Your Favorite Eternal Damnation

У Эндрю было две проблемы. Первая — слегка подвыпившая рыжеволосая, сидящая на барном стуле рядом с ним, быстро выпивающая яркие шоты. Это не было новостью. Нил был проблемой Эндрю почти четыре столетия. Он никогда не признался бы в этом Нилу, но неспособность прикоснуться к кому-либо не была проблемой для Эндрю. Он в этом не нуждался. И, черт возьми, ему не нужны были чьи-то руки. Но когда Нил признался, что скучает по человеческим прикосновениям и устал чувствовать себя чудовищем, которое не может дотронуться до кого-либо, не убив его, Эндрю позволил своему маленькому увлечению принять другой оборот. Он солгал и сказал, что тоже нуждается в этом. И вот они здесь, столетия играют в эту игру — видят друг друга время от времени, теплая кожа, отчаянные прикосновения и стоны Нила, которые никогда не надоедали Эндрю. Они начали медленно, просто держась за руки и проводя пальцами по волосам, но эти последние десятилетия Эндрю не мог насытиться Нилом. И это было проблемой. Вторая — Нил может исчезнуть из жизни Эндрю, а Эндрю не позволит этому случиться. Значит, он солгал, что поможет ему. Эндрю потащил его в Австрию через неделю после их разговора в Мельбурне. Нил сделал еще глоток, поморщившись от вкуса. Эндрю наблюдал за ним поверх бокала. Это был идиотизм, весь этот план, вся идея о том, что Нил может победить проклятие. Эндрю это знал. Итак, хорошо, он сказал Нилу, что может помочь, и составил список предложений о том, что он может попробовать. Чего он ему не сказал, так это того, что он сам попробовал кое-что из этого списка. Случайно, конечно. Он знал, что они не работают, и это его вполне устраивало. — Готов? — спросил Эндрю. — Так хочется избавиться от меня? — Нил невнятно пробормотал. — Ты даже не знаешь, сработает ли это. — Ты тоже, — сказал Нил. Ошибочка. Он знал. Это не сработает. Однажды скоростной поезд в Китае сбил Эндрю на полной скорости и все такое. Эндрю полетел по рельсам и оказался под поездом. Он почти ничего не помнил, но когда пришел в себя, поезд уже ушел, а Эндрю лежал в поле совершенно невредимый. Так что он не волновался. Возможно, существовал способ снять проклятие. Может быть, они не были… настолько бессмертными. Кто знает? Но сегодня был не тот день, когда кто-то из них собирался это выяснить. Нил выпил последний шот и соскользнул со своего места, найдя руку Эндрю, чтобы держаться за нее. — Ладно. Поехали. Но если я умру, ты умрешь.… Не знаю, похорони меня в горе или что-нибудь в этом роде. Я люблю горы. — Знаешь, если ты считаешь, что для этого надо напиться, то, может быть, на самом деле ты не так уж и склонен к этому. Нил фыркнул. — О, не надо со мной философствовать, Миньярд. Просто брось меня на рельсы и молчи. — Это грязные разговоры? Не очень удачно. Нил пробормотал что-то на незнакомом Эндрю языке. Он говорил на дюжине языков, но Нил лучше разбирался в них, и Эндрю был почти уверен, что этот ублюдок говорил по крайней мере на нескольких мертвых просто для того, чтобы заебывать людей. Он был злобным демоном. Десять минут спустя Эндрю присел на корточки рядом с Нилом, снял перчатки и зарылся пальцами в его волосы. Нил лежал на рельсах, положив шею на один из них и закинув ноги на другой. — Я думаю, что засну, если этот чертов поезд не придет в ближайшее время. Нил едва успел произнести эти слова, как его глаза закрылись. Слишком много выпивки, предположил Эндрю. Эндрю отошел от рельсов и стал ждать. Когда поезд приблизился, он наехал на Нила, как на мягкое животное, а когда ушел, на Ниле не было ни царапины. Абсолютно предсказуемый результат.

╭⋟────────────────────────╮

Чертовы испытания ядерного оружия

╰────────────────────────⋞╯

После неудачи с поездом Нил исчез на две недели. Для человека, прожившего столетия, это было пустяком, да и Эндрю с Нилом виделись нечасто. Обычно между их визитами проходили месяцы, иногда годы. Но на этот раз его отсутствие грызло желудок Эндрю, как червяк. Когда Нил наконец появился в хижине Эндрю, спрятанной в уютном уголке Аппалачей, воздух снова стал немного слаще. К полуночи Нил выпил полбутылки вина и целый час разглагольствовал о хижине Эндрю, что было, мягко говоря, забавно. Глаза Нила все еще были широко раскрыты и блестели, когда он оглядел помещение, как будто оно было сделано из золота. Это был любимый дом Эндрю. Стеклянные стены и отверстие в крыше. Это было великолепно. Нил с трудом удерживал свое внимание на доске в центре комнаты. — Что это за хрень? — наконец сказал Эндрю, когда Нил перестал рисовать. Его голос звучал так, словно шел из-под земли, низкий и скрипучий. — Там проводят испытания ядерного оружия. — Что? Нет, Нил, должно быть, чертовски шутит. Этого не было в списке Эндрю. Неприятная дрожь пробежала у него по животу. — Ядерное оружие, Эндрю! Ну же, подумай об этом. Ядерного оружия не существовало, когда мы были прокляты. Эндрю моргнул. — Как и диетическая кока-кола. Мы просто перечисляем ужасные вещи, которые изобрели люди? К чему ты клонишь? — Дело в том, что я, — Нил провел линию поперек островка на доске, — лечу на Новую Землю, прямо сюда. Нил нарисовал еще несколько линий. — Что это за хрень? — Где именно? Эндрю поднялся со своего места на диване и ткнул пальцем в новую группу линий. — Вот это. — А, это я. Эндрю вздохнул. — Четыре столетия, а ты не можешь сделать гребаную фигуру из палки. Она совсем не похожа на тебя. Нил закатил глаза. — Конечно, похожа. Он схватил красный маркер и нарисовал завитки на том, что должно было быть головой фигурки. — Видишь? Полностью я. Мы можем двигаться дальше или ты хочешь, чтобы я воскресил Рембрандта, чтобы он нарисовал это дерьмо для тебя, о великий знаток искусства? Эндрю подавил смешок. — Ты еще нахальнее, когда пьян. — Я не пьян. Пока. Ты меня слушаешь? Эндрю помахал рукой в воздухе. — Ладно, отлично. Итак, я… прилетаю сюда перед тестированием, они взрывают это дерьмо или что бы это ни было, и если мне повезет, я испаряюсь. Взрываюсь? Превращаюсь в пыль? Не знаю, но суть ты уловил. Узел в животе Эндрю затянулся. — Или. Ты можешь… не делать этого? Нил медленно моргнул. — Что? — Я имею в виду… Это кажется немного грубоватым. — Ты сказал, что поможешь. — Я знаю, что сказал, просто… — Я ухожу. Нил бросил маркер и бросился к двери. Эндрю вскочил и через секунду последовал за ним. — Нил, подожди. — Нет. Я думал, ты понимаешь! Я думал, ты… Эндрю схватил его за плечо и развернул к себе. Глаза Нила были широко раскрыты, черты его проклятого «я» мелькали сквозь человеческую форму. В отличие от Эндрю (да, он видел свое проклятое «я» в зеркале, большое вам спасибо), глаза Нила светились ярко-кобальтовым синим, когда он терял контроль над своей человечностью. Его лицо налилось густым пунцовым румянцем на щеках, дымчатая сажа поползла вверх по предплечью, исчезая на локтях, рука дрожала там, где он сжимал рукав Эндрю. Черт, он все еще был… красивым, что даже близко не подходило, но опять же, Эндрю был предвзятым. Он зажал Нилу рот рукой и уставился на электрическое голубое свечение. — Останься. Нил остался. В течение следующих трех дней, пока не состоялся дурацкий план ядерных испытаний Нила, Эндрю почти не спал. Он смотрел, как Нил исчезает в грозовом облаке утра, оставляя воздух замерзшим в легких Эндрю. Когда облако вернулось через несколько часов, Эндрю, наконец, снова вздохнул.

╭⋟────────────────────────╮

Маковка со Святой водой

╰────────────────────────⋞╯

Нил несколько раз моргнул, глядя на ванну. — Святая вода? Ты издеваешься надо мной. Эндрю усмехнулся. Ну, технически… Конечно, он не то чтобы издевался над ним, но прекрасно понимал, что это не сработает. Он пытался сделать это, когда думал, что сможет снять проклятие. — Я читал об этом в книге, — сказал Эндрю. — Ты читал об этом в книге, — Нил поднял брови. — Смотри, ее использовали для разрушения проклятий. Наверное. — Откровенная пропаганда, если хочешь знать мое мнение. Эндрю застонал. — Я просто говорю, что это маловероятно, Эндрю. — Почему, потому что это не включает в себя дерьмо, которое взрывает вещи? Нил закатил глаза. — Если ты спрашиваешь меня, предпочитаю ли я снять проклятие и сбежать, как обычный смертный человек, на пару десятилетий… да. Но я думаю, мы оба знаем, что это очень маловероятный вариант. Более вероятно найти лазейку в этом дерьме бессмертия. — Так ты хочешь попробовать или нет? Нил вздохнул. — Ладно. Как мы узнаем, сработало ли оно? Взгляд Эндрю остановился на идеально круглой заднице Нила, когда он наклонился, чтобы проверить температуру воды в ванне. — Эндрю? — Что? Эндрю отвел взгляд. — Я спрашиваю, как мы узнаем, сработало ли оно? Эндрю уставился на него. — О, я не знаю, Нил. Должно быть, чертовски трудно понять, снова ли ты смертен. Не то чтобы я мог тебя слегка пырнуть ножом, или, я не знаю, у меня есть гребаное чувство убийства или что-то в этом роде. — Теперь я понимаю, почему за все эти годы ты так и не завел друзей. Ты невыносим. — Я никогда не говорил, что у меня нет друзей. Залезай в чертову ванну. Нил посмотрел на него, смешно надув губы на своем великолепном лице, скрестив руки на груди, и Эндрю… Эндрю захотелось проглотить его. Последние две недели напомнили ему, почему было легче, когда они встречались только время от времени. Нил вызывал привыкание. Было так легко скользнуть в бесконечный круг тоски с ним, и проводить последние дни, практически приклеившись к нему, не приносило Эндрю никакой пользы. — Я не собираюсь раздеваться перед тобой, — сказал Нил. — Тогда садись прямо в одежде. Нил поднял бровь. — Что, не хочешь компании? Знаешь… на случай, если это последний час, который ты проведешь как проклятый бессмертный? Нил закатил глаза, спустил штаны и прыгнул в ванну в одних трусах и рубашке. — Конечно. Эндрю подтащил стул из угла просторной ванной поближе к ванне. За исключением двухфутовой полоски кафельного пола вокруг ванны, остальная часть ванной была покрыта мягкими коврами, и Эндрю поставил стул так, чтобы его ноги все еще впивались в пушистый ковер. Он прокрутил в голове дюжину вариантов развития событий, дюжину различных способов завязать разговор, но ни один из них не привел к решению, на которое он надеялся. Нил был упрямым маленьким дерьмом, и Эндрю знал, что не сможет просто отговорить его. Пытаться отговорить Нила от чего-либо было безнадежным делом. Он понял это много лет назад, когда пытался урезонить Нила насчет всей этой чепухи о дружбе с людьми. Эндрю был не из тех, кто читает людям лекции, но было невыносимо смотреть, как Нил полностью истощен после каждого разбитого сердца, которое причиняла ему потеря близкого друга. Так что, может быть, если Эндрю не сможет отговорить его, он сможет показать ему, что вокруг все еще есть хорошие вещи, достаточно хорошие, чтобы заставить его отказаться от своего проклятого идиотизма. Нил нырнул под воду и задержался там на пару минут. Когда он вышел, его волосы были прилизаны к голове. Нил усмехнулся. — Святая вода на вкус совсем как обычная. Эндрю вздохнул и рухнул в кресло, откинув голову назад. Он потер виски рукой. — Не могу поверить, что ты пил воду из ванны. — Стоит попробовать. Эндрю посмотрел на него. Нил сидел, вытирая полотенцем волосы и растирая мокрые пряди по лбу. Затем он откинулся назад, пока его шея не уперлась в край ванны, и позволил себе плавать в воде. — Ты никогда не рассказывал мне, как тебя прокляли, — сказал Эндрю, заставляя себя отвлечься от идеальной линии обнаженной шеи Нила. — Ты знаешь как. Так же, как и тебя, кусок проклятого дерева попал в мое тело. Ты знаешь правила. — Хм. Но ты никогда не упоминал, как. — Я не думал, что это имеет отношение к делу. Эндрю откинул голову назад и закрыл глаза. — Ты не обязан мне говорить. — Как тебя прокляли? Эндрю вспомнил тот день. Это был последний день, когда он видел брата и кузена. Битва закончилась, и Эндрю даже не помнил, как он оказался так далеко от поля боя. Он знал, что ищет Аарона и Ники, но некоторые детали были размыты. Он вспомнил, как тот человек стрелял и промахнулся, а потом врезался в дерево. — Битва 1497 года. Я ушел с поля боя. Пытался найти брата и кузена, а потом на меня напали. Какой-то долбаный мудак размером с медведя. Швырнул меня на чертово дерево, и я… получил удар веткой насквозь. Довольно неловко, не правда ли? Вот так. Теперь ты знаешь. Нил слишком громко сглотнул. — Да… Битва… То есть, конечно. Да. Это ммм… Я тоже. Да, то же самое. Я определенно не просто… лизнул это. Глаза Эндрю распахнулись. Он посмотрел на Нила, который в данный момент делал крошечные волны в ванне, не глядя на Эндрю. Его лицо было нежно-розового цвета. — Нет, — сказал Эндрю. — Хм? Конечно нет, о чем ты говоришь. Нил снова нырнул под воду. — Нил. Никакой реакции. Эндрю скомкал полотенце и швырнул в него. Нил приподнялся и скорчил гримасу. — Ты загрязняешь мою святую воду. — Хорошая попытка. Ради всего святого, скажи мне, что ты не лизал дерево. — Э-э-э… Да, конечно, я этого не делал. Счастлив? Эндрю закрыл лицо ладонями. Черт возьми, Нил был смешон, абсолютно чертовски смешон. — Клянусь, ты не настоящий человек. — Да, да, скажи мне, что я смешон уже в две тысячи девятнадцатый раз. Эндрю закатил глаза. — Ты просто смешон. Нил ухватился за край ванны и встал. — Вода становится холодной. Этого должно быть достаточно. Хочешь попробовать… убить меня… немножко? — Или я могу дотронуться до твоей руки, посмотреть, если что-нибудь случится, и ты сможешь убежать, как счастливый смертный человек, и досаждать людям еще лет пятьдесят или около того. — Или это. Эндрю бросил в Нила еще одно полотенце и встал. — Вытрись. Ты не будешь капать на мои ковры. — Ты не будешь капать на мои ковры, — сказал Нил плаксивым насмешливым голосом. — Эта шерсть ручной работы из Марракеша. Нил провел полотенцем по всему телу, свирепо глядя на Эндрю. — Ты можешь быть более претенциозным? — Всегда есть место для совершенствования. Не то чтобы ты знал. Иди сюда. Нил шагнул ближе, его умный рот наконец закрылся. Он остановился перед Эндрю. Для того, кто утверждал, что хочет умереть, он, черт возьми, выглядел потрясенным такой возможностью. Эндрю протянул руку. — А что, если это… не сработает? — еле слышно сказал Нил. — Тогда это не сработает. Нил схватил Эндрю за руку. Ничего не произошло, как и ожидалось. Его кожа была совершенно цела там, где пальцы Эндрю прижимались к пальцам Нила. Нил сокрушенно вздохнул и прижал руку к груди под рубашкой. — Нил, это не… — Я знаю. Слабый дымок пробивался сквозь рубашку Нила. Под ладонью Эндрю вспыхнули искры. Глаза Нила были широко раскрыты, дыхание-поверхностным и быстрым. Нил подошел ближе. — Ты знал, что это не сработает. В ответ Эндрю крепко сжал бедро Нила. — Эндрю. — Я не знал, — солгал Эндрю. Его ладонь скользнула по скульптурной линии груди Нила вниз, к животу. У Нила перехватило дыхание. — Думаю, ты задержишься здесь, чтобы развлечь меня подольше. — Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя, — отрезал Нил, но голос его уже дрожал. Его самообладание всегда было таким слабым. — Значит, я смогу. Нил моргнул, — Что ты сможешь? — Развлечь тебя. Не отставай, Нил. Глаза Нила расширились. Он проследил за рукой Эндрю, прижатой к животу, и поднял глаза. — Да. — Хочешь попробовать что-нибудь другое? — Да. Эндрю поцеловал его. Он знал, почему они не делали этого чаще — поцелуй с Нилом казался последним шагом с обрыва. Это не было преувеличением, Эндрю действительно однажды прыгнул со скалы в океан в Ирландии. Губы Нила приоткрылись, впуская язык Эндрю в рот, из горла вырвался тихий стон. К черту Нила и его гребаные звуки. Эндрю стянул рубашку через голову Нила и бросил ее на пол позади него. И наконец, наконец, его руки оказались на нем, ладони скользили по его коже, как по теплому шелку. Дым в ванной сгустился, и Эндрю не мог не отметить отсутствие детекторов дыма в доме. Он толкнул Нила, пока его спина не уперлась в стену, и скользнул пальцами вниз по животу, вызывая мурашки по нежной коже. — Эндрю. Его имя прозвучало как молитва из уст Нила. Нил откинул голову назад, обнажив свою красивую шею, и Эндрю потерял самообладание. Он сделал несколько засосов, которые исчезли почти сразу же, как только Эндрю оставил их там. Его руки исследовали обнаженную грудь Нила. Он знал каждый гладкий шрам, вырезанный на коже Нила, и все же прикосновение к ним каждый раз посылало пульс Эндрю к небу. Нил схватил его за плечи, его пальцы сильнее впились в кожу Эндрю, а губы скользнули вниз по шее Нила. — Я хочу отсосать тебе. Да или нет? — сказал Эндрю и укусил Нила за мочку уха. Нил захныкал. — Слова, Нил. — Да. Да, да, я… Просто прикоснись ко мне. Все, что угодно. Делай что угодно. Эндрю опустился на колени и вцепился пальцами в резинку боксеров Нила. Нил пробормотал над ним что-то бессвязное. Эндрю хотел заставить его забыть собственное имя и весь этот дурацкий план. Может быть, он мог бы показать Нилу некоторые вещи, которые стоили того, чтобы оставаться проклятыми еще несколько столетий или около того. Эндрю с минуту ласкал ртом твердые очертания члена Нила, прежде чем освободил его от белья. Черт, у него потекли слюнки, просто глядя на это. Он поднял голову и встретил сияющий взгляд Нила. Кобальтово-голубое сияние было ярче, чем когда-либо прежде. — Ты можешь держать свои руки в моих волосах, — сказал Эндрю, прежде чем наклонился и обхватил губами кончик члена Нила. Нил ахнул, его пальцы крепко сжали локоны Эндрю. Сначала Эндрю сосал нежно, его язык прижимался к нижней части головки, а затем вращался вокруг нее. Нил стонал так красиво, что Эндрю мог просто утонуть в этом звуке. Он опустился на всю длину, принимая весь член Нила в свое горло. — Эндрю, — заныл Нил. Его голос был на грани срыва. Эндрю хотел, чтобы он развалился на части. Он наклонил голову, добавляя немного дополнительного всасывания. Одна рука нашла мягкий изгиб под ягодицей Нила, в то время как другая держала его бедро прижатым к стене. Дрожь в бедрах Нила могла быть просто второй любимой вещью Эндрю в Ниле. Первым всегда будет Нил, стонущий его имя. Что он и делал. Неоднократно. Эндрю почувствовал, как в ту же секунду его контроль покинул его, и он был благодарен, что был полностью одет и надел очень узкие джинсы. Когда дело касалось Нила, Эндрю всегда переходил тонкую грань контроля, позволяя ему выскользнуть из его хватки только на полпути. Но прямо сейчас член Нила был у него в горле, и Эндрю терялся в этом чувстве. Дрожь пробежала по его телу, покалывание в ладонях было эклектичным, почти видимым. Тесные джинсы надежно скрывали его… стояк. Который Нил никогда не видел. И если Эндрю и имел право голоса, то никогда не сказал бы. Он был болезненно твердым в штанах, но так близко к краю, что это было почти неловко. Что ж, это было чертовски ново. Он схватил Нила за бедра и прибавил скорость, наслаждаясь жжением в горле. — Эндрю, я не могу… Я собираюсь… Эндрю, я… Эндрю вибрировал вокруг члена Нила, превращая его слова в грязные стоны. Горячие струи ударили ему в горло, глаза наполнились слезами. Эндрю больно впился пальцами в бедра Нила и сглотнул вокруг его пульсирующего члена. — Дрю, — в отчаянии простонал Нил, и этот звук разрушил что-то настолько глубоко в душе Эндрю, что он на мгновение потерял драгоценный контроль над собой. Оргазм обрушился на него, как ослепительная волна. Эндрю застонал вокруг члена Нила, его колени дрожали. Позже, когда они оба лежали на модных ковриках Эндрю, он пытался отогнать чувство, растущее в груди, пытался убедить себя, что в нем говорит просто та часть мозга, отвечающая за секс. Но тихое дыхание Нила рядом с ним всколыхнуло мир в его груди, и впервые за столетия он испугался. По-настоящему, был сильно напуган. Не столько из-за того, что он чувствовал, сколько из-за того, что он может потерять, если Нил не откажется от его плана.

╭⋟────────────────────────╮

Лавовый кластер

╰────────────────────────⋞╯

Когда Нил избегал его в течение двух месяцев, Эндрю знал, что этот идиот собирается сделать что-то глупое. Итак, он не чувствовал никакой вины, когда следовал — поправка: преследовал — Нила во всех местах, которые тот часто посещал. Когда Нил превратился в облако дыма и рванул в случайном направлении, Эндрю отправился за ним. Он должен был предвидеть это. Когда он наконец приземлился на твердую землю, то узнал это место. Он уже бывал здесь раньше. Ему было невероятно скучно между вторым и третьим веком существования, поэтому он хотел увидеть все. В списке значился самый активный вулкан в мире. Он также знал, что вулкан не может убить Нила. Во время второго визита Эндрю во время извержения Этны произошел небольшой инцидент — он поскользнулся и упал в полосу лавы. Все, что он получил, это временное жжение, не более чем солнечный ожог, и это длилось две секунды. На самом деле не должно было быть ничего удивительного в том, что Нил оказался здесь во время извержения вулкана. Но то, что он не сдался, было похоже на копье, пронзившее грудь Эндрю. Эндрю материализовался позади Нила, так близко к лаве, что его кожу покалывало. — Какого черта ты делаешь? Нил чуть не подпрыгнул от его голоса. — Ты что, преследуешь меня? — Нет. — Ни хрена подобного, — фыркнул Нил, — Чего ты хочешь? — Тебя, — хотел сказать Эндрю. Вместо этого он указал на источники плавучей лавы. — Это не сработает. — Ты этого не знаешь, — в глазах Нила отразилось пламя. — Ладно. Тогда иди и попробуй. Потом мы сможем поговорить. — Что? — Я сказал, иди попробуй, — сказал Эндрю и подошел ближе к Нилу. — О, ты так уверен, что это не сработает? Потому что ты такой чертовски умный. Черт, я помню, почему мы не друзья, ты невыносим. Эндрю усмехнулся. — Не надо так шуметь. Ты не знаешь, сработает ли это. Это… Эндрю вздохнул и сделал еще один шаг. — Ты прав. А я — нет. Вероятно, это сработает. Давай выясним. Затем он толкнул Нила через край и прямо в лужу лавы, собравшейся вниз по склону. Ебаный идиот. Нил был абсолютным идиотом, и Эндрю ненавидел каждую его частичку. Он повернулся на каблуках и понесся прочь от Нила, взлетев на уютный маленький холмик, достаточно далеко от шоу. Он лежал на земле и смотрел в красновато-золотое ночное небо, освещенное далекой горой Этна. Нил приземлился рядом с ним через пару минут. — Это был мудацкий ход. — Разве ты не хотел сгореть в чертовой лавовой луже? Я пытался помочь тебе. Как ты и просил. — Перестань толкать меня! Эндрю долго молчал. Молчание было слишком тяжелым, и было так много всего, с чем он мог справиться, прежде чем нарушить его. — На самом деле ты не хочешь этого делать. Почему ты продолжаешь? Ты же знаешь, что это не сработает, ничего не сработает. Нил сглотнул. — Потому что это… это… Он провел рукой по лицу. — Я не хочу оставаться один, Эндрю. Знаешь, люди ошибаются насчет бессмертия. Я имею в виду, конечно, смерть страшна, но я пережил всех, кого когда-либо знал, каждого друга, каждую связь, мне пришлось потерять их всех. — Значит, все дело в одиночестве. Нил стукнул его плечом. — О, не делай вид, что тебя ничто не задевает. Эндрю медленно, глубоко вздохнул и решил докопаться до сути. В конце концов, он был здесь. А что, если это было то, в чем они оба нуждались все это время? Бессмертие с Нилом рядом звучало как гребаная мечта, когда он был полностью честен с самим собой. Он прочистил горло. — Ты избегал меня. Почему? — Ты знаешь почему. Нил упал на спину рядом с ним. — Почему бы тебе не объяснить мне по буквам? Нил вздохнул. Он повернулся на бок и посмотрел на Эндрю. — Если я этого не сделаю, то могу наделать глупостей. — Все, что ты делаешь, глупо. — Эндрю. — В чем дело? Что такого ты сделаешь, что в твоей голове покажется такой уж глупостью? Нил отвернулся от него. — Я могу убедить себя, что… что это хорошо, что я могу просто быть… что мы можем… — Что мы можем? Голос Эндрю был нарочито низким, самым мягким, какой он когда-либо слышал. Нил издал тихий звук в глубине горла. — Что мы можем… сделать из этого хорошую жизнь, как бы долго она ни длилась. Что я больше не останусь один. Что я забуду, что мне снова будет больно, или я проведу десятилетие, оплакивая другого друга. И все потому, что теперь мне хорошо. Потому что ты заставил меня почувствовать… В любом случае. Долго это не продлится, тебе станет скучно, и ты продолжишь заниматься тем, чем занимаешься в отъезде, и мы оба это знаем. Это, — Нил указал между ними, — это просто… разрядка напряжения. Эндрю повернулся, чтобы посмотреть в лицо проклятому идиоту. — Неужели? — Ты давным-давно ясно дал понять. Это правда, Эндрю сказал Нилу, что то, что они сделали, ничего не значит. Он сказал, что это способ излечить их от сенсорного голода, способ прикоснуться к кому-то другому без ограничений, без риска причинить ему боль. Но Нил сказал ему в ответ то же самое. Эндрю сел, положил руку Нилу на грудь и повалил его на землю. — И ты тоже. Что изменилось? — Ничего, — прошептал Нил, его голос дрожал от чего-то, что звенело как желание в голове Эндрю. — Ничего. Ложь никогда не смотрелась на тебе хорошо. Он наклонился ближе, нависая над ртом Нила. — Эндрю. — Просто скажи это, Нил. — Это не просто разрядка напряжения. Никогда не была. В мозгу Эндрю загудели помехи. Он был невероятно близко ко рту Нила, его теплое дыхание делало с Эндрю то, о чем он планировал никогда не говорить. Он скользнул рукой по груди Нила и провел ею под шеей. — Нет. Это не так. Эндрю приподнялся и уперся коленом в бедро Нила, кончиками пальцев касаясь его нижней губы. — Я хочу поцеловать тебя. Да или нет? У Нила перехватило дыхание. — Да. Эндрю не нуждался в другом приглашении. Он поцеловал Нила с отчаянием, которое бурлило у него в груди последние два месяца. Его руки нашли теплую кожу под рубашкой Нила, подняли ее и стянули через голову. Нил жалобно заскулил. — Да, черт возьми, прикоснись ко мне, просто прикоснись ко мне. Эндрю провел зубами по подбородку Нила, поцеловал уголочек рта и провел по нему языком. Он поднял глаза и увидел, что глаза Нила слабо светятся кобальтовой синевой в темноте. — Я позабочусь о тебе. Он поцеловал Нила медленно и глубоко, вытянув из него довольно тихий стон, и все внутри его груди встало на свои места. — Позволь мне сделать тебе приятно, детка. Нил обхватил рукой шею Эндрю сзади и притянул его к себе для еще одного поцелуя. Эндрю отстранился, проводя пальцами по груди Нила. Электрические искры жужжали под его кожей, слабый дым туманил воздух вокруг них. Его пальцы зацепились за пояс штанов Нила и стянули их вниз, а потом и с ног. Нил потянулся вверх, преследуя губы Эндрю, но Эндрю отодвинулся немного дальше, увеличивая расстояние между ними, и ухмыльнулся. Нил заскулил и упал на спину, тяжело дыша. На несколько секунд Эндрю забыл, как дышать. Нил был великолепен, голый, задыхающийся и желающий его. — Мне нужно… Могу я… Можем мы… — Нил запнулся. Эндрю наклонился к нему. — Чего ты хочешь, Нил? — Я хочу… прикоснуться к тебе. Я тоже хочу тебя видеть. Эндрю схватил Нила за запястья и прижал их к земле над его головой. — Держи руки выше моей талии. Нил отчаянно закивал, слегка дрожа, и Эндрю отпустил его. Когда он был в таком состоянии, Нил не мог сохранить нейтральное выражение лица, чтобы спасти свою жизнь. Все его эмоции плясали на красивом лице, и Эндрю не мог отвести взгляд. Он стянул рубашку через голову, борясь с трепетом в груди, когда Нил судорожно вздохнул, затем расстегнул джинсы и спустил их на ступеньку ниже. Даже в тусклом свете янтарного неба лицо Нила заметно покраснело. Его взгляд скользнул от лица Эндрю вниз по груди и остановился на его члене. Нил потянулся к шее Эндрю и притянул его к себе, совершенно не касаясь его рта и прижимаясь губами к его шее. Он покусывал чувствительную кожу, мягко касаясь ее зубами, и посасывал засосы до самого горла, пока у Эндрю не задрожали колени. — Нил, — выдохнул Эндрю. Нил провел языком по последним засосам, и Эндрю проиграл битву со своей проклятой формой. Ему было все равно. Он сжал рукой мягкие кудри Нила и простонал его имя. Он не осознавал, что его хвост материализовался, пока он не метнулся в сторону и не обвился вокруг предплечья Нила. Нил со вздохом отпустил его. — А… Эндрю. Эндрю вздохнул и прижался головой к груди Нила. — Ты не должен был этого видеть. — Ты… Что? У тебя есть хвост? Откуда у тебя хвост? — Давай не будем раздувать из мухи слона, — пробормотал Эндрю и поцеловал Нила в солнечное сплетение. Нил захныкал. — Можно… можно мне его потрогать? Эндрю поднял голову. Глаза Нила были широко раскрыты и затуманены желанием, тонкие голубые кольца вокруг его расширенных зрачков были ярче, чем когда-либо. Эндрю высвободил свой хвост из руки Нила и кончиком коснулся его щеки. Еще один всхлип. — Ты невозможен, — сказал Эндрю и ткнул Нила хвостом в руку. — Черт. У тебя есть хвост. Ты… Это… Ты охуел, — заскулил Нил и провел костяшками пальцев по хвосту Эндрю, и черт, это прошло электричеством через тело Эндрю. Никто никогда раньше не прикасался к его хвосту, черт возьми, никто никогда его не видел. Пальцы Нила, касавшиеся его длины, заставляли его ноги чувствовать себя как желе. — Нил. Нил немного приподнялся и поцеловал хвост. Эндрю подавил стон в кровоточащем поцелуе, который он запечатлел на шее Нила. Он повалил его на землю и укусил в шею, его хвост завис над губами Нила. Он дрожал от волн удовольствия, которые посылали по его телу маленькие поцелуи Нила на хвосте. Эндрю переместил свой вес, пока его член не потерся о член Нила, протянул руку между ними и сжал их обоих в своей руке. — Э-Эндрю, твою мать. Спина Нила выгнулась, его шея восхитительно открылась обжигающим поцелуям Эндрю. Его поцелуи сначала были медленными, но быстро стали беспорядочными, и они оба приблизились к краю пропасти. Пальцы Нила обхватили хвост. Он ласкал шелковистую гладкую длину, заставляя Эндрю издавать смущающие, уязвимые звуки. И на этот раз ему было все равно, что он уязвим. Только не с Нилом. Нил поднес хвост ко рту и пососал кончик, и на этом Эндрю кончил. Он прижался лбом к плечу Нила и бесстыдно простонал его имя, пока оргазм стирал все связные мысли из его головы. Нил последовал за ним несколько секунд спустя, вибрации его стонов вокруг хвоста Эндрю бесконечно затягивали его собственный оргазм. Они оставались прижатыми друг к другу в течение нескольких минут, слабый дым все еще поднимался в воздухе от мест, где их руки касались кожи. Он достаточно быстро растворялся в воздухе. Эндрю наконец пошевелился, натянул штаны и помог Нилу найти одежду. Они лежали на боку, лицом к лицу, касаясь друг друга пальцами. — Не могу поверить, что у тебя есть хвост, — сказал Нил и ухмыльнулся. — Ты ведь никогда не отпустишь его, правда? — Не совсем. Откуда у тебя хвост? Эндрю усмехнулся. — Откуда мне это знать? Не я изобрел это чертово проклятие, и оно появляется только тогда, когда моя проклятая форма полностью включена. — Ну, у меня его нет. Значит, это должно быть что-то другое. Это должно что-то значить… Глаза Нила расширились, а лицо снова покраснело. — Что? — Ничего. Нил перевернулся на спину и уставился в небо. — Это не пустяки, скажи мне. — Это… — Нил вздохнул и снова повернулся к нему, — Ладно. Итак, ты сказал, что тебя зарезали о ветку на дереве. Это было похоже на… шип? Или, может быть, похожая на копье ветка? Эндрю что-то промычал и повернулся на спину. — Примерно так выглядит твой хвост. — Может быть, — куда, черт возьми, он клонит… — Подожди. Эндрю резко повернул голову к Нилу, который покусывал нижнюю губу с самым смущенным выражением, которое Эндрю когда-либо видел на его лице. — Осмелюсь спросить, как ты так быстро пришел к такому выводу? Лизнул дерево. Нил, блядь, лизнул дерево. Своим настоящим языком. Что, черт возьми, он сделал… Нил придвинулся ближе к Эндрю. — Я могу… Я могу тебе показать. Бля. — Да. Нил обхватил ладонями его щеку и прижался губами к губам Эндрю. Целоваться с Нилом всегда было хорошо, но когда он двигал языком во рту, мозг Эндрю замыкался. Горячий язык Нила обвился вокруг Эндрю так, как это должно быть невозможно, обвился вокруг него, гладкий и… нечеловечески длинный, прежде чем он отстранился. — Черт, — задыхаясь, прошептал Эндрю. — Я так тебя ненавижу. Нил усмехнулся. Они часами смотрели на вулкан вдалеке, пока Нил не прислонил голову к плечу Эндрю и не уткнулся носом ему в шею. Эндрю крепче обнял его за талию. Он был пьян от этого. От того, что Нил так близко, от того, что это навсегда станет частью жизни Эндрю. Он уже засыпал, его разум был полон тумана и сладкой ваты, когда Нил заговорил снова. — Откуда ты знал, что ничего не случится, если я попаду в лаву? — М-м-м? — Откуда ты знал? Ты знал, что ничего не случится, иначе не стал бы давить на меня. Мозг Эндрю был счастливо выключен, когда он ответил. — Однажды я упал в лаву. Нил напрягся и отпрянул. Мозг Эндрю снова включился. — Что? Вот дерьмо. Он не должен был этого говорить. — Это было в твоем списке. Глаза Нила расширились. — Нил… — Это было в твоем списке, Эндрю! И что, ты только что составил список вещей, которые, как ты знал, не сработают, чтобы поиметь меня? Нил вскочил на ноги. Эндрю последовал за ним в мгновение ока. — Нил, это не было похоже на… — О Боже, именно это ты и сделал, не так ли? Ты солгал мне. — Я не… — И об этом ты тоже лжешь? Это все? Ты лжешь мне, что это не просто снятие стресса для тебя, чтобы тебе было удобно иметь кого-то, к кому ты можешь прикоснуться, когда захочешь? Голова Эндрю гудела. — Прекрати. Прекрати. Не смей, блять, говорить мне такое дерьмо. Низкий, гортанный звук, который издал Нил, не был человеческим. Он отступил назад, подальше от Эндрю. — Нил, подожди. Но Нил этого не сделал. Он сделал еще несколько шагов и исчез в дымном облаке.