бесконечно долго

      — Чёрт, как же жарко, — щёки горели от тяжёлой духоты, наполнявшей весь дом.       — Ёбнутый Шиничиро! Сказали же окно не открывать! — говорить сложно, в горле сухо. Вода не помогала, только лишь жажда постепенно усиливалась, а пот стекал с новой силой.       Изана, нахмурив тонкие брови, лежал ближе всего к беспрерывно работающему вентилятору. От парня так и исходила испепеляющая аура раздражения. Даже Манджиро стало не по себе.       Эма, прислонившись пятой точкой к стене и заложив на её же худенькие ноги, лишь устало вздыхала, словно давала некие напоминания братьям о своём присутствии. Лицо её уже который день выражало безразличие к происходящему, правда, это на первый взгляд. Майки чувствовал, ей здесь нравится.       — Скоро вечер. Станет попрохладнее, — хрипло от непривычки заговорила младшая Сано.       Манджиро, не переставая размахивать пожелтевшей газетой, тихонько угукнул. Желание раздеться догола пульсировало в голове. Тело покрывалось липким и неприятным слоем пота.       — Сейчас бы искупнуться, — томно и протяжно продолжила Эма.       — Искупнуться, — слово вылетело необдуманно, как будто мужское эхо сестры. — Стоп! — Манджиро резко привстал, — Помните, дед говорил об озере? Может сгоняем?       Все в жарком помещении повернулись в сторону ободрённого Манджиро, одаряя его глупыми и ничего не понимающими взглядами. Слишком жарко, чтобы даже думать.       — Озеро? — тихо повторил Курокава, вдыхая горячий душащий воздух. Дышать сложно.       — Тупой? — одна бровь приподнимается, — Да.       Конечно, сам Майки не знал, где то озеро и смогут ли они дойти до него пешком, но хоть какая-то надежда должна жить. Особенно при виде расплывающихся домов за забором.       — Ну давайте, — устало закатывая глаза произнесла Эма.

***

      — Слушай, а хорошо ты это придумал, Майки, — глупая широкая улыбка, казалось, расплывется по всему бледному лицу старшего.       Шиничиро в одних только спортивных плавках, больше напоминающие больше объемные шорты, и обмазанный машинным маслом, довольно вразвалочку шёл впереди, показывая младшим путь. Эма подходить к нему особо не хотела, мол, пропах своей гаражной радиацией, а Майки наоборот, только сильнее тиснулся к брату, наслаждаясь дурманящий запахом.       Может быть, это потому, что Эма девочка. Ей не понять всю сласть работы с байками, запахом металла, моторного масла или бензина, а Майки отчаянно сохнет от бурной смеси ароматов.       — Ты не забывай, что это всё из-за тебя, дебила, — руки залаживаются за затылок, а лицо снова приобретает надутый и самую малость довольный от похвалы вид.       Манджиро любит, когда его хвалят. Особенно, если это его Шиничиро, хоть тот и полный неудачник.       — Да-да, — он неловко улыбнулся и прошёл вперёд.       Камни с гравийной дороги неприятно залетали в тапки, покалывали ступни. Невыносимо жарко, в голову печёт. Такое ощущение, что они слышали жар солнца, отдававшийся в ушах шероховатыми волнами.       Пот стекал ручьём, дорога всё шла вперёд и вперёд не прекращаясь. Громкие вздохи доносились со стороны Изаны и Эмы, медленно шедших под зонтом, как бы укрываясь от солнца.       — Слышь, Изана, чё прикрываешься? — по-лисиному щуря глаза и с заметным ядом произносил Майки. — Боишься загореть? — как можно ироничные произносил он.       Майки любил шутить на эту тему. Именно на такие тёмные шутки Изана злился и раздражался больше всего, а у Сано от этого сласти на душе.       — Умный, да? — в глазах блестела заметная злость.       Майки знает, тому не обидно. Может, если бы так пошутил Шиничиро или же Эма, то он просто бы не обращал дельного внимания. Ну или пустил короткий фальшивый смешок, но в ответ бы не нагрубил, как делает это Манджиро.       — Да. — отчеканил Майки и отвернулся, заканчивая разговор.       — Да. — удручённо произнесла Эма, на долю секунды прикрывая глаза.       — Да-да, — почёсывая затылок и глядя через солнечные очки устало на выдохе проговорил Шиничиро. И непонятно, то ли это видимое поддакивание в пользу Майки, то ли мысли в слух.       Тихие смешки лаконично разлетались по округе. Наконец, и на лице сестры появилось что-то нескрываемо радостное.       — Ладно Шиничиро, а ты то куда, Эма, — на лице появляется лёгкий румянец, а затем, стоило только отвернуться, улыбка, заметил которую только Манджиро.       Изана редко смеялся или улыбался. Всегда ходил с каменным, как говорил Шиничиро, лицом или с нахмуренными бровями и сомкнутыми в тонкую линию губами из-за раздражения и злости. А тут искренняя и тёплая улыбка, что даже у Майки порхают фиолетовые бабочки в животе. Как-никак, они братья.       Где-то в дали слышаться тихое журчание воды и радостные людские крики. Лицо Эмы мигом оживилось и впервые за весь поход до озера она выглянула из зонта.       — Слышите? — радостно произносит она, хлопая в ладоши.       — Уже подходим! — снова улыбка до ушей и громкие возгласы Шиничиро.       Постепенно пустынные поля, перебиваемые редкими ветхими домиками, сменялись на высокие зелёные сосны. Шум становился громче и громче, приятный запах озера и соснового леса заполнил всё в округе.       — А где кабинка? — сестра старательно разглядывала местность, а затем для ясности добавила: — Пляжная.       — Их нет, — спокойно ответил Шиничиро, приглядывая свободные места в теньке, под соснами.       — А как тогда переодеваться? — Эма в легком замешательстве.       Сестра странно выпучивает глаза и разводит руки. Шиничиро с этого незаметно ухмыльнулся.       — Тебя тут кто-то знает? — с некой иронией перебил старшего Сано Майки, — Полотенцем прикроем и переоденешься, — до него доходит вся грубость фраз, поэтому голос становится более нежным, а на лице расцветает улыбка, адресованная его любимой сестре.       Эма в момент нахмурилась. Недовольство в ней бушевало рекой, протекало по венам выплевываясь в мозг разнообразными фразами в сторону брата.       — Долбоёб, хочешь, хоть голышом скакай, а Эме нужна кабинка. — взгляд Изаны, хоть слова и были адресованы младшему брату, усердно вглядывался в купающихся в озере людей.       Эма тихонько угукнула в ответ старшему, пристально вглядываясь в Шиничиро, который с долькой старания пытался найти укромное местечко для сестры. Таких, как оказалось, не было, либо заняты толпой.       — А чё сразу нельзя было переодеться, — недовольно с обидой заключил Майки, хватая обратно пакеты с полотенцами в руки.       Со стороны Изаны послышалось короткое и холодное «замолчи», а Эма снова тихонько буркнула в желании треснуть брату. Шиничиро в ответ на это громко расхохотался, обращая на себя внимания окружающих, и, решив, что место им не найти, зашагал вперёд, к песочнице, в метрах пяти от берега.       Младшие секунду перекидывались недовольными друг другом взглядами и поспешили за братом. Одежду, которую Шиничиро до сих пор нёс в руках, полетела в сторону жёлтой потертой жизнью песочницы.       — Во дебил, — с хорошо скрываемой нежностью в голосе проговорил Изана, когда Шиничиро, громко закричав «разбегайтесь, я лечу» с разбегу прыгнул в воду.       Последовали брызги, возгласы и недовольные крики женщин, а затем снова звонкий, забивающийся в ушах, смех старшего брата.       — Такой счастливый, — Эма широко улыбнулась.       — Угу, я к нему, — Майки следовал примеру брата, поэтому также на ходу уже раздевался, небрежное даже не волнуясь куда полетела его одежда кинул в сторону песочницы и также громко хохоча и параллельно выкрикивая «ееху, берегись, кто не бережётся» прыгнул в воду.       Сзади послышался смех Эмы и Изаны, внутри от этого что-то приятно забурлило, а на щеках снова появился румянец. Манджиро обожает эти милые и счастливые моменты. Такая идиллия наступает очень редко.       В один момент, пока он, стоя по пояс в воде, наслаждался прохладой и искал Шиничиро в кругу людей, чувствует странные касания под ним и похлопывания по ноге, утопающей в слое песка. Резко он переводил взгляд с людей в воду, пытаясь разглядеть что там, но ноги всё равно не убрал.       Чьё-то расплывчатое лицо, руки, сбивающие равновесие Майки несильными, но ощутимыми ударами, виднелись сквозь мутную зеленоватую воду. Лёгкая улыбка исчезла, оставив лишь отголоски во всё ещё блестящих от радости глазах. Майки в миг стал серьёзнее.       Он аккуратно присел на корточки над своей новоиспеченной жертвой, барахтающейся в воде. Глубина, конечно, небольшая, самую малость лицом погружаясь в воду.       Знакомые черты лица. Где-то Майки их видел, правда, вспомнить где он не мог. Парень, всячески вырывающийся из-под чужих ног, уже с силой бил Сано по груди, чуть ли не выбивая из того подавленные хрипы.       Сжалившись, Майки берёт того за плечи и поднимает, ледяные руки отчаянно цепляются за его предплечья, лишь бы не упасть обратно. Парень сжимал кожу, казалось, до посинения.       — Вот это рвение к жизни, конечно, — поставил темноволосого на ноги.       Тот долго откашливался, бил себя по груди, вытирал капли воды с лица. Особенно сексуально — так подметил сам Манджиро — он выглядел, когда, подняв голову на несколько градусов вверх, зализывал мокрые, послушные волосы назад, открывая вид на тоненькую шею.       Манджиро клянётся, это было восхитительно до ощутимых разрядов на кончиках пальцев, некой натянутой нитью приятно достающей до сосков и паха. Ноги чуть дрогнули и постепенно обмякали, чем дольше сам Манджиро вглядывается в предстоящую картину.       Его как током прошибает, когда он начинает узнавать того темноволосого «малыша» с ведёрцем для малины. На вид, абсолютно не примечательный: не скажешь, что когда, да и красавцем не назовешь. Середнячок, как и Шиничиро.       А тут целое ебаное зрелище, приятной пульсаций отдавающей в члене. Это хорошо, что вода частично скрывают его мужской позор. Так бы он точно не выдержал.       — Ты даун? — наконец откашлявшись, завопил парень.       — Как тебя зовут? — Майки быстро скрывает лишние эмоции с лица, принимая максимально серьёзный и чуточку надменный, которым он пользуется только во время собраний в тосве, вид.       — Опять ты?! — непонятно скривив лицо и положив руки по бокам, произнес он.       Глаз задёргался. Манджиро чертовски хотелось узнать имя его несносного возбудителя, а чёткого ответа нет.       «Вот, чёрт тупой…» — мысленно обзывал незнакомца Майки.       — Да, — задумался, — Я тот самый. Как звать то? — руки автоматом залазят в чёрные широкие плавки.       Парень громко и глубоко вздохнул, принял позу, рука-лицо, снова чуть задрав голову.       Манджиро снова видит немного бледноватую шею, спускается взглядом ниже, к маленьким ореолам и выпиравшем — как и у него самого, правда, настоящую причину он всеми силами отрицал, смахивая на немного холодноватую воду, — соскам, к плоскому животу, к которому так и тянет прикоснуться. Дальше вода, но хотелось ниже.       — Такемичи, — монотонно на выдохе произносит он, как бы намекая на нежелание продолжать общение, и разворачивается.       — Ё, уже познакомились? — резко из-за спины появляется Шиничиро.       С его чёрных, как и у Такемичи, волос скатывались, как казалось Майки, тяжёлые капли воды. Они давили на него, бесили.       — Ты знаешь его? — в унисон раздались их голоса.       Шиничиро от этого опять громко, сгибаясь в спине, рассмеялся. Все опять смотрели на них.       — Что происходит? — уже раздался голос Изаны, стоило повернуться и в глаза впал его тощий силуэт, за которым виднелись очертания сестры.       — Да так, ничего, — с отдышкой произносил старший Сано. — Мичи, а где Сейшу, — выпрямился и смотрел прямо в глаза парню.       От этого Такемичи смущённо сжал губы, занёс ладонь за затылок и, отводя неловкий взгляд, почесал. От Майки это не скрылось. Как бы ничего примечательного, но внутри что-то неприятно скребётся.       — Он отошёл по делам, а что? Я ему передам.       — Да так, сегодня вечерком в гараж зайдёте? — два шага и Шиничиро стоит перед малышом, нагибается, хватая того за правое плечо и разворачивается широко улыбаясь, мимолётно подмигивая тому.       — Ну так-с, знакомьтесь, мой друган — интригующая пауза, — Ханагаки Такемичи! Такемичи, это мои младшенькие.       Мичи окинул всех ленивым и смущенным взглядом, долго зацикливаясь на Манджиро, который все это время не срывал с него взгляд.       — Это Изана и Эма, красавцы да? А это Манджиро.       — Майки, — поправил брата Манджиро.       — Манджиро, — раздался подрагивающий, но уверенный голос Эмы.       — Дебил, — выдал агрессивно Изана.       — Заткнись, долбоёб, — закончил Майки, отворачиваясь от Такемичи к Изане.       Снова хохот чайки-Шиничиро в аккомпанемент с тихим смешком Такемичи. Опять блядские румяна появились на щеках Майки. Как же они его достали за сегодня.       — Такемичи, пойдём позагораем? — говорил в ухо Шиничиро.       Ханагаки лишь качнул головой, разворачиваясь в сторону берега. За ним, приобнимая Мичи за плечи, пошел и Шиничиро. Майки смотрел им вслед, желая пойти за старшим Сано, хотя его и не приглашали.       — Охладился и смылся, — задумчиво пробормотал Эма.       Момент, слышится шлепок и писк Такемичи, хватающегося за свою задницу, а за ним и громкий хохот убегающего Шиничиро, который больше напоминал стеклоочиститель, чем сам смех.       Опять в Майки что-то раздражающе заскулило.