Все только начинается

— Пизда рулям, — пронеслось по пиццерии Фредди Фазбер под покровом ночи. Не совсем ночи, но время близилось к двенадцати. Майкл прикрыл дверь служебного входа и прошел вглубь помещения, к охранной. Внутри было какое-то странное и липкое чувство, но парень точно знал, что его кошмар произошел не здесь. В другой точке, хоть они и были похожи в своих интерьерах, некоторых деталях. Он с тех пор не заходил в пиццерии. Не заходил бы и до конца жизни, если бы не надо было искать работу после отчисления из школы. После выкидывания оттуда, так сказать. Юноша интуитивно двигался по коридорам, окутанным мраком, и в конечном итоге дошел до комнаты охраны. Фонарик, маска, планшет с камерами и антураж всеобъемлющего детского пиздеца. — Боги, я в низкосортном хорроре. Констатировал факт себе тот под нос и опустился в кресло, оглядываясь вокруг. Конечно, до него доходили байки о том, что эти черти ночью ходят. И конечно он знал некоторые причины. Кто-то из них был запрограммирован на хождение, кто-то запрограммирован на агрессию к лицу, что совершало криминал. И Майкл тогда был в небольшой вероятности опасности, ведь в базе данных полицейских висит его дело, а может и нет. Телефон зазвонил. По коже пробежались мурашки, хотя Афтон просто задумался. На этой работе нельзя отвлекаться, но звонивший думал, кажется, по другому. — Алло? Алло-Алло? — раздался в трубке достаточно бархатный голос. — Разве можно провести инструктаж по телефону? Одна деталь была забыта. Майклу не провели инструктаж по работе, а просто сказали…идти работать. Пиццерия Фредди Фазбер не лучшее рабочее место, не только потому что можно оказаться мертвым, но и потому что можно оказаться мертвым из-за отсутствия инструктажа. — Его можно провести как угодно, главное уметь это делать. Я могу сейчас приехать и рассказать все словами, но боюсь, ехать в пиццерию ночью плохая идея. В любом случае, звонок лучше, чем записанное сообщение, как показал мой опыт. Люди наутро спрашивали «Какого хуя?» и злились, что я не позвонил лично или не приехал. Скажем так, девять из десяти охранников были недовольны. Последнему удавалось уловить меня на моей смене. Не суть дело. Я все еще не представился. Обычно они называют меня мудаком или Телефонным Парнем. Но я был бы не против, если бы ты называл меня Марти. Или Скотт. Или скот. Или этот, я на все в общем-то отзываюсь. — Мне точно позвонил не секс по телефону? Просто там есть такая же опция выбора имени, — Майкл закатил глаза и зажал трубку между ухом и плечом, вглядываясь в темный коридор, гул вентилятора и абсолютную тишину за пределами охранной комнаты — За секс по телефону беру отдельную плату, сладкий. Боюсь, Мистер Афтон не покроет тогда мои услуги, но… — К делу. — Ах, да, прости. Поэтому я и записывал сообщения, потому что в них я не могу поговорить, а даю четкую информацию, но людям нужен собеседник и ответы на вопросы. На какие я так ни разу и не понял, но наверно у меня просто красивый голос. Кстати, о голосе! Как ты мог заметить, сейчас ты слышишь только меня, вентилятор и скорее всего ничего. Это, конечно, хорошо, но когда начнешь слышать абсолютно ебанутые звуки шагов, смеха и прочую поебень, то не бойся. Это всего лишь аниматроники гуляют по пиццерии. Они могут зайти к тебе, посчитать тебя за пустой эндоскелет или, если ты сидел, то могут и копов вызвать? Мистер Афтон не сильно вдавался в подробности этой системы работы роботов, но знай, что если они придут, то у тебя есть одна из голов Фредди, а также фонарик. Отпугивай лису фонариком, Фокси слишком умен. Хотя, я думаю, ты знаешь их работу, ты же еще и механик, разве нет? Напомни-ка свое имя, пожалуйста. — Майк, — голос дрогнул. Конечно, Майкл и Майк почти одинаковые имена, но репутация детоубийцы была так себе. Еще и в месте, где эту историю знают все, да и в методичках о том, как не стоит играть с аниматрониками этот случай есть, — Шмидт. Майк Шмидт. — Шмит или Шмид? — Оба варианта. — Пиздец у тебя, а не фамилия, хотя, то, что механик в целом есть, тоже пиздец. Обычно этой работой занимался Мистер Афтон, потому что он мало кому доверял свои творения. Уверен, он любит их больше своих детей, — небольшая пауза на том конце провода, — оставшихся детей. Но ты наверно неплохой парень, раз тебе доверились. Я даже не знаю, что еще я могу рассказать про эту работу. Бей и беги, если увидишь какую-то хуйню, но бежать тебе некуда, а бить — дорого стоит. Свети фонарем и скрывайся от аниматронников в голове. Но не от Фокси, в Фокси хуярь фонарем. Повисло небольшое молчание. Майкл проверял камеры, свет, звук, вентиляцию, да и все, до чего мог дотянуться. Конечно, устроиться на диванчике в другом конце комнаты было бы очень замечательно сейчас, но не на этой смене. — Марионетка! — крик в трубке напугал Афтона намного сильнее, чем пропавший с камер Бонни, — Ее надо заводить. Где-то через планшет можно это сделать. Она умна, она слишком умна, даже умнее Фокси. Или этот лис просто такой же, как и остальные аниматроники, а я питаю к нему нежные чувства. Вообще, они все двигаются по разным траекториям, но если ты примешь мой голос за гул вентилятора, то даже привыкнешь и будет проще. Возможно, было бы еще проще, если бы они не двигались от слова совсем, но почему-то это сделать нельзя. Странные создания, честно говоря. То ли запрограммированы, то ли ловят воров, тогда я не понимаю смысла своей должности, либо одержимость демонами, душами и далее по списку охотника за нечистью. — Одержимость…кем? —Афтон поперхнулся и перевел взгляд на коридор. Кажется, он действительно попал в низкосортный хоррор. — Да не парься. Лишь слухи. Говорят, в этой пиццерии пропадали дети, а по слухам их тела были внутри аниматроников. А потом и оттуда пропали. Было ли это в этой пиццерии и было ли это на самом деле доподлинно неизвестно. Но тела не нашли, убийцу или вора не нашли, да и живых детей тоже не нашли. Дети Шредингера, так сказать, — Майкл предполагал, где дети. Майкл знал, что сделали с детьми. Майкл тогда очень долго пустым взглядом смотрел в стену, когда услышал правду. Уильям же вел себя как обычно, — Говорят, что именно поэтому пиццерия держится по ночам в холоде, чтобы трупы не начали гнить раньше времени, но сколько лет прошло? А отопление так включить по ночам и не могут. Благо, все не так холодно. В общем, все мстительные духи выветрились программой, я думаю. Ты главное не переживай, они не будут мстить прямо тебе, но все-таки к себе их лучше не подпускать. Были случаи, когда они не очень дружелюбно относились к людям. Несчастные случаи, как тот укус паренька. Вроде бы сын мистера Афтона это сделал со своим братом. Роботы дружелюбные, сами по себе, но программа говорит им шляться, где попало и хуи пинать по ночам. Мечта, а не жизнь, я тебе скажу. Я бы сказал, что и работа легкая, просто несколько часов сидишь и смотришь в камеры, но эти хуйлуши могут напугать сильно. Стеклянные глаза, улыбки, детский вид, хотя мы в детском заведении. А в условиях темноты и тишины, становится еще более жутко. Практически эффект зловещей долины, но хвала тому человеку, что придумал животный дизайн, иначе такой человеческой модели мы не выдержали. Ты не заснул случаем? — Ты сам сказал слушать тебя, как радио и сосредоточиться на работе, — собеседник мог почувствовать, как глаза Майкла закатываются и тут же возвращаются к работе. — И даже никаких вопросов? — Они ходят, от них надо скрываться и прогонять, марионетку заводить, духов выветрить, а байкам о пиццерии не верить, я все правильно понял? А еще не бояться. — Не все байки являются байками. Та история, когда парню откусили голову - правда, да и пропавшие дети тоже правда. Вырезки из газет в архивах тебе в помощь. Вообще, наш разговор записывается, но уверен, его никто не прослушает, ибо я очень достаю людей. — Это правда. Марти опешил и рвано вздохнул в трубке. Не стон или всхлип, а слишком театральный вздох. — Я и оскорбиться могу! Не важно. В общем, если открывать свод законов и смотреть их все, то рано или поздно мы соберем бинго. Думаю, у всех компаний есть такие скелеты. Скелеты есть и у людей, и в их шкафах, так почему бы не быть им в компаниях? Чего стоит одна лишь подземная локация в одной из закрытых точек. Вот там работать весело, потому что все, что может тебя напугать, находится там, куда не стоит открывать дверь и куда нельзя спускаться. А так, просто охраняешь ресторанное помещение и отдыхаешь. Безумно странное место, но боссы с ним ничего не делают. Возможно, это все связано с делами, что там происходили, но свод законов я забыл, так что, точно сказать не могу. — Ты всегда так много говоришь? Времени прошло немного, но то количество информации, что я услышал. Даже не знаю, болит ли у меня голова от ее количества или от непривычности этой работы. — А я говорил, что я невыносим. В любом случае, диалог в реальном времени лучше, чем записанный. Так можно хотя бы сказать собеседнику, что тот тебя заебал. — Ты меня заебал. — Какой же ты грубый, Майки. В любом случае, тебе нужны силы, чтобы терпеть меня утром. И трубку сбросили. Также легко, как и ввели в диалог. В безумно долгий практически односторонний диалог. Даже конструкции красивых отговорок не понадобились, настолько легко Марти отделался. Афтон бросил взгляд на часы. Прошло чуть более часа или около того. Ночь его ожидает долгая и скучная. «Приходите работать в пиццерию Фредди Фазбер» гласила реклама на улицах и в интернете, — Здесь вы будете в безумно странной опасности без шанса сбежать. Ваши работодатели о вас позаботились, даже чайник нигде не поставили! Да даже дверь не поставили, — добавил Майкл вслух и посмотрел вправо. Что, могло бы послужить ошибкой, но вовремя спасло ему жизнь. Или потратило пару десятков нервных клеток. Из вентиляции на него смотрели зеленые глаза. Самые невинные, если бы они не находились бы со своим хозяином здесь. Афтон нацепил маску. Будто это должно было сработать, но если боссы посчитали, что это должно обмануть робота, с распознаванием лиц, то так оно и будет. В любом случае, забинтованные руки не являются лицом и никак не могут повлиять на эту функцию аниматроника. В голове же человеческой все еще мелькали вопросы зачем и нахуя эта функция нужна роботам. Ответом же являлась история о пропавших детях и еще паре десятков других случаев смертей в этой компании. Майкл опер голову, свою и чужую, на руку и продолжил вглядываться в фигуру голубого зайца, что вылезал из вентиляции. Какого черта они такие большие и какого черта их траектория там забыла? Афтон младший научился отвечать на такие вопросы так: «Пути Уильяма Афтона неисповедимы, а значит, проще забить хуй и принять как истину». Бонни смотрел на него. В абсолютной тишине. Возможно, его механический мозг работал бесшумно, а возможно его и вовсе не было. Заяц развернулся, скрипнул и удалился с тяжелыми шагами в темноту пиццерии. В целом, Майкл мог бы оставаться дальше в маске Фредди, но Марионетка, потребность светить фонариком, незажившие раны и внезапный страх помешали этому. Будь юноша честен с самим собой, он бы сказал, что страх не был таким уж совсем внезапным. Со смерти его младшего брата прошло несколько лет, но в голове все еще стояли образы и воспоминания того момента. Как все было окружено виньеткой маски, которую он тогда носил. Возможно, это и заставило Майкла отбросить маску Фредди и отъехать на стуле к стене. Настолько, насколько это возможно. Жалкая картина. Афтон глубоко вздохнул и поморгал пару раз. Это помогло ему вернуться в реальность офиса, гула вентилятора и шагов где-то вдалеке. Он сам считал себя жалкой картиной, если говорить честно. Эта работа не такая уж скучная, на самом деле. Она роется в старых ранах парня, расковыривает их ножом, а это всего лишь за прошедшие три часа от смены! Время либо летит с абсолютной скоростью, либо тянется бесконечно долго. Неужели, его воспоминания и мысли заняли пару часов? Майкл встряхнул головой, вновь отгоняя подступившую мысль. Он вернулся к работе. Пробежался по камерам, коридорам и завел чертову Марионетку. Здесь определенно не хватало радио, но оно бы звучало очень жутко в антураже аниматроников-неопасных-но-до-пизды-страшных-ночью-убийц. И кажется до Майкла дошел смысл работы Марти. В любом случае, остаток смены Афтон провел крайне уныло. На охоту вышло всего лишь пару штук, ведь, походу к нему лишь присматривались. Они просто не знали, что успеют присмотреться к юноше днем, когда тот будет проводить диагностику.