По следам

Очередное утро с похмелья. Антон открывает глаза и даже не сразу понимает где находится и что происходит вокруг. - Да говорю же, он еще спит! Зайди попозже, - Димка недовольно ворчал возле двери, отчаянно кого то прогоняя, - Ир, да не беси! Сказал же, он напишет, когда очухается! Все, давай! В горле пустыня Сахара, очень сильно хочется пить. Когда дверь хлопает, Антон приподнимается с кровати, опираясь на локоть, но продолжает оставаться в полулежачем состоянии. - Ооо, смотрите ка кто проснулся! - воскликнул Сережа, лежащий на своей кровати напротив. Он даже оторвался от какой-то игры в телефоне, чтобы посмотреть на похмельное чудо. - Сколько время? - спросил Антон, даже не понимая зачем ему эта информация. - Уже два часа дня, - взглянув на часы отвечает Позов, - ты как? - Воды хочу, - жалобно скулит Шастун. Сегодня он почему то очень плохо себя чувствует, и это даже не связано с похмельем. Голова жутко болит, тело горит, глаза слезятся. - Держи, - протягивает ему стакан с водой Дима, - к тебе тут Ирка с самого утра рвется, говорит вам очень нужно поговорить. Ну мы ее не пускали пока ты не проснешься, сказали, чтоб ждала смску. - О боже, - Шаст закрыл лицо рукой и опустился обратно на подушку. В сознании всплыли картинки прошедшей ночи. Арсений, улица, Ира...Пиздец. - Слышь, тебе чет ваще хреново, - беспокоится Серега, внимательно глядя на друга, - это тебя так с похмелья крутит или ты заболел? Антон еще раз проанализировал свое состояние и пришел к выводу, что все таки похоже Серый прав - у него температура. Класс, вот только этого для полного счастья не хватало. - Надо к медику сходить, Тох, - подтверждает Дима, возвращаясь на свою кровать. - Не сейчас, - мямлит он в ответ и крепче закутывается в одеяло. Зря он наверно в одной кофточке вчера на улицу выходил. Арс, как всегда, был прав. Кстати об Арсении. Вчера произошел полнейший пиздец, и Антон не имел ни малейшего понятия о том, что ему делать дальше. В данный момент не хотелось видеть ни его, ни, тем более, Иру, к которой он вообще хрен знает зачем пошел. Может, хотел оправдать себя и доказать, что он "нормальный"? Ведь целоваться с девочками более правильно, верно? Но если это "правильно" почему он не почувствовал ничего? Если поцелуй с Арсом вывернул все его чувства и душу наизнанку, заставил сердце выбиться из привычного ритма, то с Ирой...ничего. Вообще. Тогда можно ли назвать это правильным? Кто, черт побери, установил эти рамки. Антон сердито застонал, прижимая ладони к глазам. Парни, обеспокоенные состоянием друга, переглянулись и о чем то зашептались. - Антох, я схожу за медиком, а ты лежи и не вставай, ладно? - наконец сказал Дима и вышел из комнаты, оставив Антона наедине с Сережей. Повисло какое то напряжение. - Что от тебя хотела Ирка? - как будто невзначай спросил Серега, продолжая смотреть в телефон. Но по его интонации Шаст понял, что то здесь не так. - Бля, Серый, прости...- Антон закусил губу, устремив взгляд в потолок. Не хотелось сейчас видеть Сережу. Стало стыдно и неловко, потому что сделал он хуйню, и теперь нужно как-то выкручиваться. - Пососались? - совсем холодно спросил Сережа. Шасту хотелось провалиться под этот матрас, на котором он лежал, но он собрал остатки мужества в кулак и коротко ответил: - Да. - Понятно. И снова молчание. Такое тяжелое, давящее и полное неловкости. Антону захотелось оправдаться: - Серый, клянусь, это было один раз. Я даже не хотел ее целовать, это как то само вышло, я больше...не знаю, я не хочу и не буду большего этого делать. Мы ж друзья и я...- он не успел договорить, Сережа его перебил: - Пойду покурю. - И вышел из комнаты, хлопнув дверью. - ...обещал...- договорил он в пустоту и нырнул головой в подушку. Знал бы ты, Серый, как мне похуй на твою Иру. Решить бы что делать с Арсом. Дверь в комнату вновь открылась и Шаст воодушевленно поднял голову в надежде, что Сережа вернулся, но в проеме стояли Дима и школьная медсестра. - Здрасьте, - поздоровался он, заметно погрустнев. - Здравствуй, Антон. Рассказывай, что случилось. Дима сказал ты плохо себя чувствуешь, поэтому тебе нужна моя помощь, - женщина, лет сорока, присела на край кровати рядом с парнем и открыла небольшой чемоданчик с таблетками и прочими медицинскими приблудами для осмотра. - Да, голова болит и горло. - Давай-ка померяем температуру, - она достала градусник и протянула его Антону, чтобы тот сам мог положить его под подмышку. Спустя недолгие пять минут осмотра медсестра подтвердила наличие температуры. - Да уж, Шастун, тридцать девять и четыре. Где ж тебя так угораздило? Антон ничего не ответил. Лишь отвел взгляд и пожал плечами. - Давай проверим горло и я выпишу тебе лекарства. Черт, а вот сейчас будет очень неловко. Во-первых, он не чистил зубы, а во-вторых, он вчера пил, а это значит, что запах будет не из самых приятных. - Ну давай, Антон, я же не буду сидеть здесь до вечера. Помолившись, что женщина ничего не учует, он открыл рот и инстинктивно отодвинулся чуть подальше. К счастью, металлическая палочка не понадобилась, она посмотрела горло без ее помощи, а затем, выписав необходимые лекарста и постельный режим, вышла из комнаты. Теперь у Шастуна есть как минимум четыре дня больничного и столько же времени на то, чтобы полностью игнорировать Арсения и Иру, имея при этом уважительную причину. И это не могло не радовать. - Куда делся Сережа? - спросил Димка, когда они остались вдвоем. - Ушел. Я вчера поцеловался с Ирой...- признался Антон, чтобы предоставить Диме полную картину происходящего. - И ты сказал это ему? - Да. По большей части он сам догадался. И теперь я чувствую себя полным говном. - Да уж, Антох, непростая ситуация. Но если Ира тебе действительно нравится, то ты не должен отказывать ей только потому, что она бывшая Сережи. Они давно расстались и... - В том то и дело, Поз, она мне походу не нравится. - Что? И нахер вы тогда с ней..? - Я не знаю. Ничего не знаю, Поз. Можно я просто посплю? Антон завернулся в одеяло, чувствуя как все тело ноет, и попробовал уснуть. Но в голове крутилась еще одна мысль, которая все никак не давала покоя: Выграновский. Не то чтобы Шастун его боялся после той ночной выходки, но все равно было не по себе. После бункера и всех этих маньячьих набегов Шастун вообще не воспринимал угрозы Эда всерьез. Но тем не менее, они были и это еще одна проблема в его коллекции, которая требовала решения. Но не сейчас. Сейчас ему нужно было поспать, чтобы немного набраться сил хотя бы на то, чтобы встать с кровати и сходить в туалет. А потом может и написать пару смсок с объяснениями. *** Арсений сидел у себя в комнате, погруженный в собственные мысли. То, что произошло вчера полностью выбило его из колеи и всю ночь он провел за тем, что мучил себя различными мыслями, связанными с самим собой и Антоном в частности. На совещании, которое было полчаса назад, он присутствовал только физически, иногда машинально кивал головой, старался делать занятой вид и даже раз в полчаса говорил пару слов, чтобы остальные учителя не забывали о его существовании. Но кое кто все же заметил странное поведение Арсения, и этот самый кто-то сейчас сидел рядом с ним и пытался разузнать хоть что-то. - Арс, ну что случилось? - повторяла Оксана, - Я же вижу что что то не так. К тому же, ты вчера пил, а это видно по твоим глазам, которые у тебя на утро после пьянки всегда чуть красноватые. Ты думал я не знаю этого, продружив с тобой пол жизни? - Оксан, пожалуйста, можно я ничего не буду говорить, - он запустил пальцы в волосы, прикрыв глаза. - Нет, Попов, ты же знаешь, я не уйду пока ты не дашь мне хотя бы маленький намек на то, что у тебя происходит. Тебе всегда становится легче когда ты выговариваешься. - И я бы с радостью, Окс, но это все так странно и запутанно, что я даже сам ничего не понимаю. - Так а я тебе для чего? - Ты не понимаешь... - Ну так объясни! Попов глубоко вздохнул. Он обречен. - Ладно. Вчера я кажется совершил одну глупость и теперь об этом жалею, - признался Арсений, стараясь не вдаваться в подробности. Оксана внимательно посмотрела на лицо Арсения, но тот, не выдержав взгляда, повернул голову в сторону. Чего она ждет? Чистосердечного признания? Арсений не может дать его даже себе. - Хорошо, лед тронулся. Это все? - Да, Окс, это все. Обещаю, как только я сам во всем разберусь, я все тебе расскажу. - Ладно, великомученник, давай тогда фильм какой-нибудь посмотрим. *** Телефон на прикроватной тумбочке начинает вибрировать, но звонок длится недолго, кто-то тянет зеленую трубочку вверх и в динамике телефона раздается грубоватый мужской голос: - Как продвигается дело? - Все отлично, я думаю мы в правильном направлении. Еще пара недель и он и его компашка будут обезврежены. - Значит, все идет по плану? - Наше сближение немного затянулось, но он сам ко мне прибежал, так что да, думаю все даже лучше, чем мы планировали. - Я знал, что не разочаруюсь в тебе. Следующий отчет через пару дней, а сейчас постарайся втереться к нему в доверие и узнать все то, что может быть нам полезно. До связи. Звонок обрывается. *** Антон открывает глаза и первым делом тянет руку к телефону, чтобы посмотреть на время. Четыре часа вечера. Голова все еще как в тумане, но в целом, после всех принятых лекарств самочувствие было куда лучше, чем утром. По крайней мере, появились силы на то, чтобы сходить в туалет. Антон выныривает из-под одеяла и тут же покрывается мурашками, чувствуя холодок на голых ногах. Встает на ноги и пошатываясь плетется в туалет. К счастью, по дороге никого не встречает и без приключений добирается обратно. Димы и Сережи в комнате нет, зато есть булочка и сок на тумбочке, оставленные кем-то с пропущенного Шастом обеда. Желудок конечно посасывает, но аппетита почему-то нет, поэтому Антон переодевается в домашние штаны и укладывается обратно под теплое одеялко. Залазит в телефон и разочарованно вздыхает - ни одного пропущенного от Арса. Зато от Иры куча сообщений и пропущенных звонков с просьбой перезвонить ей при первой возможности. " Ир, я похоже заболел так что проведу в своей комнате как минимум неделю. Извини, но увидеться не сможем." Пишет он ей в ответ и отправляет, решив не упоминать поцелуй в надежде на то, что она все забыла и они больше никогда не будут этого вспоминать. А вот что делать с Арсением и нужно ли писать что то ему, Антон понятия не имел. Но зачем то открыл их диалог. Нервно кусает губу, гипнотизируя последнее сообщение и наконец предпринимает попытку напечатать что то. " Арс, я заболел." После сотни попыток он решает отправить только это, но затем добавляет еще: "- Проснулся с температурой, еще и похмелье. Ничего не помню, мы так много выпили вчера?" Сердце бешено заколотилось. Шаст понимал, что поступает неправильно, делая вид что ничего не произошло, но в данный момент решает, что это лучший вариант из всех возможных. Вчера он совершил ошибку и больше такого повториться не должно ни в коем случае. Избегание проблемы - тоже решение. Хоть и очень хуевое. Безмерно хуевое. Арсений вздрагивает когда слышит звук уведомления. Сердце начинает ускоряться, как будто зная от кого пришло сообщение. Он берет телефон в руки и заходит в телеграм. Оксана, уже начавшая тихо посапывать на его плече, открывает глаза и делает вид, что ей совершенно не интересно почему ее друг вмиг занервничал, услышав звук уведомления. Арс читает сообщение и, дойдя до последних строчек, заметно грустнеет. Антон ничего не помнит... - Так значит все таки пил вчера? - подает голос Оксана, заставляя Арсения вынырнуть из собственных мыслей, успевших в мгновение наполнить его голову. Он не ожидал, что подруга сейчас станет невольным свидетелем его неформального общения с учеником и даже начинает бледнеть. Быстро блокирует телефон и пытается придумать разумное объяснение. Конечно, Оксана видела, что Арс много времени проводит с теми ребятами из 11 класса, но чтобы пить с ними?.. - Оксан, это не совсем то что ты могла себе придумать. Тоесть я не хочу сказать, что там есть что придумывать, потому что придумывать нечего. Я... - Арс, что ты несешь? Спокойно, вдохни и выдохни. - Да, мы выпили, но это было всего один раз! - наконец решает признаться Арсений, понимая, что врать подруге бессмысленно. Она все равно читает его как открытую книгу, а если не объясниться сразу, то она начнет придумывать небылицы. Неосознанно, конечно, но таков наш разум. - Арс, я не буду говорить, что пить со своими учениками неправильно, ведь ты итак это знаешь, верно? - Она замечает, как тот прикрывает глаза, явно смущаясь. Как будто его отчитывает мама за разбитую любимую кружку, - Ведь знаешь? - Конечно знаю, Оксана. Это было всего один раз. Обещаю, такого больше никогда не случится, просто вчера я был...сам не свой? Не знаю в общем что на меня нашло. - Это как-то связано с твоим сегодняшним состоянием? - она начинает сверлить его изучаюшим взглядом. А Арсений не знает что ответить. Конечно связано, он весь день и всю ночь на иголках из-за вчерашнего поцелуя, а Антон его даже не помнит. И это разбивает все его надежды на светлое будущее. Хотя, может это и к лучшему?.. - Немного. Мне стыдно, что я смог допустить такую ситуацию, - и Арс говорит чистую правду, вот только за что именно ему больше всего стыдно, Оксане знать не обязательно. - Ладно, Арс, - она выдыхает, - просто постарайся больше не доводить себя до такого состояния. Если тебе нужно выпить и выговориться просто приди ко мне. Ты же знаешь, я поддержу тебя в любом случае. - Спасибо, - Арс благодарно кивает, когда на его телефон снова приходит сообщение. *** Антон лежит, нервно покусывая губу и ждет ответа от Арсения. Тот не отвечает уже 10 минут и это заставляет его понервничать. Может, он тоже забыл про вчерашнее? И хорошо, что Антон не стал ему об этом напоминать? Или он помнит, но теперь обижен на Антона за то, что тот не писал весь день и вчера так глупо убежал даже не обсудив это? Почему он прочитал и ничего не ответил? Ему даже плевать на то, что Антон заболел? Никакого тебе: "Выздоравливай, Антош" и "Как же так? Я же тебе говорил." Неужели все так плохо, что Арсений даже не хочет отвечать на его сообщения. Антона посещает еще одна мысль, заставляющая почувствовать холодок по всему телу. А что, если Арс все помнит и теперь ему противно? Потому что Антону было не противно...И эта мысль будто обухом по голове бьет. Антону понравилось. Не выдержав долгой паузы, он печатает еще одно сообщение: "Я сделал что-то ужасное и теперь не достоен твоих сообщений?" Звучит двусмысленно, но зато так он точно сможет определить злится ли Арс и помнит ли он о вчерашнем. *** Арс смотрит на всплывающее окошко в верхней части экрана и нервно сглатывает, переводя взгляд на подругу. Он не будет переписываться с Шастуном пока Оксана сидит здесь. И та это прекрасно понимает, поэтому вылезает из-под пледа, аккуратно, чтобы не уронить ноутбук с включенным фильмом и говорит: - Я пойду. И не забывай сохранять самообладание, Арс. Он твой ученик. - Оксана! - он недовольно смотрит на то, как подруга выходит из комнаты, не сказав больше ничего. Как будто он сам не знает! Арс поспешно хватает телефон и снова перечитывает все входящие. И только сейчас осмысляет написанное. Антон заболел! Черт, нужно срочно его наведать. Он накидывает кофту и следом за подругой выходит в коридор. *** Снова нет ответа. Шаст перекатывается с бока на бок и блокирует телефон, откладывая его на подушку. Ну и хер с тобой, Попов, не хочешь отвечать, ну и пожалуйста. Больно надо было еще перед тобой отчитываться, придурок! Его губа уже искусана до крови, а внутри почему то неспокойно. Вот что за человек, неужели сложно было ответить хоть что-нибудь? Не успел он нырнуть на дно своих навязчивых неприятных мыслей, как в комнату раздался стук. Антон вздрогнул от неожиданности и с большим усилием встал с кровати, чтобы открыть дверь, так как голоса на то, чтобы крикнуть "входите", не было. - Арс? - жалобно, даже на удивление себя самого, спросил Антон. Он не верил своим глазам. Арс пришёл к нему не смотря на то, что тот болеет. Кроме того, в его руках была кружка с горячим молоком. Теплая улыбка засверкала на лице больного. - А ты ждал кого-то еще? - наконец подал голос Арсений, не сумевший скрыть своей ответной улыбки. - Нет, никого, - будто оправдываясь ответил Шастун, отходя от входа, чтобы пропустить Попова внутрь комнаты. Затем он почувствовал, что слабость в теле никуда не делась и лег обратно в постель. - Как ты? Что болит? Врач приходила? Таблетки выпил? Держи молоко, оно с медом, должно помочь от боли в горле. - Арс, Арс, погоди, я не успеваю. - А...эм, да. Так что болит? - Обычная простуда, Арс, - он взял молоко из чужих рук, не теряя возможности мимолетно прикоснуться к пальцам, державшим ручку кружки, - спасибо. И снова это проклятое неловкое молчание. Они смотрят друг на друга с какой то обреченностью или...надеждой? Антон пытается найти в голубых глазах ответ на свой вопрос: помнит ли Арс вчерашний поцелуй? А тот ничего не говорит. Зато смотрит также внимательно, изучающе. - Я же говорил тебе, что не нужно выходить на улицу без куртки. Сейчас холодно, а ты пренебрегаешь своим здоровьем. - Ну прекрати, похож на папочку, отчитывающего своего сына, - и только он понял что только что сказал, как его щеки покрылись ярко красным румянцем. - Папочку? - усмехнувшись переспросил Арс, выгнув бровь. Кажется его забавляло смущение Антона. - Извини, хуйню сказал. Ну ты понял что я имею в виду. Медленно отпивая молоко из кружки, Антон все чаще начал избегать прямого зрительного контакта с Арсением. Тот тоже начал это замечать и немного напрягся. - Ты так ничего и не ответил насчет вчера...- подрагивающим голосом начал он разговор, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, - я ничего не помню, а ты? - последняя фраза прозвучала как то неестесственно быстро, а затем последовал беглый взгляд на Арсения. Тот казался спокойным. - Нет, Антон, я не помню последнюю часть вечера. Кажется, я вчера немного переборщил, - у Арсения сложилось впечатление, что Антон ведет себя очень дергано и очень странно, а это значит, что ничего он не забыл, а просто прикидывается, чтобы избежать подобия ответственности за свои действия. Арс конечно с одной стороны немного расстроился, но с другой решил подыграть. Если Шасту так будет проще...Если им обоим так будет проще, то это верное решение. - Всё хорошо? - спрашивает Арс, когда замечает расстроенный взгляд Антона. - Да. - Я пойду тогда? Пиши мне если нужна будет помощь, хорошо? - Подожди, Арс, - Антон хочет схватить его за руку, чтобы остановить, но передумывает. Тот и без того оборачивается в сторону больного. - Я вчера заметил кое-что странное...не знаю, стоит ли нам это обсуждать... - Что такое, Тош? - Там, за диваном на первом этаже есть лестница...я вчера случайно заметил, что внутри нее как-будто бы пусто. Может нам стоит проверить ее? - Как ты вообще это выяснил? - Долгая история, не заморачивайся. - Ладно, - протянул Арс, немного задумавшись, - я подумаю над этим, а ты отдыхай. Его взгляд был полон такой нежности, что Антон чуть не расплавился. Это было так приятно - чувствовать искреннюю заботу от человека, который значил для тебя что-то большее. - Спасибо, - абсолютно искренне произнес Антон. - Не за что, Антош, выздоравливай, - и, оставив после себя лишь улыбку, Арс вышел из комнаты. А Антон уснул. - Эти облака похожи на твои глаза, - невинно произносит Антон, переводя взгляд с неба, на силуэт парня, - такие же красивые. Знаешь, я так давно хотел этого... - Ты меня смущаешь, Антош, - не скрывая улыбки, отвечает ему Арс. Парень лежит на зеленой траве, головой опираясь на его ноги. Руки нежно поглаживают волосы, от чего Антон почти мурчит, ну прямо как кот! - Поцелуй меня еще раз, - вдруг произносит он и рука Арсения замирает. - пожалуйста, Арс, поцелуй... В его голосе столько желания, столько мольбы, столько отчаяния. Антон садится на ноги прямо напротив Арса и ждет. Смотрит ему в глаза, зная, что тот не сможет отказать. Он точно знает, что тот тоже хочет этого. - Но ведь...ты говорил это неправильно. - Плевать, Арс, сейчас плевать. Не выжидая больше ни секунды, Арсений приближается к лицу парня. Они чувствуют дыхание друг друга, чувствуют тепло, исходящее от них обоих и пытаются насладиться этим. Никто никуда не спешит, никто не боится спугнуть момент, потому что можно. Сейчас можно. Антон сам этого попросил, он ждет, он знает, что Арс никуда не денется. Их никто не прервет, никто не застукает, никто не осудит. Они находятся в его голове, а значит в безопасности. Чужие губы касаются губ Антона и они оба замирают, утопают в моменте, наслаждаются тем спокойствием, что царит вокруг. Солнышко греет, вокруг еле слышно шелестят зеленые листочки деревьев, где то щебечут птички. А губы тем временем размыкаются, а затем снова соединяются, только в более жадном темпе. Вокруг больше ничего не слышно. Ни птиц, ни деревьев, ни листьев - только они двое, жадно целуют друг друга, пытаясь насладиться моментом. Антон перекидывает ногу через Арса и садится тому на колени. Крепко обнимает за шею и прижимает к себе. Так не хочется его отпускать, так не хочется, чтобы сон заканчивался. Сейчас им так хорошо, так спокойно. - Хочу остаться здесь навсегда, - шепчет на ухо Арсению Антон и тяжело вздыхает, потому что чувствует, как рука Арса аккуратно залазит под его футболку. - Это всего лишь сон, Антон. Наслаждайся, пока можешь, - отвечает ему тот, аккуратно целуя шею. Антон плывет, ему безумно хорошо. В животе приятно ноет, когда поцелуи спускаются к ключице, когда рука нежно поглаживает кожу на спине, спускается к ягодицам, а затем поднимается обратно. - Мне так хорошо, Арс...- блаженно выдыхает Антон, запрокидывая голову назад, подставляя тем самым шею для очередных поцелуев. Тело рефлекторно двигается вперед, прижимаясь все ближе к Арсу. Тот не выдерживает и тихо стонет. Антон снимает с него футболку и руками оглаживает спину, гладит живот и осторожно ведет руки к низу живота. Арс в предвкушении замирает на несколько секунд. - Подожди, - вдруг останавливает он парня. - Что? - Антон не понимает в чем проблема и пытается продолжить ласки, но тот больше не шевелится. - Антон, пора просыпаться. - Что? Нет! - Антон!! Шаст открывает глаза и видит перед собой Диму и Сережу. Те глупо хихикают и смотрят прямо на Антона. Тот пару секунд приходит в себя, а затем чувствует огромный стыд. Благо, вставший член удается скрыть под одеялом. - Ну? - ехидно улыбается Позов, - И кто это тебе там снился? - Бля, Шаст, ты так стонал, что нам стало неловко. Будто наблюдаем за чьей то порнухой в режиме онлайн. - Бляяя...- протянул он и закрыл покрасневшее лицо подушкой. Ну это полный пиздец! Мало того, что ему снились ебаные потрахушки с гребаным Арсением, так он еще и спалиться умудрился!!! - Давно у тебя секса не было, да? - продолжает подначивать Сережа. Антон помнит на какой ноте они разошлись перед тем как он уснул, поэтому сейчас не совсем понимает, есть ли подтекст в его репликах. - А че, Ирка не дала когда вы с ней пососались? - вот теперь Антон почувствовал нотки ревности и злости, - Странно, обычно она любит трахаться с кем попало. - Ээ, Серый, харош, - Дима пихает друга в плечо, - помоему ты уже перебарщиваешь. - Сереж, я же сказал, этот поцелуй вообще нихрена не значит. Она мне не нравится, и вообще, это все случайно произошло. Я набухался вчера и не понимал что творю. - Да, хорошее оправдание, друг! - последнее слово он язвительно выделил. В комнате повисло неловкое молчание. - Как чувствуешь себя? - решается спросить Поз, чтобы перевести разговор и снизить градус напряжения. И тут Антон задумался. Самочувствие по прежнему было херовым, но по крайней мере, силы на поход в душ были. Поэтому, доложив все, он туда и отправился, по пути неловко прикрывая всё еще узнаваемый стояк. Общие душевые конечно никогда не были райским местом, но сейчас здесь не было никого, что безумно радовало Антона. Он мог спокойно подумать обо всем произошедшем и решить, что делать дальше. Может, болезненное состояние не самое лучшее состояние для таких размышлений, но ждать больше нельзя. Итак, что мы имеем? Куча проблем и ни одного здравого решения. Начнем с главной занозы в заднице - Арсений. То, что произошло вчера полный кошмар. А то, что произошло во сне Шаста - полнейший пиздец. Неужели его больной мозг действительно сгенерировал эротический сон с участием Арсения? Мало того, что Антону понравилось с ним целоваться в жизни, так он еще и во сне чуть не кончил от этих ласковых прикосновений. Ну это уже конечная станция. Антон решает перейти в полный игнор. По крайней мере, до конца больничного. Меньше контакта - меньше мыслей об этом человеке. Пиздец, кого он обманывает?... Второй, не менее огромной проблемой является ебучий бункер и вся эта херня, связанная с самоубийством историка и его команды. Никаких логичных выводов до сих пор не сделано, подозреваемых у них нет, а из улик только пробирка с кровью и синяя кепка на странном чуваке, которого Сережа и Дима видели в лесу. Ну просто отлично. Комната парней под прицелом (как и они сами, собственно), предупреждение было более чем понятным, а вот что делать дальше вообще не понятно. Ира...с ней тоже нужно что то решать. Тот поцелуй совсем ничего не значил для Антона. Да, она прекрасная девушка, да, он мог бы встречаться с ней если бы не одно голубоглазое но, которое сидит у него в голове. Но ведь Ира думает, что тот поцелуй был чем то важным. Она переживает. Нужно с ней поговорить и все объяснить. Эд. Эта проблема должна решиться сама собой после разговора с Ирой. Кран с водой перестает шуметь, Антон выходит из душа, чувствуя вновь накатившую слабость в теле и, наскоро вытеревшись, возвращается к себе в кровать. Да, болеть тяжело. Но еще тяжелее болеть, зная что помимо твоих соплей и температуры, нужно разгребать огромную кучу дров, которую ты сам же и навалил. И он разгребет. Обязательно разгребет.