let me love you

После летних каникул

Осталось учиться совсем немного. Да и выпускной скоро, который Джин уже ждёт с древних времён. Ему просто не терпится поскорее закончить школу, чтобы пойти учиться на фотографа. Ранним утром вернувшись в пустовавший всё лето класс, бодрящий стимул учиться родился заново. Все ученики собрались с недовольным видом. Потом и учитель подоспел. Большинству ребят было очень тяжело слушать очередную лекцию после каникул. Некоторые засыпали. Но в целом, первый урок прошёл хорошо. У Джина не возникло каких-либо трудностей, чтобы вникнуть сразу. В обед Джин с ланчем побежал на крышу. Он и Чимин договорились поесть вместе там. Чтобы не слышать нескончаемый шум других. Приходить туда обедать они начали недавно. Ещё до каникул. Только собравшись пойти туда, его остановил Намджун. Вместе с Чхве, с которым он никогда не расстаётся. — Эй, ботан, — его тяжёлая рука легла на плечо Джина, отчего последний пошатнулся. Снова этот голос. Голос, который сидит в печёнках. От которого трясёт. После случившегося в спортзале Намджун не подходил к нему. Он даже игнорировал его. Полностью. Поначалу казалось, что те жестокие времена с издевательствами закончились. Но нет. Спокойствие, дарованное будто самими богами, продлилось недолго. Аппетит резко пропал. — Чё это с тобой? Уже намочил в штанишки, как только увидел нас? — скрестив руки на груди, спрашивает полный пафоса Субин. — Ох, ты, наверное, думал, что мы забыли о тебе? — он подошёл к нему с другой стороны, чтобы нашептать кое-что на ухо. — Но как же мы можем стереть из памяти нашу любимую собачонку? Субин хитро улыбнулся, показав ямочки на щеках. В присутствии хулиганов Джин как всегда молчал. Его губы тряслись от нагнетающих мыслей, что сейчас может быть. Снова побьют? Или принести им что-то? А может, ещё что похуже? Вспоминая ситуацию на площадке с мёртвой мышью, тело содрогалось в ужасе. — Не трясись, — Намджун заметил его панику, отчего в улыбке оскалил зубы. — Мы ещё ничего не сделали. «Ещё». То самое насторожившее ключевое слово. — Ничего, просто... — Джин хотел ответить хотя бы что-нибудь, но так и не смог. — Тц, короче, — Ким отпихнул его. — После уроков чтобы никуда не уходил. Усёк? Хулиганы ушли, а Джин и дальше стоял на месте. Не мог смириться с мыслью о том, что всё повторяется вновь.

***

Занятия подошли к концу. Джин помнил о требовании хулиганов. Он с радостью бы пошёл домой, позабыв о них как о страшном сне, но тот факт, что это может плохо для него кончиться, не даёт себя забыть. Лицо, которое так долго красовалось без ссадин и синяков, рискует вновь быть избитым. Он ждал их возле главных ворот. К школе подъехала дорогая машина ярко-жёлтого цвета. Больше похожая на скоростную. Она остановилась возле Сокджина. Оттуда вышел Намджун в солнцезащитных чёрных очках, разодетый в брендовую кожанку и тёмную водолазку с высоким воротником. Кинув взгляд на второго Кима, он расплылся в сияющей улыбке. — Прыгай, — сказал он Джину. Неловко помяв губы, Джин стал прыгать на месте с очень длинной паузой между прыжками. Приспустив очки, Намджун смотрел на Джина с поднятой бровью. Он прикрыл лицо рукой, облокотившись на дверь своей машины. — Что ты, блять, делаешь..? Вырвался смех Субина, который сидел рядом с водительским сидением. Он видел то, что делал ботан. — Бро? Чё это с ним? Зачем он прыгает? Ахаха! — Бля... Ботан, что ты, нахуй, делаешь? Джин медленно поднял жалобные глаза. — Так ведь... Ты сказал прыгать. — Блять, в тачку! Я сказал прыгать в тачку, дурень. Почему ты воспринял это буквально? Стыдливый взгляд Джина снова потупился. — Короче, неважно, — хулиган схватил его за предплечье и затолкал в машину на заднее. Чхве обернулся на озадаченного ботана, подняв ехидные уголки губ. — Советую пристегнуться. А то отлетишь ненароком. Нащупывая ремень, он в спешке пристегнулся. Было вообще не понятно, что эти двое задумали на этот раз. Как только Намджун даванул на газ и машина тронулась, в уши стрельнула музыка с громкими басами. Она пронзала как уши, так и всё тело своей вибрацией из встроенных колонок. Джин облепил уши руками, но даже это было бесполезно. Музыка орала так, что проходила сквозь. И как только можно слушать музыку так громко? Этого Джин не понимал. Оглохнуть можно. Его пальцы вцепились в сидение, поскольку машина ни с того ни с сего начала дрифтить. Выглянув в окно, было видно, как они кружат из стороны в сторону. Жмуря глаза, хотелось, чтобы это поскорее закончилось. Ему стало страшно. Страшно из-за того, что они могут разбиться. С каждым разом, когда Намджун добавлял бешеной скорости, турбины автомобиля взвывали. От их рёва сердце уходило в пятки. Неизвестно, что бы он делал, если бы сидел спереди, где обзор на дорогу получше. Спустя пару минут они наконец остановились. Сокджина преследовала судорожная одышка. — Оу. Нашему ботанчику охренеть как понравилось, а? Наверное, в следующий раз ему надо будет на переднем попробовать, — заметив, как очевидно дрожит Джин, Субин с сарказмом усмехнулся и вышел. Намджун обвёл взглядом всполошённого Сокджина, пальцы которого так и не расставались с сидушкой. — М-да, выглядишь отстойно, — он потянулся к нему, чтобы чуть взъерошить уложенные волосы и расстегнуть первые две пуговицы на рубашке. — Так будет лучше для этого места. — А... Для какого места? — хлопает глазами Джин. — Там, где можно отдохнуть. Подполка, короче. — Ч-что?! Но школьникам туда нель- — Айщ. Забыл, кто я? Мне всё можно. Но тебе всё равно лучше снять этот уродский пиджак. Быстрее. Парни вышли из машины и затем посетили то самое подпольное казино под видом здания салона красоты. Пока Намджун здоровался со знакомыми, Джин скованно косился по тёмным сторонам, освещёнными неоновыми цветами и разными вывесками. Перед ним возникла полуголая девушка, танцующая стриптиз на шесте. Сердце стало биться от неожиданности. Мгновенно отвернувшись в другую сторону, он схватился за не унимающееся сердце. В другой стороне была толпа людей, играющая в незаконные азартные игры. Там, неподалёку за игорным столом. Чёрт возьми. Хочется сбежать отсюда. Только дёрнувшись к выходу, уйти помешала чья-то грубая хватка. — Куда собрался? — возмутился Наджун, сжимая его запястье. — Я... Я не хочу здесь быть, — Джин махает головой, слипая пухлые губы, которые стали алыми из-за частых покусываний. Хулиган оскалил зубы в улыбке, затем потащил его к месту, которое занял Субин. Толкая Джина на диванчик, он сел рядом с Чхве напротив него. К ним подоспела какая-то блондинка в изумительном обтягивающем платье. — Джун-и, Бин-и. Привет, мальчики! — расплылась в улыбке девушка, взглядом ложась на Намджуна. — Джиа? Привет, малышка. Давно не виделись, — Намджун похлопал рядом со своим местом, приглашая девушку присесть. Та с удовольствием села, уже обволакивая шею своего бывшего и ластясь. — Понимаю, что мы расстались, но мог бы хоть чаще писать мне. Как друг, — она наигранно надула губы. — Мне так одиноко... — девушка приблизилась к его уху. — Без тебя. — Ха, детка, только не говори, что ты снова переобулась. Сама ж кинула меня, помнишь? — он взял стакан янтарного виски с толстым донышком. — Да... Помню, — вздохнула она и отстранилась, заказав у мимо проходящего официанта то же самое, что и у него. Пока все были заняты общением, Джин всё время смотрел в пол, который красился из одного цвета в другой из-за неоновых вспышек. Он не слышал ничего вокруг — словно глушило что-то. А на улице темнело. Мысли забивались битком о том, что скажет его мама, ведь он возвращается каждый день в одно время. — Слышь, ботан. Бухни с нами, — поставил перед фактом Субин. — Я никогда не пробовал, — смирно сложил кулаки на своих коленях Ким. — Никогда? — Чхве вздёрнул бровями и подвинул к нему стакан с алкоголем. — Вот это. Выпьешь? Джин отрицательно помахал головой. Собственно, Субину это не понравилось. Он не привык к отказам. Взяв этот стакан, он настойчиво подносил виски ближе к его губам. — Пей, блять. Ты знаешь, что будет, если не выпьешь, — ухмыляется Чхве, запихнув стакан в его руку. Бокал затрясся. Джин уставился в наполненную жидкость, от которой пахло... довольно сладко? Но он был уверен, что вкус точно отличается. Пить не хотелось, но, по крайней мере, это хотя бы не дохлую крысу съесть. Девушка, сидящая с Намджуном, стала изучать очкастого брюнета. — Хм, Джун-и, а что это за парень? — она вполголоса прошептала ему на ухо, так как громкая музыка не давала нормально общаться. Ким усмехнулся, всё это время наблюдая за тем, как и что делает Джин. — Да так, учимся вместе. Сегодня решил взять с собой. Девушка понимающе кивнула. Притронувшись указательным пальцем к нижней губе, её правый угол губ завлекательно поднялся. — Он милый... — Когда ты пьяна, у тебя все милыми становятся, знаешь? Медленно преподнося виски к губам, Джин всё никак не мог выпить. Даже глоточек. А ещё Чхве заставлял нервничать своим нетерпеливым взглядом. — Твою ж мать. Это всего лишь ебучий виски, чего ты так ссышься? Я ж тебе не наркоту предлагаю, — кипит от возмущения Бин. — Или тебе сразу колесо дать? — Он сдохнет от него, — вмешался Джун и снова остановил взгляд на ботане. — А ему ещё рано. Было неясно, о чём они между собой говорят. Что ещё за колесо. Выдыхая, Джин в конце концов сделал это. Осушил дно стакана. Залпом, защурив глаза. Подумал, что если выпьет сразу всё, то это поможет не чувствовать той горечи и жжения, которые всё-таки впитались в язык, по полной дав прочувствовать себя. Стакан со стуком отшвырнулся на стол. — Да ты псих так сразу пить, хаха! — Субин потянулся за закуской и впихнул её Джину в рот. — Закусывать надо, идиот. Через несколько минут в глазах начало мутнеть. Мышцы расслабились. Он никогда бы не подумал, что впервые выпьет алкоголь таким образом и в такой дикой обстановке. — Ещё раз, — закинув одну ногу на другую, Джун свесил локти на спинку и лукаво усмехнулся. Бокал с горьким напитком снова ожидал Сокджина. — Я, — тяжело выдыхает Джин, смутно глядя на бокал, — не хочу больше. — Эй. Отказываешь, когда я угощаю тебя? — голос Кима обливался едким ядом, от которого тело содрогнулось в кошмаре. Джин метнулся за бокалом. И, дав себе пару секунд осознать повтор тех же ощущений, он залпом выпил ещё раз. С каждым бокалом разум отходил в другую реальность. — Да уж. Учиться тебе ещё и учиться, — выдохнул Субин и воссиял, когда увидел знакомого человека вдали. — Опа. Хён, я отойду ненадолго. Чхве удалился. Громкая музыка, танцующие стриптизёрши вокруг, неоновый свет — всё это больше заставляло погружаться в пошлую и бредовую атмосферу этого места. О том, что нужно домой, мысли и вовсе отлетели. Жжение на языке теперь ощущалось не так противно. Но вот желание пойти подышать свежим воздухом всё же подчинило. Пока Намджун был занят разговорами с девушкой, Джин решил отойти. Не заметив перед собой человека, он случайно врезался в него. — Сука. Смотри, куда прёшь, — грубо фыркнул парень и пошёл дальше, вдобавок толкнув плечом. Из-за помутневшего разума Джин и не понял, что произошло. Заметил только что-то красное на своей груди. Это было красное вино, которое пролилось из бокала того грубияна. — Тц. Иди умойся, ботан. Не позорься, — Намджун окинул его пренебрежительными глазами и продолжил общаться с дамой. Джин вяло поплёлся в тёмный коридорчик, где постепенно долбящая по ушам музыка стихала. Пока шёл, руки сами тянулись к стенам. Чтобы не упасть. В конце коридора были двери. По надписям сверху стало ясно, что это уборные. Дойдя до раковины, включилась струя воды. Отражение в зеркале выглядело безобразно. Растрёпанные волосы, пунцовые губы, неприлично расстёгнутая на несколько пуговиц рубашка — Джин не мог поверить, что это он сам. Неспеша он оттирал красное пятно на груди. Неспеша потому, что не хотел возвращаться. Хотя долго торчать в туалете он тоже не намерен. Более-менее отмыв пятно, он пошёл обратно. На проходе он ненамеренно столкнулся с каким-то мужиком. По привычке Джин извинился, даже не посмотрев в лицо. Распинаться перед кем-то сил не было. — Эй! Ты чё, щенок, в глаза долбишься?! — яростный голос пьяного мужчины немного взбодрил Джина. Он медленно обернулся. И не ожидал, что перед ним возникнет высокий и мускулистый мужчина лет тридцати. — Я же извинился, — невинно смотрит на него Джин. — Мне на хуй твои извинения не сдались. Ты ведь быканул, да? — он стал приближаться. — Нет, я не- Подхватив его за ворот, мужик затолкал Джина обратно в туалет, не давая объясниться. Рядом больше никого не было. Мужчина грубо прижал его к стене, надавливая на кадык. — Что Вы делаете..?! — Ким схватился сразу двумя руками за одну его. Мужчина хотел ударить. Но почему-то замер. — Хм, — мужчина задумался, внимательно рассматривая лицо парня. — Знаешь, твоя мордашка ничего такая. Услышав странное заявление, Джин опешил. Он стал сильнее брыкаться. — Отпустите. — Заткнись, — мужчина одарил его пощёчиной, которая заставила голову наклониться к плечу. Джин застыл, ошарашенно смотря в никуда. Но от удара не было больно. Может, на это влиял алкоголь, уже разлившийся по всему телу. Кисть мужчины стала плавно проводить по доступной шее. Это выпустило трусцу мурашек. Склонив голову, Ким съёжился. Никто другой не трогал его там прежде, поэтому он не ожидал такой реакции от самого же себя. — Вау, — мужчина оскалил зубы в ехидной ухмылке. — А мне сегодня везёт, оказывается? Ахаха! Приближаясь губами к его шее, он оставил несколько миллиметров между ними. — Эй, — поднявшись до его уха, протяжно прошептал мужчина. Джин вздрагивал от дразнящего и в то же время раздражающего щекотания в ухе. Ноги сами подкашивались. — Какой-то ты слишком чувствительный, — исходя из его реакции, понял мужчина. И поджал его коленом между ног. — Хватит... Отпустите, — оробелым и невнятным голосом пытается отогнать его Джин. Он дрожал. Он боялся. И этот запах страха ещё больше дразнил мужчину. — Ахах, знаешь? Думаю, я всё же смогу простить тебя при одном условии. Судорожно подняв голову, Ким надеялся услышать что-то адекватное. Он надеялся, что его пощадят. Но условие так и не было озвучено. Мужчина грубо обхватил его лицо, прижимая плотнее к стене. Чтобы получить полный доступ к шее. Мыча в ладонь, намертво зажимающую рот, Джин чувствовал, как тяжёлая рука мужчины ёрзала на бёдрах. Чувствовал, как влажные чужие губы возились по шее, набухшей венками от напряжения. Чувствовал, как прикусывают его выпирающий кадык. Он был слишком крупным, чтобы так просто отпихнуть. Чтобы Джин наконец прекратил брыкаться, второй рукой мужчина полез под рубашку, раздернув оставшиеся пуговицы. По телу плескались странные чувства. Они были слишком щекотливыми и оттого бесячими. Никакие теоремы не смогли бы утвердить эти чувства. Он дрожал так, будто органам стало холодно. Рядом никого. Никто не поможет. Этот урод всё-таки сделает с ним то, что хочет. Глаза копились слезами. Сука, и эта сумбурность в разуме, будто всё, что происходит, так и должно быть, раздражала до жжения в ноздрях. Тем временем Намджун курил. Снова ту же марку сигарет. Всё ждал, пока вернётся ботан. Ролексы дали понять, что с момента его ухода прошло уже больше двадцати минут. — Что-то он долго, — его брови нахмурились. — Гм? Кто? — переспросила всё ещё рядом сидящая его бывшая. — Отлить надо. Подожди здесь, — Намджун поднялся. Чтобы хоть как-то прекратить этот абсурд, Джин укусил мужчину, исторгая близость между ними. Пользуясь моментом, он хотел бежать как можно быстрее. В его мыслях это выглядело возможным. Но на деле оказалось труднее. Разозлившийся мужчина вцепился в его волосы и отшвырнул назад, только уже на пол. Джин застонал от боли. И уже не мог сдерживать накопившийся водопад слёз. — Кусаться вздумал, тупой шлюхан? — ладонью прилизав волосы наверх, он потянулся к своему кожаному графитовому ремню. — Теперь тебе не отвертеться просто так. Расплатишься по-другому, сукин сын. Поднявшись на колени, Джин, чувствуя холод в теле, поправил покосившиеся очки и одновременно вытер слёзы, которые мешали нормально видеть. С опаской он посмотрел на мужчину, который уже расстёгивал ширинку. Джина схватили за подбородок. — Тебе идёт, когда ты плачешь, — соблазнился мужчина, рассматривая мокрое от слёз личико. Но Джин продолжал умолять перестать, хоть и знал, что это бесполезно. Намджун зашёл в уборную. Пройдя немного дальше, перед ним возникла эта самая картина. Где замученного ботана прижали к стене, посадили на колени, так ещё и тип какой-то перед ним стоит с выпирающим в стороны ремнём. Он не то, чтобы удивился. Он охуел. Ступор одолел на минуту. Намджун обмозговывал увиденное. И, наконец осознав, что тот мужик реально собирается вставить Джину по самое не хочу, он оцепенел. Он целенаправленно пошагал к ним и без церемоний вдарил мужчине с размаху. И тот полетел на пол. — Ты чё, мудозвон, прихуел?! — мужчина взялся за щеку, глядя на не пойми откуда взявшегося парня. Намджун не сводил остервенённого взгляда с мужчины. Нависнув над ним, он начал избивать его. Всё сильнее и сильнее. Пока его грёбаная рожа не окрасилась в бордовый. Пока не пошла кровь из треснувших губ. Он не думал останавливаться, пока не разъебёт каждое очертание на этой наглой морде. Смотря, как он жестоко избивает мужика, Джин понял, что теперь ещё больше стал бояться его. Но если сейчас же их не разъединить, то всё закончится плачевно. Для мужчины, в частности. Подскочив с места, Джин тянул его назад и кричал, чтобы он перестал. Но его не слышали. — Хватит, Намджун! Хулиган, замахнувшись на ещё один удар, вдруг замер. Взгляд опустился на мужика, который уже был без сознания. Когда всё закончилось, Джин ослабил хватку. А потом и вовсе отпустил. Он помнил, что не смеет касаться его. Теперь было слышно только тяжёлую одышку Намджуна, всё ещё сидящего на побитом мужчине без сознания. Молчание разрывало. В мыслях творился полный хаос. Всё запуталось. Думать о чём-либо не было ни желания, ни сил. В висках разливалась тягучая лава. Да и внутри всё горело так, будто тело только что побывало на горячих источниках. Намджун схватил Джина за руку и стремительно рванул на выход. Из этого места. — О, хён! — улыбающийся Субин помахал Намджуну растопыренной ладонью, но потом переменился в лице, когда увидел, что его проигнорировали, пройдя мимо. Наконец громкий шум стих. Идя к машине, Джун молча затолкал его на переднее сидение. — Ты же пьян... Тебя могут арестовать, — он взялся за голову, мельком смотря на севшего за руль Намджуна. — Заткнись, — переключив ручник, он тут же нажал на газ. Сзади было слышно лишь турбинный воющий звук. Они ехали в тишине. Но неизвестно куда. Да и неважно. Главное, что мужик тот не сделал того, что намеревался. Наблюдая за тихими улицами города, размывающихся одна за другой, Джин расслабился. Пусть и находился наедине с тем, кого всеми фибрами души боится и ненавидит. Через сменяющиеся восхитительные пейзажи улиц, возникла школа. В которой они учатся. — Отсюда сам дойдёшь домой, — отчеканил Намджун, смотря в лобовое стекло. Вскинув брови, Сокджин вышел из машины. Но уезжать она не спешила. — Эй, — послышался голос Намджуна, отчего Джин наклонился к опустившемуся боковому окну. — Ты вообще не можешь за себя постоять? Хоть немного? Почему ты, блять, такая... тряпка? Он точно не ожидал, что тот, кто издевается над ним, будет отчитывать его. Поэтому и ответить ничего не придумал. — А если бы меня там не было? Ты бы позволил тому уёбку... — то ли усмехнулся, то ли возмутился Намджун только от мысли об этом. Смотря в его глаза, он стискивал зубы, не желая говорить дальше. Он уехал, оставив за собой лишь вздыбленное облако песочного дыма. Отчуждённый Джин смотрел в одну точку ещё с минуту, вдумываясь в только что сказанные слова. В которых, чёрт возьми, была... правда?

***

Плетясь до дома, Джин периодически поглядывал на тёмное небо, где задним слоем всё ещё проблескивали оранжевые тона. Он переживал о том, что скажет мать, когда увидит его в таком состоянии. Неподалёку выросла площадка. На которую он и решил сходить. Чтобы развеяться перед тем, как прийти домой. Плюхнувшись на качели, висящие на выцветших цепях, он тихонечко раскачивался. Прохлада дурманила лицо и помогала хоть немного разбросать всё по мысленным полочкам. Но только немного. Единственное, что бы помогло насовсем избавиться от этого идиотского состояния — сон. И только он. Просидев так ещё пару убаюкивающих минут, краем уха он услышал чьи-то шаги. Перед его глазами показался бутылёк. Позже выяснилось, что это был антипохмелин. — Чон... Гук? — переполошился Джин, увидев младшего брата. Чонгук сел на качелю рядом. Хлопая уставшими глазами, голова резко затрещала. Мозг будто разрывался по швам. — Ай, — взялся за лоб Джин, тупя голову ниже. Чонгук посмотрел на него. Но эмоции на этом лице, как всегда, было сложно распознать. — Зачем ты напился? — спокойно, но в то же время возмущенно, интересуется Гук. — Меня заставили. В ответ Чон понимающе покивал. Затем добавил: — То есть, если тебя заставят под машину лечь, сделаешь это? Хмуря брови, Джин не хотел отвечать на провокационный вопрос. Вместо этого продолжал рассматривать антипохмелин в руках. — Почему ты пришёл сюда..? — всё хотел спросить его об этом Джин, но уверенности хватило только сейчас. Если бы Чонгук не ненавидел его, то, наверное, он мог бы разговаривать с ним легко и непринуждённо. — Захотел. Мне нельзя? — Ты же ненавидишь меня. Даже дома не разговариваешь со мной. А сейчас... — линия его губ сомкнулась в полоску. Единый шум колышущихся деревьев заставил подумать, что отвечать Чонгук не будет. Но... — Не ненавижу. Ким поднял полные энтузиазма глаза. А Чонгук добавил: — Не ненавижу, просто... Мне на тебя пофиг. Но вот маме нет, — его взгляд остановился на старшем. — Из-за тебя она и сегодня будет переживать. Снова... Ты просто ходячая проблема. Раздалась усмешка. Со стороны Джина. Не понимая, чего тот усмехается, глаза Чонгука воспылали шоком. — Думаешь, мне это всё нравится? — выдыхая в улыбке, его губы постепенно опускались. Сейчас Джин давал себе волю говорить всё, что вздумается. — Я тоже... Тоже не в восторге от того, что происходит в моей жизни. Смириться с мыслью, что я такой лох... Так больно. Но я ничего не могу сделать с ним. Против него я бессилен. Чонгук ничего не говорил. Просто слушал. А Джин продолжал: — Мне чертовски больно, — его губы дрожали от зудящего комка, медленно, оттого и мучительно, прорезающего горло. В глазах размывалось сильнее. От слёз. — Я ненавижу себя за то, что я такой слабый и позволяю другим издеваться надо мной. Я просто хочу, чтобы этот чёртов год уже закончился. Чтобы я мог забыть о школьных годах, как о страшном сне. Джин заплакал, пытаясь спрятать боль за невзрачной улыбкой. — Я хочу... Забыть о нём. Чтобы больше никогда не видеться с ним. Не слышать о нём. Его голос, — голова склонилась вниз и он судорожно выдыхал. — Я его так ненавижу, Чонгук... Просто ненавижу. — Я скажу маме, что ты задерживаешься в библиотеке сегодня. Придёшь, когда она ляжет спать, — выдержав небольшую паузу, предупредил Чонгук и затем ушёл. Смотря на свои кеды, Ким медленно раскачивался. А из его глаз капали нескончаемые слёзы, опаляющие румяные щёки.