В малахитовом сиянии

Предвкушение пылало в груди, обжигая, иссушая рот. Сережа, не переставая, облизывался, изредка царапая зубами губы. Стоящий рядом Олег неловко сжимал его ладонь, стараясь немного приободрить. Сережа ему нервно улыбнулся, продолжая волнительно трястись. Это было не от страха. Вот-вот закончится линейка в Гранатовом зале — прекрасный каменный зал с высокими сводами и алыми переливами по стенам — и учащихся пятых классов поведут на следующий ритуал, более важный для юных волшебников. Сереже было плевать на вступительную речь, важнее было то, что совсем скоро начнется Испытание, которое определит их будущее. Алатырь-камень прочтет их сознание, определит из внутренние качества и направит по правильной стезе. А затем их отведут к Мастерам в Палаты, чтобы те сделали волшебные кольца. Сережа ждал этот момент, кажется, всю свою жизнь — и неважно, что она короткая. Он представлял это Испытание множество раз, каждый раз успешно проходя, но каждый раз думая, куда же его отправит Алатырь. Про сварожичей — учеников отделения Сварог — говорят, как про вечно идущих, ищущих, учащихся. Они знают много и всегда стремятся к самосовершенствованию. Они творческие, креативные, невероятно старательные. Им как будто надо измениться за сутки, научится за час чему-то новому. Студенты Дажбога всегда не похожи. Если в остальных можно найти какую-то общую черту сразу, то вот у этих ребят и не понятно, почему они вместе. Но все-таки пообщавшись, можно заметить одно общее — они больше остальных ценят отношения, которые строят. Неважно, дружба это или любовь, этим чувством они пропитываются и от него не отрекаются, посвящая себя ему. Они понимают окружающих лучше остальных, как будто шестым чувством пользуются. И да, удача и интуиция у них тоже была неплохо прокачена. Яриловичи свободолюбивые ребята, которые очень часто ставят мнение других наперекор. Упрямые, борющиеся. Эти дети знают, как никто другой: каждый выбирает лучшее из возможного. Каждый должен беречь свои нервы — и поступать так, как диктует порыв. Или не беречь — если так диктует порыв. Хорсичи всегда хотят достичь успеха. Они вкалывают больше остальных и в учебе, и в увлечениях, потому что хотят признания, как внутреннего, так и внешнего. Некоторые из них — совсем старшие — нацелены настолько на успех, что не стесняются никаких средств и методов. Не все, разумеется, но многие знали — хорсичи ради цели готовы на все. Сережа долго пытался понять, где же ему будет место. У него были черты всех направлений: и свободолюбие, и творческий потенциал, и целеустремленность, и преданность отношениям. Нельзя же ему совсем разорваться? Все будет решать Алатырь. Он точно правильно определит, где ему лучше и в чем он хорош. Олег на эту тему вообще не волновался. Жил по принципу «Будь, что будет» и «от судьбы не уйдешь». Он знал, что пройдет — все проходили — а чем завершится, то тем и завершится. Просто сделает, все от него зависящее, как и всегда. Линейка закончилась. Пятиклассников построили в шеренги, а старшеклассники побежали скорее в коридоры, ведущие на нижние этажи. Четыре руководителя направлений возглавили шествие, ведя волнующихся детей на место начала Испытания. Сережа продолжал цепляться за ладонь Олега, не обращая внимание на подбадривающие крики других учащихся, которые провожали по пути ребят. Гомон стоял страшный, усиленный каменным сводами, а ребята спускались все ниже и ниже, на самый глубокий ярус горы. Становится прохладнее, когда они пересекают Подземный Двор, а затем они проходят в Малахитовый этаж — огромная зала с изумрудными стенами и свисающими с потолка сияющими нитями, которые дарили мягкий свет помещению. Ребята заходили в него, затаив дыхание, изучая изумленно рисунки горной породы на стенах, сводах потолка и колоннах. В центре зала возвышался Каменный цветок — огромная пустая арка на постаменте, украшенная удивительной резьбой. У подножия постамента стоял директор Колдовстворца — Хозяин Медной Горы, Андрей Радов. Он уже фактически был стариком, но выглядел не на свой возраст — крепкий высокий с ясными голубыми глазами, которые с отеческой добротой смотрели на вошедших детей, и со спрятанной в светлой бороде улыбкой. - Приветствую вас, юные волшебники, — начал он свою речь, голосом заполняя все пространство огромного зала. — Совсем скоро начнется наша церемония, после который вы станете настоящими учениками школы волшебства Колдовстворец. Сережа странно приосанился, с горящим вожделением взирая на Каменный цветок. Еще немного, совсем чуть-чуть. — Ваше испытание Поиском начнётся ровно в полдень, — продолжил Хозяин. — С этого момента и до полуночи у вас есть время проявить себя. Ровно за двенадцать часов вы должны отыскать легендарный Алатырь-камень… И я подскажу вам, где его искать. Всем камням отец, священный Алатырь находится прямо в середине острова. Но чтобы до него добраться, вам придётся проявить смелость, смекалку, протянуть руку помощи тем, кто находится рядом с вами… И суметь эту руку принять. Ваша главная задача: добраться к полуночи до сердца острова, преодолев все испытания, которые вы встретите на своём пути. Целеустремлённость, дружба, знания и твёрдость духа проведут вас через препятствия. Руководители направлений зааплодировали и их подхватили воодушевленные пятиклассники. Сережа не собирался всем протягивать руку помощи. Они с Олегом давно придумали план: проходить вдвоем. Олег был немного сильнее физически, он отлично разбирался на любой местности, и у него была хорошо развита интуиция. Сережа мог всегда найти выход, решить любую загадку и знал, как справиться и найти подход к многим разумным существам. А вот Олегу хорошо давалось понимать менее разумных. Они были отличной командой, готовой ко всему. И они смело шагнули через арку, когда пришло их время и… Их разделило. Сережа неловко оглянулся, понимая, что не представляет, где он. Просто лесная чаща и каменная земля под ногами. В небо уходили высокие сосны, заслоняя полуденное солнце. Олега нигде не было рядом. Паника схватила за горло. Как так? Что? Куда? Зачем? Где его Олег? Он почувствовал себя потерявшимся ребенком. Обнял себя за плечи, ощущая дрожь под пальцами, сжимающими одежду. Все сразу началось не по плану. «Успокойся, успокойся». Успокойся! Сережа глубоко вздохнул. Раз, другой. Вроде начал приходить в себя. Надо двигаться вперед к центру острова. Ольхон — остров, центр магического мира России. Отсюда началось шаманство, отсюда наполняется живительной силой Байкал. Здесь есть поселки для магов, но сегодня, для Испытания, они закрыты, что учащиеся не могли в них зайти. Им оставалась только дикая местность. Сережа знал только одно — надо идти к центру. А где этот чертов центр? Он чуть не взвыл, но собрался: Олег предполагал, что делать, если они потеряются. Сказал, как примерно ориентироваться на местности при помощи солнца и растений. Наказ дал — потеряешься, то стой, я тебя найду. Как стоять-то, когда время идет?! Сережа потоптался немного на месте, а потом все же пошел туда, куда предполагалось — на возвышенность. Олег точно его найдет — всегда находил, как бы сложно не было, даже если Сережа от него бегал. Так что бояться было нечего. Ну по крайней мере за это не надо было бояться. Он шел по камням, покрытыми травами уже, кажется, с час, когда услышал шуршание и скрип за спиной. Не оборачиваться. Не останавливаться. Хотелось бежать, потому что этот звук был точно ненормальным и, вероятно, опасным. Шум его настигал, становился неумолимо ближе, казалось, ураган поднялся, практически срывая листья и ломая ветви. Но ветра не было, практически полный штиль, а скрип дерева стоял практически за спиной. Сережа решился. Резко остановился и также резко развернулся лицом к преследователю. Высокий, почти два метра, но далеко не человек. Точнее был когда-то. Сережа читал про такие создания в учебниках, но никогда не встречал в живую. От человека у него осталась форма тела и угадывающиеся черты лица. Волосы представляли из себя что-то похожее на сбор трав, струящихся по покрытыми лишаем плечам и спине. Вместо кожи у существа была кора, местами покрытая листьями и наростами грибов. Это чащеброд — бывший маг, забранный лесом и ставший его частью. В книгах, что читал Сережа, никто не мог сказать наверняка, добры ли к путникам эти существа или наоборот. Зависело от настроения леса и от самого путника, его намерений и поступков. Сережа не знал, как ему быть. Не знал, что делать, кроме как замереть — бежать тут точно не поможет. Чащеброд, как часть леса, нашел бы его в любом уголке. Он надвигался огромной фигурой вперед, в скорее нависая над ребенком, как вековечное древо. — Потерялось, дитя? — проскрипел и одновременно прошелестел чащеброд, указывая крючковатым длинным пальцем на Сережу. — Д-д-да, — слегка заикаясь, ответил, кивая, он. — Я не хочу причинять вреда вам. Я просто хочу найти путь. — Я отведу тебя в любое место, дитя, но попросить ты можешь лишь раз, — прозвучал ответ существа. — Выбирая быстрее. Я покину тебя, если ты ничего не решишь. Сережа воодушевился. Это такой шанс! Явно волчья удача сработала, как иначе. Только вместе, только вдвоем, чтобы не стояло на пути, даже сквозь расстояние. — Могу я просить не о месте, а о человеке? — задал вопрос Сережа, хмуро, но решительно глядя на существо перед собой, запрокинув голову. — Я могу найти что и кого угодно в пределах этого леса, — ответил ему шелестом чащеброд. Сережа кивнул, давая понять, что понял. Он хотел — невероятно хотел! — к Алатырь-камню, но у них была цель, идея, которая была не оспоримо на первом место — сделать все вместе. — Отведи меня к Олегу. Олег Волков, он, как и я, проходит Испытание здесь, — произнес решительно и уже без прежнего страха Сережа. — Ты уверен, дитя? — спросил чащеброд, склонив голову, будто бы осматривая черными глазами, над которыми нависали светлые острые отростки. — Либо ты поведешь меня к Олегу, либо я иду дальше сам, — нахмурился Сережа, теряя всякий страх перед существом природы. Целеустремленность и упрямство перекрыли страх. Чащеброд загудел изнутри, будто в нем был рой диких пчел — Сережа бы не удивился, если бы это было правдой. — Идем за мной, дитя, — прошелестело существо, медленно вышагивая в сторону. Сережа поспешил за ним, почти переходя на бег. Чащеброд будто бы специально выбирал трудно проходимые места — буреломы, речки, которые доходили ребенку до пояса, овраг — как будто пытался сбить с пути, подорвать веру. Сережа мокрый, грязный, с разодранными ладонями и коленками, но упрямо ползущий по буеракам, стараясь поспевать за провожатым, который не замедлялся ни на миг, чтобы ребенок мог его догнать. Вот специально что ли самого неспортивного на такой путь поставили? Наверняка, но не факт. Он сбился со счета, пытаясь понять, сколько они прошли. Ноги болели, мышцы тянули. Но останавливаться нельзя было. Только до конца, не важно, как это произойдет. Они приползли на каменное плато. Сережа взъерошенный, запыхавшийся и очень разозленный. Впереди зияла темная глубина какой-то то ли норы, то ли пещеры. — Ну и где он? — прикрикнул Сережа, глядя на провожатого, но тот уже растворился в лесной чаще, оставляя одного на этом месте. Не думал он, что чащеброды обманывают. Со злости Сережа пнул камешек под ногами, который улетел в темнеющий проем, а затем сел прямо на каменную плиту под ногами, зарываясь пальцами в спутанные волосы от отчаяния. Пошел непонятно куда, непонятно зачем. Хотя понятно — надеялся, что здесь будет Олег. Снова послышался скрежет, на этот раз из глубин каменной норы. Сережа схватился за небольшой камень и швырнул его внутрь. Послышался сдавленный хрип от попадания в кого-то. Звучало знакомо. — Олег? — неуверенно позвал Сережа. Звуки из пещеры стали раздаваться громче, а затем на свету оказалась растрепанная макушка, а затем и испачканное лицо, с сощуренными покрасневшими глазами. — Сережа? — прохрипел Олег с нескрываемой надеждой в голосе. — Нашел. — Это я тебя нашел! — воскликнул Сережа, подскакивая с места к поднявшемуся из пещеры другу, сжимая его в руках, ощущая под ладонями крупную дрожь. — Как ты там?.. Олеж, тебе же в темноте плохо, почему ты там? — Мне сказали, что там ты, — всхлипнул тихо Олег, утыкаясь носом ему в шею. — И кого ты послушал, глупый, в этом лесу? Это точно была ловушка! — упрекнул Сережа, сильнее стискивая испуганного мальчика, который все сильнее дрожал. — Это Горная кошка была, — прохрипел Олег, пряча лицо на чужом плече. — Ого, — только и смог удивленно вздохнуть Сережа, проводя ладонями по худой спине. Горная кошка — хранитель уральских подземелий и кладов. Говорили, что у нее под горами находились просторные лабиринты с ловушками и тупиками, но где-то в глубине можно было отыскать саму хозяйку, восседающую на горе сокровищ. Гигантский зверь не терпит чужаков, и обычно убивает тех, кто вторгается на ее территорию. Некоторые волшебники считают, что это вымысел и один из мифов Колдовстворца. — Ты уверен, что это была она? — спросил тихо Сережа, продолжая успокаивающе поглаживая друга. — Теперь уже нет, но она позвала меня вниз, сказала… сказала, что забрала тебя… Я не мог не пойти за тобой, — выдохнул судорожно Олег, немного отстраняясь, кажется, придя в себя. — Я видел… что-то огромное, с яркими, как фонарями глазами. Сказала, что мое безумство соответствует преданности. — Правду сказала, — усмехнулся Сережа, сжимая ладони Олега в своих. Но он забрал одну, залезая ею в свой карман, а затем достал небольшой серый камушек с белыми прожилками. — Она мне это… типо дала. Возьми, — протянул добычу Олег, предлагая забрать. Сережа отчаянно покачал головой. — Это твое, она тебе отдала, — возразил он, хмурясь, удивляясь, как же друга любят и принимают все животные — все и всегда. Олег рассмеялся, уверенно вкладывая камушек в тонкую расцарапанную ладонь: — Я лучше возьму тот, которым ты в меня попал — впервые в жизни! Он более уверенно направился снова вниз под Сережин взвизг, но вернулся вскоре, демонстрируя обычный серый камень. — Дурак ты, Волков, — надулся Сережа, устало валясь обратно на камень. — А с тобой, что произошло? — нахмурился взволнованно Олег, присаживаясь перед другом, нервно прикасаясь к поврежденным коленкам, а затем испуганно отдергивая ладони. — Просто по лесу побродил, — буркнул обиженно Сережа — он прошел просто по лесу и весь как после драки, а Олег слегка испачкался, да глаза покраснели. — С тобой все хорошо? — спросил Олег, заглядывая в чужие глаза. — Пройдет, — отмахнулся Сережа, сжимая в ладони отданный камушек. — Отдохнем немного и пойдем искать Алатырь. — Хорошо, — согласился Олег, садясь рядом с покоцанным товарищем, прижимаясь к его плечу. Стало намного спокойнее. Все стало намного спокойнее, стоило им снова объединиться. Они смогли найти поесть и спокойно сделать полноценный привал. А затем двинулись уже в совместный путь, во время которого Сережа наконец смог вдоволь поныть, как он устал и как его все достало, пока терпеливый Олег все выслушивал с едва заметной улыбкой. Они встретили Боли-бошку, когда ягоды собирали. Лесной дух обратился в старичка и пытался обмануть ребят, прося помочь отыскать сумку. Добросердечный Олег порывался помочь, но более хитрый Сережа не позволил, и оба проигнорировали духа, пока тот не закидал их сам гнилыми ягодами и не ушел. К вечеру, когда уже темнота была, за ними долго шел бабай, стуча палкой о стволы деревьев и завывая, старясь напугать. Но после лабиринта Горной кошки Олегу ничего не было страшно, потому он крепко держал Сережу, тихонько шепча ему слова поддержки, даже что-то напевая, чтобы успокоить его, чтобы ночной дух не чувствовал чужого страха, не навредил им, особенно Сереже. Ближе к полуночи, кажется, сам остров стал их вести, чтобы они дошли до нужного места. Честно, Сережа, привыкший к комфорту дома, только рад был, что ему так облегчили последние мгновения испытания. Олег стоически терпел все. Вскоре они завидели свет и перед ними престала огромная площадь подсвеченная мягким изумрудным и лазурным светом. Уже много ребят собралось, а в центре возле огромного булыжника были Хозяин Медной Горы и преподаватели с руководителями отделений. — Олежа, мы дошли… Ура, Олежа! — закричал в восторге Сережа, обнимая друга за шею, а затем утягивая за собой ближе к Алатырь-камню. Он приободрился, оказавшись наконец на месте, а Олег наоборот как-то расслабился, становясь совсем усталым, что все чаще стал приваливаться к другу. — Наконец, все собрались, — возвестил через какое-то время директор, обращая внимание всех учеников на себя, из-за чего воцарилась мгновенная тишина. — Вы все прошли ваше Испытание. Все это время Алатырь наблюдал за вами, за вашими действиями, желаниями, мыслями. Он все видел и все чувствовал, ничто от него не укрылось. По этим знаниям он определит вас на ваши отделения. Но для начала — достаньте свои камни. Раздался удивленный гул и шорох — все недоуменно рылись по карманам. Олег и Сережа быстро достали свои камушки — добытые друг другом для другого. Они лежали на их раскрытых ладошках, постепенно нагреваясь от кожи, пока директор снова не продолжил, дождавшись всех ребят. — Тех бел горюч Алатырь глагожет, кто найти себя превозможет! — глубоким сильным голосом возвестил Хозяин Горы. Земля под ногами как будто завибрировала, зашаталась. В воздухе поднялся гул, утяжеляя воздух. Камень в руках Сережи стал горячим, а затем поднялся в воздух, постепенно заполняясь светом. Его почти ослепил белый сияющий свет — цвет Хорса. Сережа перевел восторженный взгляд на Олега и замер — лицо друга озарялось золотым светом Дажбога. Сердце как будто остановилось, а затем затрепетало. Все правильно. Так надо. Да, он вначале расстроился, что они не на одном отделении, но это не имело значение. Отделения не запрещают им быть близкими друзьями, не помешает продолжать быть вместе. А Олегу правильно быть на Дажбоге — Сережа не знает более доброго и любящего человека, который готов отдавать себя без остатка. К тому же дажбожьих детей особо любили животные и лес — сегодня это было доказано в очередной раз. Камушки перестали светиться и упали серыми на открытые ладони. Олег долго смотрел на свой, а затем перевел растерянный взгляд на друга — он тоже заметил разный цвет камней. — Все хорошо, Олеж, — улыбнулся ему Сережа, сжимая чужую ладонь с камнем. — Не важно, что мы на разных отделениях. Это ничего не меняет, слышишь? Никто и ничто не помешает нам дальше дружить, я позабочусь об этом. Веришь? Олег робко улыбнулся ему, абсолютно не слыша поднявшийся вокруг гул и крики. Он смотрел только на своего лучшего друга, который хотел оставаться его другом и дальше, несмотря на то что их разлучают. — Верю, — ответил Олег. И действительно верил своему упрямому, всемогущему хорсичу. Они действительно все смогут дальше вместе.