Чувства

— Те-е-ен! — блондин помотал перед моим лицом рукой. — Ты чего молчишь-то? И что же мне ответить? Пожалуй, я промолчу. Не хотелось бы мне разговаривать с предателем. Как же низко человек должен пасть, чтобы, мало того, что спорить на деньги, так ещё и на человека, его эмоции. Сасори и Наруто что, не знают, что все тайны рано или поздно становятся явью? Им никто не говорил? Или нет, дайте угадаю: раз у Наруто не было родителей, то он, естественно, понятия не имеет. Это его оправдание. И оправдание, что он идиот. Решила проверить искренность людей. Проверю я, полагаясь на честность Узумаки. Как? Просто. Если он ответит на вопрос, который я ему задам, честно, то искренние люди есть, и я среди них. А если солжёт, то прощай моя вера в людей. — Наруто, скажи, ты решил подружиться cо мной, потому что этого хотел, или по какой-то другой причине? Мой вопрос его явно удивил. Значит, не ожидал такого. И что же ты ответишь? Признаешь, что поспорил на то, что изменишь такую, как я, или скажешь, что просто захотел познакомиться, а изменить, — чтобы можно было общаться? Я удивлюсь, если он признается, но пойму, если он не скажет. Поражусь, если окажется, что и то, и то. Если сознается, но скажет, что и хотелось подружиться, не смотря на спор. Но это самый бредовый и маловероятный ответ, который он может выбрать. Он загрустил как-то. Улыбка исчезла с его лица, что довольно непривычно для такого оптимиста. Наверно, возможно, я не уверена, но, может быть, он догадался, что я знаю. Или… Ему неприятна правда? — Ну, знаешь, — не торопясь, начал он. — Я… подружился с тобой, не только из-за того, что мне хотелось с тобой общаться… — Остановился, пытаясь подобрать слова. Спокойно перебила: — Ну, и какая же настоящая причина? — Знаешь, иногда правду не стоит говорить, чтобы не делать другим больно… Но и лгать нехорошо… — Так, ты ответишь? — поторопила его, не сдержавшись. Он посмотрел на меня: — Если обещаешь, что после того, что узнаешь, — не изменишься и не изменишь мнение о других! — повернув голову в сторону, добавил: — За этот, хоть и короткий, но срок, я понял, что ты, найдя трудность, не пытаешься её преодолеть, а помогаешь ей на себя надавить. А я делаю иначе. Вместо того, чтобы бросить общение с кем-то, я просто делаю из проблем выводы, а не закрываюсь в себе, как это делаешь ты. — Наруто, может, ты всё же ответишь? Он вздохнул: — Я тебе скажу правду, но знай, даже, если ты меня возненавидишь, бросишь веру в людей и всё такое прочее, — я всё равно буду считать тебя своим другом, буду общаться с тобой, даже, если ты мне яйца оторвёшь, даже, если будешь избивать меня за каждое слово, улыбку и прочее, я всегда буду считать тебя частью себя, даже, если тебе на меня наплевать. Я начала хлопать в ладоши, удивив его и привлекая внимание некоторых студентов. Начала качать головой, проговаривая: — Я поняла-поняла, только ответь уже на этот грёбанный вопрос, пожалуйста. — Слово «пожалуйста» я выдавила из себя. Он повернулся ко мне всем телом и, волнуясь, сказал: — Тогда обещай, что, узнав правду, какая бы она не была, ничего в тебе не измениться! — Говори уже. Он, опустив голову, сказал, наконец-таки: — Мы с Сасори поспорили. Он сказал, что я не смогу сделать из тебя… Нормального человека, а я сказал, что справлюсь… — Подняв голову, он добавил: — Но мне всё равно хотелось с тобой подружиться, было интересно с тобой общаться, ведь я даже толком не знаю тебя! — Это я уже слышала. Спасибо, что хоть не соврал, и признал, что поспорил, но я не давала обещания, так что, пожалуй, не выполню его, ты уж прости… И ещё, я и так знала, что вы с Сасори поспорили на меня, мне Саске рассказал, — решила, раз он сказал правду, то достоин знать, к чему я начала этот разговор. Мои слова его, пожалуй, потрясли. Видимо, он не ожидал, что Учиха сдаст их. Да я и сама не ожидала, что Саске окажется таким. Ну, и пошёл он. — С-Саске? — слегка дрожащим голосом сказал он. — Откуда он узнал? Зачем он… — Сам себя спрашивая, не понимал блондин. — Мне на него наплевать, да и ты бы лучше не заморачивался на его счёт: он из таких людей, которые сделаю всё, чтобы достигнуть свою цель, и это «всё» может даже быть противозаконным, — серьёзно сказала я, может, преувеличивая, а может, преуменьшая. Блондин усмехнулся: — Саске, конечно, не самый приятный тип, но и не такой плохой, как ты говоришь, — немного подождав, добавил: — Ты его просто не знаешь, вот, если бы он с тобой подружился, то ты бы поняла, что в душе он противоположность себя снаружи. — Я так не думаю, — реалистично относясь к словам, процедила. — Даже хорошо узнав человека, никогда не поймёшь, что у него внутри… Скажи мне, Наруто, ты хотел подружиться со мной, чтобы использовать? Он воскликнул: — Нет! Я никогда не использую людей, мне не нужно их использовать, для меня счастье, если они есть, а использовать могут только моральные уроды. Огорчившись ответом, повернулась в сторону и, опустив взгляд, сказала: — Люди были созданы для того, чтобы их любили, а вещи были созданы для того, чтобы ими пользовались… — Подняв голову к потолку, добавила: — Мир находится в хаосе потому, что вещи любят, а людьми пользуются — я уже не помню, кто это сказал, но фраза запомнилась. Наруто, поняв, что я нахожусь в крайнем случае, задумчиво произнёс: — Многим уже не больно, ведь они уже давно потеряли веру во всё, — ещё более загадочно сказал: — Я не хочу, чтобы ты потеряла веру только из-за того, что тебя когда-то бросили друзья и… поспорили… — Наруто, знаешь, почему, когда я с тобой встретилась, то не верила, что ты другой, особенный? — он кинул на меня взгляд. Я посмотрела на него, добавив: — Мир настолько испортился, что, когда передо мной появился ты, чистый, искренний человек, который захотел быть рядом, я начала искать в этом подвох… — опять опустив взгляд, добавила: — Ненавижу момент, когда начинаю понимать, что зря искала в человеке хорошие качества… Нет, ты, наверно, другой, может, особенный, но и в тебе есть кое-что плохое… — Он уставился на меня, пытаясь прочитать мои мысли. — Будь я на твоём месте, вместо того, чтобы принять спор, я бы послала Сасори, ведь я понимаю, какого это, когда играют на твоих чувствах, а ты, наверно, не знаешь, поэтому и поспорил на меня… Узумаки вздохнул: — ТенТен, ты не думай, что ты одна была когда-то одинокой, ты же… Не знаешь ничего обо мне, верно? Ты же даже не знаешь, через какое одиночество проходил я… Твоё не сравнится с моим. — Я знаю, — с неохотой перебив его, призналась. — Мне об этом уже говорил Акасуна, так что ничего нового ты мне не объяснишь, можешь не утруждаться. — Но Сасори и сам почти ничего не знает, а в ситуации с тобой… Я, пожалуй, расскажу тебе о моём прошлом… Перебивать его я не хотела. Пусть рассказывать, всё равно преподаватель ничего интереснее не скажет. Всё, что он мне рассказал, было довольно печально. Его родителей убили у него на глазах. Это было вооружённое ограбление. Его мама, Узумаки Кушина, умоляла грабителя оставить в живых Наруто и не причинять ему вреда, когда ему самому было всего лет пять. Он убил их, забрав всё, что было при них. По неизвестной причине, оставил блондина в живых. Взял к себе его дядя, Джирайя. Но, к сожалению, и он погиб. Наруто рос в одиночку, но и тогда не сдавался. Смог нормально жить, забыв о прошлом и думая о будущем. Сидя в столовой, ловим взгляд ничего не понимающего Учихи-младшего. Сочувствуя Наруто, я забыла про обиду. Поспорил, ничего. Это уже неважно. Если моё изменение не только обрадовало Узумаки и убедило Акасуну, что блондин обладает невероятной способностью менять людей, так ещё и получил за это деньги, то я рада за него. Молодец, ничего не скажешь. Может, это и спор, зато хоть кто-то чего-то достиг, познакомившись со мной. — Тен, после всего, что я тебе рассказал, ты останешься такой, или… Станешь другой? — внимательно следя за моей реакцией, спросил блондин. — Я…