Кем мы становимся

— Я… — Ши Цинсюань, не поднимая головы, хотел было что-то возразить, но у него не нашлось слов. Хэ Сюань ещё какое-то время молча наблюдал, как слезы прокладывали мокрые дорожки на щеках обессиленного небожителя, а потом Повелитель Ветра почувствовал, как оковы с грохотом свалились с его запястий. Он вздрогнул от неожиданности и удивлённо посмотрел на свои руки. Вдруг Черновод резко схватил его за израненное запястье и одним рывком поднял на ноги. Но стоило ему встать, как правую ногу тут же пронзила острая боль. Обессиленное тело не выдержало: колени сами собой подогнулись, и Ши младший упал на пол, у самых ног Черновода. Тот приподнял бровь, наблюдая, как Цинсюань схватился за голень. Его ноги скрывали пышные слои небесного одеяния, и поэтому то, что причинило младшему Ши дискомфорт, не было видно. — Какой же ты жалкий, — презрительно фыркнул Хэ Сюань. После чего, к глубочайшему ужасу Повелителя Ветра, черноводный демон резко поднял его с пола и с ним на руках вышел из комнаты. Пока они шли по пустому коридору резиденции, Цинсюань боялся сделать даже малейшее движение, находясь в железных и грубых тисках Черновода, чувствуя себя словно сломанная игрушка в руках неразумного дитя. Вскоре князь демонов остановился напротив двери в маленькую комнатку, с помощью которой ранее они, Се Лянь и Хуа Чэн, собирались выбраться с острова, использовав заклинание перемещения на тысячу ли. На двери всё ещё было начертано это заклинание, и когда Черновод остановился перед ней, она открылась, впуская их в тесное помещение. Небожитель не успел вздохнуть, как дверь снова открылась, и в его лицо ударили ветер и холодные брызги солёного моря. Черновод сделал один шаг, и вот они уже стоят на хребте костяного дракона, быстро плывущего по волнам беспокойного южного моря. Цинсюань инстинктивно вцепился ослабленными пальцами в плечо и в одежду демона. Когда он бросил взгляд назад, то там не было ничего, кроме бескрайних чёрных вод. Ши Цинсюань не мог не испытывать отвращения от прикосновений Черновода, но оттолкнуть его у него попросту не было сил. Когда же он почувствовал, как костяной дракон набирает скорость, а руки Хэ Сюаня сильнее прижали его к телу, то ничего не сказал, и лишь кротко взглянул на демона. Длинные чёрные волосы Хэ Сюаня были собраны золотой заколкой и развевались на сильном ветру, а выражение его лица оставалось серьёзным и непроницаемым. Руки Цинсюаня случайно коснулись медальона долголетия, висевшего у него на шее. Поколебавшись несколько секунд, небожитель сжал медальон в кулаке. Когда-то он был полон духовной силы, словно живое существо, и Ши Цинсюань чувствовал его всегда, даже когда не видел. Сейчас же медальон представлял из себя лишь холодную и бесполезную пустышку. Обладатель парного украшения мёртв, и теперь его половинка, не чувствуя жизненной энергии Ши Уду, одиноко лежала на груди Цинсюаня мертвым грузом. Небожитель почувствовал, как слёзы снова подступают к его глазам, и ещё сильнее сжал медальон долголетия, не принёсшего обещанного Ши Уду. Ещё мгновение духовный артефакт покоился в руке Повелителя Ветра, после чего тот резко сорвал его со своей шеи и, бросив на него прощальный взгляд, выкинул в море. Чёрные волны, прорезаемые костяным драконом, навечно похоронили в себе теперь уже бесполезную безделушку. Хэ Сюань видел, как Ши Цинсюань выбросил медальон, но ничего не сказал, и только его изящные, тонкие губы расплылись в ехидной улыбке. Неожиданно Черновод получил удар в грудь. Больше от удивления, нежели от боли, он пошатнулся и сделал шаг назад. Не успел Сюань отреагировать, как все новые удары стали сыпаться на его грудь, голову и руки. — Отпусти меня! — громко завопил Ши Цинсюань, словно ужаленный. Неожиданно открыв в себе новые силы, он продолжал сыпать удары на князя демонов. — Отпусти! Отпусти! — надрывался Повелитель Ветра, но его ослабевший голос терялся среди бушующего моря. — Идиот! — прорычал Черновод, когда кулак Цинсюаня угодил ему в висок. — Ты же утонешь! — Вот и отпусти! — с новой силой закричал Ши Цинсюань. — Окажи мне милость — дай сгинуть в твоих безжалостных водах! От чего-то у Хэ Сюаня не возникло сомнений в твердости намерений Повелителя Ветра. И вопреки его мольбам и бесконечным попыткам вырваться, Черновод лишь сильнее прижал небожителя к своей груди, сжимая его предплечья в мёртвых тисках и не оставляя юноше шансов на борьбу. — Ты никогда не умрёшь, — заявил демон ледяным и совершенно безапелляционным тоном. При этом полоснув по пленнику яростным взглядом своих глаз, горящих как две золотые монеты. Но если очи Князя демонов и вправду были сокровищем, то определенно проклятым. Ши Цинсюань столкнулся с ними, и его тут же прошиб озноб от ужаса. Все внутри небожителя вопило и металось от страха, однако на деле он почти ничего не мог сделать. Как прикованный юноша смотрел демону в глаза, беспомощно подчиняясь его духовному превосходству. Море бушевало, словно разгневанное, как и его хозяин. В какой-то момент Цинсюань заставил себя резко отвернуться от Черновода, и пока он подавленно смотрел, как вокруг них поднимаются огромные волны, а после с грохотом разбиваются на тысячи водяных осколков, младший Ши вдруг уловил свою мысль: Должно быть, море отражает моральное состояние Хэ-сюна… Черные воды воистину служили зеркалом для души Хэ Сюаня, и сейчас откровенно выставляли напоказ его гнев. Всего на мгновение собственные чувства захлестнули Черновода, и он потерял контроль над бушующей стихией. В тот же миг большая, ледяная волна накрыла обе фигуры, мчащиеся верхом на гигантском костяном чудовище. Когда сильный поток воды ударил в них, Ши Цинсюань сразу понял — это его последний шанс. Воспользовавшись мгновенным замешательством Черновода, он резко оттолкнулся от него всеми оставшимися у него силами, и тут же почувствовал, как черные волны уносят его в неизвестном направлении. Но прежде чем мёртвое море поглотило его жалкое смертное тело, бывший небожитель успел увидеть темную фигуру, нырнувшую за ним. Стоило юноше попасть в этот бешеный водоворот, как он тут же пошёл ко дну. Море кружило и безжалостно бросало Цинсюаня из стороны в сторону. В какой-то момент Повелитель Ветра осознал весь ужас ситуации: когда не можешь сделать и короткого вздоха. Его безвольное тело сковал липкий страх, а холодные руки смерти медленно тянулись, норовя сомкнуться на тонкой шее. Однако свою кончину Ши Цинсюань выбрал сам, а потому не жаловался. Стараясь отбросить эмоции, небожитель отдал мёртвым водам всю искалеченную под конец жизнь и стал покорно ждать смерти. Именно в этот момент Цинсюань почувствовал, как что-то — уж точно не смерть, схватило его за руку, вновь сковывая запястье в уже знакомой стальной хватке. Резко распахнув глаза, юноша увидел перед собой яростное лицо Хэ Сюаня. Его бледная кожа словно сияла в тёмных водах, а длинные волосы угольным дымом окружали их обоих со всех сторон, подобно щупальцам какого-нибудь подводного монстра. Черновод дёрнул небожителя за руку, заставляя его тело послушно подплыть к нему. Ши Цинсюань на это действие открыл рот и издал безмолвный крик протеста, но добился лишь того, что окончательно наглотался воды. Прежде чем его тело пробила предсмертная судорога, небожитель почувствовал, как сильные руки подхватили его. Мин И… — это имя из прошлого вдруг пронеслось в голове Цинсюаня до того, как его сознание померкло, разливая по телу жгучую горечь утраченных сотен прекрасных лет.