бесконечно долго

      Громкий пацанский хохот доносился с улицы. Майки с огромнейшим нежеланием приоткрыл сонные глаза, лениво привстал с дивана и заглянул в окно. Небольшая компания парней расхаживает по двору деда что-то оживлённо обсуждая.       Среди кипы незнакомых лиц он, хоть и с трудом, узнал недавнего знакомого. Такемичи мило посмеивался в ответ на тупые шутки друзей, изредка рукой прикрывая рот, цепляется за чужие плечи в отчаянных попытках не задохнуться в накатившем веселье.       Больше всего он контактировал с блондином. У того ещё был шрам на пол лица, который делал его уродливее, как подметил сам Манджиро.       Он подорвался с дивана. И в предвкушении острого веселья нежная ухмылка натянулась на лицо Манджиро. Оказаться в новой компании он не стеснялся и не боялся, поэтому смело, по дороге ступнями цепляя уже полюбившуюся обувь, выбегает в коридор.       Эма, прикусив нижнюю губу, опять что-то старательно готовила, нарезала и раскладывала на небольшие тарелки.       — Не темно? — Майки резко остановился.       Эма качнула головой.       — А Изана где? — отсутствие едких шуток одного из старших напрягало.       — С Шиничиро в гараже, — тихо на выдохе произнесла сестра, — Возьми, занеси. — она повернулась к брату и, заприметив в его лице что-то глупое и непонимающее, спокойно добавила: — Шиничиро попросил.       Майки поражен накатившей наглостью сестры. Да чтобы он, глава одной из крупнейших байкерских банд в Токио, её основатель, заносил какие-то тарелки с нарезкой в скудный и сомнительный гараж, предел всего. Он выпучил глаза, уставился на Эму чуть разведя руки по сторонам, хотя сам не понимал, причём здесь Тосва.       — Ты же всё равно на улицу собрался! — брови, казалось, сойдутся в одну линию.       — И? Я не собираюсь так унижаться. — Чётко, грубо, но ясно.       Всё-таки сейчас на такое пойти у него не хватит никаких сил. К тому же там противный Изана, гребаный шутник Шиничиро и Такемичи, перед которым позориться точно не в планах Манджиро.       Эма ещё раз строго посмотрела на Майки, как бы взглядом убеждая послушаться и помочь. Майки был упёрт и непреклонен.       — Давай сама? — немного смягчившись шёл на нежеланный компромисс он.       Эма только больше хмурилась, взглядом въедалась в Майки неприятно оттягивая что-то внутри. Некий порыв рвоты неожиданно накатился на него. Она покачала головой.       — Ну тогда я до гаража, а дальше сама, — он устало покосился на неё.        В ответ строгий кивок. Шиничиро прав, Эма сплошная уставшая мамочка. Порой раздражающая черта, но такая любимая и особенная.       Он аккуратно с неохотой берёт тарелку в руки, разворачивается, проклиная всё и вся и с надеждой, что все уже зашли к Шиничиро, направился во двор. Ещё у двери он стоял, старательно прислушивался к окружающим звуком под непонимающим взглядом Эмы.       Майки спиной ощущал агрессивное желание ускорить его пинком, правда, репутация куда дороже его тела, поэтому он дальше, пальцами сцепляясь в белую посуду, продолжал прислушиваться. Через несколько секунд снова стали отчётливо слышатся мальчишеские голоса.       Сано закатил глаза в особом разочаровании. Повернулся к сестре с глазами выражающими короткую фразу «не, я так не могу» и протянул тарелку обратно. Мысленно он уже получил подзатыльник.       Эма, цокнув, взяла посуду и несильно оттолкнув брата прошла вперёд, открывая дверь. В нос ударил резкий и одновременно приятный запах костра.       — Чё они там делают? — руки полезли в карманы.       Его успешно проигнорировали. Майки же этому значения никакого не придал, не пытался как то съязвить сестре.       На улице свежо. Белые, еле видные, облака сливались с плавными оранжевыми полосами, постепенно переходившими в розовый. Солнце слепило глаза, прикрываясь наполовину за широкими крышами домов       Голоса у друзей Шиничиро звонкие, немного раздражающие, давят на уши. Обгонять Эму он не спешил, пытался разглядеть, прощупать обстановку и людей.       — Майки! — голос впереди. Шиничиро широко улыбался и махал рукой.       В ответ Манджиро тоже нацепил улыбку и, наконец, вышел из-за узкой спины сестры. Несколько пар глаз открыто с интересом пялились на него, изредка поглядывая в сторону не сильного костра.       — Зачем костёр?       — Просто решили создать подходящую атмосферу, — улыбка брата стала более нежной, невеселой как несколько секунд назад.       Майки только изогнул бровь в непонимании какой атмосферы и зачем. Глазами обводил присутствующих, цепляясь за Такемичи, активно шепча что-то на ухо парню с ожогом.       Подходить или пока не стоит? Конечно, хотелось, но особой необходимости в этом сейчас он не видел, поэтому прошёл дальше, в гараж, за Эмой. Сразу же на входе в него летит пыльная старая подушка.       — Что, Эме так тяжело помочь было?! — завопил резко Изана. В испуге Майки бросил на него гневный взгляд, мол, срывает все планы на нового товарища своими выделываниями.       — Заткнись, а? — почти шипел.       Изана только фыркнул, уткнувшись дальше в какие-то бумажки, разглядывая. Эма со скукой глянула на братьев и ушла в дом, не желая быть снова одной из свидетелей драки, да и вообще смутной гулянки.       Везде разбросаны инструменты, разные детали для байков и прочая дребедень. Одним словом, в стиле Шиничиро Сано. Помниться, когда ещё Шиничиро жил с ними в Токио, иными словами до переезда к деду, то часто говорил о самой откровенной мечте открыть магазин байков вместе с младшими братьями.       Эти моменты Майки помнит, словно они были вчера: искренняя, иногда смущённая улыбка старшего Сано, дрожащая от лёгкого волнения жилистая рука и убогая, с выпадшедшими прядями впереди, зализанная причёска. На лице Манджиро просветилась ностальгическая улыбка.       — Хэй, Майки, подойди сюда, — опять крикнул Шиничиро, подозвав и остальных ребят к себе.       Манджиро послушно вышел из гаража, глазами старательно искал среди небольшой толпы знакомую макушку. Рядом с братом стоял Такемичи и тот парень, который по ходу дела успел за эти несколько минут получить кличку «тот парень» от Майки. Они с интересом рассматривали Манджиро, кроме Такемичи, он пытался смотреть на всё, что движется и нет, но только не на Майки.       — Знакомьтесь, ещё один мой младшенький. Я о нём вам тоже говорил, — немного задумался, — Майки.       Компания парней, примерно одного возраста с Манджиро, заинтересовано пялилась на него, оценивая, а Майки чувствовал себя как никогда гордо. Ему нравилось излишнее внимание нацеленное только на него.       — Майки, — чуть хрипло начал старший, — это моя компания. — широко улыбнулся, — Эт Такемичи, ты его уже знаешь. — Манджиро посмотрел на парня, — Это Инуи Сейшу, — левая рука дотронулась плеча светловолосого.       — Можно просто Инупи, — спокойно и даже немного хладнокровно отчеканил парень.       — Там Коконой Хаджиме, — он наклонился к уху младшего брата, — кстати, финансовый гений, — подмигнул.       — Можно просто Коко, — его кошачьи глаза сузились.        — Вот Такуя Ямамото, а он — Ацуши Сендо. — Шиничиро, закончив представлять друзей, которые не равны абсолютно ему по возрасту, присел на корточки, — Они здорово помогают мне с байками, Майки. Надеюсь, вы с Изаной вольётесь в нашу компашку.       Окружающие их парни гордо выпрямились. Наверное, сейчас их переполняло что-то радостное и будоражащее. У одного, с рыжими как показалось Манджиро волосами, кожа моментом покрылась мурашками, а глаз смешно задёргался.       Негромкий хлопок, все опять обратили внимание на старшего Сано, покуривающего сигарету.       — Когда успел?! — глаза Такемичи округлились, а Шиничиро лишь усмехнулся, выплюнув изо рта короткое «талант».       Судя по лицам всех парней, особо, кроме самого Ханагаки, этому никто не удивился. Тихие смешки выдавливались из них, а Манджиро только искоса поглядывал на удивлённого Такемичи.       — Ну так-с, — окурок откинут в сторону и тут же был придавлен тапком Изаны, — пройдёмте в мои покои, — специально менял интонацию на каждом слоге.       Все весело и быстро прошли за старшим. Шиничиро занял свое положенное место перед байком, возле левого бока устало сели Изана и Такемичи, Сейшу вместе с Коконоем — с другого. Остальные где-то поодаль, а Майки, упорно сунулся между беловолосым братом и Такемичи.       — Что ты делаешь?! — выкрикнул недовольно Изана.       — Свали, — в ответ выпалил Майки грубо толкая брата в сторону Шиничиро, — пожалуйста.       Изана, явно не желавший спорить на людях, фыркнул и неохотно встал, подсаживаясь уже в другую сторону от Шиничиро. Сейшу тоже был этим недоволен, но ничего не сказал, молча придвинувшись к Коко.       Удивленный такими выходками Шиничиро присвистнул.       — Успокойтесь-успокойтесь, — выдавал он и ринулся разбирать байк, пока младшие недовольно зыркали друг на друга.       Майки громко вздохнул, руками опираясь о грязный, покрытый тонким слоем песка и пыли, пол, а ноги вытянул вперёд. Тут же его взгляд перешёл со своих тапок на Такемичи, с интересом уставившегося на работу рук Шиничиро.       Признаться честно, ему это не понравилось, раздражало. Почему-то в Майки бушует некое странное и совсем неподлежащее ему желание направить внимание Такемичи на себя.       Правда, Манджиро совсем не знает почему и откуда оно взялось. С ним такого никогда не было. Да и разбираться с этим тоже не собирается. Какая разница? Хоть какое-то увлечение помимо поханий на огороде под присмотром деда, вооруженным длинными оголенным от молодой коры дубчиком.       — Ну и? — неловкость среди компании нарастает.       — Что и? — не отрываясь от байка, спросил Шиничиро.       — Мы так и будем сидеть, уставившись в твою кралю? — на каждом слове меняя мимику, говорил Майки.       — Ну да, — как всегда, за этот вечер спокойно ответил Инуи.       Майки опять косо на него посмотрел. Почему-то именно этот парень его раздражает здесь больше всех. Больше сраного Изаны, покручивающему пальцем у виска.       — Реально? — Манджиро привстал.       — А что ты хотел? — наконец Сано, выгнув бровь, старший посмотрел на брата.       — Ну, например, там не знаю, — руки активно жестикулируют, — в карты сыграть. Или по душам побалакать, не? Да, дорогой Мичи?       Лицо Инупи на последней фразе резко переменилось. Он, выпучил глаза и медленно отклонившись назад, ибо спины двух братьев перекрывают наглое тело, пересекаются.       Манджиро надменно улыбнулся и высунул язык. Сейшу только нахмурился и, сжав челюсть, вернулся, что-то шепча на ухо своему черноволосому соседу.       — А, ты про это, — Шиничиро выдохнул, — ща костер норм разгорится и пойдём.       Манджиро кивнул и снова перевёл взгляд на слегка краснеющего Ханагаки.       — Дорогой Мичи, тебе плохо? — его холодная рука касается лба парня. — Ты такой красный. — говорил всё притворно-обеспокоенным голосом.       Опять слышаться смешки со стороны Шиничиро.       — Нифига у вас шуры-муры, — тявкнул Сано, заливаясь тихим смехом.       — Я вижу ты навеселе, — Изана пнул брата в бок, отчего тот чуть скорчился, но смеяться так и не перестал.

      ***

      Звёзды, казалось, светили ярко, как фонари, и сразу же затухали, стоило только посмотреть на пылающее пламя.       Плавные, иногда поддергивающие, звуки гитары приятно давили на уши. Как и говорил Шиничиро, создавали потрясающую атмосферу.       Даже сонная Эма с пледом на плечах, боясь выходить на улицу к ним, сидела в веранде, слушая игру брата.       Майки тоже начинал засыпать. Возбужденное разговоры и споры, царившие час, а может и два назад стихли, как и вечные подшучивания над Ханагаки.       Ещё бы пара шуток Манджиро и в него бы прилетел смачный удар от Мичи, либо тот бы просто ушёл, прихватив с собой своего дружка Сейшу. Оставил бы братьев наедине.       Остальные ушли, мол, далеко ковылять до дома. Шиничиро, конечно, предлагал их подвести, но те к сожалению Манджиро отказались. Был бы такой джекпот остаться с Мичи один на один. Без назойливых взглядов старшего.       Изана, уложив подбородок на ладони, с закрытыми глазами прислушивался к мелодии. Можно подумать, что он спит, только во сне он никогда не подрагивал от резких звуков.       Голова Манджиро ложится на плечо уснувшего Такемичи. Шиничиро на это снова присвистнул, выпаливая очередные фразочки. Майки перестал обращать на того внимание.       — Спать охота, — простонал старший Сано и прекратил игру.       Сейшу перевёл глаза с «романтичной» парочки, на которую в удовольствие Майки пялиться целый гребаный вечер, на отлаживающего гитару Шиничиро.       — Ну что, ребят, вы по домам или всё-таки у нас? — акцент на последних словах, как бы убеждая не уходить.       Обессиленный Инуи тихо зевает и шепчет «сегодня останемся уже». У Ханагаки спрашивать никто уже не собираются, понятно, что останется.       Ленивым взглядом Курокава всех обводит, молча встал и ушёл в дом.       — Я занесу Такемичи, — Инуи протянул руки к другу, получив сразу же шлепок по ним.       Опять свист и шокированный Сейшу.       — Ху-ху, хо-хо, Майки, это что было? — спросил Сано и быстрыми шагами занесу гитару в гараж, закрывая его.       — Я сам занесу, — строго проговорил Манджиро.       — Ну ладно, — цокнул Инуи и зашагал в дом.       — Не, Майки, не донесешь. Сам сейчас свалишься, — проговорил Шиничиро, подхватывая Ханагаки себе на спину.       Пришлось уступить. Майки помогает посадить Ханагаки брату на спину. Донести до кровати, где уже разлёгся Сейшу, страхуя сзади.       — Чё? — губы Майки скривились. — С ним? Давай со мной он спать будет? — дёргая брата за футболку.       — Задавишь. К тому же не думаю, что Мичи будет рад этому.       Недовольный косой взгляд кинулся в сторону уставшего Инуи.       — Здесь поспит, вали в свою комнату, клоун. И тихо, деда не разбуди. Я костёр тушить.- наставлял Шиничиро, улаживая Мичи на разложенный диван.       Спорить не хотелось. И так в сон жутко клонило, поэтому Майки, хоть и не желал, покорно направился в комнату.       И признаться, Сано Манджиро не был бы Сано Манджиро, если бы посреди ночи, так и не справившись с назойливой мыслью о Сейшу и Такемичи, не разлёгся посреди двух похрапывающих тушек.       Тесно, зато этот чёрт со шрамом липнуть к Мичи не будет уже точно.