Личный психолог

— А может?.. — раздаётся в тишине полумрака уже холостятской квартиры, пространство которой наполнино запахом алкоголя и табака, едко впитавшигося в нее всего за пару дней. Не может, Шастун. — отвечает сам себе Антон, но уже в мыслях, ведь говорить не может из-за сигареты, приложенной к губам для очередной затяжки. — Не может. — втортит вслух, выдохнув ещё дым. Сигаретный дым уже не вызывал столько положительных эмоций, но без него парень был готов лезть на стену, чтобы заглушить немного эмоций. А если просто прыгнуть и умереть? — он усердно втягивает в себя как можно больше никотина, прикрывая глаза. Шастун, что всё это время сидел на подоконнике приоткрытого окна, посмотрел вниз на редко проходящих внизу маленьких человечков и мчащихся туда сюда машинок. — Не лучшая идея. — снова отвечает сам себе, растворяясь в облачке дыма, который уже не успевает улетучиваться в приоткрытое окно. Дым расслабляет, помогает думать, хоть и не совсем здраво, но это лучше чем сдерживать истеричные крики, лежа лицом в подушку. И так парень сидит до вечера: говорит сам с собой и курит одну за другой. Делая затяжку, прокручивает мысли в голове, а выдыхая дым произносит часть вслух, пронзая, чуть хриплым от долго курения, голосом звенящую пустую тишину. Остановился лишь тогда, когда на небе появились кровавые полоски заката, а вокруг него сбилось небольшое облачко сероватого дыма. Но мысли о суициде почему-то не покидают его голову до самого сна. * * * Утром Антон понял, что квартиру надо бы прибрать, ведь ее практически полностью пропитал едкий сигаретный дым, а на полках начала скапливаться пыль. Для решения этой проблемы парень звонит в клининговую компанию, где пообещали, что уборщица прибудет в 11:00. Шастуна это вполне устраивало. Казалось, всё его тело было пропитано этим раздражающим запахом, это его не устраивало. Поэтому он принял холодный бодрящий душ, щедро вымыв себя шампунем с цитрусовым запахом. Это значительно улучшило его внешний вид. Одевшись в чёрные спортивки и белую футболку без принта, направился на кухню. Все время до прихода уборщицы Шаст сидел на подоконнике кухонного окна и пил зеленый чай с мятой. Именно успокаивающая мята помогала здравому смыслу отклонять идеи прыгнуть в окно и превратиться в безжизненную лепешку на асфальте, что так и лезли в голову со вчерашнего вечера. Это подтолкнуло его всё же позвонить психологу и договориться о встрече сегодня ближе к вечеру. Раздался противно громкий крик попугая и Шастун пошёл открывать дверь милой девушке из клининговой компании, которая первым делом, когда увидела Антона, попросила у него автограф, уверяя его в своей преданности кумиру. Противная, назойливая муха. — именно так подумал о ней Шастун, пока смотрел, как она приводит его квартиру в порядок. * * * И вот он уже стоит на пороге какой-то частной больницы. Клиника внушала доверие, потому что высокое бетонное здание в сине-зеленых цветах было относительно новое. Чуть помявшись возле машины, пока осматривал здание, Шаст всё же взял себя в руки и прошёл дальше. Внутри здания оказалось также чисто, красиво и уютно. И даже не было противного запаха лекарств! — Молодой человек, вы к кому? — спросила женщина лет 45-50, которая сидела у стойки регистратуры. — Я к Арсению Сергеевичу. — Сообщил Шастун, подходя ближе к стойке. — Я договоривался. — Вас проводят. — женщина мило улыбнулась, вытянула руку в сторону и постучала по двери. Оттуда сразу выскочила молоденькая медсестричка в бело-синей форме. — Леночка, проводи молодого человека к Арсению Сергеевичу. — Пройдёмте за мной. — девушка также улыбалась, развернувшись, пошла к лифту. Антон молча пошёл следом, не отставая ни на шаг. До кабинета они добрались быстро, Леночка постучала в кабинет, а когда прозвучало: "Входите", убежала назад. Шастун выдохнул и вошёл в кабинет. Комната контрастировала с остальным зданием. Она была обустроена в коричневом цвете, посередине стоял большой дубовый стол, рядом с которым расположилось кресло, с одного боку стоял диван, а с другого по всей длине расположился шкаф. В кабинете приятно пахло лавандой, что стояла в большом горшке возле дивана и в маленьких на некоторых полках. Парень медленно прошёл и сел на кресло перед столом, за которым расположился мужчина старше самого Антона примерно на 5-10 лет. Мужчина пристально смотрел на Шастуна серьёзным взглядом голубых глаз из под очков, но с лица его не сходила лёгкая улыбка. — Антон Андреевич? — скорее утвердил, чем спросил мужчина. — Чай, кофе? — Кофе, и можно просто Антон. — Произнёс парень, продолжая рассматривать кабинет. — Итак, Антон. Что вас беспокоит? — Начал мужчина, включая кофемашину. — Проблема в том, что друзья считают меня психом. - сообщил Антон, переводя взгляд на Арсения. — и можно, пожалуйста, на "ты", а то я чувствую себя старым. — Конечно. А какие у них для этого причины? — мужчина вопросительно выгнул бровь, передовая пациенту напиток. — Дело в том, что меня избили. — чуть помявшись ответил Шастун, принимая стаканчик горячего кофе. Психолог не давил, а молча слушал. — Да.. А потом я узнал, что моя девушка проститутка. — Антон вёл себя спокойно, но было видно, что ему не очень приятно это говорить, тем более незнакомому мужчине. — А избили кто? Знакомые? — решил спросить психолог. — Да если бы.. — Шаст сделал не большой глаток. — Но тут я сам виноват. Полез куда не просили. Хотел сделать как лучше, а получилось как всегда.. — Можете.. Можешь рассказать подробнее? — А что рассказывать? Увидел, как какой-то мужик к девушке приставал. Решил ей помочь. Но он оказался не один.. — на удивление самому себе, Антон говорил спокойно и без препятствий, хотя был уверен, что не сможет выудить из себя и слова. В чем причина такой откровенности перед незнакомым мужчиной Шаст понять не мог. — А эта девушка? Вы.. Ты её знаешь? — Нет. В темноте плохо разглядел, но вряд ли. — не совсем уверенно ответил парень, отпивая глаток кофе. — Тогда почему ты решил ей помочь? — Арсений продолжал спрашивать подробности, пристольно следя своими голубыми глазами за каждым движением клиента. — Я и сам толком не знаю, почему так поступил. Я не мог просто уехать и оставить её.. — Антон не совсем понял, куда клонит психолог, и что он хочет от него. Попов понимающе кивнул, продолжая следить за парнем. На несколько минут повисла тишина, режущая слух. Арсений чуть замешкался из-за зашедшего в некий тупик разговора. — А что с твоей девушкой? — как бы между прочим и осторожно спросил психолог. Тихо, но настойчиво, требуя ответа. Его спокойный нежный тон и запах лаванды, равномерно наполняющий воздух кабинета, успокаивали, заставляя Антона ответить спокойно: — Не самая приятная история... Она врала мне, изменяла со всеми подряд.. — всё это время парень пустым взглядом смотрел на стену напротив. Но тут резко развернулся к психологу, на его лицо появилась какая-то нездоровая ухмылка, а голос стал громче и звонче: — Представляете с кем? С теми самыми бандитами! — Шастун хлопнул рукой по столу и снова направил взгляд в стену. — Да... Фотографии мне прислали.. Гады.. — последнее слово Антон чуть ли не прорычал, после чего допил кофе разом. — Вы их знаете? Ну тех, что с ней... — Арсению было немного неловко спрашивать, но он всё решил спросить. — Это были те самые уроды.. Возможно её они тогда и тащили.. Я только потом понял, что девушка то особо и не сопротивлялась.. — грустно подметил Шаст, кивая каким-то своим мыслям. Вновь повисла тишина. Психолог делал какие-то пометки в разложенных перед ним бумагах, пытаясь анализировать состояния пациента. А Шастун.. А что собственно Шастун? В его голове сейчас происходит такая каша, что он сам не понял, что только что раскрыл незнакомому человеку часть своей личной жизни, хотя о ней было трудно говорить даже с близкими друзьями. Появилось желание покурить, но Антон прекрасно знал, что здесь нельзя. Поэтому он отчаянно крутил серебряное кольцо на большом пальце. — Ты не волнуйся так, — произнёс Арсений, заметив тревожность Антона. — Ты ещё хорошо держишся, но лекарства мы тебе все же подберём.. — В ответ парень лишь хмыкнул. — Только скажи, а что тебе заставило прийти ко мне? — Сам себя спрашиваю.. Друзья порекомендовали. Сказали, что мне нужна помощь специалиста.. Я, видите ли, что-то не так сделал.. — казалось, что Шастуна это всё лишь забавляло, но он действительно сам не знал, что ожидал от этого похода. — Наверное, потому что сам не могу разобраться... Вот скажите, что мне теперь с этим делать? — Жить, Антон... Продолжать жить. — ответил Арсений, тихо постукивая ручкой по столу. Парня почему-то это взбесило, ибо в словах психолога он не нашёл ни капли профессионализма и сочувствия. — Знаете я пожалуй пойду.. Извините, что потревожил. До свидания, Арсений Сергеевич. — поспешно произнёс Антон и вышел из кабинета, направляясь на улицу. Тоже мне, психолог! Как будто я сдохнуть собирался! — мысленно возмущался Шаст, стоя около машины. — Ну собирался и что? Он стоял около машины уже почти 5 минут, ведь ему жизненно необходимо выкурить сейчас хотя бы одну сигарету. Дым оседал на легких и согревал изнутри, выселяя весь негатив от встречи с "профессионалом", хоть и достаточно симпатичным. Шастун, бросив сигаретный бычок на асфальт, сел в машину и поехал домой, поливая психолога всеми матерными словами, которые приходили в его голову. Получилось даже придумать парочку замысловатых словечек, более подробно характеризуя Попова, как психолога. В основном злость была на правоту мужчины, ведь у Антона и вправду были мыслишки на счет суицида. Как бы не было обидно, признавать это он не собирался. Его мысли – его дело. Такая черта характера обычно присуща детям, но Шастун и не считал себя особо взрослым. И очень часто вел себя как ребёнок.. Большой такой, двадцатипятилетний ребёнок, радующийся мелочам и обижающийся по пустякам. Курящий, пьющий и матерящийся, но ребёнок. И со временем он увядает, гниет и утопает в бездне взрослых проблем. * * * Как только дверь кабинета громко захлопнулась, Арсений облокотился на спинку дорогого кресла на колёсиках, отъезжая чуть в сторону. — Ещё увидимся, Антон.. — с лёгкой улыбкой произносит психолог в тишине. — Ещё увидимся.. Арсений снова подъезжает к столу, принимаясь что-то писать на тех бумагах, что заполнял во время откровений пациента. Антон, несмотря на своё внешнее угрюмство, весьма впечатлил мужчину. Он сломлен обстоятельствами, но пытается не подать виду, старается быть взрослым, но в душе (Арсений уверен) Шастун был ребёнком, желающим скинуть с себя все проблемы и обязанности. И Попов сделает всё возможное, чтобы пробудить этого внутреннего ребёнка и заставить его вновь цвести. Ему понравился Антон.