Black mask

Флешбэки отчетливо проскакивают перед глазами, разливаясь самыми яркими красками. Чонгук помнит тот день, когда Юнги не звонил и не писал, полностью оставаясь вне зоны действия сети. В тот самый день он попал в ловушку Вана. Чон помнит, чем всё закончилось, что испытал тогда каждой своей клеточкой, какую боль пережил и что хотел сделать, когда подсознание подкинуло мысль, что парень может находится в логово этого ужасного человека. Теперь Чонгук боится взглянуть в любые бирюзовые глаза, ведь это напомнит о нём. От голоса Вана тело берёт озноб и хочется бежать далеко в туман, чтобы его никто не нашёл. Но сегодня Чонгук не ищет по всей школе Юнги. Не спрашивает у каждого прохожего, как тогда. А просто сидит за своей последней партой, в таких же наушниках, и всё в той же маске, натянутой по самый нос. Шум стоящий в классе давит на голову, а очередной смех одноклассницы внедряется в самую глубь, раздражая своей звонкостью. Чонгук прибавляет громкость музыки, стараясь заглушить свою печаль. Но особенность его в том, что когда на душе грустно - музыка играет вовсе не весёлая, а как раз таки наоборот. Словно парень еще больше втаптывает себя в грязь, глубже ковыряет себе раны и добивает самого себя. Третий день. Третий гребаный день Юнги не звонит, не пишет, не показывается в поле зрения, и даже не объявляет о своём существовании. Словно бесследно исчез, растворился в тумане, как когда-то хотел сделать Чонгук. Попытки дозвониться были провальные. Несколько раз он приезжал к дому на такси, но вместо желанного человека его встречала пустота. Прислуга говорила, что господина не было дома с момента приезда из Канвондо. Чонгук мило улыбался, говоря, что приехал к Баму, чтобы не суетились и ничего не готовили. Брюнет выгуливал добермана, но не как раньше. Настроение было ниже земли, а душа хотела выговорится. Собеседник оказался идеальным. Бам с грустными глазами смотрел на своего хозяина и словно копировал, чувствовал всю горесть внутри. Он не просился бегать или кидать ему мячики. Просто укладывал свою мордочку на колени и принимал приятные поглаживания, навострил уши когда потухший голос высказывал все свои эмоции и переживания. Ведь с уходом Юнги - внутри кромешная пустота. И это сейчас не о добермане. Без Юнги - мир стал серым. Его нет всего три дня, а Чонгук уже боится представить, что будет, если из его жизни этот человек уйдёт. Наверное, тогда он... Чонгук даже не может сказать, что будет. Потому что Юнги стал для него больше, чем приятель или друг. Он частичка жизни самого Чона. Тэхен не сможет заменить эту частичку, если однажды её беспощадно оторвут с корнями. Это будет не под силу никому. Чонгук отсиживает оставшиеся два урока, подхватывает рюкзак из которого даже не удосужился вытащить книги или тетради для урока, и выходит в длинный коридор полон весёлых и громких учеников. В ушах всё также неизменно играет на всю мощь музыка. Заходить в класс Юнги нет смысла, ведь его там не будет. Чонгук ступает вниз по ступенькам, намереваясь сесть в такси и уехать в дом, который теперь не радует. Зная правду, которая осадком осела внутри и надавливает на больное, трудно смотреть в изумрудные глаза. Тэхен ведёт себя как обычно, но вот Чонгук не может. - Хосок, - одними губами шепчет Чонгук, увидев, как возле белого рендж ровера облокотившись бедром о капот стоит Чон, затягиваясь никотином. Чонгук не то, чтобы рад его видеть, но это лучше, чем ничего. Как там ни было, но Хосок мог знать, где Юнги или что с ним. Поэтому не раздумывая брюнет направляется в сторону машины быстрым шагом. - Привет, - здоровается, становясь в двух метрах сбоку. Хосок переводит взгляд, окидывает с презрением и снова отводит, всем видом показывая, что в разговоре не заинтересован. - Хосок, я знаю, что ты меня недолюбливаешь. Знаю, что сейчас не хочешь меня видеть, но мне нужно кое-что узнать. Это важно...для меня. Чонгук опускает глаза вниз, рассматривая ровный асфальт и нервно кусает губы, боясь услышать отказ или ещё того хуже правду, которую он не готов услышать. Которая сможет причинить ещё больше боли. Хосок хмыкает, громко вздыхая. Смотрит в одну точку, не моргая и подносит к губам тлеющую сигарету, озвучивая с нескрываемым отвращением: - Чего тебе надо? Чонгук вскидывает голову, не веря своим ушам, что его не прогнали. В чём подвох? - Знаю, что мы с тобой в неладах, но от... - Мы с тобой в неладах? - копирует фразу Чон и злобно оскалится. - Это мягко сказано. Я тебя убить хочу. Карие глаза убийственно встревают в брюнета, на скулах желваки, а сигарета летит на газон. Чонгук опешил от такого прямого заявления, но этого следовало ожидать. - Ответь мне только честно, - продолжает Чонгук, полностью проигнорировав угрозу в свою сторону и выдержав взгляд. Сейчас это не главное. - Где Юнги? Почему его нет в школе уже как три дня? Трубку не берёт и не показывает вообще каких-то признаков существования. - Это не твоё дело! - восклицает Чон, отлипая от глянцевой поверхности автомобиля. - У тебя есть Тэхен, вот и вали к нему, - он хватается за ручку дверцы, но Чонгук подлетает и преграждает, ловя злобные карие глаза на себе. Свои поднять парень не соизволил. - Что ты делаешь? Я больше не намерен с тобой говорить. Испарись из жизни Юнги, оставь его в покое. Уходи, уезжай куда-то далеко, хоть умри - всё равно. Из-за тебя одни проблемы. Лучше бы я тебя тогда не спасал. Словно ядом в самую душу, но Чонгук привык. Он вытерпит. - Хосок, я задал обыкновенный вопрос. Пожалуйста ответь. - Ну, узнав ты правду, и что тогда? - спрашивает блондин, скептически вскинув брови. - Побежишь к указанному адресу? Что? Мне интересно. Если человек не хочет появляться в твоей жизни, разве это не говорит тебе о чём-то? Больно. Отчего-то слишком колит сердце. Эти слова как заострённое лезвие. Чонгук жмурится, молчит какое-то время потому, что комок не даёт и слова вымолвить. Хосок победно улыбается, видя как младший борется с осознанием и оттолкнув от двери парня, садится за руль. Тучи сгущаются, застилая чистое небо своей грозностью. Шум вокруг превращается в одно сплошное месиво. Чонгук лихорадочно вспоминает все моменты проведённые на том пляже. От него одни проблемы? Он что-то сделал, из-за чего Юнги и Джин не хотят с ним видеться или общаться? Чонгук судорожно бегает взглядом по серому асфальту.

Если человек не хочет появляться в твоей жизни, разве это не говорит тебе о чём-то?

Говорит. Но не хочется в это верить. Ведь всё это, кажется, бредом. Или нет? Чонгук изначально знал, что этот день может настать. Ещё тогда катаясь на качели, когда ему впервые (как на тот момент казалось) в жизни предложили стать чьим-то другом, он знал, что это не может продолжаться вечность. Но надеялся. Кто с таким уродцем захочет дружить? Поездка в палатках это было прощанием? Так Юнги захотел прервать их общение? Если да, то он сделал слишком больно и так израненному человеку, чья жизнь идёт не по ровной дороге, а по самым разным крутым склонам и ямам. Чонгук не может сказать с точность сколько он так стоит, как безмолвная кукла возле рендж ровера, который не сдвинулся с места, а продолжает стоять, за рулём которого Хосок довольствуется разбитостью брюнета, наблюдая, как тот понуро продолжает пялится на серый и неинтересный ничем асфальт. - Ей, Чонгук, только не заплачь, ладно? - с ехидным оскалом издевается Хосок, опустив стекло. - Ах точно, ты же у нас не плачешь, - напоминает и так не забытое. - Ты ведь у нас сильный духом, поэтому думаю не составит тебе труда снова склеить себя. Да, Хосок прав - Чонгук никогда не плачет. Но сейчас ему отчаянно хочется бежать в лес или к обрыву скалы, и кричать что есть мочи. Разорвать голосовые связки и охрипнуть. Выплакать застоявшиеся слёзы годами, которые покрылись, наверное, уже плесенью. Но скорее всего их попросту нет, ведь тот огонь, что горит внутри, испепеляя каждый орган, и высушил влагу, которой теперь не выбраться наружу. - Чонгук, ты что здесь делаешь? - искренне удивляется только что подошедший Джин. - Что случилось? Брюнет поднимает тусклые глаза на друга (друга ли теперь?) и смотрит пронзительно. Ким всматривается в прикрытые длинной челкой темные зрачки и может с уверенностью сказать, что сейчас сними с Чонгука маску, на нём лица не будет. Сейчас его спасают маска и волосы, но от зоркого глаза Джина не скрыть. - Где Юнги? - единственное, что хотелось сейчас узнать. Чонгуку нужно услышать всё из уст одного человека. Нужно убедиться в правдивости своих мыслей, но только Юнги сможет их либо подтвердить, окончательно разбив выстроенное счастье, либо опровергнуть, спасая Чонгука от саморазрушения. - Он сейчас на острове Чеджу, - просто и без каких-либо тайн. - Он тебе не сказал?

- Где Юнги? - У него срочные дела. - Он мне об этом ничего не говорил. - Юнги не должен перед тобой отчитываться. Ты никто ему.

Еще один флешбек проскакивает перед глазами. Подобное такое уже было. И что в этот раз, что в прошлый - Юнги не позвонил и не предупредил о своём отъезде.

Ты никто ему

Наверное, Хосок изначально был прав. Чонгук никто, чтобы его ставили в известность. И тесное общение с Юнги и Джином - ничего не говорят. - Нет, не сказал, - мотает головой Чон и переводит взгляд на ухмылку Хосока. - Странно, - хмурит брови Джин, почёсывая затылок. Не похоже на Юнги, который души не чает в своём малыше Гуке, чтобы тот не позвонил и не предупредил о своём отъезде. - Ну да ладно. Через два дня он возвращается, так что вечером будем праздновать его благополучно подписанный контракт. - Юнги вернётся один? Или с той девушкой, с которой улетел? - как бы невзначай спросил Хосок у Джина, но в тоне голосе отчетливо слышалось злорадство. - Они вернутся все вместе, - сдержанно отвечает Ким, испытующе глядя на блондина, что сказав, что хотел, поднимает окно и заводит внедорожник. - Не знал, что он встречается с девушкой, - произносит Чонгук, прокашлявшись. - Думал, он по мальчикам. Джин не успевает ответить, поворачиваясь к подошедшему парню сбоку. Чонгук смотрит на уж сильно знакомую мордашку с серым оттенком локонами, спадающие на лоб. - Привет, помнишь меня? - с искренней улыбкой на пухлых губах спрашивает красивый юноша. Но ответа не последовало, лишь неуверенный кивок. - Я Чимин, друг Юнги. Мы на вечеринке с тобой познакомились, я еще тогда был с фиолетовыми волосами. - Ах, точно, - неловко улыбается, хоть эту улыбки Чимин не увидит через прикрывающую черную ткань. - Прости, тогда я не особо был в состоянии запоминать всех друзей Юнги, всё-таки та вечеринка была первой в моей жизни. - Ага, и не самая удачная, - смеётся Джин. Напряженная обстановка немного развеялась с новым присутствием Чимина и брюнету нравится этот парень. Его яркая и светлая улыбка заряжает своей энергией. - Если всё уладил, то поехали, - обращается Ким к нему и вновь устремляет свой взгляд на Чонгука. - Он би. - Что? - не понимает Чон. Он если честно, уже даже забыл, что спрашивал, но... - А понял, - кивает, когда осознал смысл ответа. - Он её любит? Не то, чтобы Чонгуку хотелось услышать ответ, но всё-таки. - Да, его сердце полностью заполнено одним человеком, но не этой девушкой, - подмигивает Джин с лукавой улыбкой на губах, и обогнув машину, открывает дверцу. - Тебя подвезти? Чонгук переводит взгляд на Хосока, что скривил губы в недовольстве. Чимина, что уже сидит на заднем сидении в телефоне. - Нет, я на такси. Хочу заехать ещё кое-куда, - врёт. - Окей, хорошего тебе дня. Джин захлопывает за собой дверцу и рендж ровер трогает с места. Это не его компания, где Чонгук бы комфортно себя чувствовал. Он лишний среди них, ведь кто они (сынки богатых папиков) и кто он (бедный парень без своего дома, живущий на деньги Тэхена и, отплачивая ему своей подставленной задницей для плотских утех). Чонгук не знает своё место в этом мире. Он потерянный и бессилен. Вернуться в Пусан к своему биологическому отцу, равносильно вернуться к тем кошмарам из детства. Вернуться в дом к отчиму... ему не будут рады. Он был обузой. Даже спустя месяц родная мать не соизволила позвонить и узнать как поживает её сын, где он, как он, где живёт. Его не любили - его терпели. Так есть ли смысл возвращаться туда, где тебя не ждут? Нет. Пусть если даже сейчас Чонгук перешагивает порог двухэтажного дома семьи Ким - здесь его по крайней мере ждут. - Чонгук, здравствуй, - из кухни выбегает пожилая женщина лет пятидесяти, с убранными в хвост седыми волосами, с фартуком спереди, поверх синего комбинезона. - Как день в школе? - Сойдёт, - сухо отвечает, стягивая черные ботинки и вешая на крючок такого же цвета курточку. - Тэхен дома? - Да, работает в своём кабинете. - Тётушка Шин, кушать я не буду, поэтому не накрывай на стол, - просит Чонгук, направляясь к лестнице на второй этаж. - Чонгук, ну хоть молока с выпечкой покушай. Брюнет останавливается на третьей ступеньке и оборачивается к женщине, задумчиво глядя на неё. Настроения нет, да и кусок в горло не лезет, но умоляющий взгляд тётушки и Чонгук расплылся большой лужицей. - Ладно, уговорила, - улыбается парень, прослеживая, как женщина с радостью кивнула и упорхнула обратно на кухню. Тётушка Шин в этом доме прислуга. Она живёт в отведённой ей комнате на первом этаже, готовит, убирает. Тэхен нанял её после двух дней проживания с Чонгуком, сказав, что так будет лучше и удобней. На вопросы о том, откуда у него такой большой дом и возможность нанять прислугу, блондин отвечал одинаково, что у него богатые родители, а на учителя пошёл работать потому, что это была его мечта с детства. Тогда Чонгук больше не влезал в финансовые дела своего парня, но недосказанность была. Теперь же, всё разъяснилось. Вспомнив прошлое, Чонгуку ясны все детали. На счет богатых родителей Тэхен не соврал, да и в принципе про мечту тоже. - Тэён у тебя есть мечта? - Есть, хочу учить детей знаниям. Хочу передать им свои и научить многому. Хочу, чтобы они приходили ко мне и жаловались, что их кто-то обидел, а я буду разбираться. Но только разговорами и спокойствием, а не агрессией или с коронной фразой "Родителей в школу". Хочу, чтобы дети видели во мне того, на кого можно положится и найти защиту. - Вау, ты хороший Тэён. - Знаю, а у тебя есть мечта, зайчонок? - Есть, но их две, - Чонгук трёт носик рукавом свитера. - Хочу, чтобы этот шрам исчез и чтобы мои родители меня любили, уделяли время, игрались как другие взрослые со своими детьми. - Твои мечты обязательно сбудутся, Чонгук, только верь в них, - подбадривает Тэён, трепля темные волосы. - Но пока что у тебя есть я, который на время заменит тебе взрослых. Согласен? - Да. Тэхена мечта сбылась, пусть и незаконным путём или же не так идеально, как того он хотел, но Чонгука - ни одна из двух. И здесь судьба обошла парня стороной. Поэтому тётушка Шин смогла хоть немного посеять то родительское тепло, которое жаждал Чонгук. Она постоянно встречает со школы, интересуется самочувствием и делами, которыми тот занимался, что интересного с ним приключилось. Женщина всегда приносит любимое банановое молоко в постель перед сном и желает спокойной ночи, а утром закидывает в тайне в рюкзак что-то вкусненькое. Чонгук придя в школу всегда улыбается, стоит ему раскрыть портфель и увидеть каждый день разное лакомство. Чонгук никогда не упускает возможности помочь. Приготовить что-то, либо взяться за уборку дома. С тётушкой хорошо и легко. Чонгук её обожает. А иногда тоска накатывает, глядя на суетливую женщину у плиты, рассказывающую интересную историю из своей долгой жизни, ибо вспоминаются те моменты, когда его родная бабушка была ещё жива. Кажется, она единственная его любила по настоящему, в отличие от родителей. - Ты рано сегодня, - доносится размеренный спокойный голос. Чонгук поворачивает голову на полностью распахнутую дверь кабинета и смотрит на вальяжно восседавшего на своем кресле Тэхена, держащего в одной руке неизменно какие-то документы. - Не заходил в библиотеку, - язвит младший, не решаясь заходить внутрь. Тэхен хмыкает и перелистывает листок, начиная изучать новую страницу. Приехав вчера домой, Чонгук на вопрос: "Где ты был? Почему вернулся так поздно?", ответил, что задержался в библиотеке, на что Ким ему конечно же не поверил. Чон это понял ночью. - Тебя сегодня не было в школе, почему? - Соскучился? - отрываясь от документов, оскалится Тэхен. Чонгук закатывает глаза. - Конечно, я без тебя и пяти минут не могу прожить, ведь сдохну от того, как сильно по тебе соскучусь. - Хватит язвить, - недовольно рычит Ким, плотоядно глядя на брюнета исподлобья. - Не надо на меня дуться из-за вчерашнего. Сам виноват. Нечего было обманывать. Чонгук молчит, продолжая переминаться с ноги на ногу в дверном проёме. Он помнит вибратор засунутый в любезно растянутую дырочку и включенным на всю мощь. Парень не отрицает, ему понравилось, ведь только от этого он пару раз обильно кончил. Но резиновый член в два раза больше, чем тэхенов - никуда не годится. Тэхен трахал младшего этой заменой, впихивая по самое основание. Он не заботился о том, что мог приносить боль, поэтому когда стали выступать капли крови, Ким вытащил злостное орудие и приставил к растерзанному входу свой изнывающий ствол. Трахал резко и быстро, остервенело и жестоко, вбиваясь по самые яйца. Он наблюдал, как член выпачканный в крови исчезает в его зайчонке и от этого сходил с ума, кончая несколько раз подряд глубоко внутрь, не обращая внимания на вскрики или мольбы. Даже обычную просьбу не изливаться в нутро парня, Тэхен проигнорировал.

Тэхен самый настоящий садист. Чонгук, как бы это странно не звучало - мазохист, получающий удовольствие во время секса от причинённой по мере чувствительности боли.

- Я уволился. Теперь буду работать на компанию своего отца, - поясняет Тэхен, откидывая документы на маленький столик сбоку. Чонгук хмыкает, стягивает маску, которую забыл снять, и засовывает в карман. Ага, как же, уволили... Тэхена там и никто не держал. Как можно уволить человека, если он там не работал? Никак. Чонгук заправляет длинные пряди волос за ухо, открывая свою уродливую сторону лица. - Понятно, теперь поблажек не будет. Чонгук не стал задавать интересующие его вопросы, ведь попросту не хочет снова слушать ложь. - Не будет, - усмехается Тэхен. - Придётся учить биологию. Теперь ответь на мой вопрос. - Весь во внимании.. - Почему бледный? Заболел? Это что, забота? Чонгук мягко говоря в шоке. - Нет, просто ты из меня всю душу вытрахиваешь ночами, - язвит он. - Пока крови не высосешь с меня - не успокоишься. - Неплохой ответ, - смеётся Тэхен, но хлопает по своего колену, приглашая своего зайчонка сесть. - Иди ко мне. Обещаю, дальше поцелуев не зайду. - Мало верится, но я хочу сейчас в душ, - отказывается Чонгук, облизывая свои сухие, немного побледневшие губы. - После я приду к тебе. Тэхен согласно кивает, а младший исчезает в их совместной комнате, сразу направляясь в ванну. Ким понимает, что они отдаляются друг от друга, почти сразу же как съехались. Причина ему тоже ясна. И сейчас та самая причина в отъезде из-за чего Чонгук ходит сам не свой. Тэхен не может совладать с собой, когда узнаёт, что причиной улыбки не он, а другой. Он до дрожи любит чонгуковое тело, кусать и целовать его губы, выбивать крики из него и задаривать различными подарками. Но всё это и вовсе не стоит рядом с Юнги, которому стоит появится в поле зрения и Чонгук уже с яркой улыбкой летит к нему в объятия. Тэхен зол. Очень. Обезумевшая любовь толкает на необдуманные поступки. Тэхен не думает мозгами, он думает сердцем, своим желанием заполучить Чонгука полностью себе. Поэтому схватив телефон, лежащий на столике возле документов, Тэхен пишет всего три слова "Я в деле", о которых надеется в будущем не пожалеет. План, что он изучает уже больше недели, должен пойти как по маслу и никаких изъянов не проявить. В кабинет проскальзывает распаренное и разнеженное тело. Спортивные серые штаны и зелёная футболка хорошо смотрится на Чонгуке. Его влажные волосы прилипли ко лбу, а пирсинг на брови поблескивает под светом люстры. - Ты быстро, - довольно усмехается Тэхен, распахивая руки в пригласительном жесте, который младший принимает и умастивается на крепком бедре. - У меня для тебя есть новость. - Какая? - мурлычет Чонгук, утыкаясь в шею и оставляя один единственный поцелуй. Тэхен цепляет двумя пальцами подбородок любимого и подтягивать к своим губам. Младший поддаётся, позволяя губам соприкоснуться воедино и языкам закружится в танце. Чонгук удобнее усаживается, раскинув ноги по обе стороны от чужих бедер, грудью жмётся сильнее к тэхеновой и скулит, когда его нижнюю губу прикусывают. Тэхен знает, что его зайчонок так любит, поэтому кусает и кладёт ладошки на две упругие половинки, сжимая до красных отметин. Чонгук заводит руку в пшеничные волосы, сжимает в кулаке локоны на загривке, ерзает на чужом члене неосознанно, полностью окунаясь в плен вспыхнувших эмоций. Тэхен целует глубоко, мокро и до помутнения рассудка, сладко с привкусом крови, которая выступила капелькой из прокусанной губы. Им обоим так нравится. Оба тонут в водовороте блаженства. Чонгук глушит свой стон в поцелуе, когда старший проводит ладошкой по оголенной пояснице вверх, пуская табун прохладных мурашек. Воздух заканчивается, но никто не собирается отстраниться. Словно издеваются над своим организмом, испытывают легкие на прочность. Брюнет извивается в руках, словно змея. Плавно водит ладошками по шее, нежно опускаясь к расстёгнутой на две пуговицы рубашке и оглаживает твердую грудь, дурманя парня под собой. Чонгук не дышит, ведь воздух уже закончился секунд пять назад, но он продолжает остервенело впиваться в губы, стараясь заглушить все свои дурные мысли, которые лезли, стоило стать под струю горячей воды.

Он не должен тебе отчитываться. Ты никто ему.

Чонгук кусает, посасывает ловкий язычок, не упускает возможно ровными зубами прикусить кончик, от чего старший шипит, сильнее сжимая ладони на талии. Завтра там будут отметины их страстного поцелуя, но кого это волнует сейчас? Никого. Ровным счетом, как и то, что Чонгук не может совладать со своими эмоциями. В нём ураганом бушует боль, печаль. Самые огромные волны цунами накрывают и забирают его далеко в океан, на самое дно, где он может встретить себя разбитого.

Он сейчас на острове Чеджу. Он разве тебе не сказал?

В груди печёт, и это вовсе не от нехватки воздуха, который сейчас бы не помешал. Щиплет потому, что мир который выстраивал Чонгук рухнул, всё стало лишь выдумкой, его фантазией.

Если человек не хочет появляться в твоей жизни, разве это не говорит тебе о чём-то?

Да, говорит. Но Юнги всегда был рядом. Обещал, что будет укутывать в своих объятиях во время грозы, будет включать музыку, которая бальзамом ложится на душу и будет дышать в затылок, чтобы Чонгук чувствовал его рядом. Юнги никогда не говорил пустые слова, он доказывал всё делами и ему Чонгук верит. Верит и не хочет принимать близко к сердцу слова Хосока. Но всё-таки какой-то осадок остался и его будет трудно выгрести, если только не... Тэхен с силой отрывает от своих покраснелых губ обезумевшего Чонгука. Он большими глотками глотает воздух, чьи глаза помутнели, а из уголка скатывается прозрачный хрусталик. Второй за его существование после смерти бабушки. Вторая слезинка вырывается из плена, и опять из-за человека, сидящего перед ним. Тэхен нежно вытирает, улыбаясь чему-то своему, а Чонгук захлопывает веки, стараясь унять быстро колотящееся сердце, выровнять рваное тяжелое дыхание и привести мысли в порядок. Последние желание - одерживает крах. - Знаешь, а ведь я никогда не видел, как ты плачешь после того случ... - Тэхен обрывается на полуслове, уводя взгляд с собой в сторону. Младший облизывает опухшие и пекущие губы, но взгляд не отводит. Смотрит на двигающиеся скулы и поддёргивающиеся ресницы, а чужая грудная клетка вздымается быстро в унисон со своей. - О чём ты? Чонгук прикидывается, прекрасно понимая, что тот имел ввиду. Но вот плакать он перестал не после того, как единственный друг на коленях умолял оставить в живых Чона, а когда последний озарявший лучик света покинул этот мир. Похоронив бабушку, тогда парень поклялся, что отныне ни одна слезинка не прольётся из-за недостойного человека. Он вытерпит всю горесть и боль, но не покажет слабину. Но разве сильный человек это тот, кто не плачет? Нет, как раз таки наоборот. За каждой невозмутимой и непобедимой, казалось бы на первый взгляд, маски, скрывается самый ранимый человек, что ищет помощи и жаждет быть любимым и желанным. - Расскажу тебе одну историю, - начинает Тэхен, решив немножко раскрыть прошлое. - Когда я учился в средней школе, то повстречал одного мальчишку. В нём я смог найти спокойствие и то, что всегда делало меня счастливым. Мне хотелось радовать его, чтобы улыбка не гасла с его лица, но я не мог постоянно быть рядом. Отец меня заставлял учиться на высший бал, чтобы именно я занимал первые места в таблице успеваемости, но мне это было не интересно. Мне хотелось к нему. Тэхен впивается задумчивым взглядом в стену, словно сможет там увидеть все картинки прошлого. Чонгук слушает внимательно, помня каждый момент отчетливо, расслабляется в руках, укладывая голову на подставленное плечо. - Я бежал к этому мальчишке всегда, когда для этого предоставлялась возможность. Только с ним я чувствовал себя живым. Всегда знал где его найти и находил. Отец прознав о моих похождениях и пропусках уроков, настрого приказал сидеть дома, но и оттуда я находил выход, - Тэхен вздыхает, потирает устало глаза, после чего обнимает за талию своего зайчонка, словно тот сейчас уйдет, сбежит, испарится, растворится в воздухе и оставит его навсегда одного в этом кабинете под тусклым светом люстры. Но Чонгук лежит на чужой груди и не шевелится, прекрасно зная, чем эта история закончится. - В один день я облажался и отец меня поймал с поличным, когда перелазил забор. Тогда он стал меня шантажировать жизнью мальчишкой и мне сорвало крышу. Я боялся потерять его. Боялся больше не увидеть его улыбку и не услышать его смех. Поэтому решившись на отважный шаг, я подверг опасности мальчика. Мы сбежали, но когда отец нас поймал, то отдал приказ убить его. Я стоял на коленях, умолял. Мне было невыносимо больно слышать плач этого ребёнка. Глаза прослезились и Тэхен закинув голову на спинку кресла уставился в потолок, шмыгая носом. Чонгук чувствовал тяжелое биение сердца под своей грудью, понимал, что старшему тяжело даётся этот рассказ, но останавливать не собирается. Хочет услышать конец. Их конец. - Тогда отец поставил мне условие уехать с ним в Штаты, и, я незамедлительно согласился. Мы дали друг другу обещания, но из нас двоих, только я исполнил нашу клятву. - Он умер? - шепчет Чонгук, успокаивающе поглаживая пальчиками кожу головы. - Нет, просто мальчик не пришел. Я ждал его до самого рассвета, но так и не дождался. - Грустная история, - выдыхает младший, но приподнимается и заглядывает в изумрудные глаза. - Но зачем ты мне её рассказал? Это было твоей новостью? Рассказать мне кусочек своего прошлого? - Я хочу, чтобы ты всегда был подле меня. Мне нужен твой запах, твоё дыхание и твоя улыбка. Без всего этого мне нет смысла жить. Чонгук увлекает в новый поцелуй, но этот нежный и медленный. Они смакуют друг друга, делят грусть и боль прошлого на двоих.

- Чонгук, я вернусь обещаю, только дождись меня. - Я ждал его до самого рассвета, но так и не дождался.

Тэхен даже здесь включает функцию недосказанности. Мальчик не смог ждать своего друга, только по одной единственной причине - потеря памяти. Его подсознание закрыло дверь в комнату под именем "Тэён", потому что организм не хотел снова проживать этот день, вновь прочувствовать ту боль. Лучшим вариантом было закрыть дверь на замок, а ключ выбросить на дно океана. Но вовсе упустили, что дубликат может существовать и в состоянии открыть дряхлую и пыльную дверь. Чонгук рад, что в нужный момент рядом оказался Юнги и Джин. Рад, что всё вспомнил и больше не ходит перед Тэхеном в виде клоуна. Но душа снова всхлипывает, а внутри тот самый осадок баламутится и ерошит прошлое.

Мы дали друг другу обещания, но из нас двоих, только я исполнил нашу клятву.

Что за клятва? Почему Чонгук её не помнит, хотя казалось бы, что теперь дверь воспоминаний распахнута. Внутренности сжимаются в тугой узел и парень неосознанно сжимает в кулаках ткань рубашки. Опять тайны, опять замки, опять ужасное чувство сжирающее изнутри. Чонгук поджимает губы в тонкую линию и бесится только от одной мысли, что он опять чего-то не знает. Сколько можно? Сколько можно быть в неизвестности? В тени. - Тебе плохо? - обеспокоенно спрашивает Тэхен, судорожно бегая изумрудными глазами по лицу младшего. - Ты сегодня вообще какой-то бледный и вялый. Сам не свой. - Всё в порядке, просто что-то голова заболела, - врёт и не краснеет. Чонгук не скажет, что всё знает. Посмотрит во что превратится обман старшего. Будет сидеть в первом ряду и наблюдать за спектаклем. Сдерживать себя от ядерного взрыва - всё выплеснуть в лицо Тэхену. Последний играет в свою игру, продумывая все ходы наперёд, но сможет ли выиграть, упустив самый важный нюанс? В тот день, Тэхен уехал, и только через девять лет вернулся, чтобы что? Вернуть всё как и было раньше? Смешно. Он глубоко ошибается, потому что время утекло и больше нет того девятилетнего наивного мальчика. - Зря я тебе рассказал свою историю, - прикусив губу, Тэхен пристально внедряется в глаза напротив. Ищет хоть малейшую зацепку на воспоминание забытого, но Чонгук продолжает сидеть понуро и перебирать пуговицы на рубашке. Тэхен поддавшись на свои вспыхнувшие эмоции, вовсе забыл, что не время для возвращения памяти. Ещё не время. - Не зря, я теперь буду хоть что-то знать о твоём детстве, - усмехается Чонгук, играя своё собственное представление. - Ты мало рассказываешь про себя. Лишь то, что ты учился в Штатах много лет, не отрываясь от учебников, и сейчас вернулся в Корею. Чонгук дует губы в обиженности, заставляя Тэхена умиляться такой картиной и смеяться. - Этого и так достаточно. - Нет, так не пойдёт, - хмурится брюнет, трепля свои влажные волосы с которых в стороны летят брызги воды. - Я знаю о твоих предпочтениях больше в интимной жизни, чем в обычной, поэтому начнём с простого: твоё любимое блюдо. - Суп из водорослей, - не раздумывая быстро отвечает старший. - Ага, замётано, - кивает Чон. - Любимое число. - 3 - Любимый цвет. Голубой? - Чонгук утробно рокочет, прослеживая за секундной искрой недовольства в зрачках.

Ненавижу голубой

- Нет, не угадал, - натянутая улыбка на губах плохо выходит. - Черный и зеленый. - Окей, пойдём дальше. Чонгук не успевает задать новый интересующий его вопрос, как в кабинете раздаётся мелодия телефона. Тэхен принимает звонок, не забывая поглаживать бедро зайчонка и моментально меняется в лице. Довольство, злоба, ехидство играет своими красками, и Чонгук, как самый настоящий зритель и ценитель искусства внимательно наблюдает... - Зайчонок, мне нужно отъехать по делам, - изрекает Тэхен, хлопая легонько по бедре, прося встать с него. - Меня не будет около часа, поэтому спать без меня не ложись. Брюнет поднимается на ноги, поправляя задранную футболку и, прослеживая как старший прячет изучающие документы минутами раннее в сейф, берёт ключи от байка и подходит в плотную к Чону. - Милый, я скоро вернусь, только дождись меня, - где-то Чонгук это уже слышал. - Хочу заснуть в твоих объятиях. Не смей засыпать без меня. - Не обещаю. Тэхен щурит глаза, смотрит в тёмные напротив, впитывает в себя каждый их блеск и видит своё отражение в них. Это безусловно нравиться блондину. Видеть в этом взгляде себя - правильно, так должно быть. Тэхен склоняет голову вперёд и чмокает в губы, оставляя полон любви и нежности поцелуй. Чонгук не противится, принимает, а в следующую минуту смотрит, как парень спускается по ступенькам вниз. Чонгук усаживается обратно в кресло, только теперь в пустое, и закрывает глаза, принимаясь наслаждаться тишиной и спокойствием. Рык мотоцикла доносится из улицы, а следом вновь приходит тишина по мере удаляющегося мотора. Но как бы это странно не звучало, Чонгук понял сейчас одну деталь: Тишина - его враг. В данный момент, когда в ушах звенит идеальный покой, ни звука, словно парень оглох, ему кажется, что это сущий Ад. В голове круговоротом собираются мысли и начинают крутится, кричать, вопить. Каждый яркий момент всплывает в темноте закрытых глаз. Каждый сегодняшний диалог эхом проносится. Дурные мысли вылазят из всех потайных уголков, заставляя душу изнывать. Чонгук хотел заглушить этот поток, ему удалось во время страстного поцелуя, когда легкие горели из-за нехватки воздуха, а не из-за гнобящих его мыслей. Но сейчас рядом никого. Он один. - Чонгук-и, я не помешаю? - приятный голос спасает парня из своего же плена и приоткрыв глаза, парень смотрит на стоящую в дверном проёме женщину. - Нет, тётушка, входи. - Я принесла в твою комнату поднос с выпечкой и молоком, поэтому поужинай обязательно, - просит Шин и окидывает изучающим взглядом Чона. Она видела, как Чонгук накинулся на Тэхена и остервенело целовал, но это со стороны вовсе не смотрелось сексуально или страстно, а наоборот. Она видела, как Чонгук пытался унять, заглушить что-то терзающее его душу и сердце. Тогда женщина лишь бросив грустный и обеспокенный взгляд на двух парней, ушла в соседнюю комнату, оставив поднос на тумбочке возле кровати. - Хорошо, спасибо, - фальшивая улыбка вообще не к лицу брюнету, но Шин не будет лезть в не свои дела и допрашивать Чонгука. Если тот соизволит поделится - сам придёт. Чонгук буравит отдаляющуюся спину и сердце начинает дребезжать. Ему не хочется вновь оставаться одному. Он боится тишину. Боится собственных мыслей, что кружат голову и заставляют болеть сердце. Два дня ждать возвращение Юнги. Два дня быть в плену у боли и в объятиях печали. Сомнения и страх окутали своим теплым пледом, позволяя накручивать себя, что их дружба пришла к концу. Чонгук откидывает эти мысли, уверяя себя, что полностью окунётся в ледяной океан, который захлестнёт своими волнами, даст отрезвляющую пощёчину и всё это он примет. Но только, если услышит именно из уст Юнги, полюбившимся низким голосом, что их конец настал. Что они устали терпеть его в своей компании и, что все слова Хосока была правдивы. Но сейчас, Чонгук, не верит Хосоку. Не хочет. Не будет. Четырнадцать ступенек вниз, гостиная, ещё один пролёт и брюнет неловко стоит на кухне, переминаясь с ноги на ногу. Он смотрит себе под ноги, но никак не на женщину, что почувствовав чужое присутствие оборачивается. Шин знает, почему пришёл Чонгук, видит и готова выслушать, дать совет, помочь потерявшемуся ребёнку в этом мире обитающих гиен. Парень продолжая молчать, двигается к столу, присаживаясь на ближайший стул, словно сейчас будет выслушивать лекцию о послушании или о своём плохом поведении. Но Чонгук ни в чём не провинился. Его вина только в том, что он оставшись без родительской любви, ищет в других. Кидается в первые попавшиеся открытые объятия и не думает, что может совершить ошибку. Чонгук просто хочет быть любимым, нужным. - Я боюсь, - честно признаётся он, не поднимая глаз. Женщина не напирала, ждала, когда Чон заговорит, и теперь, услышав те слова, что как маленький осколок внедрился в кожу и засел глубоко, так и эти слова вырвались из уст юноши с чистыми нотами боли и страха. - Чего именно? - шепотом спрашивает, усаживаясь напротив за стол. - Я боюсь остаться один. Боюсь, что все от меня отвернутся и перестанут со мной общаться. Боюсь, что Юнги и Джин оборвут со мной связи из-за моей нищеты. Голос разбитый с хрипотцой. Шин видит нервозность парня, видит, как признание даётся ему трудно, как пальчики нервно дерут заусеницу, а нога то и дело, что дёргается. Она здесь примерно больше месяца, но уже смогла изучить брюнета наизусть. Его страхи, его желания, его вовсе разное отношение к Тэхену и к Юнги. Даже сейчас Чонгук упомянул о страхе потерять не Тэхена, не своего парня, а именно своих друзей. - Не думаю, что это именно то, из-за чего бы они перестали с тобой общаться. Ты же сам рассказывал, как Юнги тебя приютил, как заботился. - Да, именно ему я по гроб жизни буду должен, без него я бы не выжил, - изрекает Чонгук, поднимая потускнелые глаза. - Он тот, кто помог в трудную минуту и всегда был рядом. Переехав в этот дом, я чувствовал некую вину перед ним, будто бросил его, и до сих пор это чувство не покидает меня. Женщина двигается ближе и кладёт руку на дергающееся колено парня, в успокаивающем жесте, гладя. - Мы стали словно отдалятся друг от друга, - продолжает выдавливать из себя режущие слова, Чонгук захлёбывается в выступающей крови. Тонет в горьких слезах, которые капают внутри. Глаза неизменно сухие. - После нашей совместной поездки, я думал, что мы станем более ближе друг к другу, но вернувшись домой, словно та прелестная картина размылась, попав под сильный дождь, словно всё что произошло на том берегу был сон, и кажется, только мой. Юнги уехал ничего не сказав, Джин пропал куда-то. Трубку не брал никто из них. Мы стали только ещё дальше, будто на разных концах обрыва стоим и перекрикиваемся изредка. - Что на счёт Тэхена? - осторожно спрашивает Шин. - А при чём здесь он? - непонимающе вскидывает брови Чонгук, заглядывая в медовые глаза. Женщина задумчиво смотрит в ответ, вспоминает все приходы Юнги в этот дом, ревность и убийственный взгляд Тэхена. Вспоминает полные глаза восхищения и любви Чонгука, когда он с радостными воплями бежал в объятия друга, как светился возле него и каким жизнерадостным светлячком летал по дому. Но стоило перешагнуть порог и скрыться миновой спине за дверью, как этот самый светлячок потухал. - Ты когда-нибудь задумывался, что чувствуешь к нему? Любишь ли ты его? - Нет, я не могу сказать, что у меня к нему любовь, - честно отвечает, врать нет смысла. - Просто какое-то влечение, тяга. - Хочу тебе сказать одно, - после минутной паузы начинает Шин. - Если у тебя появилась сильная тяга или влечение к человеку и не можешь объяснить логически что это, и понять, то это психологическая травма, которая хочет излечится за счет этого человека. - Что за бред? - фыркает Чонгук, откидываясь на спинку стула и склоняя голову к плечу. - Это не бред, Чонгук, это жизнь. Ты рассказывал, как впервые увидел Тэхена, как тебя изначально стало тянуть к нему, словно это твоя родственная душа. - И что? - раздражается брюнет, сам не зная почему. - А может быть это просто симпатия и желание быть счастливым? - Любовь не бывает с первого взгляда - любовь строится. - Ерунда. Чонгук сейчас может объяснить изначальную тягу к Тэхену. Всё просто. Они в детстве были друзьями и их прошлое, которое закончилось не сильно хорошим концом. Это их связь направила друг на друга, чтобы соединить две души воедино. Верно? Или он ошибается? - Ты хочешь быть счастливым и ищешь это в человеке на котором сконцентрирован, нехватка любви и внимания так же... - Хватит, - перебивает Чонгук, хмуря брови и желваками на скулах, играясь. - Ты просто не знаешь всей правды о нас с Тэхеном. - Тогда расскажи и я выслушаю. - Не могу, - мотает головой. - Пока что не могу. - Твоя душа не на месте с Тэхеном, потому что покой, который ты ищешь - в другом, - продолжает женщина, вставая из-за стола. На улице слышны звуки рычащего мотора, говоря о приезде господина. - Тогда в ком? - вопрошает Чонгук, полностью игнорируя посторонний шум. - Твоё сердце знает, просто научись слышать его и тогда ты сможешь быть счастливым. - Ничего не понимаю, - сердится парень, нервно зачесывая высохшие волосы назад. - Я впервые разговариваю с тобой тётушка, когда не могу ничего понять из твоих слов. - Здесь никто не в силах тебе объяснить, лишь ты сам, - тепло улыбается женщина, прислушиваясь к приближающимся шагам. Чонгук продолжает сидеть с каменным лицом, раздумывая над словами. Прикладывает ладошку к сердцу и слушает его биение. Как понять его? Как научится слышать? Это не выполнима задача, думает Чонгук. Шин становится рядом с парнем, намереваясь уйти в свою комнату, ведь обычно по возвращению Тэхена, ночью в доме звучат вскрики и стоны, поэтому перед тем как переступить порог кухни, она склоняется к Чонгуку и шепчет, укладывая ладонь на чужое плечо: - Прислушайся к своему сердцу, оно подскажет тебе, что делать. Говорят любовь слепа, и Чонгук слеп. Вот только из-за своей слепоты не видит ничего. Никто не может указать на и так очевидное, лишь виновник может раскаяться, увидеть свои проступки, изменить свою судьбу. Другим, лишь нужно поставить на верный путь слепца, а весь остальной путь осознания он должен пройти сам. Шин подтолкнула Чонгука на тропинку, теперь его очередь не просто слушать, а слышать самого себя. Чонгук улавливает торопящиеся громкие шаги сзади, слышит тяжелое дыхание и хочет уже как встать, чтобы уйти в спальню в сопровождение Тэхена, но замирает. Время останавливается на долю секунды, как и собственное дыхание боится громко нашуметь и не услышать того, кого ждал. Он здесь. Надо лишь повернуть голову, но брюнет боится. Боится осознать, что всё это лишь его воображение. Поэтому Чонгук судорожно бегает глазами по кухни, сглатывает и под ладошкой чувствует, как сердце ломает ребра, что словно решетки заперли и не пускают. Сердце рвётся наружу, к мужчине, стоящему позади. Даже часы на запястье отсвечиваются красным, показывая участившийся пульс. - Прости, что в такой поздний час пришёл, - запыхавшись извиняется любимый с низкими нотками голос. У Чонгука сердце на осколки разрывается и ноет. - Я сильно соскучился.