Сон

      Однажды Итан Янг проснулся с мыслью, что привык к своей новой жизни. Привык к жестокому наследному принцу, который последние дни практически каждый вечер приглашал его в свою спальню и требовал читать книгу, исправляя ошибки и поясняя некоторые правила. Привык к тому, что теми вечерами мог видеть удивительное превращение холодного принца в мирно спящего молодого человека с красивыми чертами лица. Привык к ежедневно укрепляющемуся чувству собственности Кристофера, который всё чаще заявлял о том, что Итан его вещь, и он уже никогда его не отпустит. Привык к тому, что каким бы тихим и умиротворяющим ни был вечер, утром всё неизменно становилось на свои места: принц наказывал своего пленника за любую провинность. В последний раз, когда Итан вернулся с тренировки уставшим и измождённым, принц даже не позволил ему принять душ, а сразу заставил в окружении охраны нести очередную свою дурацкую картину заказчику, проживающему в пяти километрах от дворца. А потом ещё и оставил без еды до утра из-за того, что поход занял слишком много времени. Конечно же от вечернего чтения это пленника не спасло и, дождавшись когда дыхание наследного принца выравняется, он еле успел доползти до своего ковра и просто вырубился. И так было практически каждый день. Всё это походило на знаменитый день сурка, если бы не странные чувства Итана к наследному принцу. Его кидало из крайности в крайности. Ненависть, принятие, интерес. Та надежда, что закрадывалась в сердце каждый раз, когда Кристофер общался с парнем более свободно, когда умиротворённо засыпал с ним в постели, когда на прекрасном лице проскальзывали тёплые эмоции, всегда разбивалась в пух и прах очередным всплеском негатива. Казалось, что наследный принц просто играется со своей куклой для взрослых. Слава всем богам, что хоть не в прямом назначении, как это принято в современности. Просто взрослая игрушка, которую можно использовать по-разному: бить, издеваться, принуждать к чему-либо, а потом просто умиротворённо засыпать в одной постели. Да что уж там, Итан действительно многофункциональная вещь. И глупая. Глупая и неразумная, потому что иногда сам лез на рожон, пытаясь достучаться до Кристофера с целью что-то изменить в этой тёмной душе. Однажды, когда молодой правитель пришёл взвинченный и нервный, он не позвал пленника на ежедневный сеанс чтения, поэтому тот сам пошёл к нему. Пошёл, чтобы выслушать крики и, положа руки на королевскую голову, гладить его волосы или массировать виски, пока неровное дыхание не превратилось в мерное сопение. Кто из них двоих ещё больший извращенец?       А потом что-то поменялось. В какой-то момент наследный принц Кристофер стал более тихим и задумчивым. Он взял в привычку устраиваться в кресле перед камином и читать, предварительно давая Итану задание по чистке его кистей или позволял делать ему домашнее задание. А ещё пленник ловил на себе нечитаемые взгляды, от которых мурашки бежали по спине. Вот и сейчас, резко подняв голову от книги, парень успел поймать не успевший спрятаться за массивным томом чужой взгляд.       — Наследный принц, — от неловкости Итан потерялся и замолчал, обдумывая, как сформулировать вопрос.       — Что?       — Вы… вы хотите мне что-то сказать?       — Нет, — Кристофер сделал вид, что не заинтересован в разговоре, даже не удостоив раба взглядом.       — Но вы ведь хотите. Я ви… чувствую это, — упрямо заявил Итан. Привыкнув к принцу, он позволял себе всё больше вольностей в разговоре. Естественно, только наедине. Этот подозрительный интерес настораживал, парень хотел знать причину.       — Твой очередной дар? — наследный принц всё-таки оторвался от фолианта, награждая Итана фирменной ухмылкой. Кажется, он нашёл за что можно было зацепиться, избегая главного вопроса.       — Какой дар, о чём вы? Я самый обычный.       — Самых обычных я не зову к себе в постель, — ухмылка стала ещё шире и страшнее. К чему он ведёт?       — Я не понимаю, — признался Итан, устало садясь по-турецки и кладя закладку в учебную книгу, которая так и норовила закрыться.       — Скажи мне, — наследный принц лениво убрал ногу со скамьи и наклонился к пленнику, не меняясь в лице, — а с кем ты делил постель на свободе?       — Эм… — наверняка Итан выглядел глупо в этот момент, но в его голове калейдоскопом закружились сразу кучу мыслей и один огромный вопрос. Какого чёрта? Ладно, может принц имел в виду… — У нас было мало места в хижине, поэтому я иногда спал с ры… с отцом.       — Я не про это, дурень! — тут же вспылил Кристофер, недовольно потирая пальцем переносицу. Было видно, что он закипает, но сдерживает себя. — Какой же ты тупой!       — Я не думаю, что должен отвечать на подобные вопросы. Это личное и не ваше дело, — теперь уже пришла очередь Итана возмущаться. Мало того, что этот невоспитанный королевский отпрыск задаёт подобные вопросы, так ещё и оскорбляет за то, что Итан не хочет на них отвечать. И пусть спустя долю секунды пленник уже пожалел, что не сдержался, он упрямо уставился на Кристофера.       — Ты — моя вещь, значит всё, что я хочу, ты должен мне давать! — тут же оскалился будущий правитель.       — Это ненормально!       Кристофер не ответил. На какое-то непродолжительное время наступила звенящая тишина. Принц замер, его черты лица окаменели. Пока Итан мысленно уверял себя, что сделал всё правильно, обещая выдержать любое наказание за такую дерзость, Кристофер практически бесшумно поднялся и скрылся за дверьми своей спальни. Как раз в тот момент, когда неожиданно стало стыдно. Он же всего лишь раб. Игрушка. Которая если будет вести себя покладисто, то сможет когда-нибудь стать свободной. Итан мысленно дал себе обещание обязательно записаться на приём к психологу, как только у него появится такая возможность.       — Я извинюсь, — спустя примерно полчаса решил парень. Он несмело подошёл к двери и отчётливо постучал. Страха, что его могу посадить на цепь только из-за такой дерзости, как попытка проникнуть в опочивальню наследного принца, уже не было, так как он частенько навещал владельца последнее время. Внутри раздался глухой шум, но дверь не открылась. Для надёжности стукнув ещё раз, Итан осмелился войти.       — Господин Сон… — как и предполагалось, уверенность иссякла в том момент, когда перед глазами появилась ровная спина наследного принца. Непонятно, чем он был занят, но поза казалась напряжённой. — Я хотел бы извиниться. И я не состоял ни с кем в сексуальных отношениях, — ложь далась легко. Было проще заявить о своей девственности, чем о богатом сексуальном опыте. Мало ли, что у этого человека на уме. — Я просто… застеснялся. Простите.       — Почему ты думаешь, что меня это интересует? — тихо, почти шёпотом, спросил Кристофер.       — Не знаю, — а вот это было уже правдой. Парень понятия не имел, какого чёрта принц поднял подобную тему. — Я нагрубил вам, а это непозволительно.       — Кто тебе нравится?       — Что? — очередной вопрос снова выбил Итана из колеи.       — Парни или девушки?       — Наследный принц, я… — Итан мысленно приказал взять себя в руки. Хватило пары секунд, чтобы обдумать ответ. — Есть девушка, которая мне симпатична.       — Как её зовут?       — Простите, но я не могу сказать.       — Имя! — крикнул Кристофер, замахиваясь и кидая что-то в стену. При ближайшем рассмотрении, Итан понял, что это были его любимые кисти.       — Таяна, — просто от балды сказал парень. Кажется, так звали ту симпатичную тайку, которую он… Ай, сейчас это неважно, лишь бы принц прекратил его допрашивать. — У неё очень красивые волосы и глаза, она привлекательна и скромна, мне она нравится, — Кристофер наконец-то повернулся к рабу лицом, и Итан увидел, что тот стоял рядом с мольбертом. Опять рисует? Темно же… Взгляд переместился на красивое лицо. Выглядел тот настороженно и напряжённо. Он же не ревнует, правда? — Но ваши глаза красивее, — неожиданно даже для самого себя добавил он. — Вы вообще очень красивый человек, наследный принц.       Кристофер фыркнул и, кажется, расслабился. В его взгляде, который блуждал по Итану с той самой секунды, когда принц соизволил повернуться, заблестели странные огоньки. И почему пленник почувствовал, как они огоньки проникают прямо в него, опаляя внутренности? Или здесь просто было душно? Снова стало неловко, поэтому он забегал взглядом по комнате, выискивая то, на что можно переключить внимание. И желательно что-то, что позволило бы покинуть личные апартаменты наследного принца.       — Можно посмотреть? — не найдя ничего лучше, Итан кивнул на загороженный Кристофером мольберт. Судя по всему, очередное творение мало отличалось от предыдущих, раз на столе стояли вскрытые полупустые баночки холодных цветовых оттенков.       — Я не закончил, — отрицательно помотал головой молодой правитель, отодвигая холст дальше к углу, чтобы пленник ни в коем случае не рассмотрел очередную «красоту».       — Мм, а может мы пойдём в сад и попробуем нарисовать что-нибудь вместе? Я бы очень хотел поучаствовать в процессе, — предложил Итан. В который раз за сегодняшний день, мозг совершенно не хотел согласовать действия со своим хозяином. Удивительно, но принц позволил себе только на секунду удивлённо приподнять брови, а потом заинтересованно кивнул.       — У тебя разве нет занятий?       — Сегодня нет.       — Плохо. Я не давал разрешения тебе отдыхать. Бери книгу, будешь сдавать мне экзамены. И краски собери. Жди меня в гостиной.       Гостиной Кристофер называл ту комнату, где жил Итан, причём делал это только последнее время. И как бы парень не размышлял о причинах, так и не подобрал ни одного варианта. Гостиная, значит гостиная. А вот то, что наследный принц просто ушёл, оставив пленника в спальне одного, вызвало дрожь. Парень прекрасно помнил, чем закончился тот раз, когда он заходил сюда за водой, поэтому, не теряя времени и не разрушая доверие «хозяина», он быстро подошёл к столу, загрузил в специальный контейнер баночки с красками, размышляя, чем обернётся его вольность в выборе цветов, потом взял пару чистых холстов и покинул спальню.       Наугад подобрав книгу со стола уже в своей комнате, Итан принялся ждать молодого правителя. Тот появился через несколько минут в ярко-красной лёгкой рубашке с длинным рукавом и светлых свободных штанах.       — Всё взял? — спросил он и, дождавшись кивка, добавил: — Идём.       Погода стояла просто великолепная. Духота после нескольких дней ливня прошла, оставляя после себя повышенную влажность, но лёгкий и прохладный для этих мест ветерок компенсировал это неудобство. В этот раз принца и его раба сопровождала удвоенная охрана: двое из стражей шли по бокам от них, а ещё двое находились сзади. Сбежать теперь явно не позволят.       — Мы можем пойти в сад? — нарушил тишину Итан. — Там красиво цветут фруктовые, должны получиться яркие краски, — Кристофер фыркнул, но ничего не сказал, позволяя пленнику вести его вглубь сада.       Наконец-то идеальное на сегодня место было выбрано. Парень сгрузил свою ношу на траву, постелил наследному принцу подстилку, сам же отошёл на шаг, чтобы ненароком не испачкать ткань красками. — К сожалению, я не умею рисовать, поэтому сначала вам надо сделать набросок, а вот с красками я помогу.       — Какой самоуверенный. Почему ты думаешь, что я позволю выбирать тебе цвета? — абсолютно беззлобно спросил Кристофер. Было видно, что он находился в хорошем расположении духа, но поворчать было уже делом привычки.       — Я думаю, вы мне позволите вмешиваться в процесс. Уверен, эта картина выйдет потрясающей и продастся втридорого! — Итан улыбнулся и начал устанавливать мольберт. В этот раз рабу было позволено следить за процессом, и это было волшебно! Он следил за каждым движением руки Кристофера, из-под которой довольно быстро рождался первый эскиз пейзажа, что демонстрировало прирождённый талант художника. Так легко, чёткими отточенными движениями, никаких сомнений.       — Здесь больше листвы, — подсказал Итан, указывая на место, где, по его мнению, Кристофер снова пожадничал. Тот раздражённо сделал пару штрихов и отложил графит, опасливо косясь на разведённые краски.       — Глупо рисовать то, что видишь каждый день.       — Когда-нибудь вы побываете на севере, где много-много снега, тогда и поймёте, какой у нас прекрасный климат и пейзаж. Уверен, там бы вашей будущей картине цены бы не было.       — Будешь доставать меня — вышлю тебя на север самого, — пробурчал наследный принц себе под нос, окуная самую тонкую кисть в зелёную краску. Итан внутренне ликовал.       — Только если вы меня проводите туда, и в предсмертной муке я увижу, как вы осознаёте, в какой красоте живёте, — Итан истерично хохотнул, не представляя, откуда в нём такой романтизм. В любом случае искреннее удивление на лице принца стоило того, чтобы рисковать так выражаться. Улыбнувшись, парень перевёл взгляд с кисти на холст, ожидая первых мазков. — Действуйте! Ну же!       — Ты…ты… — задохнулся от возмущения Кристофер. На его бледном лице появился милый румянец. — Невозможный!       Итан Янг осознал, что давно столько не улыбался, как за этот короткий промежуток времени. Хорошее настроение просто зашкаливало. Он, постоянно посмеиваясь, указывал грозному наследному принцу Кристоферу Сону, где и какой цвет использовать, ругал его, когда тот умышленно пытался испортить пейзаж, возмущался и требовал исправить тот или иной ляп. Сам же принц большее время молчал, но в какой-то момент поведение Итана всё же вызвало на его лице лёгкую улыбку. Спустя несколько часов перед художником и его ассистентом лежал на траве холст с замечательным пейзажем.       — Какая глупость, — изрёк Кристофер, даже не скрывая своё удовлетворение результатом.       — Это потрясающе, — вторил ему Итан.       — Кто захочет купить такую обыденность? — От покупателей отбоя не будет, да они будут драться за право владеть этим произведением искусства!       — Это бред.       — Это правда!       — Нет.       — Да! Увидите!       — Я бы хотел нарисовать тебя.       — Да нет же, говорю… — осознание заставило Итана дёрнуться, будто его ударили током. — Зачем?       — У тебя красивые глаза. Глубокие. И вообще ты красивый, — пока пленник пытался восстановить исчезнувший дар речи от подобной откровенности, Кристофер продолжил: — Не красивее меня, естественно, но сойдёт, — принц сам потянулся к краскам и принялся складывать их в контейнер, после чего подобрал и разбросанные по траве кисти. Закончив с уборкой, он отложил всё подальше от себя и улёгся на подстилку. — Читай.       — Я…. А… да, сейчас, — Итану понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, после чего он подхватил книгу, которая оказалась сводом местных правил, обматерил себя за то, что не смог взять чего-нибудь попроще, и открыл том.       — Я передумал. Почитаешь мне вечером, а пока… — Кристофер взмахнул рукой, небрежно захлопывая книгу в руках парня, живо вскочил на ноги, подошёл к страже, что караулила их в нескольких метрах, что-то сказал одному из охранников и взял его оружие, после чего потребовал клинок и у второго, бросая оружие на подстилку возле Итана.       — Покажи мне, чему ты научился, — приподняв перед собой клинок, Кристофер сделал выпад вперёд, призывая к атаке.       — Наследный принц! — в ужасе воскликнул Итан, еле успевая отпрыгнуть назад. — Я ещё плохо владею оружием, мне показали только пару приёмов защиты, я не смогу быть вам достойным соперником!       — Да ладно? — ехидно хмыкнул тот, атакуя первым так внезапно, что пленник даже не успел поднять клинок и был условно повержен.       Последующий час они занимались тем, что Кристофер без остановки нападал на своего раба, заставляя рефлекторно преграждать путь его клинку своим, делал замечания, показывал, как надо уходить от ударов. В какой-то момент у Итана даже проснулся интерес и начало получаться, он несколько раз успешно блокировал атаку и даже шёл в наступление. Лязг стали, тяжёлое дыхание обоих, постоянные вскрики — всё смешалось в одно целое. Когда мышцы начали гореть от перенапряжения, Итан попросил принца остановиться, на что получил издевательские смешки. Во дворец они вернулись, когда уже стемнело. Пленнику позволили навестить уборную и умывальню, поэтому, с удовольствием смывая с себя пыль и пот, он благодарил своё тело, что оно выдержало сегодняшнюю нагрузку и не дало сбой. Поужинав, Итан мечтал было растянуться на ковре и вырубиться, но прекрасно понимал, что без приказа этого делать нельзя. Не мог этот день закончиться так хорошо. Может, принц только и ждёт оплошности, чтобы его наказать. Как минимум, пленник должен почистить кисти, пока краска не въелась глубоко в ворсинки. Парень так замечтался, что не заметил, как всё-таки оказался на ковре, а вскоре в комнате уже был не один.       — Раб, — тихий голос застал врасплох. Тихо ойкнув, Итан быстро поднялся и поклонился Кристоферу. Тот был каким-то… не таким. В той же одежде, что и на прогулке, встрёпанный и снова бледный. — Идём со мной.       Итан без вопросов подчинился и вышел из покоев вслед за молодым правителем. Так же молча пересёк с ним коридоры, удивляясь, что в этот раз с ними нет сопровождения. Они спокойно покинули восточный корпус и свернули в северный, где вообще оказалось безлюдно. Остановившись возле какой-то ничем не примечательной двери, Кристофер открыл её, пропуская раба вперёд.       — Входи.       Светлая, украшенная золотыми росписями комната выглядела богато и изысканно. Справа находилась ещё одна открытая дверь в какое-то тёмное помещение, по периметру располагались скамейки и диваны с мягким сиденьем, слева возвышался огромный шкаф с кучей полочек, заставленных различными склянками, а в самой середине — огромная ванная.       — Зачем мы здесь? — спросил Итан, поворачиваясь к принцу.       — Я хочу принять ванну, — непривычно хрипло ответил он, не смотря в глаза.       — Я уже принял, поэтому, наверно, я пойду, а вы расслабьтесь, — парень попятился, но путь к отступлению ему преградили. Послышался щелчок. Кажется, они заперты.       — Я хочу, чтобы ты помог мне.       — Это плохая идея, — испуганно пропищал Итан, зачем-то наблюдая за тем, как длинные пальцы расстёгивают рубашку. Красный цвет вещи выглядел сейчас неожиданно агрессивно. За рубашкой последовали и штаны.       — Это приказ. Проверь воду, не люблю слишком горячую, — Кристофер больше не казался милым и живым, как это было на прогулке. Сейчас он был тем самым властным и неприступным принцем, с которым Итан имел честь познакомиться в самом начале этой нереальной истории. Медленно, на негнущихся ногах пленник подошёл к фаянсу и дотронулся кончиками пальцев до поверхности воды. Тонкий слой пены расступился, а в воздухе запахло фруктами. Яркий клубничный запах. И ещё что-то. — Ну как? — Кристофер бесшумно подошёл сзади, уже полностью обнажённый. Парень буквально почувствовал холод позади себя, стараясь случайно не взглянуть на принца.       — Вода отличная.       — Хорошо, — молодой правитель быстро погрузился в воду, со стоном наслаждения откидывая голову на бортик и прикрывая глаза. Теперь Итан снова мог смотреть на него спокойно. Пена и тусклый свет прикрывали обнажённое тело, видно было только расслабленное довольное лицо и тонкую белоснежную шею. Отчего-то во рту скопилась слюна, и он быстро сглотнул, пару раз моргая.       — Я всё хотел спросить, — спустя какое-то время снова послышался голос наследного принца, — ты читаешь заданную литературу, но она скучна и однообразна. Может, ты хотел бы что-то ещё?       — Нет, спасибо. Того, что задают, достаточно, — парень застыл возле ванны и не знал, куда себя деть.       — А чем бы ты хотел заняться? У тебя же есть свободное время, когда я занят.       — Я бы хотел как можно скорее отработать долг и вернуться домой.       — Ясно, — лицо наследного принца в мгновение ока ожесточилось, властная холодность сменилась жёсткой агрессией, черты лица заострились. Итан осознал свою ошибку, но было уже поздно. — Помой мне голову, — строго приказал Кристофер, передавая парню какую-то склянку с голубоватой жидкостью. Пленник без разговоров вылил немного на ладонь и аккуратно опустил руки на мягкие волосы, поливая их водой и вспенивая мыло. Зная, что с таким принцем лучше не спорить, он машинально повторял те действия, что делал и себе. — Как называется твой дар, и откуда он у тебя? — неожиданно спросил принц.       — Я не понимаю, о каком даре вы спрашиваете меня, наследный принц.       — Врёшь. Сейчас ты касаешься меня, и я ничего не чувствую. А до этого я чувствовал тепло и умиротворение. Ты колдун?       — Нет конечно! — вскрикнул Итан, тут же поднимая руки в жесте отрицания. — Я никакой магией не владею, клянусь!       — Я видел. Я видел, как ты колдуешь. Твои глаза светятся синим, потом в сердце колет и заволакивает теплом и покоем. Ты странно выражаешься и нелепо ведёшь себя. Ты как будто не из мира сего! Только с тобой я моментально засыпаю и сплю крепко, без сновидений. Это колдовство, не иначе, и ты знаешь это. Но сейчас твои прикосновения не приносят ничего. Почему?       — Я не знаю, правда! Я думаю, что просто умею сочувствовать и помогать людям, желая им добра, не более!       — Сделай это сейчас, — приказал Кристофер, поворачиваясь к парню лицом. — Живо!       — Я не могу, я не знаю, что вы от меня хотите! — Итан понятия не имел, что за синий свет и тепло от него исходит, но мог согласиться, что действительно не от мира сего. Потому что это не его мир! Но не может же он сказать об этом Кристоферу, мало ли его сожгут на костре за это!       — Бездарь! Бесполезный сопляк! — заорал принц. — Ещё раз замечу твоё колдовство, и ты отправишься в темницу! Мой! — он раздражённо швырнул в пленника другой склянкой, которую тот еле успел поймать, потом указал на мочалку и снова лёг, закрывая глаза. Итана немного потряхивало от этой перепалки, он не понимал, в чём провинился снова, но послушно начал водить по сильному телу жёсткой тряпкой и смывать мыло рукой. Кристофер правда был наделён красотой. В одежде он казался стройным и даже худым, но сейчас под ладонями явно чувствовались напряжённые мышцы, грудь и плечи оказались широкими, тело совершенно безволосое, кожа мягкая и чувствительная. Каждое движение тканью оставляло покраснение, которое тут же хотелось загладить. Наследный принц отклонил голову, позволяя вымыть и шею, тоже без единого изъяна. По телу пробежались мурашки, сопровождаемые горячей волной. Внизу живота заныло, а определённый орган непроизвольно дёрнулся и запульсировал. Чёрт, совсем с ума сошёл! Раньше так часто занимался сексом, что теперь несколько месяцев воздержания выливались в подобное… Это пугало. Только не здесь и не сейчас. Итан быстро и закончил со спиной, переходя на ноги, и мечтал, чтобы эта пытка закончилась. В тот момент, когда принц снова хотел повернуться, пленник потерял бдительность и проехался мочалкой по бедру в опасной близости от паха. А потом его вдруг схватили за руку и наклонили к себе.       — Убери, — кивнул принц на ткань в руке Итана, а после того, как он выполнил приказ, направил его руку в воду. — Ты избегаешь конкретного места, но там тоже надо помыть, — ладонь пленника коснулась чего-то горячего и твёрдого. Щёки тут же вспыхнули огнём, он отдёрнул руку, но Кристофер всё ещё продолжал держать. — Тщательно! — он сам чужими пальцами обхватил свой член и провёл пару раз вверх вниз, шумно выдыхая.       — Продолжай, — закусив губу и еле сдерживая непонятно откуда взявшиеся слёзы, Итан дёрганно несколько раз повторил движение, очертил пальцем влажную головку и отпрянул назад, когда почувствовал, что его собственный орган сейчас взорвётся. Захлебываясь позором, он всё-таки развёл влагу и начал быстро вытирать щёки рукавом, наблюдая за тем, как Кристофер водит по своему телу тканью, собирая капли воды, а потом начинает одеваться. В какой-то момент осознав то, что творит, Итан быстро добрался до двери и уже отодвинул засов, чтобы стыдливо сбежать, когда внезапно был оттолкнут в сторону и прижат к стене сильным горячим телом.       — Что вы делаете?! — в ужасе закричал пленник, когда понял, что чужая рука направляется ему в штаны и обхватывает крепкий стоящий член.       — Маленький врунишка. Разве твоя Таяна вызывала у тебя такой… интерес? — жаркий шёпот на ухо, его губы на шее сзади и пара движений руки… Всего этого хватило для того, чтобы когда-то горячий парень Итан Янг, балагур и ловелас, крикнув от отвращения к нему и к самому себе, излился прямо в штаны. Захотелось просто умереть, настолько плохо ему стало от того, что сейчас произошло. И, несмотря на дрожь в ногах и слёзы, застилающие лицо, он нашёл силы лягнуть наследного принца и воспользовался моментом, чтобы сбежать из проклятой комнаты, на максимальных скоростях устремляясь туда, куда глаза глядят. И только оказавшись на улице, Итан опьянел от одного слова, ударившего в голову с потоком крови. СВОБОДА.