Нарисуй мои воспоминания

      Утром бабушка вдруг остановила Рому, когда тот пришёл на кухню за пирожком. Едва ли он дотронулся до лакомства, как бабушка выхватила миску и спрятала за спину. Юноша растерянно захлопал ресницами.       — Внучок, присядь.       Рома покорно сел за стол. Нахмурившись, откинулся на спинку стула. Что происходит?       Присев напротив, бабушка твёрдо начала:       — Сейчас ты ответишь на вопросы и только тогда получишь пирожок, — Она кивнула в сторону миски, которую не отпускала из рук.       Рома едва ли мог сдержать улыбки, однако бабушка выглядела вполне серьёзно и тревожно, что заставило внука напрячься.       — Всё это время ты гулял… — внутри Ромы всё сжалось при мысли, чьё имя она может произнести, — с Машей?       В одно мгновение юноша облегчённо выдохнул. Значит не догадалась. Губы дрогнули в улыбке, однако Рома тут же сделал серьёзное лицо, коротко ответив:       — Нет.       Блеск в глазах бабушки померк. Похоже ответ Ромы её сильно расстроил.       — Как только вы начали дружить, я была уверена, что всё в конце концов приведёт к свадьбе. И когда ты пропадал все эти дни непонятно, где и с кем, я знала точно, что твоя спутница — Маша. Но сегодня я встретила её с Митей и поняла, что это не так….       Рома не знал, что и ответить. Конечно, на протяжении нескольких лет он слышал в шутку вопросы об их свадьбе, детях и прочим от бабушки и соседей. Но он и подумать не мог, что она относится так серьёзно к их союзу. Для многих странно, что мальчик и девочка могут просто дружить.       — Да, это далеко не так, — подтвердил Рома.       — Эх, а какая же красивая бы история любви получилась! Маша же… Она идеальная невеста для тебя! Умненькая, красивая, хозяюшка…       Роме оставалось лишь пожать плечами. Не мог же он сказать, что как бы он не хотел, чтобы это было правдой, увы, ей не суждено совершиться.       — Но с кем ты тогда видишься по ночам? Кто она?       — Никто, — быстро слетелось с губ Ромы. — Просто я выходил погулять, развеяться, нужно было многое обдумать…       — Да, мне Владик всё рассказал.       — Ох...       — Я так рада, что ты передумал насчёт медицины! Всеми руками за!       — Подожди! Я же ещё точно не решил… А как же ты? Как ты тут будешь одна?       Размахивая седыми кудрями, бабушка укорительно покачала головой.       — Дружок, мне очень ценно, что ты обо мне волнуешься. Но не надо. Это не твоя головная боль. Строй свою жизнь. Поступай в институт, найди друзей, порядочную девушку... Ты же у меня такой хороший, — она ущипнула Рому за нос, — Да и что ты раньше времени меня хоронишь? Я ещё ого-го! — бабушка подмигнула, — Если что, соседи будут помогать. Обо мне есть о кому позаботиться, не переживай!       Рома не смог сдержать искренней улыбки и чуть слышно выдохнуть. Бабушкино лицо расплылось в ответной улыбке, при которой её старческие глаза отражали безграничную любовь к внуку. В ту же секунду юноша ощутил, как заботливые руки, знакомые и родные, укутали его в свои объятиях, принеся с собой умиротворение и комфорт.       — А ещё, — перед уходом бабушка одарила Рому проницательным взглядом, — Владик хороший друг. Береги его.       — Я знаю.       — И себя тоже береги!       Но последнее он не услышал. Молниеносно захлопнул дверь перед носом бабушки.       — Убери его! Убери! — услышал Рома чей-то визг по дороге к Владу. По правде говоря, этот кто-то орал так громко, словно резаный, что наверняка его услышала вся деревня. Любопытство само заставило ноги Ромы остановиться и насторожить уши.       Стоило ему поднять голову как увидел сидящего на дереве Потапа. Взъерошенный тот не сводил испуганного взгляда с чего-то внизу, не переставал учащённо дышать. Ваня напоминал беспомощного котёнка, взобравшегося на ветку. Опустив взгляд на землю, Рома решил выяснить кто так напугал Потапа и это оказался… обычный петух.       — Умоляю, Шура! — вопил Ваня. — Ты же знаешь, я их с детства боюсь!       Под деревом сидел Шурик, которого Рома сперва даже не заметил.       — Пока не расскажешь — не уберу.       Роме показалось всё происходящее странным. Они же друзья. Почему он так говорит?       — Спрашивай у Стёпы! Я тут причём?       Не ответив, Шурик облокотился об дерево и стал выжидающе барабанить по стволу.       — Я просил вас не делать этого.       — Ну мы же всего лишь пошутили! — простонал Ваня.       — Так значит, вы что-то сделали? — Наклонив голову, Шурик испытывающее взглянул вверх, прямо на Потапа.       — Ну да… Мы…       Но договорить ему не дал чей-то голос:       — Что здесь происходит? — это был стремительно подошедший Влад, — Почему Ваня на дереве?       — Помоги мне! — тут же жалко вскрикнул Потап. — Убери его!       Сначала Влад не понял о ком он, некоторое время непонимающе оглядывался.       — Петуха убери! —подсказал Ваня.       Быстро сообразив, Влад уже было хотел схватить птицу как Шурик остановил его одним жестом руки.       — Тихо, тихо… Не надо.       Шура отобрал петуха и угрожающе протянул его в сторону Вани. Будто специально, птица издала истошный вопль, что заставило Потапа вздрогнуть.       — Говори!       — Но так ведь нельзя… — забормотал Влад. — Ты не видишь? Ваня боится.       Однако Шурик пропустил сказанное мимо ушей. Рома же притаился за деревом, не дёргался, напряжённо ожидая продолжения.       — Хорошо, хорошо! Я расскажу! — сдался Потап. — Мы со Стёпкой всего-то хотели проучить этого Рому. А то он совсем зазнался!       От волнения у Ромы зачесались руки. Казалось, что он вот-вот узнает что-то, чего не знал долгое время.       — Ну, и что дальше? — раздражённо рявкнул Шурик. — Как вы проучили его?       Прикрыв глаза, Ваня монотонно произнёс:       — Ну, это было лето, нам стало скучно… Однажды идём мимо дома врача, слышим знакомый голос, заглядываем в окно, а там этот Рома, весь из себя такой докторишка, девчонку осматривал и сиропом кормил! Когда он отошёл, мы решили пошутить над ним: поменяли этикетки лекарств. Видел бы ты его лицо, когда он подумал, что дал валерьянку вместо сиропа! Мне показалось, что он вот-вот расплачется.       Наступила напряжённая тишина, в течение которой внутри Ромы успело всколыхнуться море чувств. Сперва это был искренний шок. Отрицание того, что сказанное правда. Было такое чувство, что всё вокруг сон. Рома даже попытался ущипнуть себя. Затем пришла радость из-за осознания того, что как выяснилось, он не допускал никакой ошибки. То, из-за чего юноша долго себя винил, стремился отказаться от мечты, из-за чего он чуть не похоронил себя заживо в Волково — оказалось глупой шуткой. Если бы не больная нога, то Рома уже вовсю прыгал бы от счастья.       — Ну Ёшкин кот, Потап! — Шурик цокнул языком.— Я же просил в этом плане не трогать Рому.       — Знаю… Но что поделать… Ну, я всё сказал. Теперь то ты уберёшь этого уродца?       Однако его просьбу проигнорировали.       — Получается, — подал голос Влад. — Рома сделал всё правильно? Он зря винил себя? — на его губах медленно начала появляться улыбка, — Нужно срочно ему рассказать!       — Не надо, — Рома вышел из своего укрытия, — я всё слышал.       Шурик и Влад уставились на него с широко раскрытыми глазами. Вероятно, они никак не ожидали, что Рома всё это время был здесь.       — Рома! — Влад кинулся на него с крепкими объятиями, что слегка смутило юношу из-за присутствия Шурика и Потапа. — Теперь ты знаешь, что не виноват! А я верил в тебя! Верил!       — Только меня мучает один вопрос, — чтобы другие ребята не подумали лишнего, Рома мягко отстранился, — из-за чего тогда у той девочки выскочила сыпь?       — Да из-за чего угодно! Может быть аллергия какая-нибудь. Главное ведь, что это не твоя вина! Можешь с чистой совестью уезжать поступать в Москву!       Рома словно прирос к месту. Не смог отвести взгляда от счастливого лица Влада. Ему вдруг так захотелось, чтобы Шурик и Ваня покинули поляну, чтобы они смогли разделить этот момент вместе. Вдвоём. Чтобы Рома смог крепко прижаться к груди Влада, почувствовать тепло его тела и услышать гулкий стук сердца, а затем поблагодарить... Но вместо этого он лишь произнёс с улыбкой:       — Если честно... Я и так бы поехал. Как раз шёл, чтобы тебе сказать.       — Ты всё-таки решил? Ура! — Влад выглядел так, будто сейчас запрыгает от радости.       — Да, решил стать порхающей бабочкой или как ты там говорил...       От Ромы не укрылось как дёрнулась рука Влада. Наверное, юноша хотел прикоснуться к Роме, но вовремя остановил себя.       — Кхм-кхм, — к ним неуверенно подошёл Шурик, — Ром, прости Стëпу и Ваню... Я говорил им не вмешиваться в твои медицинские дела. Знаю, что для тебя это важно. Всё-таки мы дружили... Когда-то.       Рома ничего не ответил и тогда Шура продолжил:       — Мне ведь всегда казалось странным, что ты так внезапно охладел медициной. Всё же с детства горел этим. Только недавно начал догадываться, что в этом могут быть замешаны Стëпа и Ваня...       — Спасибо тебе.       — Да не за что, — махнул рукой Шурик. — Если честно, я в детстве тебе всегда завидовал. И одновременно восхищался. Твоими стремлениями вырваться из Волково.       — Я тоже тебе всегда завидовал. Из-за твоих отличных оценок по математике. Шур, ты же был лучшим в классе! Отличные математические способности! Так что, у тебя тоже есть шанс уехать отсюда, — в знак поддержки Рома улыбнулся и протянул руку.       Потап подал руку в ответ. Спустя столько лет они пожимают друг другу руки. Удивительно. Краем глаза Рома заметил, как Влад яростно шепчет: «Обними его!» и сдавшись под его напором, юноша закатил глаза и притянул Шуру к себе. Тот немного удивился, но не отпрянул, похлопав Рому по спине.       — Эй! Мне надоело сидеть здесь! Кто-нибудь уберёт этого петуха?! — вдруг подал голос Ваня, про которого все уже успели забыть.

***

      Казалось, что мозг Ромы вот-вот взорвётся от количества информации. Полдня он непрерывно сидел за учебниками, не отрываясь от страниц, не отвлекался даже на перекус. На кухне хрипело радио, бабушка мыла посуду подпевая под нос песню «Дай парус кораблю» Аллы Иошпе. Ничего не предвещало беды.       Но где-то в два, как гром среди ясного неба, широким шагом явился отец после ночной пьянки. Зачастую после неё он отсыпается, прячется от людского внимания, но только не в тот день.       Размахивая руками, он шатался и орал что-то невнятное. В тревоге бабушка стала напевать песню с большей силой, стараясь не смотреть на отца, а Рома продолжил пялиться на страницы учебника, будто ничего не происходит. Осознав, что на него никто не реагирует, отец вдруг начал яростно дёргать бабушку за плечи и тогда Рома не выдержал:       — Что ты делаешь?!       Ноль внимания. Вместо этого отец не прекращал мучить бабушку, агрессивно задавая вопросы:       — Ма! Ты куда настойку спрятала?!       — А для меня каждый твой взгляд событие… Я помню все твои слова тобой забытые… — прикрыв глаза, шептала бабушка слова песни в тщетных попытках успокоиться.       — Не трогай её! — Рома стремительно подошёл к отцу.       Повернув голову, он окинул сына безумным взглядом.       — Ты как с отцом разговариваешь?!       Он замахнулся и Рома уже приготовился к удару, однако вместо этого отец стал сбрасывать первые попавшиеся вещи с кухонного шкафа: полетела посуда, кастрюли, продукты, молниеносно упало радио. Следом он добрался до подоконника, резко смахнув любимую бабушкину вазу с полевыми цветами. На всю комнату раздался оглушительный шум разбивающейся об пол вазы. Затем наступила напряжённая тишина. И внезапно бабушка громко вскрикнула и немного подалась назад. Распахнув глаза, она долго стояла на месте, а после оглядела комнату, будто видит её впервые и обратила к отцу взгляд, не предвещающий ничего хорошего.       Бойко развернувшись, бабушка куда-то ушла. Рома и отец незамедлительно последовали за ней.       Случилось то, чего никто не ожидал: бабушка без всяких раздумий взяла в охапку вещи отца и начала в бешеном порыве выбрасывать их из окна.       — Сил моих больше нет! — кричала бабушка. — Уматывай отсюда!       Она выкидывала любую мелочь отца, даже про его когда-то любимую кружку не забыла. Словно бабушка хотела вычеркнуть этого человека из их с Ромой жизни.       — Что стоишь?! Уходи! — она показала рукой на дверь. Бабушка не шутила.       Отец даже спорить не стал. Понурив голову, послушно покинул дом и даже не взглянул на семью.       Проводив его презрительным взглядом, бабушка глубоко вздохнула и будто бы ничего произошло, пошагала на кухню убираться.       — Ничего страшного. Помается и вернётся. Ещё извиняться будет. Не понимает по-хорошему, значит буду по-плохому… — бормотала она.       Но отец не вернулся ни в этот день, ни на следующий, ни на последующий.       При взгляде на бабушку внутри всё жгло и болело. Целыми днями она лишь давилась слезами и смотрела в окно. Когда кто-то проходил мимо, бабушка в надежде всматривалась в лицо прохожего, и разочаровываясь, возвращалась к нескончаемым мукам и страданиям. Всё, что осталось от неё — боль и тревога.       Однажды Рома не выдержал и тихо произнёс:       — Может это к лучшему...       — Ром, что ты такое говоришь? — охнула бабушка.       — Ба, ну а сколько ещё тебе надо было его на своей спине тащить?       — Ну он же твой папа!       Тяжело вздохнув, Рома покачал головой. Она не поймёт. Бессмысленно ей что-то доказывать, если она продолжает слепо верить в то, что от прежнего папы что-то осталось.       Вечером к нему зашли Маша и Влад. Из-за усиленной подготовки к экзаменам и проблем с бабушкой Рома совсем забыл про внешний мир. На встречу с ребятами не мог найти даже минуты. Выходил лишь в магазин и обратно. Их приход стал для юноши глотком свежего воздуха.       — Спасибо, что пришли, — Рома по очереди крепко обнял Влада и Машу, — А то тут совсем… худо.       — Да, Ром…. Мы слышали о твоём папе… — сказала Маша.       — Я рад, что он ушёл, — честно признался Рома. — Больше за бабушку волнуюсь. Она сильно переживает. Отец ведь никогда не уходил на столько дней… Я уже успел передумать насчёт поездки в Москву, но бабушка даже думать об этом запретила. Сказала, что если я не поеду, то перестанет делать вишнёвое варенье. А я этого не переживу.       Ободряюще улыбнувшись, Влад притянул Рому ближе, нежно провёл по руке и лишь промолвил:       — Всё будет хорошо.       И Рома мгновенно поверил таким простым, но одновременно кажущимися убедительными из уст Влада словам.       На протяжении трёх часов Маша и Рома без остановки зубрили материал к экзамену. Учили, повторяли и потом вновь возвращались к тексту. Влад же сидел тихо в углу, читая первую попавшиеся книгу с полки. И судя по его непонимающему лицу не очень-то интересную.       — Ну сколько можно? — не выдержал Влад. — Вы всё учите да учите! Наверное, уже весь учебник наизусть знаете!       — И правда, Ром! — Маша отложила тетрадь, — Давай проверять!       — Подожди… Нужно ещё пару тем… — договорить ему не дала Маша, бойко выхватив учебник из рук друга.       — Так, проверять вас будет ваш профессор Серябренцев, — приблизившись, Влад поправил воображаемые очки, взял учебник и стал переворачивать его страницы, — Роман, начнём с вас. Пожалуйста, расскажите, что такое… Ой, как это читается? Биогеоценоз.       — Это совокупность организмов разных видов и различной сложности организации с факторами среды их обитания, — уверенно ответил юноша, будто готовился к этому вопросу всю жизнь.       Влад ничуть не удивился.       — Верно. Так, дальше… На конкретных примерах надо показать приспособление животных к жизни на земле.       — С выходом животных на сушу у них исчезли плавники. Для того чтобы передвигаться по суше им нужны конечности, а у птиц появились крылья. Тело уже не имело обтекаемую форму. Для жизни на суше животным нужны легкие, а не жабры. У многих обитателей суши появилась шерсть или перья, — последовал ответ без запинки.       Восторженно захлопав в ладоши, Маша издала радостный вскрик:       — Великолепно!       — А я и не сомневался, — довольно ухмыльнулся Влад. — Следующий вопрос… — глаза бегали по строчкам, — отличия агроценоза от биогеоценоза.       Ой, а эту тему Рома знал плохо.       — Малочисленный видовой состав, значительное использование дополнительной энергии… — он замялся.       — Ещё два, — Влад ободряюще кивнул.       Рома сверлил взглядом потолок, словно там есть ответ на вопрос.       — Неполный круговорот веществ и…       — Искусственный… — шептала Маша.       — И искусственный отбор! Точно! У биогеоценоза естественный, а у агроценоза искусственный.       — Не считается. Тебе Маша подсказала.       — Но я бы всё равно вспомнил!       — Ну всё, Рома, ты провалил экзамен! — захихикала Маша. — Надо бы тебе наказание придумать... — она загадочно усмехнулась, —Придумала! Ты же щекотки боишься!       — А почему ты раньше не сказала? — деланно возмутился Влад.       В глазах ребят загорелся зловещий огонёк. Заговорщически переглянувшись, они тут же вдвоём набросились на беззащитного Рому. Стали щекотать его живот и тот извиваясь сквозь смех громко визжал:       — Аааа! Предатели!       Некоторое время они смеялись до сбившегося дыхания, а затем шумно дыша с широкими улыбками смотрели друг на друга. Краем глаза Рома заметил стоящую позади бабушку. И она тоже улыбалась. Впервые за три дня.       В кругу близких, находясь дома, где каждый сантиметр наполнен уютом и пропитан чудесным запахом, юноша чувствовал непередаваемое ощущение спокойствия. Душе было по-настоящему хорошо. Как новое фото, Рома поместил тот вечер в галерею памяти.       Утром перед днём отъезда Рома решил встать пораньше, чтобы повторить материал, собрать вещи и прогуляться с Владом. Первые два дела он сделал моментально, а вот Влада пришлось ждать долго.       — Ты опоздал! — возмущённо бросил Рома, когда тот наконец-то пришёл.       — Прости, прости… Просто я проспал, потом ещё и сырники подгорели, а ещё по дороге на цветы красивые засмотрелся…       — Ну в общем, как обычно, — пожал плечами Рома и двинулся в сторону леса.       Когда они отошли на достаточно большое расстояние от деревни, Влад схватил Рому за локоть, резко развернул и, обняв за талию, прижал парня к дереву, крепко поцеловал в губы.       — Не сдержался, — виновато прошептал Влад.       Рома провёл рукой по его волосам, посмотрел в глаза бесконечно долго не в силах поверить, что это происходит на самом деле, а после неуклюже коснулся губами его губ. Пусть Рома целовался неумело, но рядом с Владом ему было всё равно на это. Главное - им обоим нравится, что они делают.       Без лишних слов они направились к ручью, но там к неожиданности сидела Маша. Поджав колени, она пустым взглядом буравила воду. Сразу видно: случилось что-то плохое.       — Маша? — Рома подсел рядом, — Всё в порядке?       После длительной паузы она вдруг очнулась словно после длительного сна и на одном вздохе выпалила:       — Митю в армию забирают.       — Что?       — А чего вы удивляетесь? Он нигде не учится, возраст и здоровье позволяют служить. Если бы не забрали, то Митя сам в армию ушёл. Он давно хочет.       — Ну так чего ты расстроилась? Зверев там счастлив небось, — не понял Рома.       — Переживаю я! А если его в Афган пошлют? Или несчастный случай произойдёт? Или ещё что?       — Если ты так будешь думать, то тебе лучше не станет…       — Конечно, я пообещала, что буду постоянно ему писать. Ждать… Чтобы ему легче служить было.       — Машенька, — подал мягкий голос Влад, который всё это время стоял в стороне. — Ты такая умничка. Митя должен быть тебе очень благодарен.       И он ласково обнял девушку за плечи.       — А ещё сегодня проводы будут… С размахом. Вы придёте?       Недолго думая мальчики синхронно кивнули.       Действительно, провожали Митю торжественно. Обычно в Волково всегда, когда кто-то уходит в армию, устраивают «пир на весь мир»: накрывают столы, собирают добро в дорогу. Как правило, приглашают очень много народу. Вся деревня гуляет от души.       Так было и с проводами Мити. За столом, вдоволь накрытом разными салатами, закусками и основными блюдами, сидели человек двадцать, не меньше. Все они что-то бурно обсуждали, смеялись, пели песни. В центре, конечно же, сидел довольный Митя, а рядом с ним Маша. То и дело он навязчиво лез к ней с объятиями и поцелуями, а девушка мягко отстранялась. Более того, всё внимание было приковано к невестке солдата: любопытные жители расспрашивал обо всём, что можно было. На протяжении застолья лицо Маши становилось всё тусклее и тусклее. Похоже подобное внимание ей не по душе.       Рома и Влад же находились в самом краю стола, неловко переглядываясь. Они чувствовали себя не в своей тарелке.       — А сейчас Митя повесит ленточку! — торжественно объявила мама Мити.       Она передала сыну красную ленту и пока тот вешал её, оставляя дома частицу себя, Рома шепнул Владу:       — Выйдем?       Тот тем временем жадно набивал щёки салатом.       — Угу, — промычал он.       Дождавшись, когда он дожуёт, Рома незаметно проскочил мимо толпы и покинул это душное помещение. Следом вышел Влад.       Они нашли уютное местечко на заднем дворе — на чистой траве под вишнёвым деревом. Так тихо и хорошо…       — Неплохое такое деревце, — оценил Рома, — но до дерева мамы ему далеко.       Расположившись, парни разговаривали о своём. Беззаботно обсуждали проводы Мити, Москву, экзамены и всякие мелочи.       — Не забудь положить пять копеек в ботинок! — вдруг выпалил Влад.       — Чего? — Рома нахмурил брови.       — Ну, перед экзаменом. На удачу. Мне всегда помогает…       — Ещё скажи, что надо голову не мыть, чтобы знания не вымыть.       — Ну да, это тоже. Также можно использовать учебники вместо подушки…       Роме оставалось лишь покачать головой и тихо захихикать. Однако Маша тоже охотно верит во все эти приметы и всегда пользуется, а потом получает отличные оценки. Может стоит прислушаться к совету?       Время шло, а они сидели не двигаясь, не говоря ни слова. Наслаждаясь тишиной, просто разглядывали небо — такое далёкое, чистое, вечное. В детстве оно напоминало Роме океан, а облака — плывущие острова, на которых тоже живут люди. Спустя столько лет он вновь вернулся к этой теории. Конечно, это полностью противоречит науке, но фантазировать никто не запрещает.       Неосознанно Рома повернул лицо в сторону Влада, который с нескрываемым восхищением разглядывал облака. За месяц он стал тем, кто напомнил Роме, что такое мечтать. С которым всё обрело смысл. Рядом с которым он точно знал, что всё будет хорошо.