Темная сторона

*** — Лина... Боже... я не могу поверить, что эти стервятницы сделали это с ней. Лина, прошу открой глаза. Откуда-то отдаленно слышался голос Мики, я хотела открыть глаза, посмотреть не чудиться ли мне это? Но не могла. Тело изнывала от боли, казалось каждая клеточка моего тела была безумно слабой, и не могла бороться и даже сопротивляться тому, что я чувствовала. Внутри я кричала. «Я здесь. Со мной все хорошо!» А снаружи, не могла и шевельнуться. Меня как-будто заперли на ключ, и как бы я не стучала и не звала на помощь. Никто не слышал. — Прошу, открой глаза, Каролина Россель. Ты мне очень нужна. Прости за всё, что наговорила. Прости, за все, что натворила. Прости, прости, прости. Ты не знаешь, сколько раз я жалела о тех сказанных мною словах. Мне безумно жаль, Лина, правда. Открой глаза уже, пожалуйста. Мы почти доезжаем до больницы, слышишь? С тобой все будет хорошо. Я обещаю. А ты знаешь — свои обещания я всегда держу. С огромными усилиями, я раскрыла свои сонные веки. Перед глазами все плыло. Голова раскалывалась на части. Кто-то поднял меня руки. Господи... в этот момент, я была уверена, в том, что ты есть. Потому что видела лицо человека, о котором совсем забыла, о котором совсем и не знала. — Брайн... У меня были галлюцинации? Как иначе это можно было объяснить? Его угрюмый тяжёлый напряжённый взгляд смотрел куда-то в другую сторону. Не на меня. А руки, крепко хватались за моё тело. — Не в ту палату! Голос Микаэлв громко отдал по всему моему мозгу. — Да, Холт. Я расскажу тебе обо всем, как только ей станет лучше. Может она сама расскажет. Разговоры обрывками продолжали до меня доноситься из «пустынного коридора». Но я ничего не могла разобрать. А то, что удавалось услышать путало моё сознание ещё сильнее. — Что?! Она не кушала? Куда ты смотрел в это время, Рус?! — На неё, в отличии от тебя! И я снова погрузилась в умиротворяющую тишину. *** — Как я здесь оказалась? Руслан и Микаэла быстро подняли свои взгляды и подбежали ко мне. — Боже... — пробормотала Мика, — мы безумно испугались. Руслан фыркнул, бросив на неё свой раздражённый взгляд. — Да что ты? Ради того, чтобы ты здесь оказалась её чуть ли не избили. Микаэла не ответила, и вместо этого виновато смотрела на меня. — Как ты себя чувствуешь? Руслан сел на соседний стул, рядом со мной. — Нормально. Только бок чуть побаливает и голова кружится. Очень сильно. Не могу вообще думать. Микаэла бережно обняла меня, и я облегченно вздохнула. Дверь в палату открылась и я снова увидела знакомый силуэт. — Ты пришла в себя. Это был не вопрос. Я не веря тому что вижу, изумленно покосилась на него снизу вверх. — Откуда ты здесь? Вопрос вырвался сам по себе. Мне кажется я не контролировала то, что говорит мой рот, или только что изображает моё лицо. Брайн устало улыбнулся и тоже сел рядом со мной, но с другой стороны от Руслана. — Это сейчас неважно. Ты как вообще? — Нормально. Я пожала плечами, и по всей комнате отдался хруст. Боже. Ничего ужаснее, со мной ещё не случалось. — Черт, — выругалась Мика, — медсестра сказала, что как только ты придёшь в себя, нужно сделать рентген. Если они тебе, что-то сломали, я им их головы сверну, даю слово. — Не нужно, — отшутилась я. Брайн взял мою руку. Это было неожиданно. И в испуге, я попыталась отдёрнуть, но он не позволил. — Что это? Я нахмурилась и пригляделась к месту о котором он говорил. И не могла поверить своим глазам. На моем запястья был порез. Тонкий, прямой, алого оттенка. — Я... я не знаю, что это. Его ладонь скользнула по моему лицу. Тёплая, убаюкивающая. Мне просто захотелось закрыть глаза и снова погрузиться в блаженный сон. — Он не глубокий. Всё будет хорошо. — Так... — Руслан глянул на нас со странной улыбкой, — это что ещё такое? Микаэла закатила глаза. — Вы же даже не знакомы. Чего ты к ней липнешь? Его взгляд продолжал оставаться хмурым. — Как ты меня нашёл? — спросила я, пока он осматривал мою шею, приподнимая пальцем подбородок. Он слабо улыбнулся. — Долго рассказывать. Я хмыкнула. — Ты уже второй раз так говоришь. — Правда? Я не заметил. Я сощурила взгляд и перевела своё внимание с Брайна на Мику и Руслана, которые смотрели на нас как на пациентов психбольницы. — Что ж... если ваш лавли диалог закончился, то может вспомните о реальном мире? Его взгляд был обращён ко мне. — Тебе нужно сходить на рентген. Я зажмурилась и похныкала, как малый ребёнок. — Родители знают? Мика покачала головой. — Пока нет. Я облегченно вздохнула. — Им нельзя знать. Брайн устало откинулся на спинку стула. — Ты уверена, что это будет правильно? — спросил он. Я пожала плечами, всё ещё глядя на Мику и Руслана, который был совершенно против моих слов. — Я просто не хочу, чтобы они волновались. Вот и всё. У них за последние дни, и так чуть ли не нервный тик начинается. Микаэла вышла за дверь палаты. Руслан отмахнулся. — Забей, она чувствует себя виноватой. — Почему? — Потому что виновата, наверное. Я бросила на него раздражённый взгляд, Брайн усмехнулся. Я обернулась в его сторону. — Так как ты нашёл меня? — По запаху. — Может хватит отшучиваться? Брайн бросил свой двусмысленный взгляд на Руслана, и тот вышел из палаты вслед за Микаэлой. Выражение лица Брайна поменялось как по щелчку пальца. Стала более серьезным, более угрюмым и сосредоточенным. — Что такое? — не выдержав, спросила я, — что-то случилось? — Ничего плохого. Наверное. Сплошная банальщина, уверена, что хочешь знать? Я очень самоуверенно кивнула. — Хочу. Он на секунду задержал свой взгляд на моих губах и резко отвёл. — В тот день когда мы встретились, я подвёз тебя, и вернулся домой, — он почесал одним пальцем бровь, — после чего, мне позвонил Вильям и рассказал о том, что подвёз до дома, и твою сестру. — Стой. Микаэлу в тот день не арестовали? — Что? Оказалось, нет. Она уехала, как только поняла, что ты не останешься на тусовке. Мысли о произошедшем не давали мне покоя, я вспоминал тебя каждый день, Каролина. Мне нужно было узнать, что с тобой. Или... по крайней мере, я себя в этом убеждал. За некоторое у меня получилось найти телефонный номер Микаэлы, и я приехал в школу, где мы с ней встретились. Мы искали тебя повсюду, но нашла Микаэла... дальше ты уже всё знаешь. — Мда... Вы меня нашли не в самый подходящий момент, я бы сказала. Он двусмысленно вскинул брови. — Я бы сказал иначе. Я улыбнулась. — Так... зачем ты в самом деле искал меня? Он отвёл свой взгляд в сторону. — Я тебе понравилась, да? — Тебе шестнадцать, мне девятнадцать. Думаешь, я бы стал? — Это что было оскорбление? Или скорее дискриминация? Я согнула одну бровь и скрестила руки на груди. — Это реальность, — легко ответил он, — просто реальность, Каролина. Я сделала глубокий вдох носом, и задержала дыхание. — Но зачем-то ведь ты искал меня? Это ведь не «просто так»? Верно? На всё есть причины. Он наклониться ближе. А я приподняла свои коленки к себе, вместе с одеялом. — С тобой всё хорошо. Это единственное, что мне нужно было знать. Я хмыкнула. — Не правда, Брайн. Не единственное. Ты меня даже знаешь ведь. Почему волнуешься? — А ты почему доверяешь? И снова его ответ, а точнее вопрос, поставил меня в тупик. Я провела ладонью по еле заметной щетине на его лице, и он казалось, окаменел. Не шевелился, даже словно, не дышал. Глаза застыли на мне и проходились взглядом по моему лицу. — То есть я маленькая, значит, да? Он не ответил. Я отдернула ладонь, и он бережно схватил меня за запястье. — Поправляйся. Выпустил также резко, будто уговорив себя и вышел из палаты, без каких-либо признаков своего пребывания здесь. На секунду, я даже засомневалась был ли он вообще реальным, потому что происходящее — точно нет. Минут двадцать я просто лежала, смотрела в потолок и приходила в себя. Затем зашли, Руслан с Микаэлой, и повели меня на рентген. Мне показалось меня просканировали просто со всех сторон, и всех и снизу, с боку, с краю. — Переломов нет, — озвучила медсестра, — лёгкие ушибы. — Слава богу, — вздохнула Мика, и мы поехало, наконец, домой. Всё происходило на каком-то автономном режиме. Мне не хотелось говорить, и двигаться было лень, аппетит все равно не возвращался, и спать не тянуло. Не знаю, чем это можно было назвать. Но определённо, чем-то не хорошим. — Мика, — произнесла я, повернув свою голову в её сторону, пока мы ехали на заднем сидении такси. — Ммм? — Ты до сих пор злишься на меня? — Каролина, — вздохнула она, убрав волосы с лица назад, — это ты должна злиться... Я нахмурила брови и бросила на неё вопросительный взгляд. — В каком смысле? — В таком вот. Давай потом обо всем этом поговорим. Пускай тебе сначала станет лучше. Ты и так в полуобморочном состоянии. Ладно? Я кивнула. Выбора особого все равно не было. Мы доехали до моего дома, и Микаэла помогла подняться мне в свою комнату. Родителей, к счастью, не было дома. Я об этом знала. Мама заранее предупредила, что она сегодня поедет смотреть помещение для своей художественной мастерской, а папа, конечно же, был на работе. — Кстати, я не знала, что ты тогда ушла с этой вечеринки в ту ночь. Микаэла весело фыркнула. — Что мне там делать без тебя? Я весело вскинула брови. — Думаешь, одной резать вены было бы скучно? Её выражение лица мгновенно поменялось и стало томным, взгляд тяжёлым. — Ты считаешь я собиралась резать там себе вены? Ещё тебя за тобой притащила? И все ради этого? Лина, ты... как ты могла в эту бредятину поверить?! Мои глаза раскрылись от шока, но я не смогла ничего вымолвить. Сил почти не оставалось. Подвигать пальцами и то с трудом выходило. Я легла на свою кровать, откинув подушку назад. — Я рада, что это всё мне всего лишь показалось. Правда. Из уст вырывался усталый вдох. — Я посплю, ладно? Спасибо, что довела. — Дд-да не за что. Если что, звони, я приду, хорошо? — Угу... позвоню... да. Мои глаза захлопывались, сознание мутнело, и все тело погружалось в такое божественное тепло, в то время, как каждая клетка покалывала, и я уснула. Я проснулась уже поздно вечером. Мама в это время, как раз управлялась с ужином и позвала меня вниз поесть. — Я хотела разбудить тебя ещё в обед, когда вернулась, но ты спала так крепко, как будто во сне и померла, — озвучила она свои мысли. Я пожала плечами. — Просто устала сильно. Ничего такого. Мама поставила передо мной тарелку с панкейками, а рядом кленовый сироп. Прямо, как я люблю. Ужинать завтраком — это, что-то на идеальном. — И погода такая сегодня целый день была, что только и тянет на сон. — Угу, — я кивнула. — А где папа? — спросила я, неожиданно для себя. — Снова работа. Ему нужно было срочно уехать в Бостон на пару дней. — Ааа, — протянула я, с забитым ртом. Это было не впервой, поэтому я даже особо не удивилась. Но страшно каждый раз. Всё таки, у папы такая работа. Опасная. В нашу дверь, кто-то позвонил, и я помчалась открывать. — Микаэла! Я бросилась на шею подруги, уже будучи полной сил, окрепшая, выспавшаяся и поевшая. — Ух ты! Рада, что тебе стало лучше, — улыбнулась она из порога. На ней был красный шарф от гуччи, синие облегающие джинсы, белых свитер с алой кожаной курточкой и длинные чёрные сапоги. — Ты свободна? — спросила она, и я заморгала. — Эээ, да. Ты сама то пройти не хочешь? У нас дома панкейки есть, кленовый сироп, всё как мы любим! А... или ты снова на диете, конечно. Мика милосердно улыбнулась. — Нет уж. Хватит с меня диет. Я не хочу свою оставшуюся жизнь лечится от РПП и заболевание желудочно-кишечного тракта, и всё просто потому что... даже не ответа нет, видишь? Но это всё неважно. Лина, я... я хотела поговорить с тобой. Я нахмурила брови. — Наедине, — продолжила она, и я кивнула, схватив с порога свою куртку. — Мааам! Я вернусь через 40 минут! — Но ты не поела до конца! — крикнула она в ответ. А потом прошла к ней в столовую комнату и объяснила, всё как есть. Мы и Микаэла шагали по улице нашего города. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она. Я пожала плечами. — Свежа как огурчик. Ты сама как? Она бросила на меня насмешливый взгляд. — Брось. Что со мной может случится? Огни горели, как и всегда. Из некоторых ресторанов доносилась живая музыка. Французская кажется, потому что одну из них я узнала. Она была из одного мультика, который я смотрела в детстве «Рататуй» кажется. — Так о чем ты хотела со мной поговорить? — Извиниться, Лина. Я виновата во всем, что случилось с тобой за последние дни. Мне жаль. Очень жаль правда. Я не знала, что ответить. Её слова застали меня врасплох. И я... я совсем не считала её виноватой. На каком-то инстинктивном уровне, мне это казалось неправильным. Неправильным винить её. — Не будем мусолить одно и тоже, ладно? — Но я виновата, не будем на это тоже закрывать глаза. — Окей. Не будем. Что дальше? Микаэла остановилась, и я вслед за ней. — Я переезжаю. В другой город, который находится на другом конце земного шара, и очень скоро. Мои глаза распахнулись от шока, а губы приоткрылись. Пальцами левой руки, я ущипнула себя другую руку. Это был не сон. По коже пробежала дрожь. — Что за...! Но Микаэла...! Это так. Так невозможно. Почему? — Отцу предложили работу. Очень хорошую. Выгодную. И он согласился. — И когда ты об этом узнала? — Пару дней назад. Я кивнула, всё ещё не веря, тому что слышу, тому, что она говорит. — И это уже точно? Микаэла смотрела на с глазами полными печали и грусти. — Точно. Мы обнялись, и не сумев сдержать себя начали плакать. — Есть скайп, верно? Слезы катились по моим щекам. — Мы будем общаться каждый день. — По телефону. — По компьютеру. — По видеозвонку. — 24 часа в сутки. — 365 дня в году. — Ты ведь моя лучшая подруга, — взмолилась я, подняв свой взгляд к небесам. — Ты моя любимая сестра... Мы всё решили и обговорили, мы знали точный часовой пояс каждого из наших городов, знали, в какое время мы оба будем свободны. Мы подготовили всё. Но у судьбы оказались другие планы. Первые месяцы, после того, как Микаэла уехала, мы продолжали общаться, говорили каждый день, и по скайпу и по обычному звонку. Затем добавились экзамены, у неё появились новые друзья. И звонки стали всё реже, и ещё реже, и прекратились совсем. Через год. Мы совсем забыли о существовании друг друга, как будто и никогда и не было нашей дружбы. Как будто и никогда не было нас. Всего не стало. Ещё через год, я и Руслан поступили в университеты, в другом городе. В городе, в котором находилась Микаэла. Но это уже не имело значения, ни для неё, ни для меня. Я поступила в один из лучших университетов в « AwardChaishen» на журфак, а Руслан на вышку, в юрфак. Жизнь без родителей казалось будет веселой, но на деле всё оказалось не так просто. Да, родители купили мне квартиру, и оплачивали мне её, но на свои ежедневные расходы я зарабатывала сама, подрабатывая в кофейне, в свободное время и также нанятым ассистентом, одного из главных редакторов журнала “YOU SHINE”. Жизнь продолжалась несмотря ни на что. Всё шло своим чередом.