Сенешаль Фрейнского кантона. Страницы из сожженного дневника

- Ми-и-лая... - дыхание, холодное и свежее, как горная вода, но всё равно тяжелое, опаляет мою шею, силы слишком неравны, разумеется, что не мешает хотя бы попытаться врезать нахалу каблуком по самому дорогому – даром, что вампиры, а повадки самые что ни на есть человеческие. Кажется, я не прогадала, сменив изящные туфельки, предложенные Изрель, на более тяжёлые сапожки... Регенерация у вампиров, к сожалению, за гранью человеческих представлений о возможном, но хотя бы секундное удовлетворение можно было бы испытать! На их стороне скорость, но на моей – эффект неожиданности. Никто не ожидает сопротивления от слабенькой человечки, по всем правилам, долженствующей пребывать в полнейшем восторге от того, что её своим вниманием облагодетельствовал вампир, архивампир, к тому же – правитель! Буквально за миг до атаки, словно прочтя мои мысли, подошедший отстранился, и я развернулась, надеясь, что выгляжу надменно и насмешливо, а не перепуганно и взъерошенно. Стоящий за моей спиной черноволосый Ристур каким-то моментальным движением, неуловимым глазу, ухватил меня за руку и поднёс пальцы к губам, таким же холодным, как и его дыхание. - Простите, если напугал вас, прелестная мисс Сонли... Возможно, я просто перепутал. Хотелось заскрипеть зубами от досады: ничего я не могла ему сделать или хотя бы предъявить, ничегошеньки. И скандал не устроишь, и по наглой холёной морде не дашь. И не пройдёшься ехидно по поводу того, что даже не почувствовала столь малогабаритного интереса к собственной персоне: во-первых, очень даже почувствовала, во-вторых, зачем мне нужен такой враг? Не нужен. Но и любовник – не нужен тоже. А ещё послание... Не на "это" же самое я должна соглашаться! Впрочем... я вспомнила на редкость откровенное платье, выбранное лично Изрель, её раздражение, когда она увидела меня в брючном наряде, и сжала зубы. - Бывает, - мило улыбнулась я. Если бы у меня были клыки, сейчас было бы непросто их скрыть, хотя откуда я знаю, как выглядят вампирские клыки? - Возможно, после прожитых вами бесчисленных лет мы, простые смертные, кажемся вам совершенно одинаковыми! - Ну, что вы. Я не так уж и стар, мне всего около пятисот лет. И, по-моему, вы совершенно уникальны, мисс Сонли, - Ристур любезно улыбается, клыков не демонстрирует и рук больше не распускает. - В какой-то момент мне показалось, что у окна, в свете солнечных лучей, стоит Милора, моя первая любовь. Вы очень на неё похожи - тот же нежный цвет волос, будто лепестки луноцвета, то же изящество... Вы знаете, Милора так любила мою уникальную коллекцию картин, смею предположить, вам бы она тоже понравилась. "Соглашайся". Или речь шла об этом предложении? Чувствуя себя наивной провинциалкой из романа, активно соблазняемой коварным аристократом, я склонила голову и добавила в голос восторженности: - Первая любовь? Как романтично! Но сейчас вы свободны? За пятьсот лет чувства остыли? - О, это трагическая история, - охотно подхватил вампир. - Вам же известно, наверняка, как много упирается в квоту на обращение. Увы, даже архивампиры не всесильны – договорённости и правила ограничивают нас, как и прочих, а в те времена я и вовсе был обычным молодым вампиром. Достать квоту у меня не получилось, одним словом, время и смерть разлучили нас... Не будем о грустном. Сейчас у меня гораздо больше возможностей, так что, милая мисс Сонли, общение со мной несёт в себе огромные перспективы, огромнейшие. А коллекция картин и скульптур – лучшая среди всех кантонов. Уверяю вас, что смогу устроить более чем увлекательную и познавательную экскурсию. Сейчас здесь слишком много посторонних, к сожалению, да и вы при исполнении своих служебных обязанностей. Как насчёт послезавтра? Простите мне мою... пылкость, но я не привык оттягивать время, даже если его бесконечное количество. Надеюсь, вы не огорчите меня отказом? Ведь я огорчусь... К тому же, одного предложения нашей дорогой Изрель уже вполне достаточно для того, чтобы потерять душевное равновесие, но если вы поможете мне его восстановить своим целительным обществом, я гораздо быстрее увижу какие-то положительные моменты в её воистину революционном трактате. Вы согласны? "Соглашайся" Лихо, ничего не скажешь. Недвусмысленное приглашение, лёгкая тень угрозы, пока почти неощутимая в словах, но заметная в интонациях этого низкого обволакивающего голоса. - Вы вгоняете меня в краску... - я отвела взгляд в сторону. - Боюсь, вы будете разочарованы. - О, эти опасения беспочвенны. Милая моя, насколько я могу судить, ваша госпожа, как водится, вас не ценит. Я угадал? О, это жестокосердная женщина, прекрасная внешне, но вместо сердца у неё кусок мрамора, скованного льдом. Она не жалеет врагов и не благодарна друзьям, хотя о чём это я – у неё вовсе нет никаких друзей, а сторонники становятся таковыми из-за денег, привычки или страха. В своих порочных влечениях, о которых слагают саркастичные саги, она непостоянна, так что... - Вы предлагаете мне работать у вас? - Ну, что вы, - Ристур снова раздвинул губы в улыбке. - Я думаю, ваше место более чем перспективно... С какой стороны ни посмотреть. Прошу прощения, мне уже пора. Надеюсь, вы обдумаете моё приглашение. Вы же наверняка любите искусство? Он снова поцеловал мою руку, на этот раз не так мимолётно, а неожиданно горячо, влажно. Я с трудом подавила желание вытереть ладонь о сюртук. - Люблю, - ответила я, ненавидя себя за это. - К сожалению, моё образование в сфере... искусства грешит некоторыми пробелами. - Я восполню все ваши пробелы, - заверил меня Ристур, едва ли не облизывая чувственно-алые губы. - Восполню и наполню, к нашему обоюдному удовольствию. До скорой встречи, милая. - Буду ждать, - я опустила глаза, чувствуя, как отдаётся где-то в глубине грудной клетки каждый его шаг. Что я наделала? И был ли у меня какой-то другой выход? А ведь я даже не знаю, кто написал то послание! Я выждала минут пять, не без труда отошла от окна и вернулась в приёмный зал. Ристура и его сенешаля там не было, Изрель с самым что ни на есть светским видом беседовала с Лиаром и Келтаром, Санаду с бокалом сидел в одиночестве. К нему-то я и направилась. - Ты устала, - Санаду не дал мне даже рта раскрыть. - Скоро мы уже отправимся обратно. Рот-то я всё же раскрыла, но сказать ничего не сказала – Санаду вдруг сжал моё предплечье, и этот жест был лишён томной чувственности Ристура – в нём было скорее предупреждение. - Добро пожаловать, - синеглазый Аэль материализовался рядом. - Если что-то понадобится – обращайся! Я знаю, как бывает сложно поначалу. Сам не так давно в этой должности, но мы, менталисты, должны держаться вместе. - Спасибо, - угрюмо сказала я. - Я просто помощник секретаря, думаю, вряд ли мне нужна будет какая-либо помощь, за все сложные и важные вопросы отвечает господин Санаду. - Посмотрим, - хитро улыбнулся Аэль. - Моё дело предложить, знаешь ли. "Соглашайся". Ненавижу играть вслепую. Вообще... ненавижу играть!