Murder Soul

— Далеко собрались? — тихий насмешливый голос над самым ухом и давление сзади не дает остановиться, даже если кто-то их и увидит, то все происходящее будет выглядеть не более чем прогулка двух знакомых. Но упирающийся под ребра ствол пистолета все же напоминал о том, что змееныша поймали и зажали в угол. Естественно, вредить ему Алан бы не стал, можно было в этом даже не сомневаться, ведь его целью было наоборот сделать все возможное, чтобы сберечь чужую жизнь. Но уже только наличие этой ситуации обрисовывало до чего легко будет при желании добраться до этого заносчивого идиота при желании.       Заэль всегда был предельно осторожен и продумывал наперёд несколько шагов, дабы не быть пойманным с поличным. И судя по полицейским сводкам голова у него работала отменно, ещё ни разу не подставив хозяина, хотя убил тот уже не меньше двадцати человек. Однако, то касалось только собственных вылазок на охоту, и совсем не относилось к моментам, когда сам убийца мог быть жертвой. Такого исхода событий ре попросту в расчёт не брал, совершенно не намереваясь напяливать на себя маски своих «птичек». И, возможно, такого бы и не было, если бы Кристофер не перешёл дорогу не тому человеку. Теперь-то нужно было держать ухо востро, как советовал и отец, и Алан. Но то, что нужно, не обязательно должно исполняться, и именно этой стороны придерживался Заэль до нынешнего момента. — Что…? — начал было на повышенных тонах парень, вздрогнув, но голос его стих, словно уезжающая вдаль машина. Глаза расширились, стоило почувствовать вжимающийся в тело твёрдый предмет. Не сложно было догадаться, что это было оружие, вряд ли кто-то решит вот так захватить парня и совать ему под бок чёрствый багет. От прикосновения по рёбрам, а дальше и по остальному телу расползлись мурашки. Заэль даже не смог сразу проанализировать голос, и разум начала охватывать паника. Несмотря на весь свой токсичный характер, парень был жутким трусом. Позволял себе нападки только в условиях, когда чувствовал собственное превосходство или не задумывался об опасности для собственного здоровья и жизни. Кричал на тех, кто ниже статусом или слабее физически, с остальными оставаясь предельно вежливым и тихим. Последнее поведение увидеть было редкостью, потому как обычно не приходилось сталкиваться с кем-то, кто был сильнее и при этом не являлся каким-то низшим для Риверы звеном.       А для Росса стихший в испуге голос приятно ласкал слух и щекотал душу, пробуждая что-то столь неправильное, звериное, что скрывали в клетке и держали на короткой цепи. Безусловно, самой приятной частью его работы было проучать надменных сопляков, прижимая их к стенке. Не надо было даже смотреть в чужие глаза, страх в эти моменты был ощутим шкурой, и, казалось, стоит только склониться чуть ближе к тонкой шее, втянуть шумно воздух носом, и ноздри защекочет сладкий запах выбрасываемого адреналина. Это был прекрасный и уникальный вид охоты, шанс спустить внутренних демонов с цепи подобно голодным псам. Но сейчас перед ним тот, кого он обязан оберегать, а потому цепи лишь натягиваются, демоны щелкают своими пастями, но не дотягиваются, зверея от того и возбуждаясь сильнее, пока их хозяин силой воли затаскивал зверьё обратно в клетку души.       От страха Заэль даже как-то неестественно и тихо заскулил, пытаясь дёрнуться в сторону. Но тело сковывала нарастающая паника, не давая нормально перебирать ногами и вообще шевелиться. Расширившиеся глаза пытались найти помощь в предстающих перед ними предметах, особенно взгляд искал прохожих, но, увы, в такую погоду и в такой час в этом районе было слишком пустынно: те люди, что встречались, были слишком далеко, чтобы успеть на подмогу, к тому же не обращали на мужчин никакого внимания. От этого состояния в горле встал ком, затрудняя дыхание, а в голове, среди мешанины мыслей, выделялась только мигающая красным надпись «опасно».       Едва слышный скулеж не остаётся незамеченным и для Росса, становясь сладостной музыкой. Губы мужчины искривила насмешливая улыбка. Вот они и выяснили кто чего стоит, а главное, как этот дерзкий щенок ссытся, стоит лишь на секунду выпустить к нему пса сильнее, лишив какой-либо защиты. Попытка же дернуться была пресечена столь же строго, как короткое басистое «Куда?!». Возможно, не стоило так грубо вести себя с мальчишкой, но все же соблазн был слишком велик, а Кристофер сам развязал ему руки. Конечно, вряд ли Ривера старший думал, что телохранитель именно так будет пользоваться своими полномочиями, но ведь все было ради блага Заэля, который сейчас был не более чем испуганный юнец, трясущийся в его руках подобно осиновому листу.       Всё это продлилось не больше минуты, пока Заэль не прокрутил в голове слова незнакомца несколько раз, и не осознал, наконец, кому они принадлежат. Горло словно освободилось от тисков, позволяя хозяину шумно вздохнуть, восстанавливая нормальную деятельность. Капюшон очень удачно соскользнул с головы и упал на спину, поэтому парень даже позволил себе повернуть голову, чтобы посмотреть на неприятеля, узнавая в чертах лица своего нового знакомого. Тёмные брови тут же съехались к переносице, создавая между собой несколько продольных складок, а глаза сузились настолько, что казались совсем тёмными. — Что ты делаешь, придурок? — привычным тоном сквозь зубы процедил парень, сильнее дёргая плечом, чтобы высвободиться из захвата. — Ты меня охранять должен, а не угрожать!       Заэль затормозил, вставая как вкопанный, уже не боясь упирающегося в бок пистолета, хоть ствол и сильнее прижался к рёбрам из-за резкой остановки. Он остановился прямо напротив узкого прохода между домами, где обычно стояли мусорные баки и спускались пожарные лестницы. Из-за такого места остановки Заэль даже повернул голову на секунду, пытаясь вглядеться в неосвещённое пространство, но быстро покончил с этим занятием, не решившись долго отвлекаться.       Начавшиеся же привычные огрызания и крики, были теперь не более чем трусливым писком для мужчины. Пожалуй, Заэль как никогда был сейчас похож на какую-нибудь из этих гламурных мелких собачек, которые были столь же агрессивны, сколь и трусливы, лая на всех вокруг только от собственной же беспомощности. Алан был даже не в силах стереть с лица сейчас откровенную насмешку, глядя на парня сверху вниз с ноткой издевки и надменности. Даже снисходительно покачал головой, прежде чем спрятать оружие. — Не смей меня так хватать больше! Какого чёрта ты вообще таскаешься за мной? — скидывая с плеча чужую руку, рычал Заэль. Однако из-за сдавившей горло паники, голос ещё немного дрожал, но парень всеми силами старался это заглушать. Ещё не хватало, чтобы Алан узрел нитки манипуляции к нему, хотя уже по первой реакции всё было понятно. И чтобы поскорее занять чем-то трясущиеся руки, брюнет стал стряхивать с куртки прибывающие капли дождя, после приглаживая к голове мокрые волосы, попутно стирая со лба выступивший пот, уже смешавшийся с дождём. — Мне правда стоит напомнить, что это моя работа — «таскаться за тобой»? — едва не добавив по привычке «Вами», Росс осекся, позволяя себе все же забыть о субординации, пряча руки в карманы и лениво облокачиваясь о стену близстоящего дома. — Ты должен быть дома, либо же обязан был позвонить и дождаться меня. Но, как мы оба поняли уже, ты чхать хотел на все указания своего отца. В прочем, нет, на свою жизнь чхал. Ты правда думаешь, что все происходящее шутки или же просто извилин не хватает?       Вскинув вопросительно брови, Росс вновь осмотрел парня, решая как теперь быть с ним дальше. Провести туда, куда тот шел? Но Кристофер четко дал понять, чтобы лишний раз его сын не совался никуда, а Алан очень сомневался, что цель Заэля хотя бы на грамм стоит того, чтобы лишний раз рисковать. Можно было бы и скрутить мальца и вернуть домой, но что-то подсказывало, что, во-первых, ни черта это не поможет, во-вторых, шуму будет только больше, как и потраченных нервов. А потому устало вздохнув, Росс потер переносицу, прикрывая глаза. Все-таки от этого змееныша одни неприятности.             А парень даже покраснел из-за происходящей ситуации, о чём свидетельствовали появляющиеся пятна на шее, но которых, к счастью, сейчас не было видно. Нет, он вовсе не был смущён, его вообще мало что могло смутить, если могло хоть что-то. Он краснел скорее, как рак, закипающий в кастрюле. Но только не из-за воды, а из-за переполняющих тело негативных эмоций. Алан здорово раззадорил его своей выходкой и возможно будь у Заэля другой нрав, он бы расхохотался от полученного урока. Но сейчас из него бы вышел скорее истерический смех, чем что-то более-менее весёлое. В голове всё ещё всплывали последние события, и они приносили совсем мало радости, заставляя передёргивать плечами от неприятных ощущений, прокатывающихся по спине холодком.       Опустив взгляд вниз, слушая слова Алана в его адрес и разглядывая безо всякого интереса лужи под ногами, Заэль думал над тем, что ему теперь предпринять. Действительно разумно было бы вернуться домой, учитывая ещё и то, что парень успел промокнуть. Но делать этого не хотелось, особенно в эту пыльную заброшенную обитель, чтобы провести ночь в полном одиночестве и изоляции. Более хорошим вариантом было продолжить путь в бар, да не какой-то там, а стрип-бар, где на пилонах крутились не пышногрудые девочки, а молодые, подкаченные юноши, и вход представительницам женского пола был ограничен. Заэль приметил его недавно, после того как пришлось переехать, и он решил изучить район по картам на смартфоне. Один раз даже был там, но толком не осмотрелся, вызванный на срочные переговоры в ночном клубе. Некоторые партнёры любили обсуждать дела, напиваясь и заглядываясь на танцовщиц. Это их не украшало, но хозяин — барин. Лично переводчик был против таких мероприятий, предпочитая чётко разграничивать работу и развлечения. Конечно был ещё один вариант — поехать к заброшенной котельной, где томились в неволе пара человек, но как-то не был готов парень посвящать в своё хобби телохранителя.       Он вдруг задумался над тем, насколько вообще это была хорошая идея. С одной стороны, стоило вообще хоть немного прощупать почву, узнать, что эта махина из себя представляет, как реагирует, есть ли под маской хоть какие-то эмоции. С другой, может, стоило сразу окунуть в это Алана с головой и смотреть по ситуации? Как детей кидают в воду, обучая плаванию таким образом и понимая, сможет тот плыть или нет, так и тут. Заэль нахмурился и погрузился в себя, размышляя о том, насколько мужчине может понравиться песнь сладких криков отчаяния. Насколько приятным будут ощущения обволакивания ещё тёплого мяса, пока вгоняешь руки глубже под рёбра. Вероятность такого благоприятного исхода была не более процента, но всё-таки Заэль взял себе на вооружение подмечать мельчайшие детали, которые могли бы указать на нездоровое пристрастие. Он словно бы почувствовал что-то на собственной шкуре несколько минут назад, но был слишком напуган, чтобы что-то подметить и отнести именно к нужным ему реакциям. Пожалуй, стоило бы придумать какую-то провокацию, но парень отложил это дело на потом, сейчас же ужасно хотелось выпить и забыться. — Бла-бла-бла, — лишь устало ответил и покачал головой из стороны в сторону Заэль спустя минуту тишины, закатывая глаза и изображая рукой бесполезную болтовню, после ей же отмахиваясь от Алана. — Знай своё место! Ты — никто, и сейчас лишь моя тень, так что оставь свои нравоучения при себе и вообще помалкивай. Не обязан я слушаться ни отца, ни тебя тем более. И раз уж я вынужден терпеть тебя, сопроводи меня в бар, — Заэль стал куда смелее, стоило рассосаться остаткам страха, ещё жарящим лоб и колющим под лопатками, но уже не оставляя следов в тёмной головушке. Он повернул голову в сторону бара, неоновую вывеску которого уже было видно издалека, однако развернуться к мужчине спиной он всё же не решился.       Заявление же о том, что Алан не более чем тень, конечно могло бы и задеть его или же разозлить. Но, видимо, Россу было глубоко плевать. Сколько раз он уже слышал нечто подобное, как только к нему не обращались за все эти долгие годы службы. Да и не только на должности телохранителя, ведь еще со времен полиции он успел пройти свой уникальный ад. И, признаться, отморозки, которых приходилось задерживать, были куда красноречивее, чем этот мальчишка. Он вдоволь наслушался еще в юности самый отборный трехэтажный мат в свой адрес, был послан во все доступные и недоступные точки и отверстия сего мира, а главное, не редко был вынужден грубой силой указывать законное место таких вот умников. Жаль, конечно, что сейчас эту методику использовать было крайне нежелательно, так бы он не побрезговал заставить парня перед собой еще разок выбросить в кровь дозу адреналина.       И мысль о том, чтобы сейчас преподать еще один урок, настойчиво не отпускала. В одном пункте таки Заэль глубоко ошибался — Алан служил в первую очередь именно Кристоферу, который в свою очередь дал ему вольную, а потому Росс мог командовать парнем без зазрения совести. Более того, он мог без единой проблемы для себя попросту свернуть мальца в бараний рог и унести сейчас домой, заперев на ключ до того момента, пока Ривера младшему не понадобится явиться на работе. Алану бы ничего не сделали за это, достаточно было лишь описать в отчете произошедшую неприятную ситуацию, как малец своевольно решил проигнорировать всех и отправиться в какой-то там бар. Но все же что-то пока останавливало от таких радикальных мер. Возможно, резко проснулось некое смирение — Росс прекрасно понимал, что имеет дело с заносчивым мальчишкой, который застрял в детстве и теперь активно брыкался от любого контроля над собой.       Усталый вздох и короткий взмах рукой в сторону все тех же неоновых вывесок — пускай идет, Алан будет идти следом, лишь бы только Заэль не истерил и не действовал ему на нервы. Переучить все равно он бы уже парня не смог, а если даже после наглядного примера, что может произойти, если малец будет вот так шататься где не попадя, у юноши ничего не щелкнуло в голове, то о чем они могли вообще говорить? Не самое, конечно, приятное задание носиться с подобными вот клиентами. Те были в лучшем случае угрозой для лицензии, а в худшем же — угрозой для своей собственной жизни. Но коль уж Росс выбрал такой путь, приходилось с ним мириться и терпеливо оберегать чужой зад. Да и теплилась где-то внутри надежда, что даже несмотря на то, что угроза была вполне реальной, конкуренты Кристофера не решатся все же лезть, и вся работа Алана закончится исключительно на вот таком вот таскании следом за юношей. — Помяни мои слова, Заэль, наступит тот день, когда ты будешь молить всех известных миру Богов, чтобы этот «никто» оказался рядом, — устало проговорив, Росс сделал шаг навстречу и накинул небрежным движением руки чужой капюшон на голову. Конечно, это уже не спасало ни от дождя, ни от ветра, но и мужчина сделал это с той целью, дабы лишний раз не смотреть на промокшего озлобленного мальчишку перед собой. И все же склонившись на секунду, брюнет добавил на тон ниже и тише: — Ведь стоит только на секунду приставить ствол, как ты обосрешься в ужасе, тихо скуля.

***

      Слежка за Заэлем началась три недели назад, когда тот ещё жил в своём пентхаусе, а отец ещё не подозревал, что перешёл дорогу крупной злой шишке. Стоило только Кристоферу повздорить с генеральным директором японской корпорации по производству полупроводников, не предоставив им оборудование на выдвинутых условиях, как озлобленные партнёры тут же начали точить на него зубы. Заэль тоже присутствовал на переговорах как переводчик, и, возможно, именно это сыграло на руку недоброжелателям. Не сложно было найти информацию о том, что они с Кристофером ближайшие родственники. И тут же в обиженных умах созрел план шантажа: сначала собрать на семью (Кристофера, его жену и сына) компромат, чем в последнее время и занимались свои люди, а потом просто захватить кого-то из семьи и шантажировать информацией и заложником Ривера, вынуждая подписать невыгодный ему контракт. План был прост, но осуществить его оказалось не так просто. Собрать хоть какой-то компромат не удавалось. Магдалин и вовсе была вне досягаемости, хотя и к ней послали человека, но кроме как фото лежащей её на пляже да попивающей коктейльчики ничего не было. К тому же и подходить к ней было опасно: два амбала постоянно находились рядом и на открытом пространстве пляжа видели любого постороннего. С сыном также было непросто: он постоянно с кем-то встречался, менял сопровождающих чаще, чем рубашки, и сложно было из всех этих людей вычленить кого-то подходящего. А когда тот резко переехал на другое место и пропал с «радаров», преследователи запаниковали и отчаянно пытались найти его. И нашли, уже три дня наблюдая за ним через камеру. Тому повезло, что он не мог поехать в своё логово, иначе компромат нашёлся бы очень быстро, поставив в тупик и Заэля и Кристофера, буквально связывая им руки колючей проволокой.       Даже сейчас парень с камерой на шее следовал за Ривера и незнакомым сопровождающим. Старался быть на приличном расстоянии, чтобы ни в коем случае не выдать себя, прятался в тёмных переулках, за углами и мусорными баками. Старательно защищал камеру от дождя, поправляя на ней дождевик, и записывал передвижения «клиента» на диктофон. Но отвлёкся от наблюдаемых, когда они начали переговариваться между собой — телефон зазвонил и пришлось ответить, так что он отстал. Не слишком, по-видимому, стремился свою работу исполнять.

***

— Да как же, — отмахнулся Заэль на слова Алана, фыркая и поправляя накинутый на голову капюшон так, чтобы тот не закрывал глаза и, соответственно, обзор. А с последними услышанными словами как-то остолбенел, смотря мимо телохранителя озадаченным взглядом. Он даже и вспомнить не мог, чтобы кто-то разговаривал с ним подобным тоном. Обычно это была привилегия исключительно Ривера, а тут кто-то смел такие слова высказывать в его адрес. И сколько бы не хотелось сейчас верещать от злости и покрывать Алана матом, всё-таки быдлом Заэль не был. — Да пошёл ты, — не находя слов, парень только пихнул Росса в грудь ладонью, отталкивая от себя, и, резко отвернувшись от него, направился широкими шагами в сторону бара, не смотря под ноги и разбрызгивая воду из луж в стороны тяжёлыми шагами. Но хотя бы ботинки ещё не слишком вымокли, несмотря на действия владельца.       Толчок же едва ли как-то задел, разве что заставил чуть повести плечом назад мужчину. А с губ тут же сорвался тихий смех от того, как Заэль бубнил и стремительно отдалялся, смахивая чем-то на ребенка, которому запретили трогать конфеты до обеда. И все же догоняя подопечного в пару стремительных шагов, Алан размышлял о том, как дальше ему работать, если этот черт ничему не учится и норовит все сделать по-своему. Караулить сутками? Так Росс свихнется раньше времени. Нет, он просто свяжется с Кристофером и в отчете укажет, что вынужден ограничить юношу в перемещениях путем домашнего ареста. Он будет приезжать по первому же звонку, как и прописано в договоре, будет сопровождать, но так он будет уверен в том, что Ривера младший не дал деру, пока никто не видит. Хотя, этот дьявол выглядел как тот, кто разобьет все окна, но вылезет при желании из дома. Тоже сомнительный выход из ситуации. Что ж, первое время мужчине придется, видимо, все же ночевать в машине, чтобы иметь доступ к контролю чужих перемещений. — Посмотрел бы я на твою физиономию на аудиенции с моим отцом, если со мной что-то случится, — бубнил себе под нос брюнет, пряча руки в карманы куртки и вжимая голову в плечи.       Заэль устал, и с каждой минутой это было видно всё сильнее. Изматывающие поездки по переговорам, разъяснение коллегам оборотов и идиом, что решили зачем-то использовать партнёры, разговор с отцом и общение с Аланом — всё это забирало львиную долю выделенных на день моральных и физических сил. Плюс собственное поведение также отбирало энергию, сколь бы привычным оно не было. Ещё и расстройство от приставленного телохранителя, а, следовательно, и запрет на посещение заброшенной котельной. Ещё одна капля и чаща точно будет переполнена, а точнее полностью опустошена.       Несколько минут пешком под дождём и вот они оба стоят под козырьком бара перед двустворчатыми дверьми и охранником. Тот был поставлен для осуществления фейс-контроля, но сейчас, по всей видимости, пускал всех, потому как даже не посмотрел в сторону пары, может как раз и решив, что это — пара. Заэль тоже не обратил внимания на бородатого бугая, толкнув дверь и попав в долгожданное место. Синий свет, кое-где дополненный зелёным и красным неоном, клубная музыка, уходящая больше в дарк-электро, запах алкогольных коктейлей, тыквенного пирога и мускуса, а также вид крутящихся на пилонах и просто танцующих около клиентов юношей — вот чем выделялся бар сразу при входе. После на глаза попадалась широкая барная стойка, также подсвеченная неоном, с большим ассортиментом алкоголя позади и несколькими барменами в кожано-лакированной униформе. Хотя заведение и называлось баром, позиционировалось скорее, как клуб, имея приватные зоны и небольшую кухню со скромным, но вкусным меню.       Только Алан, оказавшись внутри, был, мягко говоря, шокирован. Ему стоило неких усилий, чтобы не выдать ни одной непотребной эмоции на своем лице и остаться беспристрастным к той обстановке, которая его окружила. И, прикрыв глаза на пару секунд дольше, чем того требовало бы простое моргание, ощутил, как веко нехорошо задергалось, как бы ласково намекая, что это не то, чего хотелось бы видеть брюнету. В голове сразу всплыла чужая шутка, которая более ею не казалась. Что ж, если уж Заэлю по вкусу подобные заведения, то откликаться на «заю», произнесенное другим мужчиной, по всей видимости ему было не впервые.       Не то чтобы Росс был нетерпим к меньшинствам, его еще во времена службы в полиции умудрялись каждое лето отправлять на оборону шествия на месяц гордости, где он теснее ознакомился с тем, что такое ЛГБТК+ сообщество. Но мужчина и не мог сказать, что он был в великом восторге от того. Хотя, как минимум, Алан не плевался ядом и не ходил мрачнее грозовой тучи, как некоторые его сотрудники. Он принимал для себя ту сторону, что, пока к нему лично в штаны не лезут, он чхал кто и кого потрахивает в постели, только если это не дети, животные или трупы. Правда, все же был за ним один грешок, не красящий его ни разу, который он старательно скрыл, дабы не запятнать свое личное дело. Один умник, когда Алан как раз был на службе и отдыхал в стороне, возомнил, что будет хорошей идеей полезть к нему, ущипнув за бедро подобно девчонке, за что получил в нос. И этот же самый нос пришлось везти в патрульной машине в ближайший травмпункт после, правда, перед этим потратив не мало времени, чтобы привести нахала в чувства и каким-то чудом успокоить невольных зрителей, дабы не поднялся скандал. И как только чудом все тогда обошлось — одному Богу известно, но с тех пор Росс зарекся вообще рот открывать лишний раз в адрес меньшинств, зная, как лишь одно слово может очернить тебе жизнь. По судам затаскают так, что будет проще потом навешать на себя все возможные ярлыки, на подобие «темнокожего ярого феминиста гея».

***

      В это же время на улице следом за Аланом и Заэлем хотел зайти и «фотограф», который до того следовал за парой, но охранник остановил его на входе. — Фото- и видеосъёмка запрещены, — рычал тот, закрывая широкой спиной проход, пока неумелый преследователь пытался что-то доказать суровому стражнику, чтобы пройти внутрь при этом не расставаясь с камерой. Но он так и не сумел войти: пытался выяснить, сможет ли, будучи без камеры, но охранник ему тут же отказал. Если уж сразу не понравился — вход был закрыт и, усталый, он отправился восвояси, сделав себе только заметки о незнакомом заведении.

***

      Заэль скинул с головы мокрый капюшон, проходя мимо полупустых столиков, и уселся на высокий барный стул, устало вздыхая. Перед ним тут же материализовался подкачанный бармен. — Негрони, — тут же произнёс парень, стоило ему встретиться взглядом с барменом. Тот только коротко кивнул и засуетился с приготовлением, пока Заэль окидывал взглядом клуб, повернувшись к стойке боком. Он всячески избегал зрительного контакта с Аланом и вообще старался не обращать на него никакого внимания. Пока что.       А вот Росс, оказавшись около барной стойки, дабы не привлекать излишнее внимание тем, что стоит столбом около парня, стянул свое пальто, вешая себе на локоть, и нехотя сел, сразу жестом отказываясь от выпивки. Как бы он не хотел сейчас что-то выпить, но по контракту не имел такого права в рабочее время. А его рабочее время по сути дела было 24/7. Вместо этого мужчина занял свое внимание изучением столь непривычного для него заведения, неосознанно едва уловимо хмуря брови и кусая уголок губы изнутри — какого лешего они тут делают? Кристофер вряд ли осведомлен об увлечениях сына, по крайней мере намека никакого на ориентацию в рапорте точно не было. А если о таком узнают конкуренты, не попытаются ли раздуть скандал? Вот и очередная головная боль. В прочем, это уже не совсем входит в его обязанности, его цель — сохранить жизнь, а не статус в обществе. А, следовательно, пусть мальчишка хоть в газету отправит свои фото 18+, ответственность уже будет не на плечах простого телохранителя.       И ведь правда, Кристофера даже не догадывался о вкусах своего единственного сына. У него уже вошло в привычку при каждом удобном случае «пилить» Заэля по поводу невесты. "А когда познакомишь?", "А когда начнёшь думать о детях?", "А когда мать обрадуешь? А меня когда?". Эти вопросы вызывали в голове Заэля сплошную боль. Естественно, он не говорил отцу о своей ориентации, иначе тот тут же нашёл бы невесту и женил насильно. А потому парень лишь намекал о том, что надо бы им с матерью ещё ребёнка завести, от чего отец не отказывался. Вероятность последнего, конечно, была крайне низкой, это парень осознавал, а потому даже продумывал себе «будущее» – фиктивный брак с какой-нибудь завидной красоткой, которая будет жить на каких-нибудь курортах. От неё же пара детей на радость отцу, тоже отправленные куда-нибудь далеко-далеко на учёбу. Другого варианта для себя Заэль не видел, учитывая, какие хобби он имел и то, что совершенно не являлся бисексуалом. Нет, для него женщины и красивые, и приятно пахнущие, и гибкие, и всё такое, но не в одной постели с ним. Он в общем-то был вообще не слишком озабоченный темой секса. Встречался с одним парнем, хотя тот, почему-то, в свою очередь считал, что у Заэля куча связей на стороне. Сам Ривера о таких его мыслях не знал. Наоборот, думал, что Оливер в нём души не чает и будет рядом ещё долгое время. Вот только была одна вещь, которая удручала — Оливер не был тем человеком, которого можно было посвятить в свои увлечения. Заэль долго думал над этим, везти ли парня в котельную или нет, задавал наводящие вопросы, поднимал неприятные обычному человеку темы. И после нескольких месяцев таких разговоров понял, что искупаться вместе в кровавой ванне им не светит. А жаль, парень хоть и был совсем молод и ветренен, очень нравился Заэлю, и тот, если бы отец был более лоялен к этому, даже представил бы его как своего молодого человека.       Но несмотря на то, что Ривера вроде как состоял в отношениях, он не чурался посещать подобные места. В схожем клубе, только ближе к бывшему жилищу, он находил себе пару жертв. Угощал коктейлями, узнавал почти всю подноготную, которую молодые парнишки с радостью выкладывали, одурманенные возможностью уйти из клуба в сопровождении симпатичного да ещё и совсем не бедного парня. А после Ривера и правда увозил их на дорогом авто, но только не к себе в пентхаус, а за город. В этом плане он всегда старался действовать осторожно, сразу прерывая общение, если понимал, что юношу точно сразу же хватятся. В основном ему попадались именно такие, поэтому он сворачивал лавочку заманивания после нескольких коктейлей и уходил ни с чем. Те, конечно, ужасно обижались, но быстро находили себе нового «угостителя».       Заэль расстегнул кожанку, откидывая полы назад, стоило почувствовать прилив жара от нахождения в помещении. Если бы освещение было чуть ярче, можно было заметить контраст сухой и сырой ткани толстовки: капюшон, ворот и небольшой треугольник спереди и сзади кофты были неприятно влажными. С волос тоже начала стекать вода и, заметив это, парень смахнул пару капель со стойки и пригладил волосы к голове, выдавливая с неё дождевую воду и позволяя той противно стекать по шее. — А так и не скажешь, что ты фанат столь крепких коктейлей, — стоило только бармену поставить стакан с янтарной жидкостью, Росс невольно оценил Заэля взглядом. Даже Алан не особо любил Негрони или Бульвардье, находя их для себя слишком горькими и неприятно обжигающими, пусть мог пить много и не боялся опьянеть. Но все же для себя он оставался поклонником классического Куба либре, а иногда и довольно мягкого кисло-сладкого сауэра. В прочем, если целью было не получить наслаждение вкусом, а конкретно добиться легкости и пустоты в башке путем опьянения, то тут для него лучше Егермейстера не было ничего. — Н-да? А что ещё по мне не скажешь? Что мне нравятся подобные заведения, например? — сделав большой глоток коктейля, Заэль на секунду зажмурился и сжал губы, проглатывая сладко-горькую смесь, которая сразу же разливала по телу приятное тепло. После он сразу поднял глаза на Алана, сейчас сидя к нему лицом, и натянуто улыбнулся. — Я надеюсь в твои обязанности не входит докладывать отцу какие заведения я посещаю, мм? — Вынужден отметить, что этого я не говорил. Не мое дело, чем ты увлекаешься, хоть режешь жаб на досуге, — решая тему предпочитаемых заведений для себя не ковырять, считая ее по меньшей мере не особо приятной, а то и довольно рисковой для нервной системы, Алан хмыкнул и поднял руки в примирительно жесте, мол «сдаюсь».       Ну что он мог бы вообще сказать Заэлю? Тот не был мальцом четырнадцати лет, сексом заниматься мог с кем угодно, а коль уж не повезло ему с природой и вставало у него не как у всех парней на фигуристую привлекательную девушку, а на представителя собственного пола, то ничего и не поделаешь. Признаться честно, Алан попросту не мог понять даже, что симпатичного можно для себя найти в парне. Безусловно, он мог бы понять какую-то морально-ментальную составляющую, когда человек интересен, когда взгляды на жизнь общие и вместе комфортно жить. Но чтобы все-таки испытывать сексуальное влечение? Вот даже сейчас, глядя на тех же выступающих мальчишек, Росс испытывал скорее странное ощущение неловкости и желание смотреть в потолок, чем хотя бы какое-то восхищение или хотя бы простое эстетическое удовольствие. А потому, главное только то, чтобы Заэль не стал лезть в холодные грустные вечера к своей охране, потому что объяснять Кристоферу, почему Алан вместо того, чтобы защищать его сына, случайно сломал ему нос — не хотелось бы. «Режу жаб? Фу, как мелко, » — сразу пронеслось в голове Заэля, когда Алан предположил, чем он может заниматься. Тут же всплыли и мысли о том, что земноводных парень не очень-то любил. Скользкие, мелкие, сложно ловить. Работать с ними не было никакого удовольствия и максимум где приходилось — уроки биологии в старшей школе. Уже тогда в собственной миниатюрной лаборатории парень разводил мышей и на них отрабатывал практику с уроков.       За ещё пару глотков в стакане остался только лёд и шкурка апельсина, и Заэль сразу жестом попросил бармена повторить. А пока он ждал, облизывал горькую верхнюю губу, мельком пробегаясь взглядом по присутствующим. Людей сейчас было достаточно, чтобы можно было затеряться, но не так, что негде было пройти. Ни один танцор не был обделён вниманием, что обычных людей, что более презентабельных и видных. Заведение не позиционировалось как приватное, но от той же фото- и видеосъёмки гостей ограждало, а охрана выпроваживала всех, кто хоть как-то ей не нравился. Именно сейчас по крайней мере один такой «серьёзный» гость был заметен сразу: он находился в выделенной ложе, что была в нише стены; по бокам от его дивана стояли два амбала зачем-то в тёмных очках, а свет в этом месте был особенно приглушён, не давая случайному прохожему увидеть лица как статного мужчины, так и юноши, что сейчас сидел на его коленях и что-то сладко щебетал на ухо.       От изучения окружающих парня резко отвлёк танцор, рухнувший на соседнее с ним место, за спину, и попросивший у коллеги-бармена воды. Заэль на секунду даже отвлёкся, чуть поворачиваясь, чтобы в поле зрения попала симпатичная мордашка. А она и правда оказалось симпатичной: острый нос, пухлые губы и струящиеся с головы по щекам крашенные белые волосы. Долго расставлять оценки Ривера не стал и вернулся в исходную позицию, лицом к Алану: не за тем он пришёл, чтобы рассматривать работников, хотя это куда больше радовало глаз, чем пьяные девушки в обычном баре, требующие угостить их коктейлем. От такого Заэль даже покривился, но то можно было списать на очередной глоток негрони.       А вот Алан, когда к барной стойке подошел один из танцоров, лишь на секунду отвел взгляд, подобно Заэлю оценивая юношу. Но если парень делал подобное преследуя больше цель насладиться или же просто оценить чужую красоту, то мужчина уже занимался этим с профессиональной точки зрения. Все-таки он на работе и слишком близко подпускать посторонних нельзя было, но невольно Росс словил себя на том, что в подобном месте, если он будет привычно для себя держать всех на расстоянии от своего подопечного, это больше будет смахивать на дурное ревностное поведение собственника, который стережет своего партнера подобно церберу и не дает вздохнуть. И для чего эта мысль сейчас промелькнула в сознании — не ясно, но невольно Алан нервно передернул плечами. Не хватало еще, чтобы решили, что он «из этих», да чтоб кто-то из знакомых узнал, что он был в баре такого характера. Вот сейчас он бы не отказался напялить глупые черные очки, вставить наушник в ухо и встать в эту не менее глуповатую позу, как те амбалы в стороне около отдельного ложа. С ними-то сразу все было ясно, а он сейчас выглядел не более чем простой отдыхающий, который решил заглянуть в бар после работы — простые классические брюки да белая рубашка, рукава которой он небрежно закатил до локтей. — Если мне не будет задан вопрос напрямую, конечно, докладывать, какого характера место ты посещаешь, мне не придется. Но в том же отчете мне надо будет указать о твоей попытке сбежать без моего присутствия в бар. В прочем, «песик» еще не уверен, кого из хозяев ему выгоднее слушать, ведь Кристофер очень хочет знать, чем занимается его кровинушка, — припоминая чужое оскорбление в свой адрес и процедив с ядом, Алан криво усмехнулся одним лишь уголком губ и на секунду взаправду задумался, как может подпортить парню жизнь совершенно бесплатно, без смс и регистрации.       Конечно, все это было лишь минутной манипуляцией и не более чем желанием насолить засранцу, который успел уже ему потрепать нервы. Но Росс понимал, что вмешиваться в чужую жизнь подобным образом — не в его интересах, да и не красит его такое ни разу, а даже наоборот выставляет неким подлым мудилой. В прочем, в голове родилась мысль, как можно сделать так, чтобы оба остались хотя бы относительно довольны. А потому, прежде, чем Ривера бы что-то ответил, мужчина продолжил, развернувшись корпусом к нему полностью и небрежно зачесав влажные волосы пятерней назад. — Вот если бы можно было договориться мирно, что кто-то не будет делать наперекор всем, мне бы не пришлось писать такие мерзкие отчеты, рискуя нарваться на лишние вопросы, — давая однозначно понять, чего хочет Алан, брюнет впился взглядом требовательным, прожигающим, не оставляя сомнений, что так просто от него не отделаться.       Заэль уже хотел было открыть рот, чтобы как-то прокомментировать слова, но тут же сомкнул губы, растягивая их в улыбке после того, как услышал слово «пёсик», иронически вспомненное Аланом. Хотел вставить слово и об отце, но молчал, слушая мужчину почти внимательно. Уж Кристофер точно всех вокруг себя считал собаками. Семью, партнёров, обслугу, незнакомых — всех, просто кого-то любил больше, кого-то меньше. К самым важным относился хорошо, но также хорошо и в королевской псарне относятся к постояльцам. Возможно истоки были в послушании, ведь уже давно преданность, послушание и покорность были описанием именно хорошей собаки. А уж эти качества в людях Кристофер очень ценил, и за любое нарушение выходил из себя. Конечно, он не истерил как сын, почти всегда был холоден головой. Но он не был мелкой рыбёшкой в теневой стороне города, и все знали, что это совсем не пушистый зайчик, а потому выводить его не каждый решался. — Хочешь заключить со мной сделку? Чтобы я не доставлял хлопот в обмен на то, что ты будешь держать язык за зубами? Звучит как шантаж, — лёгкая ухмылка всё ещё не сходила с губ Заэля, пока он в голове прокручивал новый поворот событий.       Если Алан и правда будет молчать, то это развязывало парню руки в действиях. Это ведь не «идти наперекор», если он под присмотром телохранителя решил кое-куда съездить? А если так, то вроде и разного рода «хобби», как Алан сам сказал, не его дело, и по сути волновать не должны. Это уже давало надежду Заэлю на то, что скоро он сможет поехать за город и повидаться со своими голодными «птичками». Те и правда не ели уже дней пять, не считая оставленной в клетках немногочисленной еды. — Звучит как взаимовыгодное сотрудничество, не более. Ты не создаешь мне необходимость учиться у китов спать раз в три месяца, чтобы присматривать за тобой, а я держу пасть закрытой и не показываю зубы. Как по мне, более чем честно, тем более что я тебе не работать предлагаю, а просто позволить мне при необходимости защищать твою задницу, — растолковав со вздохом полным усталости, Алан проследил за тем, как быстро опустошается уже второй рокс. И, признаться, его не особо это радовало. Все-таки Негрони коктейль очень крепкий, а Заэль со своей комплекцией не выглядел как тот, кто может много пить и не пьянеть. Да что уж там, даже если дать Россу с такой же скоростью выпить два бокала подобного, во-первых, его довольно быстро проймет, во-вторых, хорошо чувствовать он себя не будет. А этот же самоубийца пил так, будто уже четко спланировал, как его же охрана будет тащить его на плече домой. — А границы этого «молчания» есть? Хотелось бы знать, так, на всякий случай, мало ли чем ещё я увлекаюсь, — прикрыв глаза под натиском прожигающего взгляда, Заэль чуть склонил голову к плечу. Поставив очередной опустошённый стакан на барную стойку, он опустил руку и случайно уложил её не на своё колено, а на колено Алана. Секунда промедления и он убрал руку к себе на бедро, делая сначала изумлённый взгляд и тихо шепча «упс», а после уже лукаво смотря мужчине в глаза, прикусывая губы, чтобы те не расползались в более широкой улыбке. Наверное, тут больше алкоголь нашёптывал какие-то игры, потому как интерес к телохранителю сейчас возрос лишь благодаря тому, что тот и правда может быть лишь молчаливой тенью при каких-то незначительных условиях.       Волнение Алана за чужую трезвость так же быстро отошли на второй план, как и в целом тема их разговора. Открывший было рот мужчина, опустил взгляд на чужую руку на своем колене и загривком ощутил, как шибануло током вдоль всего позвоночника. Но если он еще мог как-то проигнорировать этот жест и принять все за чистую случайность, то стоило ему поднять взгляд на дьявола напротив себя, как уже нехорошее предчувствие включило сигнал «тревога». Больно уж взгляд был не похож на тот, с которым заключают какие-либо сделки. Если это, конечно, не сделка о стоп-слове в постели. Так еще и губы закусили так, словно кокетливая девчонка, но как реагировать на подобное Росс «самую малость» не знал, включая скорее режим холодного робота, если не порыв агрессии. А потому сделав глубокий вдох и сосредоточив взгляд на какой-то точке сбоку от чужой головы, словно там было что-то столь важное для внимания, мужчина продолжил уже строже, без лишних усмешок, мысленно напоминая о своих должностных обязанностях. — Меня наняли для охраны, я получаю деньги за это. И я не обязан пылать любовью к тем же категориям на порнхабе, что и мой заказчик, чтобы качественно исполнять свою работу, а мое личное мнение остается лично при мне и не более, — отрезав более чем уверенно, Алан все же вновь посмотрел в зелень чужих глаз, словно желая убедиться, что его мысль правильно поняли. Само собой, речь шла не только о порнухе, это было не более чем аллегория, но в данный момент она была более чем уместна. К тому же, Росс не подозревал даже о чем толкует его подопечный и пока ждал разве что странных извращений подобных этому месту.       Заэль всё чаще прикрывал глаза, ощущая, как погружаются в туман любые возникающие мысли. Это ощущение приятно ласкало всё тело и парень был готов прям сейчас упасть на мягкую постель и уснуть. Конечно у него была возможность оплатить здесь приватную комнату и даже поспать в ней, но то, как бы это происходило, не воодушевляло, да и место не очень-то подходящее для сна. Зато опрокинуть ещё одну порцию алкоголя Заэль не отказался, подозвав бармена и схватив от него какой-то недоверчиво-подозрительный взгляд. — Уверены? Не стоит так налегать, — как будто даже с толикой беспокойства проговорил мужчина по ту сторону бара и на это Заэль только покивал. Он не баловался наркотиками, не курил, но вот выпить любил. Пьянел довольно быстро, учитывая, какой крепости коктейли предпочитал, и часто не чувствовал меры. Но сегодня не планировал напиваться до беспамятства, хотя при ходьбе его уже явно бы шатало, но рот вполне себе слушался, лишь слова стали более растяжимыми.       Алан был безусловно согласен с барменом. Наверное, стоило хотя бы взять стакан воды, сделать паузу, но кто же будет беречь себя, когда можно напиться вплоть до встречи с белоснежным троном в уборной. А в том, что до нее не так далеко, если Заэль продолжит в том же духе, сомнений у него не оставалось. Мужчина с нотой осуждения и недовольства покачал головой, поджимая губы в тонкую линию. То, что придется вести все же мальца под руку обратно — факт. Хотя, нет, он закажет машину. Пусть до дома недалеко, но не по этой погоде, не в это время и не в этом состоянии идти пешком. А там можно будет бросить мальца на диване и запереть до утра. Хотя на секунду встал вопрос — а если тот умудрится сдохнуть по своей собственной неосторожности дома, будет ли это отпечатком на его лицензии и что скажет Кристофер? С одной стороны, можно рассмотреть дело как преднамеренное оставление в опасности, но это честно было смешно — не сидеть же над ним с тазиком в одной руке и стаканом воды в другой. — Это будет выгодно, если я точно буду знать, что ты будешь молчать, — Заэль не мог не отреагировать на слова Алана о взаимовыгодных отношениях, вновь возвращая мужчине свое внимание после обращения бармена.       В голове, даже сквозь пелену, скользила мысль о том, что «такое» нельзя кому попало доверять, а тут человек, работающий за деньги, да ещё и не за его. Заэль опустил задумчивый взгляд на шкрябающую штанину собственную руку, размышляя как поступить. Даже если у Алана в голове огромный список хобби подопечных, до которых ему нет дела, вряд ли там есть хоть намёк на то же рабство, например. Или эксперименты над людьми. Или хотя бы банальное убийство. Заэлю даже вдруг интересно стало, а был ли Алан на службе у убийц каких, может у каких-то видных людей мафии. Если ответ будет положительным, то это облегчит задачу, вот только вряд ли он станет обсуждать свою прошлую работу с нынешним подопечным. — Я понял тебя, — ответил парень, ещё предприняв попытку что-то выцепить в холодных серых глазах, что-то, что бы подсказало правильный порядок действий. Но ничего такого там не было, там вообще ровным счётом ничего не было и это удручало. — Ладно, договорились, я даю тебе спокойно делать свою работу, а ты молчишь, — такое соглашение в любом случае было сейчас выгодно и Заэлю тоже. Совсем не хотелось, чтобы Алан тут же рассказал отцу о том, где отдыхает его сын и кем является. Парень был уверен, что и в такой новости телохранителя могут выставить крайним, но основная масса шишек всё равно прилетит на его голову, и потом ещё будет прилетать все последующие годы, и прощай спокойная жизнь. При этом такая новость и в остальной жизни Заэля всё перевернёт, а это было совершенно нежелательно.       А Росса всецело устроил чужой ответ, ведь это освобождало от ряда проблем, пусть веры дьяволу напротив и не было. Безусловно, для уверенности, что юноша не намерен пытаться его обмануть, ближайшие пару дней Алан будет все равно караулить чужой дом, но, если же ничего за это время не произойдет, он позволит себе наконец спокойно отдохнуть в родных стенах квартиры. Мало кто захочет так вот терять время, но условия договора не позволяли особо расслабиться, а учитывая то, что уже несколько лет дома его никто не ждал, то и разницы как таковой не было, когда и в каком состоянии мужчина вернется. Да и по сути он лишь ночевал дома да принимал душ, предпочитая даже кушать где-то на стороне, так как сам для себя готовить ненавидел, хоть и умел.       Но столь одинокий образ жизни он вел не всегда. Раньше у Алана была попытка построить семью. Он даже женился и у него родилась чудесная дочь. Но отдаваясь всецело работе, он остался у разбитого корыта. И теперь регулярно выплачивал круглую сумму на алименты, видясь с дочерью не более раза в месяц, в то время как бывшая его озлобилась и шипела змеей каждый раз при встрече или редких телефонных звонках, отбивая напрочь какое-либо желание держать с ней контакт. Вот и вышло, что он развелся уже через год после свадьбы, зарубив себе на носу, что единственная на ком он женится — его служба.       Но все же оценив как-то парня перед собой еще раз, брюнет решился добавить, невольно понизив голос, чтобы слышал его только Заэль. — И еще. Без этих «упс». Я не в твоей команде и ни при каких обстоятельствах не планирую за нее играть. Надеюсь, мы друг друга поняли? — Посмотрим ещё в чьей команде ты будешь играть, — еле слышно пробурчал себе парень под нос и взял в руки третью порцию Негрони, делая совсем небольшой глоток и жмурясь уже сильнее. Сидеть вот так лицом к лицу с Аланом показалось на секунду чем-то неуместным сейчас, и этого было достаточно, чтобы Заэль аккуратно развернулся обратно к стойке, невольно осматривая открывшийся взору зал. Глаза сощурились, стоило взгляду остановиться на ложе, охраняемом двумя шкафами в чёрном. Какие-то знакомые черты промелькнули в полумраке и стоило богачу и его мальчику выплыть на свет, чтобы дотянуться до напитков на столе, как мысли озарила молния, а в груди всё неприятно съежилось.       Бурчания же Ривера за музыкой были не слышны, пусть Росс и видел, что что-то юнец булькал в свой бокал. Но никакого внимания этому не придал, так как уже прекрасно понял, что у Заэля была своя дурная привычка — последнее слово за ним и точка. И плевать, услышат ли его, ему главное убедиться, что он сам поставил точку в разговоре, даже если его собеседник так не считал. А отвернувшись так же к барной стойке, последовав чужому примеру, Алан и вовсе на какую-то минуту позволил себе выпустить из вида все происходящее вокруг и просто устало потер глаза, уже собираясь заказать себе энергетик. Пусть алкоголь пить ему нельзя, но взбодриться никто уж ему не запретит. И пока он мрачно просил один рэд булл, стоимость которого неприятно кусала, Заэль умудрился вновь доказать, что договариваться с ним можно только за смерть. — Я сейчас, не ходи за мной, — коротко и как-то строго, изменивши самому себе, сказал Заэль и сполз с высокого стула.       Вздохнув, не выпуская коктейль из руки, он медленно направился к той самой ложе. Стоило подойти чуть ближе, как два амбала тут же спохватились и готовы были отогнать непрошенного гостя, как хозяин остановил их взмахом руки. — Блять, да мы только что договорились, — не сдержав тихого рыка, наблюдая за тем, как его подопечный отдаляется, Алан даже невольно хлопнул себя по лбу. Протирая же грубо лицо ладонью и набирая вместе с воздухом в легкие новый запас терпения, брюнет кинул на барный стул рядом свое пальто и стремительно направился следом. Да разве что замер все же в паре шагов, понимая, что разворачивающийся скандал выглядит… ну в целом неприятной личностной разборкой. И пусть Росс пытался напрячь слух, чтобы услышать, о чем речь, улавливал он лишь отрывки, чувствуя шкурой, как накаляется обстановка и уже понимая прекрасно, что добром тут все не кончится и драки не миновать, если немедленно не забрать свое луковое горе подальше отсюда. — Так, так, так, какие птички тут сидят, — протянул брюнет, стараясь говорить как можно чётче и прикрывать глаза настолько, чтобы блеск в них не выдавал, сколько он уже выпил. Он переводил взгляд то с видневшегося теперь седовласого мужчину, то на юношу-блондина, снимающего ногу с чужого колена и направляющегося навстречу. — Что ты тут делаешь? — прошептал блондин в несуразном блестящем костюме, по-видимому надев его не добровольно. Он попытался поправить воротник куртки Заэля, ластясь к нему, но тот грубо отпихнул его руки от себя. — Какого чёрта?! Не трогай меня! — моментально взъелся Ривера, от собственных действий расплескав часть коктейля, от чего по пальцам теперь стекала карминовая жидкость. — Это ещё кто?! Мне сказал, что заболел, а сам пошёл шляться по мужикам? Ну ты и шлюха, конечно, — несмотря на повышенный голос, слышно его было не так уж хорошо из-за музыки.       Сейчас Заэль плохо контролировал своё поведение в таком состоянии, ещё хуже, чем обычно. Но увиденное настолько удивило его, что даже он не мог собраться с мыслями и что-то сказать. Юноша же напротив стоял молча, покорно склонив голову, похоже, тоже собираясь с мыслями. Он уже давно не был верен Заэлю, и тот знал об этом. Но вот так в открытую он увидел это в первый раз. И, может, не так бы разозлился, если бы новый любовник не был так похож на его отца. Также дорого одет. Такой же надменный взгляд. И те же телохранители рядом, готовые в любой момент вгрызться в глотку врага. — Да ладно тебе, зай, это не то… — пытался смягчить ситуацию и уровень накала Оливер, хотя сам подливал масла в огонь, и именно это не дало ему закончить фразу, заставляя зажмуриться и вскрикнуть. Заэль не выдержал и выплеснул остатки Негрони прямо парню в лицо. Он не подумал о последствиях в этот момент и о том, что он будет делать дальше. Всё произошло настолько быстро в следующие секунды, что даже Алан не успел бы вовремя среагировать на первый удар. Спущенные с поводка, телохранители подлетели к парням, одного поднимая и отводя в сторону, а другому заезжая кулаком прямо в солнечное сплетение. У них не было цели избить, только показать, насколько неправильны действия Заэля. Но ему этого хватило, чтобы выронить из руки стакан и, пока тот разлетался осколками по полу, обхватить рёбра руками, простонав то ли от удара, то ли от беспомощности в данной ситуации. Ощущение боли быстро разрослось по всему телу, заставляя ноги подкашиваться. Кажется, на сегодня уроков было более, чем достаточно. — Заэль, — Оливер подлетел к брюнету, укладывая руки ему на плечи, по дороге теряя несколько промоченных алкоголем бумажных платочков, а сам Заэль в ответ даже отпихнуть его не мог, хотя и очень этого хотел.       Безусловно, Заэль заботился о том, чтобы Алану было не скучно, ведь два на одного — это именно то, что он, Росс, так любил. И ведь мужчина оказался прав, позволяя своим промедлением невольно нанести заносчивому мальчишке удар. Но вместо сочувствия или какого-то сожаления, Алан скорее мысленно произнес лишь одно — «заслужил». В прочем, это не помешало уже выполнять свою часть работы — незнакомого ему парня, из-за которого и поднялся весь шум, грубо отдернули за шкирку прочь, а Заэля заслонили собой. Распалять драку и подвергать охраняемого еще большей опасности в целях не было, а потому выставив руку так, чтобы не пропустить надвигающегося амбала, Росс попытался сгладить углы. — Мы уходим. Ни к чему лишний шум, да и не думаю, что в одно удовольствие разрисовать друг другу морды, — оценив сперва стоявшего охранника перед собой, а после второго в стороне, Алан уловил чужое промедление.       Этого хватило, чтобы уже в следующую минуту грубо ухватить Заэля за плечо и потянуть на себя, выводя в сторону, если не вынося, так как ждать, пока тот вспомнит как дышать и перебирать ногами, времени не было. — Ты знаешь, за всю мою практику, ты самый неприятный мой клиент, я не удивлен, что за тебя платят почти в три раза дороже обычного, — рыча сквозь зубы, Алан даже не стал забирать свое пальто. Досадно, конечно, в прочем, может еще удастся его забрать. Но сейчас он первым делом выпихнет на улицу Заэля, наплевав на дождь.