Жертва номер 13

Всю дорогу Джуниор думал о разговоре с Джонсоном. Его тяготили мысли о том, что он подошел к разгадке Амброзийского лиса слишком близко, хотя обнадеживало то, что не сам инспектор решил следить за Мастейном, а поставил за ним Дэвида. Так хотя бы он сможет убедить всех, что рыжий парень не представляет опасности и вообще никак не причастен к серии убийств в городе. Эллефсон прекрасно понимал, что не только нарушает закон своей привязанностью к Дэйву, но еще и предает всех своих коллег по работе. Но иначе было нельзя, ведь он искренне верил, что все его действия идут во благо, возможно, не всех людей в городе, но точно для Мастейна. В душе юноши теплилась надежда на то, что если парня и поймают, Дэйва не поместят в тюрьму, а хотя бы в психиатрическую больницу. Там не такие суровые условия для проживания, да и видеться с ним будет можно. Джуниор тряхнул головой, отгоняя от себя плохие мысли, стараясь не думать о худшем. Живот неприятно урчал от съеденного пюре, все-таки не зря Рон предупреждал его не есть эту жижу, но дома ждал пустой холодильник, так что выбора особо не было. Автобус подъехал к остановке, на которой юноша поспешно вышел. Пройдя несколько метров, он подошел к двери дома и набрал номер квартиры Дэйва, ожидая, что тот откроет ему дверь, однако, на звонок никто не отвечал. Эллефсон обреченно выдохнул, понимая, что Мастейн скорее всего спит. В последнее время он спал слишком много, что не могло не волновать Джуниора. Лишь иногда Дэйв становился чересчур активным, и то только под воздействием наркотиков. Он неоднократно предлагал юноше, но тот наотрез отказывался, ведь ему почти каждую неделю нужно было сдавать анализы в университете. И такой находке в его крови никто не был бы рад. Эллефсон поднялся на этаж, доставая ключи. Отперев дверь, юноша прошел в квартиру, в которой было слишком тихо. - Дэйв? Ответа не последовало, хотя парень всегда спал очень чутко и мог проснуться даже от шепота. Но сейчас в квартире стояла полная тишина. Эллефсон поспешно прошел в гостиную, предполагая увидеть на диване спящего Дэйва, но его там не оказалось. Обычно, когда юноша уходил на учебу, Мастейн лежал на нем, и когда он возвращался, то находил его в той же позе. Но сейчас диван пустовал. Джуниор направился в спальню, решив, что Дэйв нарушил свою традицию и пошел спать на кровать. Не найдя его и там, Эллефсон стал паниковать. Куда же он мог деться? Неужели решил пойти на охоту, но сейчас было слишком рано, да и вообще парень в последние две недели зависал исключительно дома. Юноша уже даже решил, что он насытился на некоторое время и ушел в затишье. Последнее время рыжий парень любил больше всего вести свои монологи о том, кто мы, все люди, что мы забыли на этой прогнившей планете, да и обо всех моральных ценностях мира. Эллефсон прикусил губу, начиная нервно перебрать все варианты, куда мог направиться Мастейн. Может на работу? Или в магазин? А может все-таки на убийство? Из раздумий Джуниора вывел телефон. Юноша тут же кинулся к аппарату, поднимая трубку. - Алло? - Джуниор, приезжай. - Дэйв? Где ты? - В полиции. Приезжай. - С тобой все в пряд-... Не успел юноша договорить, как связь оборвалась. Что это может значить? Неужели его поймали, когда тот совершил нападение? Нет, это бред какой-то, такого просто не может быть. Он же всегда так аккуратен, все старается спланировать, хоть это и происходит всего за несколько минут. Но больше в голову ничего не приходило. Тогда зачем Эллефсон должен приехать в отделение? Неужели он сдал его? Хотя это вряд ли, он бы не стал разделять свою славу с кем-нибудь еще. Но из него могли бы легко выбить показания. Юноша бегом вылетел из квартиры, с силой хлопнув дверью. Выбежав на улицу, он поймал такси, чтобы как можно скорее добраться до полиции. В голове все еще не укладывалось, что Мастейн сидит в отделении, на его руках застегнуты наручники, ему уже зачитали его права, в том числе и право хранить молчание. Возможно, он уже ждет своего назначенного адвоката, а Джуниор должен будет выступить в роли соучастника или свидетеля. Вот черт, он даже не успел убраться в его квартире, чтобы скрыть все следы преступлений. В морозилке лежат органы, в ванной не дотертые капли крови, и дневник на самом видном месте. Как только машина остановилась, Джуниор выскочил из нее, бросив деньги водителю, даже не дождавшись сдачи. Он за секунду преодолел лестницу, забегая в здание. Эллефсон подбежал к первому попавшемуся офицеру. - Мастейн... Дэйв Мастейн... - запыхавшись, произнес юноша. - Да, пройдемте. Мужчина наградил Дэвида смиренным взглядом, позвав его с собой в один из кабинетов. Эллефсон шел да ним, стараясь отдышаться от беготни. Пройдя в комнату, юношу ожидала такая картина: Мастейн сидел в наручниках, повесив голову, даже не обращая внимания на то, кто только что вошел. Офицер прошел за свой стол, многозначительно проводя пальцем по своим усам. Эллефсона стала напрягать эта затянувшаяся пауза, которая повисла в воздухе. - В чем дело? - стараясь выглядеть достойно, спросил Джуниор. - Мы задержали его при покупке наркотиков. Он попросил один звонок, на который он имеет право. - И что же мне делать? - Ну, вы можете заплатить залог или оставить его на несколько суток. Мастейн взволновано вскинул голову, смотря на Эллефсона, прожигая его синевой своих глаз. Парень явно не хотел проводить время в отделении, и показывал это одним своим взглядом. Его зрачки нервно сужались и расширялись. Юноша обреченно выдохнул, отрываясь от Дэйва. - Сколько? - Две тысячи долларов , и он свободен. Ему еще повезло, на руки товар он так и не получил. Дэвид чуть поперхнулся. Он рассчитывал на сумму поменьше и еще раз взглянул на парня, молящего своим взглядом, чтобы его выпустили. Юноша подумал о том, что, возможно, это было бы неплохим уроком для Мастейна посидеть некоторое время за решеткой. Однако, этот взгляд мог его заставить сделать все что угодно. Нехотя юноша залез в свой карман джинсов, доставая оттуда бумажник. Благо, его родители были достаточно обеспечены, и юноша мог носить при себе такую сумму, и даже больше. Отсчитав нужное количество, парень протянул деньги офицеру. Тот довольно ухмыльнулся, подходя к Мастейну, чтобы расстегнуть браслеты на его руках. Как только оковы спали, парень стал нервно тереть свои руки, которые успели затечь за несколько часов. Дверь в кабинет распахнулась. - Офицер Уильямс, вас там вызывают. - Да, конечно. Простите, я должен вас оставить. Джуниор коротко кивнул, давая понять, что все в порядке. Как только дверь за офицером захлопнулась, Эллефсона сжали крепкие объятия. Юноша застыл от неожиданности, чувствуя, как на него навалилось тело. Но не мог даже подумать о том, что Дэйв может обнять кого-то. Да и вообще чувствовать что-нибудь, кроме жажды смерти. Джуниор не знал, что ему делать в такой ситуации. Но Мастейн облегчил ему задачу, расцепив свои крепкие объятия. - Спасибо. - Да не за что... Я так испугался за тебя, - чуть смущенно произнес юноша. Он почувствовал, как его щеки запылали румянцем. Мастейн лишь хмыкнул, направляясь поскорее к выходу, Джуниор осторожно засеменил за ним. Теперь все было на своих местах. Дэйв, поняв, что избежал шанса сесть за решетку, чувствовал себя уверенно и шел с прямой спиной. Эллефсон держался чуть позади, смотря, как Мастейн поправляет свои длинные рыжие волосы. Из него выбился весь страх, который присутствовал в нем пару минут назад. Сейчас перед Дэвидом шел полностью уверенный в себе Дэйв, такой, каким он был в первый день их знакомства. Он вселял страх перед ним, возможно, такая встряска и была ему на пользу. Его разум, кажется, стал ясным, он вышел из пелены самообмана. Мастейн уверенно шел к стойке регистрации, чтобы подписать бумаги о том, что он свободен. Подойдя к ней, парня уже ждали ручка и отказ от претензий. Дэйв стал сосредоточенно вчитываться в содержимое, играя ручкой между пальцев. Джуниор повернул голову вбок, он увидел пару молодых полицейских, которые что-то обсуждали. Юноша прислушался. - Представляешь, за последнюю неделю, целых три убийства, - взволновано произнес один. - Да быть такого не может... - Я не знаю, это не человек, это зверь какой-то. - С чего ты взял, что один и тот же? - Орудия могут быть и разные, а вот криминалисты утверждают, что один и тот же. - Амброзийский? - А кто же еще? - Странно, что его еще не поймали. Все-таки, и не таких ловили. - Надеемся, что он скоро ошибется. Джуниор так увлекся их разговором, что и не заметил, как Мастейн закончил разбираться с бумагами. Он аккуратно толкнул парня в плечо, отчего тот вздрогнул. - Пошли. Парни поспешно направились к выходу, стараясь как можно быстрее покинуть здание. На улице была уже ночь. Небо было ясное, отчего улицу залил лунный свет. На небе уже зажглись первые звездочки, ночь обещала быть холодной. Как только они спустились по лестнице, Джуниор осторожно спросил. - Ты слышал, о чем они говорили? - Да. - Но как?.. - Это не я. Честно. - Так же честно, как ты забрал мой бумажник? Думал, я не замечу? Я-то думал, что ты искренне решил меня обнять. - Прости, - Дэйв достал коричневый бумажник Джуниора, протягивал его хозяину. - Так-то лучше. Смотрю, тебе такая встряска пошла на пользу. - Я не хочу так кончить, Джуниор. Это слишком мелко для меня. Сгнить в тюрьме; для меня это низко. Уж лучше смерть. - Но никто еще не заподозрил тебя, - тут юноша чуть осекся. Заподозрил, еще как заподозрил. Но юноша не стал говорить о догадках Джонсона Дэйву, он давно не видел рыжего в трезвом уме, а эта новость может пошатнуть его уверенность. - Тем лучше. Знаешь, пока я сидел там, в наручниках, я понял. Если хочется стать по-настоящему свободным, поистине неограниченным, я должен стать раскованным. - Что ты имеешь в виду? - Самое большое препятствие свободы, самым серьезным ограничением, является то, что я должен уважать права других. И тут я спросил себя, а кто же на самом деле эти другие? Вот как ты думаешь? - Ну, другие люди, кто же еще... - Нет, это не верно. Для тебя это другие человеческие существа. Так почему же убийство человека является более аморальным, чем другого животного? Свиньи, например. Неужели ты думаешь, что она дорожит своей жизнью меньше, чем человек? Так почему я должен выбирать, кого мне лишить жизни? - Но ведь убивать человека более безнравственно, чем свинью. - А кто нам говорит, что нравственно, а что нет? Что хорошо, а что плохо? В любом случае, я получу одинаковое удовольствие, когда буду есть кусок ветчины или убивать кого-то. Джуниор улыбнулся, смотря на Мастейна, который шел прямо. Казалось, что он вырос, он расправил плечи. Ветер чуть поднимал его рыжие волосы, изящно спадающие с его плеч. В голубых глазах была ясность. Джуниор чуть облегченно выдохнул. Вот он. Такой, каким и должен быть. Амброзийский лис вернулся.