Один день изменивший всю мою жизнь

Остаток дня я провела в своей комнате. Перед сном — душ, короткий перекус на кухне и обратно — в кровать. Вырубилась мгновенно. Проснулась рано, но, к счастью, отдохнувшая. На часах было 5:30 — время с запасом. Я потянулась, поднялась с постели и направилась в душ. Теплая вода помогла окончательно проснуться. Примерно через двадцать минут я была уже в форме Варии и направлялась на кухню. К моему удивлению, в такую рань там уже был Луссурия. Он как всегда что-то старательно помешивал у плиты. Я поздоровалась и с интересом заглянула через его плечо. — Луссурия, что ты делаешь? — Завтрак, конечно, — ответил он, даже не обернувшись. — Поделишься? — состроив максимально милую рожицу, спросила я. — Как только всё будет готово — пожалуйста, присаживайся, Рико-чан! — с привычной для него мягкой улыбкой ответил он. Я заняла место за столом и дождалась, пока он принесёт еду. Луссурия поставил поднос с аккуратно разложенными тарелками, сел рядом, и мы начали есть. — Вкусно! — пробормотала я с полным ртом, не скрывая удовольствия. — Ой, правда? Я так старался! — с заметным смущением ответил он. — Тебе бы лучше поваром стать, а не мафиози, — пробормотала я себе под нос. Но Луссурия всё услышал. — Ну, теперь уже поздно что-то менять, — слабо улыбнулся он, но в голосе слышалась грусть. — Ясно, — коротко ответила я. Мы доели в тишине. Я уже собралась встать, но его голос остановил меня. — Рико-чан… с Белом всё в порядке? Он в последнее время какой-то… странный. — Не знаю, — ответила я, резко, без настроения. — Вы ведь… ну, между вами ничего не было? — он говорил осторожно, будто боялся задеть. — Нет. И вообще, с чего ты взял, что я что-то знаю? — нахмурилась я. — Просто ты ближе к нему, чем кто-либо. Подумал, вдруг ты замечала что-то… — Прости, но я ничего не знаю, — оборвала я. — У меня миссия. Пока. Я вышла, не оглядываясь. Время — без десяти семь. До сбора оставалось чуть-чуть. Я прошла в гостиную, увидела диван и решила немного посидеть… или полежать. Только прикрыла глаза — и провалилась в сон. Проснулась я от ощущения тёплого, мягкого прикосновения к губам — будто кто-то осторожно целовал меня, стараясь не разбудить. Я открыла глаза… но никого не увидела. Комната была пуста. Наверное, просто приснилось — но странно, как реальным был этот сон. Я перевела взгляд на часы. Полдевятого. — Что?! — вырвалось у меня. Мы же должны были выехать в семь! Почему никто не разбудил?! Но как только я собралась вскочить, в комнате раздался знакомый голос: — Шишиши, проснулась, принцесса? У входа стоял Бел — с привычной улыбкой, будто всё под контролем. Я опустилась обратно на диван, сдерживая раздражение: — А почему ты меня не разбудил? У нас же миссия. — Просто не решился нарушить такой сладкий сон моей прекрасной принцессы, — с притворной галантностью поклонился он. — С каких это пор ты стал добрым? — прищурилась я, подозревая подвох. — Шишиши… просто я в предвкушении сегодняшнего вечера. Будет весело. — Его глаза чуть сузились, в голосе послышалась игра. Он подошёл ближе и протянул руку, подавая знак следовать за ним: — Утренние приготовления я уже завершил. Сейчас поедем в город — подготовим тебя и заодно меня. А потом, к четырём, приём у одной весьма влиятельной семьи. Там мы получим нужную информацию… если, конечно, нас не опередит один иллюзионист. Точнее, не совсем иллюзионист. О нем известно мало — но то, что он опасен, факт. И да, он тоже будет на приёме. С этими словами он вышел, не оборачиваясь. Я встала и пошла следом, чувствуя, как всё внутри замирает: миссия. Ответственность. Опасность. Но и… волнение. Во внутреннем дворе у ворот стояла роскошная белоснежная машина. Бельфегор, не теряя времени, сел за руль. Я устроилась рядом — и на секунду забыла, как дышать. Салон был словно из глянцевого журнала: мягкая кожа цвета топлёного молока, изящные линии приборной панели, приглушённый аромат чего-то дорогого. Я боялась даже двинуться — как будто любое неосторожное движение оставит на этом идеале след. — Расслабься, — усмехнулся Бел, уловив мой взгляд. Он завёл мотор — и машина мягко загудела. А затем… Давление в грудь, мгновенный толчок — и я вдавилась в сиденье, когда спидометр стремительно перешагнул отметку «200». Я вскрикнула, сжав ремень безопасности, но Бел только шире улыбался, словно наслаждался каждой секундой разгона. К счастью, поездка длилась не дольше двадцати минут. Мы остановились у большого современного здания с зеркальными стенами. Я поспешно вышла из машины — и с облегчением вдохнула прохладный воздух. Моя первая мысль: «Слава богам, земля!» — Шишиши, мы прибыли. Здесь из тебя сделают настоящую принцессу, достойную принца вроде меня, — гордо заявил Бел, вылезая из машины. — Зачем? — нахмурилась я, глядя на здание. — Какая же ты глупая, — с притворным вздохом покачал он головой. — Я же говорил: сегодня приём, а рядом со мной должна быть достойная пара. А не… это. — Он сделал широкий жест в мою сторону. — Ты показал на всю меня. — Я скрестила руки на груди, прищурившись. — Вот именно. Сейчас ты даже на обычную девушку не очень похожа. А тут из тебя сделают… ну, хотя бы что-то. — Он смерил меня взглядом, довольный своим «комплиментом». — Спросить меня перед этим не пробовал? — хмыкнула я. — А зачем? — Да уж, с тобой любой диалог — это удар по самооценке. Ладно. Что мне делать? — Просто иди за мной, шишиши, — усмехнулся он и направился к входу. Здание внутри было всё такое же вычурное, как и снаружи, но в этом безвкусии ощущалась уверенность — как у самого Бела. За стойкой регистрации стояла девушка с идеальной причёской и улыбкой, от которой хотелось съёжиться. Они с Белом быстро о чём-то переговорили, и он, не скрываясь, ткнул пальцем в мою сторону. Через секунду эта… представительница местной элиты уже направлялась ко мне. — Здравствуйте. Я Оюзава Тайга. — Её голос был слишком вежливым, чтобы быть искренним. — Эээ… Рироку. Можно просто Рико. — Попыталась улыбнуться, но вышло скорее криво. — Бельфегор-сан уже всё рассказал. Пройдёмте, пожалуйста. — Она повернулась и пошла, а я — обречённо за ней. Мы прошли через стеклянную дверь, и как только она захлопнулась, на меня налетела стая. Иначе не назвать — женщины, как сговорившись, облепили меня: одна что-то замеряла, другая дёргала за волосы, третья щупала ногти. Я попыталась возмутиться — но они уже волоком тащили меня к креслу. Усадили. Зафиксировали. Зафиксировали. — Эй! Вы что творите?! — в панике выкрикнула я, дёргаясь. — Рико-сан, расслабьтесь. Мы просто займёмся вами. — Словно речь шла не обо мне, а об экспонате. — Отпустите меня, пока я вам головы не поотрывала! — взвыла я, но получив в ответ милую, фальшивую улыбку, только злее стала. — Бельфегор-сан предупредил, что вы можете вести себя агрессивно. Поэтому крепления усилены. Вам не выбраться. Наслаждайтесь. — Да пошли бы вы вместе с этим вашим Бельфегором! — заорала я, но, разумеется, никто не отреагировал. Началось: ногти, кожа, волосы. Всё, что можно было теребить, резать, полировать — было тереблено, резано и отполировано. Когда они наконец закончили, мне подсунули целую вешалку с платьями. — Выберите то, в котором вы хотели бы пойти, — сказала одна из них, как будто я здесь по собственной воле. — Ненавижу платья. — Я смотрела на них с ненавистью и зевала. Тогда она подошла… и уколола меня. Без предупреждения. Резкая вспышка, туман… темнота.

…

Я пришла в себя стоя. Полуголая. Меня переодевали. Руки не слушались. Двигалась, как в замедленной съёмке. Я ничего не могла сделать. Когда они закончили, повернули меня к зеркалу. На меня смотрела девушка. Не я. Женственная, ухоженная, с мягкими чертами и волосами, уложенными идеально. На ней было приталенное платье цвета морской волны с V-образным вырезом, серьги и кулон с зелёными камнями, туфли на каблуках и — мать вашу — татуировка-бабочка на боку. Я должна была взорваться. Но нет. Я смотрела… и, чёрт возьми, мне это нравилось. — Красавица, — с искренним восхищением сказала одна из девушек. На моём лице появилась ухмылка. Это всё было бредом. Абсурдом. Насилием. Но выглядела я действительно чертовски хорошо. И, что хуже всего, стоять на каблуках оказалось… удобно. Дальше они меня несли почти как экспонат. Я даже не сопротивлялась. Это был вечер сюрпризов — и я чувствовала, что самое интересное ещё впереди. Бел не проронил ни слова, когда мы добрались до особняка. Лишь выскочил из машины первым, обогнул её и открыл мне дверь. Его жест был выверенным, почти машинальным — вежливость без эмоций. Я вышла, поправила подол платья и вскинула взгляд на здание. Особняк… казался странно знакомым. В памяти вспыхнули образы: высокий потолок с хрустальной люстрой, мраморные лестницы, приглушённый смех и... крики. Я резко мотнула головой, пытаясь отогнать наваждение. — Ты чего застыла? — отрывисто спросил Бельфегор, уже стоя у ворот. Он снова был холоден, будто между нами не было ни тренировок, ни взгляда в зеркало, ни… того поцелуя, в котором я на мгновение потеряла равновесие. — Всё в порядке, — коротко бросила я и направилась к нему. Каблуки тихо постукивали по плитке, каждый шаг словно напоминал, что я сейчас играю чужую роль. Мы вошли. Внутри — как в роскошной декорации: тихая музыка, деловые разговоры, улыбки, полные яда. Всё казалось нарочито идеальным. Бел шёл вперёд, уверенно, как хищник, ведущий свою жертву. Я — чуть сзади, будто тень. Он обернулся лишь однажды, кивнул в сторону одной из дверей: — Вон там состоится передача информации. После этого — цель. Ты справишься. Улыбайся. Мы — пара. Я чуть приподняла бровь: — А ты точно не перепутал роли? Он на секунду замер, будто сдерживая что-то, а потом наклонился к моему уху: — Шишиши… не забывай, кто здесь принц. И пошёл дальше. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри что-то сжимается. То ли злость. То ли интерес. То ли всё вместе. А особняк продолжал давить своей роскошью. И странным, глухим эхо из прошлого.