Нарисуй мои воспоминания

      Утро началось с прыжка в речку. Холодная вода помогла взбодриться, освежиться. Остатки сна как рукой сняло. Вынырнув, Рома прислушался: орали петухи, мычали коровы, где-то тявкнула собака, а за ней другая — деревня начала просыпаться. Светившее в глаза солнце поднималось всё выше. Как же Рома по этому скучал!       В округе ни души. Рома довольно бултыхался в воде до тех пор, пока его идиллию не разрушила Соня. Та выжидающе стояла на причале, нетерпеливо топая ножкой.       — Доброе утро, — неохотно бросил Рома, подплывая к девочке.       — У нас завтра в клубе собрание, — без лишних приветствий начала Соня. — Будем спектакль обсуждать. Ты придёшь?       Под пытливым взглядом Сони Рома почувствовал, что загнан в угол. Ему ничего не оставалось, кроме как выпалить неуверенное: «Конечно». С другой стороны, чем ещё Роме заниматься в деревне? Юноше с каждым днём казалось, что он здесь деградирует. Помимо помощи с бытом бабушке и редких встреч с Машей он больше ничего не делает. А так хотя бы поучаствует в культурной жизни Волково.       — И ещё, — Соня слегка замялась. — Нам нужны декорации всякие, плакаты... Можешь Влада попросить помочь?       — А сама?       — Пробовала! — раздражëнно ответила девочка. — И Маша тоже. Но он отказывается... Вдруг у тебя получится? Вы вроде как дружили...       От слова «дружили» Рома немного стушевался и покраснел. Да, дружили. Когда-то…       — Ладно, я поговорю с ним, — пришлось согласиться юноше, о чем в следующую секунду он тут же пожалел. Представив, как он пойдёт к Владу и начнёт упрашивать его сделать что-то, Рома невольно съёжился и устало вздохнул.       По дороге домой небо вдруг закрыли хмурые тучи, ветки деревьев зашевелились от сильного ветра, а по округе раздался гром. Несложно было догадаться, что вот-вот польёт дождь.       Ускорив шаг, Рома, дабы успеть дойти до дома, решил сократить дорогу — свернуть на заросшую травой тропинку. Как назло, она вела мимо дома деда Коли и, воспользовавшись шансом, Рома мимоходом взглянул в окна, но там никого не оказалось.       Он уже хотел было пойти дальше, но тут послышался шум и, притаившись за углом, Рома стал следить за тем, что произойдёт дальше: выглянул Влад и тотчас из открытого окна кучей полетели изрисованные бумажные листы. Рома не мог не узнать в них знакомые рисунки. Они вертелись, их разносило в стороны, опуская на сырую землю. Некоторое время Влад равнодушно наблюдал как его рисунки медленно гибнут под уже льющимся во всю дождём, а затем оттряхнул руки и захлопнул форточку.       Спохватился Рома только через несколько секунд: кинувшись вперёд, он суетливо принялся собирать разбросанные рисунки, заворачивая их в кофту. Стало вдруг до слёз обидно. Зачем Влад это сделал? Уж Рома-то знал, что рисунки были частью его жизни. В душе теплилась надежда, что их ещё можно спасти.       Дома юноша по очереди разложил рисунки. Дождь сделал их морщинистыми и скомканными, капли оставили мокрые следы. Как и когда-то пару лет назад Рома просушивал каждый лист с помощью утюга и газеты. Перед глазами проносились локации их совместного лета: пляж на реке, Царь-Дуб, крыльцо дома…

***

      Ранним утром Рома, вновь оказавшись на причале, скинул одежду, бомбочкой нырнул в воду и поплыл медленными, размеренными гребками вдоль берега. Наслаждался безмятежной тишиной.       Вдали показалась лодка. На первый взгляд, она была пуста и просто плавала посреди реки, что удивило Рому. Приглядевшись, он заметил неподвижно лежащее тело человека. Мигом стремительными взмахами пловец рванул к лодке. Ближе, ближе.       Спустя несколько секунд, когда лодка оказалась перед Ромой, он залез, чуть не перевернув еë, и тут же оторопел. На сиденье в застывшем состоянии валялся Влад. Как пуля Рома кинулся к нему, прижал два пальца к запястью и в следующий миг облегчëнно выдохнул. Пульс есть.       Пока Рома занимался тем, что возвращал лодку к берегу, Влад постепенно просыпался.       — Ммм... — промычал он.       — Совсем сдурел?! — бросил Рома первое, что слетело с губ, и яростно взмахнул веслом.       — У меня всё было под контролем, — спокойно отозвался Влад, вяло зевая и оглядывался по сторонам.       — Я видел! Семëн тебе бы спасибо не сказал! Это же его лодка, да? Ты ведь понимаешь, что пока ты тут сладко спал, мог уплыть куда угодно! С лодкой могло что-то случиться! — Некоторое время помолчав, Рома вздохнул и произнëс мягче: — С тобой... С тобой могло что-то случиться.       Влад равнодушно отвëл взгляд. Было ощущение, что ему нет дела до сказанного, и больший интерес вызывали деревья вокруг.       А Рома смотрел на Влада и едва сдерживался, чтобы осуждающе не покачать головой. Ему стало вдруг интересно, он спросил:       — Что ты вообще здесь делал?       — Рыбачил, — Влад кивнул в сторону валяющейся удочки и пустого ведра.       Сначала Рома решил, что ему послышалось. Какая блин рыбалка?       Как будто прочитав его мысли, Влад ответил:       — Рыбалка отвлекает.       Стоило Роме причалить к берегу, как Влад тут же засуетился: собрал все приспособления для рыбалки и выпрыгнул из лодки. Какая-то ноющая боль в сердце заставила Рому выкрикнуть: «Погоди!». Влад обернулся, вопросительно взглянул на юношу. А тот и сам не знал, чего он хотел.       Минуту они разглядывали друг друга, пока Рома вдруг не вспомнил о просьбе Сони.       — Думаю, ты слышал, что у нас тут клуб открылся... — начал он. — Будут сказки всякие ставить, дискотеки проводить...       «Сейчас Влад как расцветёт, он же обожает подобное! » — ликовал Рома. Но Влад ни капельки не изменился в лице. Тогда Рома продолжил:       — Не хочешь помочь? Нужно будет декорации нарисовать. А всем известно, что ты мастер в этом! — Рома широко улыбнулся.       Не задумываясь ни на секунду, Влад едва слышно вымолвил:       — Нет.       От этого короткого и тихого «нет» по спине пробежал холодок. Хотелось спросить почему, но Влад, словно это почувствовав, развернулся и молча ушёл. Его фигура, чуть ли не убегая, скрылась за деревьями.

***

      Собрание началось ровно в одиннадцать. Желающих помочь собралось человек десять-пятнадцать, не меньше. Пришли как и дети, так и ребята постарше. Кто-то воодушевлённо перешептывался, а кто-то наоборот сидел со скучающим видом, словно его сюда притащили насильно.       — Так-так, — вошедшая на сцену Соня важно хлопнула в ладоши, что заставило присутствующих обратить на неё внимание — Скоро у нас открытие сельского клуба и...       — У меня предложение! — резко перебил Федька, который вместе с Мотькой сидел на последнем ряду.       Все мигом обернулись, а Соня недовольно нахмурилась.       — А давайте сельский клуб платным сделаем! — голосил Федя. — А то че то неправильно, что на танцы пляски все желающие будут приходить... Мы значит стараемся, придумываем всякое, а они...       — Федя! — возмущённо окликнула его Соня.       — Федь, давай потом? — подала голос Маша.       Игнорируя их, мальчик совсем распоясался и бурно продолжил:       — Пусть люди сюда хотя бы за копейку ходят! Ну или конфетами платят. Все честно!       — Федя, вон отсюда! — писклявым голосом заорала Соня и топнула ножкой. — Или сиди молча!       Федька фыркнул и закатил глаза, но пререкаться не стал. Шепнул сидящему справа Мотьке: «Может уйдём? Тут скучно». Но тот покачал головой, не сводя восхищëнного взгляда со сцены.       Когда голоса стихли, Соня объявила, что в честь открытия деревенского клуба они поставят спектакль, но только надо с темой определиться. Готова выслушать идею каждого. А в ответ тишина. Не хватало только стрекота сверчков.       — Ну… Можно что-нибудь про любовь… — смущённо предложила девочка с первого ряда.       — Да! — подхватила другая. — Золушку!       — Давайте Чука и Гека! — выкрикнула Тамара Васильевна, мама Моти. — Хороший советский рассказ. А мой Матвейка может сыграть главную роль!       Волна оживления прокатилась по залу. Посыпались предложения за предложениями. Роме показалось, что основной целью присутствующих было перекричать друг друга, а не представить свою идею. Все они одновременно говорили что-то, не слушая остальных.       Соня, которая будто в любую секунду готова была разрыдаться, неловко топталась на сцене и беспомощно глядела на Машу. Та стояла в углу рядом с Ромой и выжидающе молчала.       — Может поставить то, с чего всё началось… — подала она вдруг голос.       Людской шум не прекратился. Тогда Рома хлопнул в ладоши и выкрикнул: «Тихо!». Большая часть голосов разом стихла. Одарив друга благодарным взглядом, Маша прочистила горло и заявила:       — Предлагаю сыграть тот же спектакль, с которого всё началось, — слова вызвали в глазах публики интерес. Довольно усмехнувшись, Маша увереннее продолжила: — Мне мама на днях рассказала, что клуб открылся в тысяча девятьсот шестьдесят третьем. И первое, что они поставили, была сказка… Приключения Буратино.       Кто-то разочарованно махнул рукой и фыркнул: «Фу, Буратино! Это скучно!», кто-то спросил: «А любовь там есть?».       — Конечно, — отозвалась Маша. —Между Пьеро и Мальвиной.       — Тогда я за!       — Мне тоже нравится! — светилась Соня. — Это очень… Э…       — Символично, — подсказала слово Тамара Васильевна. — Да, Маша, идея хорошая. И героев много. Моте точно найдётся роль! Моть, тебе как? — Она обернулась в поисках сына.       С последнего ряда мальчик незаметно переместился на сцену. Воодушевлённо он о чем-то общался с Соней. Вернее, говорил только Мотя, а девочка растерянно моргала.       — Матвей, идём! Нам ещё на пианино играть, — Тамара Васильевна подозвала мальчика рукой. Тот незамедлительно спрыгнул со сцены, помахал на прощание Соне и убежал за мамой. В руках девочка держала Мотину фигурку крокодила Гены.       Вечером, когда Рома вернулся из магазина, он застал на кухне бабушку в кругу детей. Юношу окутал аромат свежих кренделей с хрустящей сахарной корочкой, которая может идеально получиться только у его бабушки. Как всегда, возле неё суетилась Маша. Девушка разливала чай в приготовленные кружки, протирала стол, подавала тарелки.       — Что здесь происходит? — слетелось с Роминых губ.       Оказывается, каждый вечер воскресенья чуть ли не вся деревня собирается у них дома, чтобы полакомиться фирменными кренделями бабушки и послушать её истории. «Ей одиноко, вот и зовёт всех к себе» — шёпотом пояснила Маша.       Среди гостей Рома не ожидал увидеть Шуру, Стёпу и Ваню Потапова. Последний за два года так и не научился мыть голову и чистить зубы.       — Ромыч, у твоей бабули самые вкусные крендели на свете! Приходим сюда только ради этой сахарной корочки! — жуя заявил он. — А, ну ещё кот у вас чумовой.       Главной звездой вечера являлся серый кот Леонид. Он, действительный, оказался удивительным: запрыгивал на поверхности только с разрешения человека, ставил на место местных псов одним поднятием лапы, а ещё просто обожал помидоры. К тому же, Леонид безумно любил всех людей без разбора. Рома никогда не встречал настолько тактильное животное. Достаточно посмотреть в его сторону и кот начнёт ластиться, мурлыкать, изгибать спину.       Мог уйти гулять на несколько часов, а иногда и на целый день, но всегда возвращался на крыльцо Роминого дома. По словам бабушки, он появился нежданно-негаданно: просто однажды пришёл во двор, а она его подкармливать начала. Так и приобщился. Никто не знал, откуда этот кот и сколько ему лет, однако Леонид стал для всех хорошим другом. Особенно для бабушки.       Присоединившись к трапезе, Рома с аппетитом принялся набивать рот кренделями. Соня подсела рядом, спросила:       — Ну что, ты поговорил с Владом? Он поможет?       В глубине души Рома надеялся, что Соня забыла про свою просьбу.       — Нет, — промычал юноша с набитым ртом. — Он отказался.       — Но почему?       Рома пожал плечами.       — Да кто его знает… Ленится, наверное. Или ждёт, чтобы его уговаривали.       — Если человек не хочет чего-то, то это не значит, что он ленится, — вступилась сидевшая напротив Маша. — Возможно, Влад действительно не может этим заниматься… Потерять как бы интерес. Понимаешь?       — А надо через «не могу»! — раздражённо рыкнул Рома. — Знает же, что выручит нас, а выпендривается. Ноги и руки на месте, так в чём проблема? Что ещё надо?       Маша, отхлебнув глоток чая, пробормотала под нос: «Он меня не слышит…». Продолжать разговор они не стали.       Ребята помладше дружно просили историю от бабушки:       — Расскажите что-нибудь, ну пожалуйста!       — Например, рецепт этих кренделей! — воскликнула младшая сестра Сони — Зина. Такая же рыжая, веснушчатая и вездесущая.       — Нет-нет, не за что! Рецепт есть в моей книге рецептов, а она спрятана, поверьте мне, в надёжном месте! — бабушка хохотнула. — Хорошо, дружки мои… Сегодня я поведаю одну из легенд про лесное чудовище. Однажды…       Все хором заныли:       — Лесное чудовище уже надоело! Давайте что-нибудь новенькое!       Бабушка покачала головой.       — Раз вы такие, то ладно. Эту легенду я узнала от подруги, а она от бабушки, а та от мамы своей двоюродной сестры… Произошло это в деревеньке по типу нашей. Тот же лес, та же речка. Как-то раз отправилась девочка с тёткой по грибы, да заблудились. Бродили они долго, до самой ночи… Бродили, бродили, как вдруг шорохи услышали… Оборачиваются. Никого. Зверь что ли? Ветер?       Старушка сделала продолжительную паузу. Увидев, как дети подвинулись ближе к рассказчице, а некоторые прикрыли рот рукой в ожидании, что произойдёт дальше, Рома усмехнулся. Сам то он эту историю слышал сто раз. В комнате стояла гробовая тишина, и тогда бабушка продолжила:       — Тётка девочке говорит: «Пойду ка я к реке, да посмотрю, что там происходит». Ждала девочка долго. Ноги у неё от холода дрожали, зубы скрипели, а тётки всё не было. Заволновалась девочка, уже хотела было к речке пойти. Как вдруг… — бабушка подняла руку так резко и неожиданно, что кто-то вскрикнул, — пулей на неё несётся тётка! Волосы взлохмачены, щёки красные, в глазах ужас. «Бежим!» — кричит она девочке. Чудом они оказались в деревне. О произошедшем тётка смогла рассказать только через пару дней. А вот что было: в ту ночь вышла тётка к реке. Из воды на неё смотрели глаза янтарного цвета. Глаза животные, прямо как у нашего Лёньки. Послышался вкрадчивый голос: «Узнать судьбу хочешь?». Тётка кивнула. Точно по волшебству, к берегу выплыло существо – хвостатое, клыкастое! Русалка! Как схватила тётку за руку, да забормотала: «Вижу я кончину скорую… Мало деньков тебе осталось…». Тётка охнула, вырвалась и побежала куда глаза глядят. В деревне уверяли, что глупости это, всё с ней хорошо будет. Через месяц тётку нашли мёртвую в кровати.       — А русалку больше никто не видел? — последовал вопрос после минуты молчания.       — Ни одна живая душа, — мрачно заявила бабушка. — По крайней мере, никто не рассказывал об этом, а так, кто знает… Ну вы чего нос повесили? — старческий голос тут же вновь стал мягким и весёлым, — Кушайте! И чаем запивайте!       Пока ребятня жевала крендели и воодушевлённо переговаривалась, Потап вдруг буркнул: «Ой, а я тут такое вспомнил!». Едва ли все почти одновременно подняли головы, как Потапов оживлённо, размахивая руками, начал свой рассказ:       — Я вообще мало что из детства помню, но этот случай почему-то запомнил… Короче говоря, мы мелкие были, я вообще передний зуб выбил… Ну и вот как-то раз Ромыч нам всем заявил, что видел русалку! Ха, ну и вруном он тогда был, постоянно чушь всякую нёс. Че в голове было? Вообще без понятия. Ну и мы, конечно, не поверили. Русалки только в сказках!       — Вообще-то, Вань, ты единственный, кто тогда поверил Роме, — улыбнувшись исправил его Шура.       — Да да! — загалдел Стёпа.       —Я мелкий был! — рявкнул Потап. — Ну и да, чтобы доказать, что он не врёт, Ромыч повёл нас всех к реке ночью. Никакая русалка, конечно, не приплыла. Ну казалось, всё уже, пора заканчивать цирк и расходиться! Так наш Ромка стал городить, мол чтобы русалка появилась, нужно в речку окунуться и вслух до десяти посчитать. Ну он что думал, мы совсем дураки? Сказали первому в воду полезть, а мы посмотрим. И знаете что? Полез! Разделся и полез в холодную воду! Русалки не было, а мы, дабы проучить Рому, украли его тряпки и убежали! Пришлось ему голому домой идти, а в своих выдумках он вскоре признался.       — Одежду мы в ту ночь сразу же вернули, — поспешил вставить Шура. — И убедились, что Рома дошёл до дома. Просто он правда надоел!       Все засмеялись. Даже бабушка чуть улыбнулась, что рассердило Рому. Неприятно, когда хохочут над тобой, пусть и над маленьким тобой. Хотелось взять и испариться в воздухе. Он покраснел как помидор, встал и выскочил на крыльцо подышать свежим воздухом.       Однако там его ждала неожиданная компания — Соня и Мотя сидели в обнимку на ступеньках и шушукаясь смотрели на звёзды. Только сейчас Рома понял, что последние полчаса эти двое отсутствовали. При виде него юная пара мгновенно расцепилась и смущённо переглянулись.

***

      На следующий день Маша собралась в гости к Владу. Подумав, Рома тоже решил зайти и заодно занести высушенные рисунки, которые были сложены в коробку из-под обуви.       Дверь открыл дед Коля. При виде гостя он недовольно сморщил нос и цокнул языком. Однако Рому пустил.       Ни Маши, ни Влада дома не оказалось. Делать было нечего — с тяжёлым вздохом Рома упал в кресло и стал ждать, нервно оглядываясь. Где же Маша?       — Влад моется, — сообщил дед Коля и со стаканом молока в руках вяло сел на диван, уставившись в книгу.       Старик листал страницы, громко хлюпая молоком и изредка кидал хмурые взгляды в сторону Ромы.       — А хотите интересный факт о молоке? — Рома попытался начать разговор.       Деду Коле явно было всё равно, но Рома всё равно сказал:       — Молоко тюленя и кита питательнее коровьего.       Дед хмыкнул и скептически спросил: «Это ты в своем институте узнал?».       — Эээ, нет... Но мы много что изучаем. Например...       — Что там в деревне происходит? — перебил дед. — Внук мой, как и я совсем затворником стал, ничего не рассказывает.       — Ну, сельский клуб восстанавливают. Спектакль будем ставить. «Буратино».       На этих словах дед поднял голову, показывая блеск в своих глазах.       — Что такое? — осведомился Рома.       — Двадцать три года назад моя дочка Зоя участвовала в этой постановке.       Это что-то новенькое. Дед Коля редко упоминал имя матери Влада.       — В главной роли?       — Ой, нет, конечно... Так, секунду по сцене прошлась... Но Зойка блистала, — взгляд старика устремился вдаль, предаваясь воспоминаниям. — Я хорошо помню тот день: на Зое лучшее платьице бежевого цвета, на мне галстук в горошину. Зал полон гостей. Не только из Волково, но и из других сëл и деревень. Для всех этот спектакль — праздник. В деревне столько лет не было чего-то хорошего, так долго она восстанавливалась после войны... И тут наконец-то что-то радостное, громкое, яркое. Неважно, друг сидел рядом или просто знакомый, все смеялись, обнимались, общались. Все были счастливы.       — Не могу ничего обещать, но возможно, нам удастся повторить тот день... Приходите на спектакль.       — Нет, не удастся, — горестно покачал головой дед Коля и отпил молоко. — Не удастся. Дело в том, что... Людей из того времени не вернуть.       На этом моменте перед ними возник Влад. От его кожи веяло ароматом земляничного мыла. Судя по вопросительному взгляду юноши, Влад не ожидал увидеть здесь гостя.       — Мы не договорили вчера, — заявил Рома.       Промолчав, Влад кивнул и юркнул в комнату. В быстром темпе Рома поднял коробку и последовал за ним. Оказался в пустой спальне с плотно зашторенными окнами, через которые едва пробивалась блеклая полоска света. На тумбе покоился букет засохших ландышей в вазе.       Пока Влад старательно вытирал полотенцем свои по-прежнему непослушные, влажные волосы, приглаживая их руками, Рома собирался с мыслями. Думал, как лучше начать разговор.       — Мне кажется… — начал было Рома, но тут Влад непринуждённо снял майку, оголяя верхнюю часть тела. Взгляд неосознанно пробежался по выпирающим нижним рёбрам, заставив Рому сглотнуть и на секунду забыть, где он и зачем пришёл. Изо всех сил стараясь смотреть в глаза Влада, парень сдержанно продолжил: — Мне кажется, тебе стоит ещё подумать над моим предложением. Дед сказал, что ты затворником стал. Вот, отличная возможность выходить из дома!       Зевнув, Влад устроился на кровати и с головой залез под одеяло. На Рому не обращал никакого внимания. Тот, решив, что так и останется без ответа, хотел было уйти, но тут послышался тихий уставший голос:       — Во-первых, я выхожу на улицу. Рыбачу иногда. Во-вторых, с чего ты решил, что мне не нравится дома сидеть?       — Влад, ну я же тебя знаю! Ты бы никогда не хотел стать как твой дед…       Вновь в ответ молчание, но Рома не сдавался: присел на край кровати и оживлённо продолжил:       — Ну Влад! Хватит выёживаться! Соглашайся. Ты же мастер в творении чего-либо! А как говорится: дело мастера боится.       Рома надеялся, что он наконец прекратит свои уговоры и со спокойной совестью отправится домой, но вместо долгожданного согласия Влад с тяжёлым вздохом привстал и кивнул в сторону стоящей коробки.       — Что это?       — Твои рисунки. Спас их от ливня. Каждый просушил, — Рома подал коробку в руки Влада.       — Зачем? Я же их специально выбросил, — с раздражённым и брезгливым выражением лица Влад доставал каждую работу, будто это последняя вещь на земле, которую он хотел держать в руках.       — Это была ошибка. Как и то, что ты отказываешься делать нам декорации.       При виде рисунка берега, на котором юноши часто проводили летние ночи, его стеклянный взгляд серо-голубых глаз вдруг потеплел, хотя губы оставались опущенными.       — Лето восемьдесят четвёртого… — пробормотал Влад. — Тогда было так… Легко.       — Да, но ведь то, что было тем летом, осталось там же? — Рома улыбнулся.       Влад вдруг весь сгорбился, сжался, заметно поник… Губы стянулись в узкую полоску, а руки задрожали. Прикрыв веки, юноша упал на кровать.       «Что не так?» — хотелось спросить Роме, но тут он услышал резкий вопль за окном. Вскочив с места, он кинулся к двери. Влад остался лежать на месте.       — Говоришь, дело мастера боится… — прошептал он. — А что делать, если мастера воротит от дела?       Это было последнее, что услышал Рома, прежде чем выбежать из дома и оказаться на улице в самом разгаре событий.