Глава 22. кровь
1 июля 2022 г., 07:00
Конец мирной жизни, скрытой за магическими барьерами, начался во вторник в середине июня.
Вот что произошло:
Я сидел за ресепшеном «У Гордо», хмуро уставившись в график встреч. Пока я обедал, Крис принял несколько звонков и где-то напортачил. Он извинился и похлопал меня по плечу, сказав, что просто уверен в том, что я смогу разгрести весь бедлам.
Я недовольно пялился ему вслед, пока он возвращался в гараж, насвистывая так, будто ему было начхать на всё в этом мире.
Моё плохое настроение продлилось недолго. Келли вновь принёс мне обед, и мы сидели на тротуаре перед гаражом, ели и болтали о всяких глупостях. Мы не могли забыть об угрозах, нависших над нами, но мы вели себя так, будто забыли. Если бы я достаточно постарался, то мне бы почти удалось себя убедить в том, что всё в порядке.
Ярко светило солнце.
Воздух был тёплым.
На небе не было видно ни единого облачка. Если бы я достаточно внимательно присмотрелся, то мне бы удалось разглядеть блёклую полоску полумесяца, подвешенную где-то над нашими головами. Мы сидели так близко друг к другу, что плечо Келли прижималось к моему.
Он заявил:
— Я не хочу, чтобы ты продолжал спать в подвале. Тебе не нужно этого делать. У тебя есть собственная комната, Робби. Ты должен ей пользоваться.
— Знаю. Вчера Окс сказал то же самое.
— Наверное, тебе стоит к нему прислушаться. Обычно он знает, о чём говорит.
— Обычно?
Келли закатил глаза:
— Он Альфа. Ты же знаешь, какие они.
— Я тебя слышу! — крикнул Окс откуда-то из гаража.
— Замечательно! — закричал Келли в ответ. — Я хотел, чтобы ты услышал!
И я улыбнулся ему, потому что мог это сделать. Я чувствовал себя полностью в своей тарелке, и хотя всё было не совсем идеально, но мы могли бы притвориться. Мы могли бы представить, что мы просто два парня, которые постепенно сближались друг с другом, не беспокоясь обо всём, что их ждало впереди.
Все эти иллюзии развалились на куски через час после того, как Келли вернулся к патрулированию улиц.
Всё началось с Гордо.
Он говорил:
— Таннер, позвони миссис Уоррен. Скажи ей, что мы должны заказать запчасти для…
В гараже что-то рухнуло.
Я вскочил прежде, чем даже успел об этом подумать.
Я ворвался в дверь гаража. Гордо стоял на коленях, его планшет с разбитым экраном валялся на полу. Ведьмак прижимал здоровую ладонь к правому уху, культю — к левому, а его лицо болезненно кривилось. Его татуировки ярко сверкали и двигались: розы под вороном скручивали свои колючие лозы, когда птица склоняла голову.
Рико опустился рядом с ведьмаком на колени, положив руку ему на спину, и спрашивал: «Что происходит, что случилось, ты в порядке, ты в порядке, Гордо?»
Глаза Криса и Таннера горели оранжевым огнём. Я заметил, как во рту Таннера заострились клыки.
Окс стоял у одной из открытых дверей рабочего отсека, сверкая красно-фиолетовыми глазами и сжав руки в кулаки, его грудь быстро вздымалась и опускалась. Он медленно вдохнул через нос и выдохнул через рот, возвращая над собой контроль.
— Что такое? — спросил я. — Что случилось?
— Барьеры, — пробормотал Гордо. — Что-то попыталось пересечь защиту.
Ведьмак застонал, опустив руки и кивнув Рико, который помог ему подняться. Он аккуратно передвигался по гаражу, пока не оказался рядом с Оксом, глядящим на улицу.
— Северная сторона, — сообщил Окс.
— Ага, — промямлил Гордо, крутя шеей из стороны в сторону до тех пор, пока не раздался хруст. — Больно, Окс. Что бы это ни было, это больно.
— Сколько их?
— Не знаю. Не думаю, что нас атакуют. — Ведьмак снова скривился. — Но что-то не так.
— Ещё один Омега?
Гордо помедлил, прежде чем отрицательно мотнул головой.
— Нет. Что-то сильнее. Я не знаю, как ещё такое объяснить.
— Нам нужно включить тревогу? — заволновался Рико. — Предупредить город?
Окс посмотрел на Гордо, который опять покачал головой.
— Пока рано. Мы можем сообщить на всякий случай Доминик, и она сможет включить сигналку, если понадобится. Люди знают, что делать в таком случае. Я не хочу вызывать панику.
— Крис, — произнёс Окс, не оборачиваясь. — Таннер. Позвоните остальным. Они все должны были это почувствовать. Пусть они встретят нас возле мотеля. Скажите им, чтобы поторопились. Нам нужно выдвигаться. Сейчас же.
— Не тратьте время на то, чтобы звонить Марку, — пробормотал Гордо, потирая лоб. — Он уже в курсе. Он ощутил, когда меня шибануло. Он узнает, где я.
— Понял, босс, — отчеканил Таннер, уже постукивая пальцами по смартфону перед тем, как приложить его к уху. Он начал расхаживать туда-сюда, грызя ноготь на большом пальце.
— Дерьмо, — со вздохом произнёс Крис, доставая свой телефон. — Надеюсь, это не что-то, что хочет нас убить. Я реально ненавижу, когда такое происходит.
***
Окс пытался убедить меня, что я должен на всякий случай остаться в гараже. Удивительно, но Рико заткнул его, заявив, что мы не можем никого бросать, если собираемся быть стаей, ведь тогда нам нужно вести себя как единое целое. А это понятие включало в себя всех нас. Окс какое-то время на него пялился. Рико не отводил взгляда. Окс медленно кивнул: — Ты прав. Спасибо, Рико. — Он взглянул на меня. — Ты справишься с этим? Мне было необходимо, чтобы он в меня поверил. Я сказал: — Да, Альфа. Я могу это сделать. Окс вздохнул, потирая лицо ладонью. — Я знаю, что ты можешь, Робби. — Он выглядел усталым, когда опустил руку. — Просто… держись рядом. Будь либо со мной, либо с Келли. И если покажется, что это ловушка, я хочу, чтобы ты убежал. Я отступил на шаг назад. — Что? Я не собираюсь сбегать… — Они могут использовать тебя против нас, — произнёс Окс, и мой желудок болезненно скрутило. — И я не могу такого допустить. Только не снова. Я уткнулся глазами в пол. Он был прав, но эти слова ранили сильнее, чем я ожидал. Окс был Альфой. Он должен был думать о безопасности всей своей стаи. Окс положил палец мне под подбородок и запрокинул мою голову назад, чтобы я мог смотреть прямо на него. Он возвышался надо мной, и я обнажил перед ним шею. Глаза Окса вспыхнули, когда он провёл пальцем от линии моей челюсти по коже горла. — Мне нужно, чтобы ты был в безопасности, — пояснил он. — Не знаю, выживем ли мы, если потеряем тебя снова. Я никому не позволю тебя забрать, поэтому если я скажу тебе бежать, ты побежишь. Слышишь меня? И в глубине души я услышал тихий, но решительный голос, который скрывался в клубящейся буре, зарождающейся внутри меня. «СтаяСтаяСтая» Я кивнул, не в силах сделать ничего иного. Рико пересекал улицу, возвращаясь из стоящей напротив закусочной. Я мог разглядеть людей, которые прислонились к окнам и наблюдали за нами. Доминик стояла в дверях, провожая спину Рико глазами, пока тот бежал обратно в гараж. — Доминик будет ждать от кого-нибудь из нас вестей, — сказал Рико. — И она удержит остальных внутри. — Он покачал головой. — Они уже рвутся на улицу во всеоружии. Помните, когда всё было большим-большим секретом? Теперь всем известно, и каждый прямо-таки горит желанием во что-то попалить. Блин, чёртовы люди. Итак, где мои пушки? Я хочу во что-нибудь пальнуть. Келли подъехал к гаражу на своей патрульной машине. Мигалка на крыше не горела, сирена молчала. Было проще не поднимать шум как можно дольше. Он открыл дверь, вылез из автомобиля и кивнул мне, прежде чем посмотрел на Окса. — Робби, ты с Келли, — скомандовал Окс. — Рико тоже. Таннер, со мной. Гордо, ты за нами в своём пикапе с Крисом. Остальные? — Уже в пути, — сказал Крис, убирая телефон обратно в карман. — Джесси хочет, чтобы я тебе передал, что у неё летние каникулы, поэтому она недовольна тем, что ты заставляешь её покидать дом. Но не беспокойся! — быстро добавил он, когда Окс повернулся, чтобы смерить его раздражённым взглядом. — Она просто шутит. Думаю, ей не терпится отдубасить кого-нибудь ломом. — Он нахмурился. — Мы слишком жестокие. Не знаю, почему до меня дошло только сейчас. Хм. — Он пожал плечами. — Эх, что поделать? Идёмте, навешаем кому-нибудь пиздюлей. — Чёртовы оборотни, — пробормотал Окс, но я услышал гордость в его голосе.***
— Бэмби, — произнёс в свой телефон Рико, сидящий на заднем сиденье, — я не могу долго говорить. Я сейчас на заднем сиденье патрульной машины Келли и… Что? Нет, меня не арестовали. Я ничего не натворил! Не могла бы ты просто… О. Верно. Да, полагаю, это было незаконно. Но это случилось всего один раз, и никто об этом не знает, кроме тебя и каждого человека в стае, а это, если подумать, куча народа. Я с Робби и… О, блин, ты же знаешь, что я люблю, когда ты ведёшь себя так круто. Да, детка, пушки при мне. Если начнётся пальба, я посчитаю скольких подстрелил специально для тебя. Твой мужчина собирается разобраться с дерьм… Ты стреляешь не лучше меня! Тебе просто повезло… Ты права. Это было неуместно. Прости. Ты лучшее, что когда-либо со мной случалось. Если бы я был волком, то ты бы стала моей луной. — Он в курсе, что мы его слышим? — прошептал я Келли. — Ага, — ответил Келли. — Ему просто плевать. Он говорит, что это часть его очарования, но в это слабо верится. Я дёргал ногой, ёрзая на сиденье. Окс и Таннер ехали впереди нас, Гордо и Крис — сзади. Мы быстро оставили главную улицу Грин-Крик позади, но перед этим я увидел людей в магазинчиках, наблюдающих за нами сквозь окна. Окс сказал, что они будут готовы, если дело зайдёт так далеко, но это не облегчило мои переживания. Ведь все они были людьми, и я не знал, смогут ли они противостоять волкам, ведьмам или чему-то ещё, что на нас надвигалось. Не помогало и то, что я отвлёкся, размышляя о том, что сказал Окс. О том влиянии, которое на меня оказывалось, и о том, как несколько произнесённых кем-то слов могли лишить меня всего и заставить обратиться против них. Одна лишь мысль о такой возможности заставляла меня содрогаться от ужаса за окружающих. Я был готов бороться изо всех сил, но я помнил пребывание в Касвелле и все те времена, когда Эзра держался рядом со мной, накачивая своим ядом четырьмя простыми словами. «Ты слышишь меня, дорогой?» Я не хотел, чтобы такое повторилось вновь. Келли положил руку на моё подпрыгивающее колено, и я вздохнул. — Мы справимся, — сказал он. Он не мог этого знать наверняка, но я думал, что этими словами Келли пытался успокоить не только меня, но и себя. Я не солгал, когда ответил: — Знаю. Келли сжал моё колено. — Мы вместе. Все мы. — Всё не так, как раньше. — Нет, не так. Но это нас не остановит. — У тебя пистолет. Он убрал руку. — Заметил, да? — Ага. Ладони Келли сжались на руле. — Окс и Джо подумали, что это хорошая идея. Я не могу снова стать волком. Мне нужно что-то для своей защиты. Мне не понравилось, как это прозвучало. — Умеешь им пользоваться? Он глянул в зеркало заднего вида. — Рико меня научил. — Это… как-то не внушает доверия. — О, пошёл ты, lobito, — возмутился Рико. — Позволь сказать, что я великолепен, когда дело касается стрельбы… Да, любовь моя. Я знаю. Но скромность никогда не была мне свойственна. Ты не сможешь меня укротить, как бы ни старалась. Я мужчина, и я… Бэмби, клянусь богом, если ты не перестанешь ржать, я брошу трубку. — Если дойдёт до дела, оставайся позади меня, — посоветовал я Келли. Его глаза сузились. — Я могу о себе позаботиться. — Знаю, но я… — Я сам о себе заботился всё то время, что тебя не было. Так что не думай, что ты можешь мне указывать, что делать. Не сейчас. Не насчёт этого. Не когда дело касается стаи. — Думаю, они сейчас подерутся, — прошептал Рико в трубку. — Мне пора. Да, я перезвоню тебе позже. Господи, женщина, не могла бы ты оставить меня… и она просто повесила трубку. Я это заслужил. — Дело не в этом, — отрезал я, внезапно и излишне разозлившись. Эта ярость была до странности жестокой. В ней бушевала потребность внушить Келли, что он может пострадать, что он так легко может сломаться, а мы даже не сможем его спасти. Если он поранится, укус не сработает. Не после того, что с ним сотворил Ливингстон. — Я просто пытаюсь тебя защитить. Руки Келли сжались на руле так, что костяшки его пальцев побелели. — Мне не нужно, чтобы ты защищал меня, Робби. Все помогают друг другу. Так работает стая. То, что я человек, не означает, что я буду отсиживаться в сторонке без дела. — Он прав, — сказал Рико, и я развернулся на своём сиденье, чтобы убить его взглядом. Он вскинул руки, пытаясь меня успокоить. Это не работало. — Поверь одному из членов вымирающей Команды Людей. Мы можем постоять за себя. И я обучил твоего парня. Он знает, что делает. Имей к нам хоть немного доверия, а? Может, мы и люди, но мы всё ещё часть этой стаи. Мы долго продержались. Эти слова не помогали так сильно, как по мнению Рико должны были. — В жизни есть кое-что важнее, чем просто выживание. Келли выглядел угрюмым: — Не для нас. Не сейчас. Может, когда-нибудь, но сейчас выживание — это всё, что нам известно.***
Мотель на окраине Грин-Крик выглядел лучше, чем я ожидал. Стены покрывал свежий слой краски, а на дверях имелись электронные замки. Висевшая над мотелем вывеска обещала: «БЕСПЛАТНЫЙ WI-FI И РОГАЛИКИ». Мне удалось узнать мужчину с ресепшена — он был в закусочной, когда я впервые сбежал из дома Беннетов. С широко распахнутыми глазами он подошёл к машинам, подъезжающим на усыпанную гравием стоянку. — Это снова происходит? — спросил он, когда Окс вылез из пикапа. — Нас атакуют? Дайте мне взять мой пистолет, и я… — Нет, Уилл, — возразил Окс. — Я хочу, чтобы ты оставался внутри, пока мы не вернёмся. Мужчина — Уилл — нахмурился, оглядывая всех остальных. Его глаза замерли на мне на несколько секунд, прежде чем он снова повернулся к Оксу. — Ты уверен в этом, Альфа? Сила в количестве. Ты сам так сказал. Мне было интересно, что сделал Окс, чтобы заслужить такую преданность, но долго не пришлось размышлять. Я решил, что ему это удавалось одним лишь своим существованием. Этот город хранил великий секрет и скрывал его от остального мира, постоянно поддерживая волков и вверяя в их руки свои жизни. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы осознать, что я делал то же самое. Я наблюдал за тем, как Окс опустил ладони на плечи Уилла. — Знаю. Но нам ещё неизвестно, что случилось. Это может быть пустяк. — Или это могут быть другие охотники, — пробубнил Уилл. — Или Омеги. Или какой-то другой вид перевёртышей. Или вампиры. — Господи, — пробормотал Рико. — Я же говорил тебе, что вампиров не существует. Это нелепо. Уилл закатил глаза: — Кто бы говорил. Ты якшаешься с людьми, которые превращаются в волков размером с лошадь, и ты собираешься читать мне нотации о том, что нелепо? Рико открыл рот, но не издал ни звука. Затем он выпалил: — Я ведь даже никогда об этом не задумывался. Боже мой, а что, если есть вампиры? — Он вскрикнул, когда Гордо влепил ему подзатыльник. — Мудак. — Возвращайся внутрь, — сказал Окс Уиллу. — Запри защитные решётки. Не выходи, пока не получишь известие от кого-нибудь из нас. Уилл кивнул, отступая на шаг назад. — Позови меня, если понадоблюсь. Возможно, я уже не так молод, как когда-то, но я умею разбираться с такими вещами. Я прикрою твою спину, Альфа. Все мы прикроем. Не забывай об этом. Он оставил Окса смотреть ему вслед, а сам вернулся на ресепшен. Уилл запер за собой вход, а затем потянулся вверх, чтобы опустить на дверь металлическую решётку. То же самое он проделал со всеми окнами. Келли заметил, как дёрнулся мой нос. — В номерах мотеля такие же меры безопасности. Мы внесли изменения после… Что ж. Длинная история. Скажем так, Уилл не понаслышке знает, на что способны волки. Я расскажу тебе эту историю позже. Прежде чем я успел ему ответить, из леса за мотелем выбежали волки. Первым, сверкая фиолетовыми глазами, нёсся Марк. Его грудь быстро вздымалась и опускалась. Его занесло перед Гордо, и вокруг них поднялись клубы пыли и гравия. Марк прижался мордой к груди ведьмака, вдыхая его запах. Гордо положил руку между ушей волка. — Мы в порядке, — тихо произнёс он. Марк зарычал, скривив губы. Гордо вздохнул: — Я тебя услышал. Я тебя понял. Я контролирую ситуацию. — Он поднял обрубок, которым оканчивалась его рука. Татуировки кружились, расползаясь по шрамам. Я мог чувствовать бурлившую в нём магию, огромную и необузданную. Она заставляла воздух вокруг него дрожать, но ведьмак сделал глубокий вдох, и символы, выбитые на его коже, перестали двигаться. — Я в порядке. Ты со мной, значит, я в порядке. Марк обдал его тяжёлым дыханием, прежде чем отступил. Затем подошла Элизабет, как раз в тот момент, когда на стоянку въехала небольшая машина. Из неё выскочила Джесси с ломом наперевес. — Что случилось? — требовательно спросила она, глядя на Окса. Элизабет потёрлась о неё, и Джесси опустила руку на спину волчицы. — Это барьеры, да? Я это почувствовала. Боже, я никогда к этому не привыкну. Появился Джо, а за ним Картер и серый волк. Глаза Джо горели красным, и он остановился перед Оксом. Окс протянул руку под его подбородок, ухватился за челюсть и прижался лбом ко лбу Джо. Картер подошёл к Келли и сел рядом с ним, наклонив голову и подёргивая ушами. Серый волк медленно кружил вокруг братьев и низко рычал, прижав уши к голове. Картер фыркнул на него, и серый волк легонько куснул его за плечо. Вдруг меня будто громом поразило. Я не мог понять, почему не замечал этого раньше, или почему мне никто об этом не рассказал. — Святое дерьмо, Картер, волк — тво… Меня пронзила яркая вспышка боли, когда Рико пнул меня по голени. — Твой друг, — закричал Рико. — Этот волк — твой друг. — Он сверлил меня взглядом, пока я потирал ушибленную голень. — Не так ли, Робби? Картер выглядел сбитым с толку, переводя взгляд туда-сюда между нами двумя. — Позже, — пробормотал Рико. — Соберись, ладно? У нас есть дела поважнее, чем… друг Картера. Когда Уилл запер решётку над последним окном, Окс повернулся ко всем нам. Он позволил своим глазам наполниться красно-фиолетовым огнём, и сила, исходящая от него, завладела моим телом. Это спокойное и похожее на сон чувство было близко к тому, что я испытывал с Эзрой, но я не считал, что Окс относился к тем типам, кто не гнушался внушать свою волю другим людям. Он не стал бы так поступать, если только не был бы вынужден пойти на это в крайней мере. Я должен был в это верить. Окс сказал: — Держимся вместе. Всегда оставайтесь в поле зрения. Внимательно слушайте. Будьте готовы ко всему. — Он взглянул на меня. — Робби, со мной. Келли, позади него. Все остальные, вы знаете, что делать. — И вот мои друзья детства раздеваются прямо посреди улицы, — вздохнул Рико, когда Крис и Таннер начали снимать одежду. — Не завидуй моему накаченному телу оборотня, — сказал Крис. — Надеюсь, это не разъярённые волки, — пробормотал Таннер. — Я всё ещё страдаю от ПТОР. — Он вздрогнул и виновато на меня посмотрел. — Без обид, Робби. — Посттравматическое оборотненское расстройство, — объяснил Рико, увидев на моём лице замешательство. — Такое случается, когда тебя кусают за задницу. — Крис, — произнесла Джесси, уставившись в небо, — было бы здорово, если бы ты мог побыстрее обратиться, чтобы мне больше не приходилось пялиться на твой член. Крис не стал спорить. Мышцы и кости под его кожей начали смещаться, и он с рыком упал на колени. Обращение Криса и Таннера проходило медленнее, чем у прирождённых оборотней, но вскоре перед нами предстали два волка с оранжевыми глазами. — Доминик? — спросил Окс Джесси. — Она знает, что делать. Не беспокойся о ней. Сосредоточься на том, что нам нужно сделать сейчас, Окс. Давай уже с этим покончим. — Она постучала ломом по плечу. — И не мешайся у меня под ногами. Окс кивнул, прежде чем молча посмотрел на Гордо. Гордо вглядывался вдаль, в деревья, а его рука всё ещё лежала на морде Марка. — Больно, — прошептал ведьмак. — Там кровь. Что бы это ни было, оно ранено. — Не рискуйте, — велел нам Окс. Рико взвёл курок. — Такой альфа мне по душе. Сначала стреляй, потом задавай вопросы. Вперёд и с песней, ублюдки.***
Никакой стрельбы так и не прозвучало. Никакой драки так и не произошло. Но ох, кровь всё-таки была. Чем ближе мы подходили к барьерам, тем сильнее я ощущал густой и тяжёлый запах крови, наполненный такими мучениями, что мне казалось, будто я в ней тону. Она принадлежала волку, но не одному из наших. Это был не Омега. Это был Альфа. Окс остановился, задрав морду, и его ноздри раздулись, когда он сделал глубокий вдох. Джо стоял рядом с ним, и вместе они походили на чёрно-белый инь и ян. Вдруг меня охватило свирепое воспоминание о том, как будучи в Касвелле я стоял в кабинете Мишель, окружённый звоном телефона и писком компьютера, а чёрно-белые волки преследовали меня, словно призраки. — Всё хорошо? — прошептал Келли, коснувшись моей руки. — Ага, — пробормотал я и потряс головой, пытаясь очистить свой разум. — Просто… я позже тебе расскажу. Там кровь. Много крови. — Тебе не нужно обратиться? Я не мог ему сказать, что боялся перекидываться. Что мне не хотелось напугать Таннера и Криса. Что я думал, что в человеческом облике мне удастся лучше себя контролировать. Поэтому я просто ответил: — Нет. Пока рано. Гордо был прав. Кто-то пострадал. Очень сильно. Келли кивнул, когда Гордо встал между Оксом и Джо, и Альфы прижались к ведьмаку. Марк подошёл к ним сзади, склонил голову и упёрся ею в спину Гордо. Тот сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, прежде чем поднял руку и начал что-то бормотать себе под нос. По моей коже поползли мурашки, когда бурлящая в ведьмаке магия усилилась, и барьеры перед нами засверкали. От них исходило знакомое ощущение, и мои дёсны начали зудеть, когда клыки стали угрожающе заостряться. Серый волк зарычал на Гордо, но Картер толкнул его, чтобы отвлечь. Гордо не обратил на них внимания и прижал ладонь к защите. Вспыхнул свет и раздался далёкий перезвон чего-то похожего на колокольчики, а затем барьер обрушился сам по себе — но только один. Он открыл брешь, и Гордо опустил руку. Ведьмак оглянулся на нас. Он вспотел, и капельки пота на его лбу блестели на солнце. — Хорошо, — произнёс он, тяжело дыша. — Всё должно быть в порядке. Господи, это отнимает у меня кучу сил. Патрис и Эйлин сотворили реально мощную защиту. Блять. Запах крови усилился, и Окс обратился в человека. Мышцы его спины напряглись, когда он поднялся с четверенек. Он сказал: — Это Альфа Уэллс. Он ступил за пределы барьеров. Мы вереницей последовали за ним, прежде чем рассредоточились на территории по другую сторону защиты. Келли заметил это первым: брызги крови на зелёных кустах, тёмно-красные капли на лесной почве. Он коснулся окровавленного листа, прежде чем потёр пальцы друг о друга. — Кровь не успела загустеть. Значит, она должна быть где-то рядом. Так и было. Примерно в пятидесяти ярдах от барьеров кровавый след обрывался. В том месте лежал большой валун, а с другой стороны к нему привалилась женщина, которую я в последний раз видел на забытом всеми мосту в Вирджинии. Шеннон Уэллс не открыла глаз, когда мы к ней подошли. Я даже не знал, находилась ли она в сознании. Её грудь быстро вздымалась и опускалась, а дыхание было прерывистым и болезненным. Девушка была обнажена, словно ранее смогла обратиться, используя остатки своих сил. Её многочисленные травмы не исцелялись. Я разглядел белую влажную кость сквозь рваную рану на её руке, которая свесилась сбоку бесполезной плетью. Её грудь покрывали глубокие порезы. Окровавленное лицо Альфы Уэллс опухло, а губы приоткрылись. Выглядело так, будто она полностью лишилась зубов. — О нет, — прошептала Джесси, отталкивая меня с дороги и приседая перед девушкой. Она потянулась, но замерла, словно не могла решить, в каком месте можно коснуться раненой Альфы, чтобы не причинить ей ещё большей боли. Джесси стянула свою рубашку через голову и осторожно укрыла ей колени Альфы, чтобы сохранить её достоинство. — Окс, ты должен ей помочь. Элизабет обратилась рядом с Джесси. Она всё ещё оставалась наполовину волчицей, когда протянула руку и обхватила лицо Шеннон ладонями. — Шеннон. Ты меня слышишь? Шеннон застонала, но глаз не открыла. — Что с ней случилось? — тихо спросил Рико. — Она выглядит так, будто её подвергли разрушительным пыткам. Почему она не исцеляется? — Для неё это перебор, — произнёс Окс, приседая с другой стороны от Шеннон. — Её тело слишком ослаблено. Шеннон Уэллс распахнула глаза. Они мерцали красным. Потом вернулись к обычному зелёному цвету. Затем вновь вспыхнули красным. А потом стали фиолетовыми. Она закричала. Из уст Альфы вырвался звук чистого ужаса, а её глаза широко раскрылись, но, казалось, ничего перед собой не видели. Она запрокинула голову на валун и завопила так, словно никогда не собиралась останавливаться. Птицы вспорхнули с деревьев вокруг нас, когда её голос эхом разнёсся по лесу. Чудовищная песнь отчаяния поразила меня до самых костей. Джесси упала на спину, когда Шеннон всё ещё крича дёрнулась вперёд. Джо заслонил собой Джесси, позволяя ей подняться на ноги, пока он стоял на страже. Но Шеннон на неё не кинулась. Она не набросилась ни на кого из нас. Всё, что она делала, — это продолжала кричать, пока жизненные силы покидали её тело вместе с кровью, капающей на лесную почву. Глаза Окса снова вспыхнули, и он наполовину обратился, прежде чем зарычал Шеннон в лицо. Крики резко оборвались, будто у девушки перехватило дыхание. Разум прояснил её глаза. И это было жуткое зрелище. Она всё осознавала, и я чувствовал, как её душа раскалывается на острые кусочки. Когда она заговорила, её голос срывался. Она сказала: — Я… я… я пришла. Я пришла. Потому что. У меня ничего нет. У меня никого нет. Всё исчезло. Всё пропало. Они… — И её голос перешёл на рычание: — Альфа. Альфа, Альфа. Затем глаза Шеннон закатились, и Элизабет удалось подхватить её до того, как она успела рухнуть на землю. Побледневшая мать-волчица подняла на нас взгляд: — Её глаза. Они… Гордо? Тот покачал головой: — Не думаю. Это не похоже на других. Это…. Окс сосредоточенно кивнул: — Нам нужно отнести её домой. Обеспечить ей удобство. — Он выглядел разбитым, когда склонился над девушкой, положив ладонь ей на лоб. Он поморщился и закрыл глаза. — Я не…. У неё осталось мало времени — Он опустил руку, прежде чем наклонился вперёд и поцеловал Альфу в щёку. — Мне очень жаль, Шеннон. А затем он поднял её одним плавным движением. Девушка не издала ни звука, когда её голова безвольно свесилась с руки Окса, а волосы заколыхались подобно вымокшему знамени, которое было покрыто склизкой кровью, брызгающей на землю, пока Окс медленно передвигался по лесу. Мы молчали, следуя за ним тем же путем, которым пришли.***
Когда мы вернулись к мотелю, Уилл задрал решётку над дверью. Из него вырывалось тысячу слов в минуту, пока он требовательно спрашивал, нужно ли ему собрать горожан, чтобы защитить Грин-Крик. Он замолчал, увидев Окса и девушку, которую тот нёс на руках. — Она одна из вас? — прошептал мужчина. — Оборотень-перевёртыш? — Да, — сказала подошедшая к нему Джесси, пока Окс направлялся к пикапу. — Всем, кто будет спрашивать, говори, что угрозы нет. Никогда не было. Была только она. Она из тех, кто на нашей стороне. Гордо восстанавливает барьеры, так что больше никто не сможет проникнуть внутрь. Уилл кивнул: — Без проблем. — Затем добавил: — Она выглядит паршиво. Ей удастся выкарабкаться? Все молчали, и это было достаточным ответом. Окс осторожно забрался в кузов пикапа, стараясь не трясти Шеннон. Та застонала, но не открыла глаз, когда он сел, прислонившись спиной к кабине и уложив истекающую кровью девушку себе на колени. Рубашка Джесси уже промокла насквозь. Таннер залез в пикап, вытащил старое полотенце и передал его Оксу, который укрыл им Шеннон. Кровь мгновенно зацвела на ткани, распускаясь алыми бутонами роз. Джо опёрся передними лапами о борт пикапа и поднялся на задние, глядя на них обоих. На лице Окса оставалось абсолютно пустое выражение, но от него исходили волны синего, синего, синего. Он сказал: — Иди домой. Нам нужно обеспечить ей комфорт на то время, которое у неё осталось. Джо кивнул, потянулся мордой к Оксу и лизнул его в щёку, прежде чем снова опустился на все четыре лапы. Он зарычал, и Картер, Элизабет и серый волк кинулись за ним, когда он помчался к дому. Крис и Таннер уже перекинулись обратно и начали одеваться. Бравада, которую они демонстрировали совсем недавно, пока мы стояли на стоянке, исчезла. Келли кивнул в сторону своей патрульной машины: — Давай. Идём домой. Я оглянулся на Окса и увидел, как он убирает липкую прядь волос с лица Шеннон. Он прошептал: — Что я натворил?***
Обратный путь до дома мы провели почти в полной тишине. В машине остались только я и Келли, Рико решил повести пикап Окса. Мы свернули на грунтовую дорогу, когда я спросил: — Что он имел в виду? Гордо. Он сказал, что это не похоже на других. Келли был встревожен. Его плечи напряглись, а лоб нахмурился. — Картер. Его волк. Марк. Они стали Омегами из-за инфекции. Из-за того, что пытался сотворить Ливингстон, распространяя болезнь среди волков. Это магия. Они продолжают держать над собой контроль только из-за Окса и того, кем тот является. Шеннон… она не заражена, как они. Но она всё же Омега. Я закрыл глаза. — Это означает, что её узы были оборваны. — Ага. — Её стая. Они…? — Думаю, да. — Среди них были дети. Трое из них. Броди. Джон. — И хотя я ненавидел себя за это, мне потребовалось время, чтобы вспомнить имя последнего. — Джеймс. Джимми. — Ты их помнишь? Я отрицательно покачал головой: — Она рассказала мне по телефону. И на мосту. Что я их встречал. Что я был в их доме. Что я сидел за их столом. Что я ел с ними. Это сделал он? Это дело рук Эзры? И это была ложь, не так ли? Всё это. Каждый кусочек. Каждая частичка. То, как он притворялся, что заботится обо мне. То, как он меня любил. То, как он заставлял меня чувствовать себя защищённым. — Я не… — Блять! — закричал я. — Блять! Чёрт побери. Я взревел, снова и снова ударяя кулаком по приборной панели. Та треснула под моим натиском, а кости в моих пальцах раздробились. Келли ударил по тормозам, я распахнул дверь и выскочил на дорогу. Я закричал, обратив лицо к небу, и всё, что я чувствовал — вся тоска, и ярость, и страх от того, что со мной сделали, и того, что ждёт впереди — вылилось из меня. Я узнал правду несколько недель назад, и её тяжесть легла на мои плечи непосильным грузом. Но только сейчас я позволил осознанию окончательно меня выпотрошить и наполнить заново яростью. Рядом с дорогой стояло дерево. Старый вяз, ствол которого был толстым и прочным. «Волчонок, волчонок, разве ты не видишь?» — шептала мама откуда-то сквозь огонь, раскаляющий землю. Её голос звучал так, будто она умирала. Тихо, как мышка. Я колотил дерево снова, и снова, и снова. Ветви задрожали, когда ствол треснул, и кора стала отваливаться большими кусками. Листья трепетали вокруг меня. Из дерева вытекал сок, смешиваясь с моей собственной кровью, но я не останавливался. Я не мог. Но сквозь огонь и полыхающую в моей голове бурю слышался ещё один голос. Он произносил моё имя, умоляя: «Робби», и «Пожалуйста», и «Не делай этого, пожалуйста, не делай этого», но разве это уже не случалось? Разве Крис и Таннер однажды не говорили то же самое? Разве они не просили меня остановиться? Они молили об этом. Но я не послушался. Чья-то рука легла мне на плечо, пытаясь оттолкнуть меня от дерева. Рыча, я резко развернулся на пятках готовый наброситься в любую секунду. Келли не дрогнул. Он не боялся, по крайней мере, не меня. Его рука не тянулась к пистолету, готовясь вытащить его в случае необходимости. — Почему я не знал? — крикнул я ему. — Почему он это со мной сделал? Какого хрена он хочет? — Не знаю, — сказал Келли так осторожно, словно пытался успокоить загнанное в угол животное. И он правда пытался это сделать, хотя это было безрассудной идеей. Я хотел его оттолкнуть. — Мы даже не знаем, был ли он причастен… — Не надо, — прорычал я. — Он это сделал. Он это сделал. Тебе это известно так же хорошо, как и мне. А я покорно сложил голову ему на колени и думал, что он подарок небес. Я считал его своим другом. Мне казалось, что он моя семья. А вы все просто меня бросили. — Иди на хуй, — прорычал Келли, выглядя разъярённее, чем я когда-либо его видел. — Хочешь превратить себя в главного пострадавшего? Отлично. Пойдём. Идём домой и встанем над Альфой Уэллс, и ты выскажешь ей то, как сильно это тебя ранит, и как ты злишься из-за чего-то, что ты не мог контролировать. Уверен, это заставит её почувствовать себя лучше, прежде чем она умрёт. Давай. Давай. Какого чёрта ты ждёшь? Разве это не то, чего ты хочешь? О, Господи. Я не мог дышать. Я обессилел, мои разбитые вдребезги пальцы уже исцелялись. Я наклонился, обхватив руками живот, когда меня накрыл приступ рвоты. Тонкая ниточка слюны свесилась с моих губ. Меня рвало, но наружу ничего не выходило. Келли остался там, где стоял, и я был ему за это благодарен. Я не хотел, чтобы меня сейчас трогали. Конечно, он был прав. Насчёт всего. А я тут просто на нём срывался. Я сплюнул на землю, мой кадык заходил ходуном, пока я отчаянно пытался восстановить дыхание. — Дерьмо, — пробормотал я. По дороге ехала машина. Она остановилась рядом с автомобилем Келли. Джесси и Крис. Я услышал, как Крис опустил окно. — Всё в порядке? Что вы… Святое дерьмо, Робби! Что, чёрт возьми, приключилось с твоими руками? — Не лезьте, — отрезал Келли. — Езжайте. Доберитесь до дома. Мы будем там через минуту. — Ты цел? — спросила Джесси, и я знал, чего она не произнесла в слух. «Ты в безопасности рядом с ним?» — Да, — заверил Келли. — Езжайте. Женщина не стала спорить. Они отъехали, и звуки машины затихли, когда она направились дальше по грунтовой дороге, ведущей к дому. Раны на моих руках затягивались, кожа вновь срасталась сама по себе. Осталась только кровь. — Закончил? — спросил Келли. Я кивнул, ещё раз сплюнув на землю, прежде чем с хрипом выпрямился. — Хорошо, — сказал Келли. — Теперь буду говорить я, а ты будешь внимательно слушать. — Тебе не нужно… — Клянусь богом, если ты произнесёшь ещё хоть одно чёртово слово, я тебя пристрелю. Ты исцелишься, но будет больно. Я кивнул, уставившись на землю. Келли встал так близко ко мне, что наши колени столкнулись. Он откинул мою голову вверх, чтобы я посмотрел ему в глаза. Я попытался отвернуться, но он крепко держал мою челюсть. Я с лёгкостью мог вырваться из его хватки, но мне не хотелось. Совсем не хотелось. Его голубые глаза сверкали так ярко, и мне казалось, что я могу любоваться ими вечно, если только Келли мне позволит. Он произнёс: — Ты знаешь, что я тебя не бросал. Я уже говорил тебе это раньше, и я не врал. Да, мы облажались, и да, всем остальным потребовалось много времени, чтобы прийти в себя, но мы здесь с тобой. Я здесь. — Всё не так, как раньше… — Заткнись. — Его пальцы сильнее сжали мой подбородок, впиваясь в кожу. — Думаешь, я этого не знаю? Ведь я знаю, Робби. Лучше, чем кто-либо другой. Потому что я знаю тебя. Потому что я люблю тебя много лет. И всё ещё продолжаю тебя любить. Несмотря ни на что. Но речь сейчас не о нас. Произошедшее с Шеннон не имеет к тебе отношения. И даже если это каким-то боком с тобой связано, то твоей вины всё равно нет. Если Роберт Ливингстон приложил к случившемуся руку, то это только на его совести, как и то, что он сотворил с тобой. Ты его об этом не просил. Альфа Уэллс тоже. Всё, что он тебе говорил, всё, что нашёптывал тебе на ухо, было ложью. Всё, что его заботит, — это уничтожение всего, что мы создали, а ты, блять, ему прямо сейчас помогаешь. Возьми себя в руки. Будет тяжело, и ты мне нужен, понятно? Ты нужен мне рядом, потому что я не знаю, как всё переживу, если тебя не будет. Так что будь мужиком, чёрт возьми. Я рухнул на Келли. Он подхватил меня, обвив руками. Я сделал то же самое, схватившись за его униформу, и затрясся. Я тяжело дышал, а Келли не выпускал меня из своих объятий. Он не говорил, но в этом не было необходимости. Достаточно и того, что он был рядом. — Мне жаль, — пробормотал я, уткнувшись ему в шею. Келли вздохнул: — Знаю. Это отстой, я знаю. Но ты… Господи. Мне нужно, чтобы ты оставался сильным рядом со мной, потому что я не уверен, что смогу быть сильным за нас обоих. Я пытался, Робби. Старался, несмотря ни на что, но я не могу продолжать в этом же духе. — Он гулко сглотнул подступивший к горлу ком. — Это меня убивает. Я отстранился, но не настолько, чтобы кому-то из нас пришлось разжать руки. Мы стояли в лесу посреди глуши на грунтовой дороге, ведущей к дому, и я знал, что сделаю всё, что в смогу, чтобы его сберечь. Я был готов цепляться за него из последних сил. Глаза Келли не отрывались от моих. Я пообещал: — Я смогу это сделать. — Правда? — Ага, — произнёс я с хрипом. — Ради тебя что угодно. Это… Келли поцеловал меня в лучах яркого, ослепительного солнца. Его дыхание смешалось с моим, и мне показалось, что каждый его вдох дарит мне жизнь, тёплую и всепоглощающую. Наши носы соприкоснулись. Мои руки обвили его локти, а его вздохи опаляли мои губы. Всё, чего я когда-либо желал, — это место, которое можно было бы назвать домом. И мой дом находился здесь — в этом человеке, который был настолько свирепым и диким, что мне хотелось, чтобы он разорвал меня на части. Келли нежно коснулся уголка моих губ. Моих щёк. Моего лба, его ладонь скользнула вверх и обхватила мою шею. — Мы со всем разберёмся, хорошо? — прошептал он, всё ещё прижимаясь губами к моей разгорячённой коже. — И не важно, что произойдёт: останется ли между нами всё так, как сейчас, или нам удастся вернуть то, что у нас отняли — мы будем вместе, ты и я. Я поверил ему, хотя и задавался вопросом, не станет ли это одним из последних счастливых моментов в нашей жизни. В конце концов Келли отстранился, но прежде поправил мои очки. Его ладони задержались на моих щеках. — Я вижу тебя. И люблю за всё, что в тебе есть. За всё, чего в тебе нет. И я никогда больше не хочу терять тебя из виду. Я повернулся и поцеловал его ладонь. — Порядок? — спросил он, опустив руки. Я пожал плечами, потом кивнул. — Приму это за «да», — сказал Келли. — Поехали. Не думаю, что у Шеннон много времени. Его у неё не было.
