Сборник: Химия

- Как тебе фильм, Зоренька? – тусклый блеск дорогих именных ролексов в свете уличных фонарей, освещавших дорогу по обочине, невольно приковывал взгляд, отдавая легким флером странной роскоши. Вел автомобиль Бром уверенно, немного петляя меж редких попадающихся по пути машин и набирая скорость. Смотреть на мелькающий за окном пейзаж, представлявший из себя сплошную лесополосу, быстро наскучило, и Золото переключился на своего личного водителя, и мужа по совместительству, разглядывая и мысленно подмечая маленькие, но весьма важные детали.       Сшитый по фигуре на заказ костюм-тройка, дорогие, подаренные им, часы, аккуратная укладка, немного жесткий профиль, мягкая улыбка и отражающиеся в глазах дорожные огоньки. Красивый, крепкий, статный, сильный – Золото всегда выбирал для себя только лучшее. То, что когда-то он решил с ним сойтись, уже должно было стать для Брома комплиментом наивысшего сорта.       Как чертова мука, в которой они оба извозились этим утром, когда планы на завтрак резко поменялись.       Аурум ненавидел бардак, пустой перевод продуктов, и то, что ему начинали мешать, когда его величество все же решал встать у плиты. Бром имел свои рычаги давления, и Аурум собирался обидеться после, однако, пачкая семенем ласковые губы, в который раз за утро изменил намеченный план. Такой беспредел и всё на его собственной кухне. - Ужасно, - фыркает, сползая вниз по сидению и царапая ногтем замок бардачка, - актеры переигрывали, музыкальное сопровождение просто отвратительное и… - Поэтому я уже купил билеты на симфонический оркестр на следующие выходные, Зоренька, - ласково касается острой коленки Бромум, ободряюще похлопывая. Такой ответ металл более чем устраивает, и Аурум позволяет себе расслабится, переключившись на панель управления и переключая радиостанции. Они ехали уже час, и Золото успел заскучать, а сон, как назло, совершенно не шел. Планшет разрядился, и попытка подключить его к автомобилю встретила сопротивление в лице водителя, оповестившего возлюбленного, что бензина им хватит ровно до ближайшей заправки, и добавлять машине больше нагрузки не стоит. Лишенный удовольствий современных благ, Аурум попробовал завести незатейливую беседу, и пускай Рома послушно отвечал на каждую его реплику, было видно, что сосредоточен на дороге он много больше, чем на жаждущем общении муже, и такой расклад металл тоже не устроил.       Отвратительная поездка. - А ресторан как, понравилось? – не теряет попыток расшевелить насупившийся металл Бром, слишком резко сворачивая на повороте. - Ужасная кухня, мясо прожарено абсолютно неверно, - ворчит, сучит, и повисшее в машине напряжение ощущается кожей. Бром уже начинал чувствовать вину за недовольство супруга, но сделать ничего не мог: телепортацию до сих пор не изобрели. Последняя надежда оставалась на то, что загородный водный комплекс понравится Ауруму, и тот немного размякнет в горячих ваннах с вином, но навигатор упрямо показывал ровно час до приезда, из чего следовало, что терпеть ворчание возлюбленного придется еще долго. При таком раскладе, Рома рисковал хорошим настроением Аурума даже в чертовых ваннах: скопившееся недовольство может сильно испортить сюрприз. - Золотко, может тебе включить твою любимую музыку? Можешь подключить свой телефон и послушать, - предлагает галоген, уповая на свой последний шанс спасти эту поездку. - Кому цветы? - Что? – он даже отвлекается от монотонной картины дороги, оборачиваясь на копающегося на задних сидениях Золото. - Букет, под кофтой твоей, что за обращение такое с цветами? - бубнит, освобождая нежные лепестки от грубой ткани и с любопытством касаясь молочного цвета роз. - А, это тебе, - улыбается, подмечая заинтересованный блеск в фиалковых глазах, - хотел вручить по приезду.       Золото в ответ только фыркает, копошится еще, и Бром совершенно забывает про маленький пакет из секс-шопа, оставленный рядом с букетом. Он забывает, а Аурум находит, и все его планы на вечер теперь на виду. - А это что? - Я очень соскучился, - смущенно улыбается Бромум, прокашливаясь и приковывая свое внимание к дороге, только сильнее выжимая педаль газа. Скорость Аурум совершенно не пугает, не отвлекает даже, от разглядывания флакона со съедобной оральной смазкой. Вертит в тонких пальцах, читая маленькие буквы и вопросительно выгибая бровь. - Шоколад? - Ты же любишь шоколад, - краснеет Бром, нервно облизывая губы и еще пристальные вглядываясь в неменяющийся пейзаж дороги. - А, так это для меня… - задумчиво тянет металл, щелкая колпачком и принюхиваясь. Касается капельки на дозаторе языком, смакуя и довольно кивая, будто соглашаясь с тем, что качество и палитра его устраивает. - Я… - Закончи с оправданиями, - хмыкает, поворачиваясь к Роману всем корпусом и задумчиво окидывая возлюбленного взглядом, - ты хотел, чтобы я сделал тебе приятно, я понял. - Я не настаиваю, Зоренька, и… - речь прерывает вздох удивления, и машину немного дергает, когда сам водитель содрогается всем телом, чувствуя чужую руку на ширинке брюк, - что ты делаешь, Зоренька, хороший мой?       Золото не отвечает. Дергает за язычок молнии, уверенно и сильно разминая ладонью паховую область, обхватывая начинающий твердеть член сквозь ткань белья. Бром заводится от его касаний моментально, крепче сжимая руль в руках. - Зоренька, солнцеликий мой, я же машину веду, может ты… - Отстань, - фыркает металл, высвобождая плоть от ткани и крепко сжимая в ладони. Льет холодный лубрикант на горячую кожу наливающейся кровью головки и ныряет под правую руку супруга. Брому кажется, что он забывает, как нужно дышать, когда губы любимого смыкаются вокруг его члена, слизывая масла с шоколадным вкусом. Если Аурум и вбил себе что-то в голову, то пытаться остановить его – дело бесполезное. - Зоренька, ну что же ты… - дышит прерывисто, и невольно вздрагивает, когда металл принимается за дело всерьез. Берет глубоко, касаясь носом пол рубашки, активно помогая себе проворной ладонью. Рычаг упирается ему в ребра, но Аурум сосредотачивается на других ощущениях, игнорируя дискомфорт. Машину ведет уже в третий раз, и Бром снижает скорость, получая возмущенный шлепок по бедру. - Только остановись, и тогда остановлюсь я, - возмущенно шипит Аурум, недовольный длительностью поездки и безо всяких внезапных остановок. Бром подчиняется, набирая прежнюю скорость, старательно концентрируясь на дороге.       Сложно, невозможно почти, когда Аурум втягивает щеки и пускает в ход свой сладкий от шоколадной смазки язык. Он едва не теряет управление, когда заканчивает в глубине теплого рта, орошая горло Аурума теплым и солёным. Дышит тяжело, широко распахнув глаза коньячного цвета, и сглатывая густую слюну. Золото выглядит достаточно довольным совершенной им выходкой, и все претензии застревают где-то ниже пояса.       Адреналин стучит в висках, и липкий страх остается влагой на идеально выглаженной рубашке.       На навигаторе – еще долгих сорок минут.