Проведи меня через Ад

Ада стояла перед кованой калиткой Академии, засунув руки в карманы пальто. Она не думала, что встреча со всеми членами Харгривз состоится настолько скоро и неожиданно. Честно говоря, ей не хотелось переступать порог этого огромного здания, тянущегося на несколько кварталов Бруклина. Казалось, стоило ей только шагнуть на бетонное крыльцо, как воспоминания тут же возьмут над ней верх. А это совершенно не входило в ее планы. — Порядок? — Пятый вопросительно уставился на нее, нахмурив брови. — Я с пустыми руками, — отозвалась адвокат, вернув зрению ясность, и перевела взгляд на него. — Неудобно как-то. Парень усмехнулся — так язвительно, что ей на секунду стало не по себе. Но одному она была рада — Номер Пять постепенно возвращал себе привычный облик циничного полицейского. — Поверь мне, — он щелкнул замком на воротах и со скрипом толкнул ее вперед, — ты — последний человек, которого они ожидают сегодня увидеть. Не говоря уже о подарках. Пятый отошел в сторону и пригласительно указал рукой в сторону крыльца. — Прошу. — Надеюсь, меня не выгонят в шею, — хмыкнула Ада и покачала головой, будто не веря, что совершает такой необдуманный поступок. Она, и вправду, не знала, как знаменитые Харгривзы будут вести себя сейчас. Насчет Диего и Клауса еще можно было быть уверенной, но за поведение остальных Ада точно не отвечала — уж слишком много времени прошло с момента их последней встречи. И это было бы попросту неловко — прийти в чужой дом и с треском опозориться перед хозяевами тогда, когда ты им еще с незапамятных времен не по душе. За спиной раздался металлический отзвук, оповестивший о том, что Пятый закрыл за собой калитку. Ада еле заметно выдохнула и левой рукой дотронулась до входной двери. Не так она себе представляла поминки родителей. Конечной, ей ничего не мешало развернуться и уйти, но… что-то держало ее здесь. Словно невидимая сила заставляла Аду остаться и посмотреть, что из этого может выйти. В коридоре их встретила знакомая тьма, и только приглушенные голоса, раздававшиеся из гостиной, и еле слышный звон бокалов нарушали застоявшуюся тишину в холле. — Непривычно, правда? — поинтересовался Пятый, глядя на распахнутую дверь гостиной комнаты, после чего перевел задумчивый взгляд на Аду. — Ты нравилась Бену. Адвокат застыла, но не решилась взглянуть на него в ответ. Бен был для него так же дорог, как и родители для нее. Ей не верилось, что такой закрытый человек, как Пятый, рискнул сказать об этом вслух. — Мы были знакомы всего ничего, — безмятежно обронила она, облизнув губы в попытке сказать что-то еще — что-то ободряющее, — но слова никак не шли. С Беном Ада познакомилась раньше всех, незадолго до его смерти и гибели ее родителей — так получилось, что их не стало в один и тот же день. Знакомство произошло совершенно спонтанно: возвращаясь после школы домой на машине, Ада попросила водителя остановиться возле книжного магазина. В тот день в продажи вышел новый роман ее любимого писателя — Терри Пратчетта, и маленькая Ада не смогла удержаться. Она выбежала из машины и тут же ринулась к двери с колокольчиками. В помещении сновало огромное количество покупателей — видимо, не одна Ада обожала творчество английского драматурга. Она попыталась протиснуться между людьми, чтобы подойти к прилавку, и нечаянно толкнула плечом какого-то мальчика, спокойно читающего томик Чехова. Юноша даже не соизволил поднять глаза от чтива, а лишь вежливо отозвался: — Осторожнее, здесь много людей. Ада в удивлении заморгала и уставилась на мальчишку азиатского происхождения. Никто из ее сверстников не читал литературу настолько увлеченно. — Прости, — промолвила она, — я пришла за «Ночной Стражей». — Все тут за ней. — Паренек кивнул в глубь толпы и вернул взгляд к страницам книги. — Ты единственная, кто действительно ценит произведения Пратчетта. — Почему ты так решил? — нахмурилась Ада, скрестив руки на груди. — У тебя британский акцент, — как само собой разумеющееся выдал он и наконец-таки взглянул на нее. — Сдается мне, ты не местная. У Ады окончательно отвисла челюсть, но она постаралась сохранить хладнокровное выражение лица. Девчонка не могла не признать, что мальчик ее заинтересовал. — Вообще-то, я здесь родилась, — нравоучительно ответила Ада, но смягчилась, когда поняла, что юноша не настроен негативно. — Как тебя зовут? — Бен Харгривз. — Он закрыл книжку, предварительно положив закладку между страниц, и протянул ей руку. — А тебя? — Ада, — она улыбнулась и пожала ладонь в ответ, — Ада Бойер. Ты ведь из «Академии Амбрелла»? — Верно, — протянул Бен и сдвинул брови к переносице — кажется, это не та тема, о которой ему было приятно говорить. — Мой папа знаком с сэром Реджинальдом. — Ада почувствовала себя обязанной объясниться. — А ты второй человек с такой фамилией, которого я встречаю. Бен еле заметно улыбнулся. — Любишь Чехова? — осведомилась она, глянув на сборник рассказов у него в руках. — Дочитываю «Человека в футляре». — Бен повертел книжкой и пожал плечами. — В семье не я один люблю Антона Павловича. — Да ну, — иронично проронила она, вскинув брови. Члены Академии казались ей снобами, слепо претендующими на интеллектуальность. И Ада считала, что чтение — это одно из тех хобби, которыми обычно занимаются ученики подобных закрытых заведений. — Представь себе, — усмехнулся Бен, почти сразу уловив саркастичные нотки в ее голосе. Он оценивающе склонил голову вбок, как бы взвешивая разумность своих мыслей, после чего расплылся в мягкой улыбке. — Будем друзьями? Ада проронила искренний смешок — ей было приятно осознавать, что у ее ровесника схожие с ней интересы. — Я не против.

***

— Я имею в виду, он хотел бы видеть тебя на своих поминках, — понизил голос Пятый. Ада кивнула, не найдя в себе сил ответить. Казалось, она только сейчас в полной мере осознала, что Бен был одним из тех, кто дорожил знакомством с ней. А Бойер ведь считала иначе — что многим она была неприятна. Возможно, ее пессимистичные домысли об остальных Харгривзах тоже были ошибочными? Может, ей просто стоит быть настроенной менее скептично по отношению к людям? — Не зря же ты, все-таки, отправила Генри домой, — ухмыльнулся Номер Пять, проведя левой рукой по волосам. — Развлечешься хоть на досуге. — Из развлечений здесь только алкоголь, который я не пью, — мрачно заметила Ада. — Отлично. Значит, будет лишний повод этому научиться. Пятый лишний раз взглянул на нее, будто хотел убедиться, что она еще здесь, и двинулся в сторону гостиной. Аде ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Сделав пару шагов по шерстяному ковру, уложенному в коридоре, они наконец шагнули в сторону зала. На диванах восседали все члены Академии Амбрелла. В их руках звенели бокалы виски с изысканной гравировкой, а сами они о чем-то живо переговаривались между собой. Казалось, будто это была светская вечеринка, а не годовщина со дня смерти родственника. В помещении ни капли не улавливалась скорбь — словно те пришли лишь по семейному долгу, а не потому что им было горестно. Однако клан Харгривзов тут же умолк при виде своего брата и… ее. Ада усилием воли заставила себя улыбнуться и вежливо кивнуть в знак приветствия — чтобы сделать хоть что-то, а не просто стоять на пороге как вкопанная. — Пятый… — проговорила Эллисон, первая опомнившись от их неожиданного появления. — Я… мы рады вас видеть. — Она улыбнулась и, поправив ворот синей рубашки, подошла ближе. — Ада, проходи, не стесняйся. Эллисон обняла ее и прошептала: — Давно не виделись. Ада была столь обескуражена внезапными объятиями, что на секунду потеряла дар речи. Но после, собрав все свое самообладание, в дежурном порядке произнесла: — Рада снова с вами встретиться. Слух любезно кивнула и приблизилась к Пятому, обвив его шею руками. — Здравствуй, блудный сын, — усмехнулась она, потрепав его по волосам. — Ты куда вообще пропал? Не звонишь, не пишешь — хоть бы весточку прислал. — Специально залег на дно, чтобы сделать вам приятно, — ответил парень в своей излюбленной манере, обняв сестру в ответ. Адвокату вдруг стало неловко — она редко когда лицезрела взаимодействие между Пятым и его семьей. Чаще всего это были словесные потасовки, либо сплошное игнорирование. Похоже, взросление сказывалось на них весьма положительно. — Ада! — воскликнул Клаус, чуть ли не вскочив с сидения. Бокал виски, который до этого держал Сеанс, благополучно соскользнул с его ладоней прямо на пол. Янтарная жидкость равномерно растеклась по дорогущему ковру. — Божечки, я снова вижу эту нимфу! — Клаус, черт подери! — прогремел Лютер, поднявшись с места. — Это папин любимый индийский ковер! Сзади послышался чей-то шумный вздох. Кажется, это был Пятый. — Будда его храни, — отмахнулся Четвертый и с улыбкой развел руки в стороны. — Мы всегда рады видеть англичан в нашем доме! Ада, прыснув со смеху, покачала головой. — Ты невыносим. — Как и все мы, — он развернулся к своей семье и, захохотав, театрально обвел их пальцем, — но не все ли равно? О, Ваня! Иди сюда, устроим тройничок. — Ты хотел сказать, тройные объятия? — робко уточнила Номер Семь, приблизившись к ним. — Да хрен его знает, — Клаус практически втянул сестру в их тесный круг, — вот так. И совсем на страшно, правда ведь? Аде, как бы это странно ни звучало, нравилась такая насыщенная атмосфера. Тут все, по правде, казались чудаковатыми, но именно это качество сплачивало их воедино. Даже Седьмая не была похожа на рака-отшельника, спрятавшегося в свою ракушку. Однако адвоката не могла не волновать одна мысль. — Ваши посиделки не похожи на поминки Бена, — осторожно произнесла Ада, все еще находясь в медвежьих объятиях друга и его сестры. — Вам так не кажется? — О, ты плохо знаешь Бена, — усмехнулся Клаус, постукивая пальцами по ее плечу. — Он просто обожал вечеринки. Особенно, если они были в его честь. — Это правда, — неожиданно добавила Ваня и скромно улыбнулась, когда заметила, что на нее были обращены две пары глаз. — В большинстве своем он был скрытым снаружи, но веселым внутри. Адвокат дернула уголками губ. В течении недолгого знакомства с Номером Шесть она поняла, что он и в самом деле был бунтарем в душе. Дерзкие, но остроумные ответы Бена не оставляли сомнений в его непосредственности. Жаль, что ей так и не удалось выловить моменты, где он был бы по-настоящему открыт. — Мне жарко, — глухо призналась Ваня, говоря куда-то в рубашку Клауса. — Мне тоже, — согласилась Бойер и подняла голову, взглянув за спину Сеанса. — И если ты меня не отпустишь, то вполне вероятно получишь ножом в спину. В прямом смысле. — Диего снова со своими клинками? — устало осведомился Четвертый, нехотя отпуская обеих, и развернулся к Кракену. Тот, облаченный в черный латекс, стоял возле журнального столика и хмуро перекидывал ножи из одной руки в другую. — Одиннадцать дней, и ни одного звонка, — помотал головой Номер Два. Ада с трудом удержалась от ответного упрека. — И твоя совесть все еще чиста? — Я — адвокат, Диего, — свободно заявила она. — Чистота совести у меня в крови. — О, да, конечно. — Кракен вскинул брови и закатил глаза. Клаус и Ваня слишком уж открыто усмехнулись, ввиду чего ему пришлось сдаться: — Ладно, я просто искал предлог тебя обнять. — Вот так бы сразу.

***

— И что, вы просто сидите и пьете тут весь день? — спросила Ада, оглядывая семейку Харгривз. Сама она расположилась на барных стульях вместе с Диего, спокойно потягивая черный чай. С момента их прихода в Академию Пятый больше не перебрасывался с ней словами. Она не винила его, ведь он наверняка долгое время не общался с родственниками; но что-то внутри у нее неприятно щелкнуло, и Ада попыталась скрыть это за беседой с Номером Два. — Да, только строгой англичанки нам здесь не хватало, — протянул Диего, залпом осушив рюмку со спиртным. Он громко втянул носом воздух и, поморщившись, глубоко выдохнул. — Я серьезно. — Ада указательным пальцем обвела ободок кружки с черным зонтом. — Вам надо придумать занятие, чем просто так просиживать штаны. Вряд ли вы когда-нибудь так же соберетесь. — Мы тимбилдингом занимаемся с детства, — как бы между прочим заметил Кракен. — Что-то пользы от этого я не вижу — все до сих пор держатся друг от друга особняком. — Может, семичасовые тренировки и дисциплина просто не стимулировали вас на совместное времяпрепровождение? Диего на миг подвис, вперив взглядом в дубовую барную стойку. В его темных глазах промелькнули черти, обычно не сулившие ничего хорошего, и Ада насторожилась: — Толькой давай без твоих приколов. — Много ты знаешь о моих приколах, — с напускной обидой проговорил Второй, заглядывая за прилавок в поисках неизвестного. — Достаточно, чтобы начать волноваться. Возраст возрастом — но детство из Кракена явно никуда не ушло. И временами это было куда опаснее конца света. — Ты сказала что-то про построение команды? — Он победоносно вытащил пустую бутылку из-под шампанского и довольно помахал ею перед Адой. — Будет тебе команда. — Все, — адвокат хлопнула ладонями по своим коленкам, — Номер Два окончательно лишился разума. Финита ля комедия. — Эй, мы без номеров, ясно? — Диего поставил бутыль на стол и внимательно взглянул на подругу. — Без этой херни. Мы — «команда Ноль». — Ага, — отпила чай Ада. — Ты только Пятому не говори об этом. — Он поддержит мою идею, вот увидишь. — Ну-ну.

***

— Бутылочка? Серьезно? — недовольно завыла Эллисон, двигаясь в сторону, чтобы дать брату сесть. — Диего, тебе сколько лет? — Столько же, сколько и вам. Забыла? — До сих пор удивляюсь, как папа нашел нас всех, — неверяще пробормотала Ваня, опершись на подлокотник дивана. — Искать по всему миру детей с одинаковой датой рождения… — Такое под силу только фрикам, — закончил за нее Кракен и положил стекляшку посреди журнального стола. — Сам выдумал историю о необычных детях, сам нашел их — шизофрения, одним словом. — Отец сделал это с какой-то целью, — подал голос Лютер, сдвинув брови к переносице. — Он бы просто так не собирал нас под одной крышей. — Только ты у нас способен верить папочке, — ухмыльнулся Диего. — Лютер «Номер Один». — Что ты сказал? — возмутился Космобой, намереваясь встать с софы, но Эллисон вовремя его удержала. — Эй, — заговорила Ада и, лениво облокачиваясь о спинку дивана, улыбнулась, — а как же политика «команды Ноль»? Адвокат мельком глянула на Пятого, сидящего рядом с Ваней напротив нее. Он выглядел умиротворенным, неспешно наблюдающим за беседой братьев и сестер. Расстегнутая рубашка, взъерошенные волосы и снятый пиджак, под которым крылся жакет, свидетельствовали о крайней расслабленности. Казалось, парень впервые за несколько лет смог нормально отдохнуть. И ей это, почему-то, нравилось. Кракен долго сверлил Аду взглядом, после чего ехидно хмыкнул: — Может, с тебя и начнем тогда? — Э-э, нет, — возразила Слух, выставив палец в воздух, — это не по правилам. Ты должен первым крутить бутылку. — Да ну, Эллисон! — возмутился Сеанс, всплеснув руками. — Пусть Диего начнет, — хитро сказала Номер Три, сощурив глаза. — Сам ведь предложил. Второй пожал плечами и, дотронувшись до темно-зеленого пузыря, привел его в круговое движение. Бутылка вращалась под ярким освещением большой венецианской люстры, отдавая бликами на потолке. До этого размякшие ребята вдруг оживились и с интересом начали наблюдать за оборотами стеклянной посудины. Спустя две минуты — Диего, видимо, переборщил с силой — бутыль постепенно замедляла свое движение, и тонкое горлышко неторопливо остановилось прямо напротив Ады. «Вот черт». Харгривзы вдруг заулюлюкали, под нос бормоча какие-то насмешки. Ада была слишком уставшей, чтобы разобрать их слова, но одно она знала точно: Диего сейчас что-нибудь учудит. — Правда или действие? — лукаво спросил Кракен. Еще чуть-чуть — и он будет потирать лапки подобно мухе. — Действие, — легко ответила Ада. Правда обошлась бы ей слишком дорого. — О, так мы смелые, — растянул губы в широкой улыбке Диего. — Хорошо. Раз так, то… я хочу, чтобы ты пошла в комнату Пятого… В гостиной прозвучали неудовлетворенные вздохи. — Ты серьезно? — Бро, это же скучняк! — Да, туго у тебя с фантазией. Кракен прокашлялся, прервав их тираду. — Я не договорил. — Он перевел взгляд на адвоката. — Пусть Ада пойдет в комнату Пятого вместе с ним. Ровно на семь минут. Я поставлю таймер. Ада сглотнула. Затем посмотрела на Номера Пять. И тут же пожалела об этом. Парень не сводил с нее глаз, казалось, пронизывая каждую клеточку ее тела серо-голубым взглядом. Его пальцы медленно прошлись по нижней губе, словно он размышлял о чем-то жизненно-важном. Она сдержалась от того, чтобы нервно повести плечами. «Для тебя приготовлено отдельное место в аду, Диего. Уж я-то позабочусь об этом». — Ладно, — спокойно ответил Пятый, без напряга поднимаясь с места. Ада видела, как каждый член семьи старался не давить лыбу, хотя у них это не получалось от слова совсем. Они из-под опущенных ресниц пытались наблюдать за происходящим и, по всей видимости, «не смущать» двоих. С другой стороны, они ведь взрослые люди. Гормоны больше не бушуют, чего бояться-то, верно? Именно этой мыслью Ада попыталась себя успокоить, пусть у нее не сильно выходило. — Ну, ты идешь? — флегматично поинтересовался Пять. Адвокат взглянула на Кракена и угрожающе качнула головой. Но тот лишь усмехнулся, подмигнув ей. — Удачи, — одними губами прошептал Диего.