно подложили лаваш. Как-то слишком просто для утонченной и манерной Дианы, но при этом всегда вкусно и приятно для души. Спустившись к столу с котом на руках, она сделала им кофе. Ревнивый усатый и не думал покидать ее уютные объятия, наблюдал за процессом, принюхиваясь к ароматному напитку, и с подозрением поглядывал на гостя, который и не собирался уходить. Так ещё и за стол уселся, наглец. Впрочем, подношение в виде маленького кусочка курицы, из самой серединки, без специй и поджаренной корочки, немного смягчило строгого охранника. После завтрака Диана, решившая, что точно никуда не хочет, постояла немного в задумчивости перед винным шкафом, выбрала бутылку аргентинского полусладкого и вместе со штопором вручила ее мужчине, чтобы устроил ей шоу мужественности. Шоу-то было, вот только от бокала для себя он отказался, налил ей треть и все. Впрочем, не все же начинают пить алкоголь с двух часов дня, это верно. Устроившись с теплым любовником на диване, она удобно откинулась, поглаживала ласкового кота на коленях и неспешно, совсем по капле потягивала вкусное вино с фруктовыми нотами, рассеянно слушала фильм. Наверное, что-то такое могло бы испортить ей жизнь, приучить к лености, расслабить и отбить желание сражаться в деловом поле. Поначалу она даже опасалась, когда другие мужчины вызывали в ней похожие чувства и желание никуда и ни за что не ходить, просто валяться целыми днями в постели, но потом поняла, что удовольствие от исследований и превосходства ей ничто не заменит, и разрешила себе иногда вот так понежиться. — Ты вчера так шикарно выглядела, — поделился Максим, бесстыже разглядывая ее коленки. Поймав этот взгляд, Диана только усмехнулась. Не хотелось, конечно, спускаться на завтрак в халате, поэтому она надела короткие шорты, и ему этого хватало. — Понравилось платье? — поинтересовалась она и неторопливо закинула ногу на ногу. — Угу, очень красивое, — пробормотал он, внимательнейшим образом наблюдая за ее движением. И ведь нисколько не стеснялся того, что в ее присутствии всякий разум теряет, откатываясь куда-то к приматам, — нет, ты красивая. Что же, он вовремя уточнил, так ещё и потянулся погладить. — Ты такой ласковый, как милый щеночек, — усмехнулась Диана, прикрывая глаза и делая ещё глоточек вина. — Надеюсь, это хорошая моя черта, — вздохнул Максим, ласково и медленно поглаживая ее по колену немного шершавой ладонью. Она непонимающе приподняла брови, — просто бывало, что меня называли доставучим, я слишком люблю обниматься. Его тактильность, пусть и не слишком навязчивая, часто становилась поводом для серьезного разговора о личном пространстве и отдыхе. — Насколько любишь? — с усмешкой уточнила Диана, почесала его ногтем под подбородком, будто он правда был щенком. — Я бы не возражал обнимать тебя двадцать четыре на семь, — хмыкнул он. Впрочем, из-за почесывания его почесывать перестали кота, он недовольно оглянулся, обнаружил, что наглый мужик лапает его драгоценную хозяйку за коленку, и приготовился к нападению, повиливая задом, — но я знаю, кто возражал бы, да, мистер кот? Не надо, пожалуйста, меня царапать, — она вернула руку на спину коту, он недовольно мявкнул и расслабился, зажмурился, — спасибо. У него ещё прошлые царапины не зажили, новых ему пока не хотелось, да и ранки на спине ещё пока были чувствительными. Незапланированный выходной оказался чудесным. Они без спешки болтали, молча смотрели фильмы, целовались. В теплых объятиях Диане было очень приятно, к тому же, невероятный сгусток ласки в форме мужчины все время то поглаживал ее, явно неосознанно, то мягко чмокал. Или просто засматривался на нее, думая, что она не видит, разглядывал ее лицо или руки, такой серьезный и сосредоточенный. Впрочем, один из таких взглядов не остался безнаказанным, потому что третий бокал вина ближе к вечеру подсказал, как его за такую милашность промотивировать. И не то чтобы кто-то был против, разве что, кот ругался на кошачьем, покидая диван, внезапно ставший местом очень суетливым. Диана сладко потянулась, вытягивая руки и жмурясь от приятной усталости, и он не преминул поцеловать ее немного напрягшееся тело, с удовлетворённым коротким мычанием уткнулся лицом между полных грудей. Там, в этом сокровенном, но все равно еле теплом местечке ещё ощущался аромат ее парфюма, ненавязчивого и свежего. — Тебе так идут эти духи, — прошептал Максим, целуя ее туда же, — ты прохладная, они пахнут морем, как будто ты купалась только что. От этого у нее появилось жгучее желание отвезти его на какое-нибудь море. Пусть будет мокрым, полуголым, плавает и вылезает из бассейна, демонстрируя свое прекрасное спортивное тело. Представив, каким он будет горячим после солнечных ванн и холодным после купания, она только вздохнула. Определенно, пора было планировать отпуск. — Пойдем покурю, — ласково взъерошив ему волосы, она встала, чтобы подобные мысли не привели к повторению пробы крепости дивана. Ей стоило провести вечер поспокойнее, чтобы раньше заснуть и завтра нормально встать на работу, возвращаясь в режим. Но как тут проведешь вечер спокойно, когда он лежит, заложив руку за голову, и наблюдает, как она одевается. — Не замёрзнешь? — поинтересовался он, когда она вот так, в футболке и шортах, собралась выйти на террасу. — Согреешь меня? — усмехнулась она, чуть прищуриваясь. Вызов был принят — и он обнимал ее, прижимая к себе, пока сигарета не кончилась, хотя она больше тлела самостоятельно, позабытая за поцелуями. На его футболку пролили вино, так что надевать ее он не стал, и некромант, слабо чувствующая перепады температуры, поглаживала мурашки на его груди кончиками пальцев. Хотя ей бы стоило знать, чем заканчиваются такие маневры даже на ее территории.