Брак для красоты

Светило ясное осеннее солнце. Мелодично пели птички, будто на самом деле сейчас весна, а не за горами и лето. Однако, вся земля была коричневой из-за сгнивших опавших листьев, что вызывало небольшую тоску. В комнате Филиппа стоял шум и гам. Юный граф собирался на бал в честь рождения дочери графа Дэнсона. Это было большое мероприятия, ведь это первый ребёнок семьи. Так что граф с графиней собираются устроить большое празднество аж до самого утра. Модестос должен был выглядеть неотразимо. Вокруг него суетилась горничная, помогая одеться. Наконец юноша был готов, весь наряд был как на подбор. Прямые чёрные брюки, которые держались на тканевых подтяжках такого же тёмного оттенка, скрывали его худые ноги. Приблизительно одинакового цвета пиджак, был великоват, но это не бросалось в глаза. И весь этот образ прекрасно дополняла идеально выглаженная шёлковая рубашка молочной расцветки. Смотря на себя в зеркало он думал о юности своего отца, не удивительно, поскольку раньше пиджак принадлежал именно ему. Вот только размер для того был в самый раз. Образ придавал Филиппу мужественности и строгости, с таким внешним видом он был готов покорить любое сердце. Собравшись он вышел и сел в карету, уже ожидавшую прихода Модестоса. Перед его глазами пролетали улицы и мосты. Куда-то спешат рабочее, наверняка торопятся они на заводы и фабрики. "Всё таки мне повезло родиться аристократом. Не каждому выдаётся такая удача. И в жизни я буду работать не руками, а умом. Хотя как посмотреть, а если бы я был сыном какого-нибудь совсем дерзкого аристократа? На землях моего отца могли начаться бунты, хуже и быть не может. А то нас могли бы совсем убить. Или же если мой отец совершил незаконный поступок могли лишить дворянства. А падшему аристократу не позавидуешь." - ритмичные стуки кареты заставили его всё больше уходить в мысли и наблюдения. "Стоит заранее подготовить поздравительную речь, которую я скажу графу Дэнсону. Ах, надо было заняться этим ещё вчера, вот почему я всё откладываю на последний момент? Обязательно надо произнести речь за здоровье, то что ни за какие деньги не купишь. Но и про материальный достаток стоит упомянуть. Может что-то вроде «Дорогие Дэнсоны, я безумно рад присутствовать здесь и сейчас. От чистого сердца желаю вам и вашей дочери здоровья, ведь это самое ценное в людской жизни. Также хочу упомянуть про денежные средства, что бы они всегда окружали вас». Но это слишком просто, ещё подумают, что я в последний момент готовился, надо что-то получше! «Безусловно я рад иметь честь поздравить вас с вашим празднеством, как же приятно что в обществе всё ещё остаются такие щедрые и добрые люди как вы! А что уж говорить про ваш благой ум, вашу начитанность, пусть и ваша молодая наследница будет настолько же хороша!» Да и вправду лучше, однако чего-то не хватает, получается посредственно, какая досада." В мыслях пробежала ещё пара речей, но все они были не идеальными, хотелось как то их завершить, добавить изюминку, иначе поздравление сольётся с кучей других. Филипп продолжал думать и не заметил как карета уже выехала за город, открывались прекрасные виды на поля засаженные разной растительностью. Осень завораживала всеми оттенками оранжевого, и отложив все тревожные мысли юноша разглядывал всё то, что находилось за окном. Через время поля стали перебивать жилые дома, господа проезжали через небольшой посёлок поодаль города. Неожиданно для Филиппа, не сильно разбиравшегося в флористике, в садах селян до сих пор красовались бутоны цветов. Не надо быть великим мудрецом для того что бы понять что это за цветок. Яркие, разноцветные, с кучей лепестков, в это время это могли быть только хризантемы. Они прекрасны, украшают сады даже после окончания лета, дают надежду. Вот что станет идеальной деталью — цветок напоминавший новорождённую девочку, именно на её хорошее будущее надеются родители и именно она станет для них ярким лучиком в пасмурные дни." Я уверен что Дэнсонам придётся по душе такого рода сравнение". Всю дальнейшую дорогу молодой Модестос ехал без малейшей тревоги, он нашёл ту изюминку которую искал и речь уже была готова. Наконец карета остановилась и открыли дверь. Путь в поместья графа был достаточно длинным. Оно находится немного за городом, так что имеет большой сад за которым идут бескрайние поля. Некоторые люди называют этот сад самым красивым во всей королевстве и они будут правы, никто так не заботиться о саде как Дэнсоны. Филипп вышел из кареты и немного размялся, надеясь что никто его не видит. Он не очень любил поездки в карете, особенно долгие, они его утомляют. Но надежды себя не оправдали и он услышал уже знакомый голос. — Филипп, как я рад тебя видеть. — Здравствуйте, господин Слоппи, — вежливо приветствовался парень. — Ну, ну, не нужно столько формальности. Можешь меня называть Авидас, я же к тебе по имени обращаюсь. — Что вы, я младше вас и к тому же... — Ты меня обижаешь, я ещё не настолько стар. Мне часто говорят что я выгляжу моложе, чем есть на самом деле. — Здесь герцог не лгал, он и правда выглядит моложе своих лет. — Хорошо, господин Авидас, — Филиппу неловко так неформально обращаться к старшим, совсем не то чему его учат с самого детства, но раз господин Авидас сам попросил тут уже не отказаться. — Лучше было бы просто Авидас, но и так намного лучше. "А слухи и правда не врут."- подумал Филипп. Вокруг герцога всегда ходили сплетни, что он пренебрегает социальными нормами и часто может вести себя слишком вульгарно, по мнению общества. Герцог был достаточно известен для того что бы о нём можно было услышать почти на каждом мероприятии. Вот только услышанное вряд ли придётся кому-то по вкусу. От мелких слушков до настоящих сплетен, которые действительно шокируют. Больше всего людей интересует личная жизнь Авидаса и те кто в ней присутствуют, а таких весьма немало. Пальцев обеих рук не хватить что бы сосчитать всех его любовниц, абсолютно не допустимо что бы у такого важного человека и такой разгульный образ жизни. По версии осуждающих именно из-за этого герцог совершенно не занимается дочерью, всего пару раз их видели вместе на одном балу. Более того иногда можно услышать даже о том как он проводил романтические вечера с юношами. Однако никто ничего не знает на самом деле, поэтому и предъявить Слоппи нечего. Естественно тот знает о всех слухах и регулярно вступает в сору со знатью по этому поводу. — А почему же ваш отец не пришёл на этот бал? — заполнил появившуюся паузу Авидас. — О, он приболел. Сами понимаете - возраст. А где же моя невеста? — Она у подруг на чаепитии. Посчитала что это более важная встреча, — на лице господина Авидаса появилась ухмылка, для него отсутствие дочери означало полную свободу. Они вдвоём прошли в бальный зал. Восхитительно — первое, что приходит в голову, архитектор действительно постарался на славу. Свет проникал в помещение и отражался от светлых стен, которые дополняли элегантные салатовые шторы. Скатерти также подходили по цветовой гамме, как и большинство остальных вещей. Около половины дам тоже были наряжены в светло салатовые платья, благодаря этому входя сразу появляется ощущение гармонии. Сразу же подошли к основной массе людей возле графа и высказали свои поздравления. Господин Авидас начал свою речь с лёгкой улыбкой. — Мои дорогие Дэнсоны, мы знакомы с вами не первый день. Я прекрасно понимаю и разделяю вашу радость. Я знаю что дети приносят в жизнь своих родителей счастье и не хочу что бы ваш случай стал исключением. Конечно мы с вами с годами не молодеем, однако, я уверен, с появлением дочки, вы почувствуете себя на пару лет моложе. Вы уже другими глазами будете смотреть на мир что обязательно принесёт вам успех. Безусловно вы можете рассчитывать на мою руку помощи и советы, вам я ни за что не смогу отказать. Да и помощь для вас будут мне только в радость, ведь я помню всю вашу поддержу в минувшие дни. Герцог закончил речь, всё будто застыло: знать, сидевшая за столами; особы стоявшие чуть поодаль; прислуге, разносящей бокалы шампанского и закуску; кажется, даже за окном ничего не шевелилось. Они не ожидали столь изысканной речи от Авидаса и по всему залу разлился звук аплодисментов. Герцог вежливо поклонился и вернулся к своему столу. Филипп, который тоже был в числе восхищённых речью, глядел в его сторону и понимал что, недооценивал господина Авидаса. Когда это правда нужно он может быть умным, надёжным и тактичным. Место выделенное молодому Модестосу позволяло разглядывать Слоппи и не быть пойманным. Глядя на него думал лишь "Он так и излучает властность, любой находящийся рядом с ним чувствовал бы себя уверенно и более того спокойно. А как иначе? Даже на вид он приятный, как будто с возрастом он только и делает что хорошеет." Профиль герцога выделялся на фоне других, ну или так показалось Филиппу. После началась обыденная рутина. Общение с молодыми людьми, гостями прибывших из разных мест. В большей части о политике и новых направлениях в науке и искусстве. Иногда казалось это соревнование, кто проявит себя больше и скажет фразу поумнее. Но вот стоило музыке заиграть, как парни начали приглашать девушек на танец. Филиппу удалось уйти от разговоров и пробраться к столу. Он ничего не ел с вчерашнего дня, а уже был вечер, поэтому аппетит был просто бешеный. На столах были самые диковинные закуски, как из сказок. А вкус был ещё лучше то ли от обстановки, то ли от голода. Давно он так много и приятно не кушал, с тех пор как отец разорился. — Почему же вы не танцуете, молодой человек? — Герцог! Вы меня немного напугали, говоря со спины. Герцог тихонько засмеялся, Филипп смотрел на эту теплую улыбку и продолжал свои прошлые размышления. — Так чего не танцуете? - спросил герцог, отправляя себе в рот очередную тарталетку. — А?! Что такое вы говорите. Я верен своей супруге, хоть ещё не объявляли о помолвке, я уже не могу танцевать с другими дамами. Не думаю что Джессике это придётся по вкусу. — Как ответственно. Не хотите пройтись и посмотреть на сад? А то ведь можете упустить возможность, а он и правда красивый, можете мне поверить. К тому же здесь очень шумно и душно, а вы всё равно не танцуете. Стоите в углу как вдовец. От этой шутки даже Филиппу стало немного смешно. — Не откажусь. Оба вышли через второй главный вход в сад. Это было и правда что-то невероятное. Такое количество цветов даже во сне трудно было вообразить. Слоппи был полностью прав, лучше не упускать такую возможность и вдоволь насладиться. Глаза Филиппа наполнились счастьем, по ним было видно, что все мысли юноши забиты астрами, цветущими перед ним. На данную картину герцог смотрел с интересом, больше на юнца чем на цветы конечно, что-то было в нём неизведанное, манящее. «Думаю, за этой особой можно и поухаживать, это займёт меня на какое-то время, пока не надоест». Авидас уже протянул руку к цветку, который разглядывал Филипп, как в том же направлении потянулся парень. Случайное прикосновение. Вроде бы ничего необычного. Герцог по началу сам не заметил как смутился, но быстро вернулся в норму «Нет я должен выглядеть подобающе, что бы точно его охмурить». Что бы как-то разбавить ситуацию, мужчина предложил — Может подойдём к озеру? Что думаете? Филипп немного промолчав, переваривая всё произошедшее, ответил — Да, хорошая идея. Не торопясь джентльмены прошли к небольшому озеру окружённому высокими деревьями. Оно находилось поодаль дома, поэтому музыка туда почти не доносилась. Тишина по сравнению с шумным празднованием оказалась куда приятнее. Рядом с водоёмом обнаружилась довольно просторная деревянная беседка, с очаровательными кустами роз за ней. — Уже потемнело, — немного расстроено сказал Филипп. — Понятное дело — конец осени. Темнеет намного раньше. Давай пройдём к беседке, — предложил Слоппи. — Даже здесь я слышу музыку. Мне даже немного захотелось танцевать. — Почему бы не потанцевать. Вы знаете женскую часть этого танца? — Да, но зачем... — Потому что я знаю только мужскую. Пойдём те танцевать? — Это как-то... — Да бросьте. Нас никто не видит, — уверенно сказал Слоппи и властно взял Филиппа за руку. Танец начался, в своем, не быстром темпе. Смущение Модестоса как рукой сняло и всё что он думал это то, как он счастлив сейчас находиться тут, а не в этом заполненном людьми, душном зале. И хорошо что сейчас их никто не видит, это позволяет хорошенько расслабиться в танце, заполняя собой всю беседку. Естественно, были бы они среди другой знати Филипп бы никогда не согласился на танец с герцогом, слишком смущающее танцевать женскую партию когда уже скоро станешь мужем. Темп музыки ускорился и одновременно с этим Слоппи прижал парня ближе, начав танцевать в ритм. Тут же лицо Филиппа покрылось румянцем, что не могло не радовать Авидаса. Он смотрел на парня так долго что сам немного засмущался, но только немного, всё-таки нельзя показывать себя слишком явно. Оба, несмотря на бушующие эмоции, были в восторге и от танца, и от атмосферы. Когда танец подошел к концу, герцог подошел к задней части беседки и стал что-то искать в кустах. Филиппу оставалось только наблюдать за происходящим. Вынырнул мужчина с самой, на его взгляд, красивой розой в руке. Слоппи поблагодарил за танец и преподнёс розу, прикрепив её как бутоньерку. — Уже совсем холодно, давайте возвращаться, — заботливо произнёс Слоппи, на что Филипп просто положительно кивнул. В банкетном зале праздник уже подходил к концу и гости потихоньку отправлялись домой. В приподнятом настроении мужчины попрощались с хозяевами дома и каждый сел по своим каретам. День оставил после себя вправду хорошие воспоминания. Поздно ночью Авидас приехал домой, где его прихода дожидалась горничная. Луиза помогла герцогу раздеться и подготовить всё необходимое ко сну. Слоппи же ходил мечтательно и почти не обращая внимание на девушку, прошел в свою комнату. С непривычным спокойствием Луиза выдохнула «У него точно появилась новая пассия, я могу больше не волноваться об этом». После чего закончила оставшиеся дела и тоже пошла спать.