Бусинка

      Сказали бы мне после первой встречи с незнакомцем в сиреневом свитере, что мы будем вместе, я бы ни за что не поверил. Чимин всегда казался мне кем-то нереальным и прекрасным, и даже сейчас есть задние мысли, что юноша может просто раствориться в моих объятиях, исчезнуть, что я не больше, чем душевнобольной со своей галлюцинацией. Мы с Паком не ставили официальной даты начала отношений, мне даже вслух тяжело сказать, что встречаюсь с самим Пак Чимином. Нам просто хорошо вдвоем. Утром добираемся вместе на метро, однако теперь можем украдкой держаться за руки и дарить друг другу смущённые улыбки. Я не сторонник проявления близости на людях, особенно в нашем случае, стараюсь не сильно лезть к Паку, как бы мне ни хотелось. Я даже остерегаюсь остаться с ним наедине в безлюдном помещении, боюсь не сдержаться и заключить Чимина в самые крепкие объятия, подхватить на руки и никогда не отпускать. У меня это первый опыт отношений, иногда не понимаю, насколько адекватны и благоразумны мои мысли, хотелось бы спросить совета у более опытного человека, однако в нашей небольшой компании я являюсь самым старшим, а расспрашивать Тэхёна о его опыте не решусь. Я утопаю в чувствах с головой, однако проявляю малую часть, боюсь поступить слишком резко или навязчиво.       Мы только сейчас стали переписываться с Чимином, однако делаем это только во время учёбы. Удачно совпало, что мы оба предпочитаем звонки, пусть это и не сравнится с живым общением, однако мне очень нравится разговаривать по телефону перед сном. Во время разговора голос юноши становится всё более сонным, от чего меня самого клонит в сон, и в полусонном бреду я представлю, как Чимин лежит на соседней подушке. Однако я нашёл способ проявления своей привязанности через небольшие подарки. Да, первое время Пак ни в какую не хотел принимать маленькие сладкие подарки, но в итоге мы сошлись на том, что я могу покупать ему фрукты или продукты без каких-либо добавок. Меня не покидает тревожная мысль, что у близкого человека серьёзное расстройство, из-за которого он не может спокойно есть и относиться адекватно к еде. Пак как-то признался, что считает калории, однако он сам хотел бы не зацикливаться на съеденном, он откровенно мучается со своими загонами. — Я прекрасно понимаю, что мало ем и это ненормально, однако не могу просто взять и остановиться, каждый кусочек банана для меня словно порция плотного обеда, понимаешь? Тэхён сильно помогает, готовит нам полезную пищу, но я всё равно не в силах наложить себе полноценную порцию, если съем больше, то в итоге пойду в туалет и станет только хуже, — рассказал как-то Чимин на нашей вечерней прогулке.       От его слов у меня кровь стыла в жилах. Из-за этого боюсь привести его в какое-нибудь кафе, потому что буду чувствовать вину из-за того, что ем острую и высококалорийную еду, когда Чимин будет настаивать до последнего на листьях салата. — Ты не пугайся, я делаю успехи, раньше всё было в край запущено, переломный момент произошёл, когда я оказался в белой койке с многочисленными трубками из-за голодного обморока. Тогда врачи сказали, что я на грани анорексии. После был серьёзнейший разговор с Тэхёном, он плакал и напрямую говорил, что боится увидеть меня мёртвым в квартире из-за очередного обморока. — Чимин… — Мне было до слёз больно слышать столь горькую правду, я остановился и слегка приобнял юношу. — Я тебе безгранично благодарен за доверие и откровенность, но мне как-то стыдно за то, что не могу сполна поддержать и… мне не по себе, что пока я спокойно ем, ты можешь мучить себя голодом, я чувствую вину… — Ты ни в чём не виноват. Не смей даже думать об этом. — Пак отстранился и с серьёзным лицом продолжил: — Я никому не пожелаю пережить тот ужас, что был у меня. Не вздумай есть меньше. Никогда. Это бескрайний тёмный океан, в котором ты тонешь и не видишь краёв надежд. — Но что послужило началом твоих мучений? В какой момент ты посчитал, что нужно перестать есть? — я искренне не понимал и хотел узнать причину, однако Чимин помрачнел и, предаваясь воспоминаниям, слегка злобно ответил: — Не могу сказать. Я уже специально говорю тебе слишком откровенные вещи, чтобы ты понял, с каким «прекрасным» человеком имеешь дело. Если ты осознаешь, что не можешь со мной справляться, то ты имеешь здоровые аргументы уйти, я всё пойму и никогда, ни на секунду не буду держать на тебя обиду. — Прекрати, — мне стало страшно из-за столь серьёзного Пака, я крепко прижал к себе парня и шёпотом обещал, что не уйду от него. — Зря ты так говоришь, — со слезами на глазах ответил тогда Чимин.       С Паком нелегко. Недомолвки, тайны, травмы. Всё это тянется с самого начала нашего общения, и я искренне хочу помочь парню, однако до сих пор чувствую иногда холод с его стороны, не могу разгадать правдивых чувств Чимина ко мне. Если я стараюсь проявлять внимание к юноше и говорить тёплые слова, то он лишь смущённо благодарит и обнимает меня в ответ. Я жду момента, когда Пак сам начнёт проявлять свои чувства (ведь они же у него есть, да?) в ответ.       (однако иногда, ненароком заглядывает в мою головушку страх, что Чимин не может отказать и проводит время со мной из жалости)       Как-то даже пытался обсудить это с Тэхёном, однако тот виновато отводил глаза и извинялся, что не может рассказывать прошлое Пака за его спиной, юноша сам должен достать все свои скелеты из шкафа. — Я тебе ещё в начале знакомства сказал, что Чимин сложный человек, не могу за него рассказать все травмирующие события. — Но что мне следует делать, чтобы Чимин начал говорить? Я и так послушал не одну историю из прошлого, я ко всему готов, приму его любым. — Ждать. Это единственное, что могу посоветовать. Прости, хён.       Я смотрю устало на Тэхёна с Чонгуком и не понимаю, почему оба яро отрицают тот факт, что они не больше, чем друзья. За младшими смешно наблюдать. Сколько их вижу, юноши постоянно смеются, от них веет лёгкой атмосферой, в глубине души, наверное, завидую. Хотел бы я, чтобы и у нас с Чимином отношения продвигались также беззаботно и весело, но я не собираюсь ломать юношу и создавать фальшивый образ, я просто хочу вытащить Пака из тяжёлого состояния. Однако не знаю, сколько уйдёт на это времени.       Меня душила ещё одна навязчивая мысль. Хосок. Прошло около трёх недель, а Чон так и не заговорил со мной. Мы сидим на парах и в столовой по отдельности, словно до этого никогда не общались. Даже с моими однокурсницами больше контакта, чем со старым другом. Хосок избегает моего взгляда, старается не столкнуться лишний раз на перерыве. Из-за этого сильно волнуюсь. Юноша ходит везде один: так и не нашёл себе здесь человека по духу. Я уже как-то пытался заговорить с ним на перерыве, однако Хосок даже голову на меня не поднял и всем видом показал, что не хочет разговаривать. Чон оборвал все связи не только со мной, но и с нашей компанией. Иногда окончательно запутываюсь и высказываюсь Анри, в такие моменты это помогает хоть как-то привести мысли в порядок, пересказав их все вслух.

***

      Сейчас у нас с Чимином очередная прогулка после учебы, мы предпочитаем максимально безлюдные и тихие места, к несчастью, от Пака на этот раз веяло негативом. — Что случилось? — решил я как-то разбавить напряжённую атмосферу. — Не выдался день в университете, ничего серьёзного, — коротко ответил Пак и снова замолчал, дав понять, что не настроен на разговор. — Если хочешь, то можем сходить в другое место или… — Всё в порядке. Меня всё устраивает.       Я пытался разговорить Пака, однако его ответы были поверхностными, и в них откровенно слышалось раздражение. Как бы я ни пытался, юноша оставался то ли уставшим, то ли обиженным, не знаю, что уже делать…       Резко останавливаюсь и разворачиваю Пака к себе лицом. Устал.       — Хватит быть недовольным. Я пытаюсь всё как-то исправить, но ты никак не реагируешь. Чтобы не ссориться, давай лучше закончим нашу прогулку.       Чимин на мою претензию лишь отстранённо кивает и разворачивается обратно в сторону метро, но безразличие раздражает меня ещё больше и я кричу Паку в спину: — Скажи мне, я хотя бы тебе нравлюсь?       Чимин остановился. Повернулся в мою сторону. Глаза испуганы. Он не может ответить на простой вопрос. — Мы это не обсуждали, но мы встречаемся? Я всё время лезу из кожи вон, пытаюсь тебе угодить, но при этом боюсь надавить. А ты остаёшься закрытым. Да что я делаю не так?! — У меня накипело, я не осознал, когда повысил голос и вылил все волнующие эмоции за раз, впервые выдвинув свои чувства на первое место.       В ответ пустота. Я не успеваю разглядеть реакцию Чимина, он разворачивается и быстрым шагом уходит в другую сторону, оставляя меня одного. — Блеск, просто замечательно! — не скрывая сарказма раздражённо крикнул на последок, позабыв о том, что всё-таки нахожусь в общественном месте. — Вот и поговорили!       Не любитель я ссориться и разводить драмы, но сейчас было очень больно и обидно. На душе стало ещё более тяжело. Я не в силах справиться с таким вихрем эмоций сразу, поэтому направляюсь в до боли знакомое место — небольшое кафе напротив университета с немного нелепым названием «Тунец». Эти стены видели меня уставшего и счастливого, с разными людьми. Но сейчас я не выпиваю в непринуждённой атмосфере с другом, а от горя напиваюсь, чтобы хотя бы ненадолго позабыть обо всём. Дожили. Многие творческие люди спивались, и если я не научусь взаимодействовать с окружающими и с собой, то ждёт меня похожая участь.       Чем больше во мне соджу, тем быстрее меня покидают все волнения, я не замечаю, как за окном темнеет, людей становится всё меньше. В какой-то момент пошёл сильный дождь. Звуки капель успокаивают, мне нравится наблюдать за паникующими людьми, которые так спешно прячутся от холодного душа. Переводя взгляд на пустые бутылки я осознаю, что через час об этом совсем не буду задумываться, хочу расслабиться полностью, однако прерывает мои страдания молодой человек, который подсаживается напротив. — Я так понимаю, у тебя в планах напиться до такой степени, чтобы отключиться прямо здесь? — мягким голосом спрашивает наглый парень, явно не собираясь уходить.       Впервые его здесь вижу, в этом я уверен, такого красивого человека нечасто встретишь, может, я один из счастливчиков, которому перепало заговорить с айдолом? Его так и хочется назвать идеальным, сравнить с Аполлоном. Лицо миловидное, как у щенка, пухлые губы, сомкнутые в полуулыбке, любопытные глаза, аккуратная прическа и одежда: не человек, а фарфоровая статуя. Парень может даже соревноваться на реальность существования с моим Чимином. При воспоминании о Паке одна из ран вновь пульсирует, рука тянется к бутылке, но её перехватывает айдол со словами: — Послушай, напиться — не выход, уж поверь по опыту. Лучше выскажись, пока ты ещё вменяем, незнакомому человеку всегда проще, мы всё равно остались в моём кафе одни.       Я немного опешил. Всё шло по сценарию, пока не подсел наглый незнакомец, вдобавок требующий, чтобы я ему душу излил. Он вызывает во мне не доверие, а раздражение. — Отдай бутылку, — я грубо потребовал, на что получил тёплую улыбку в ответ. — Приятно, что ты считаешь меня ровесником, но всё же я хён для тебя, однако на сегодня разрешу обращаться на ты, так уж и быть. Пить больше не позволю, требовать оплаты за алкоголь не буду, но взамен ты расскажешь причину запоя. — Ты кто вообще? — я продолжал недоумевать, чего этот тип привязался. — Ну-ну, повежливей строй предложения. Я Ким Сокджин, заведую этим кафе, видел тебя не раз, предполагаю, что учишься в университете через дорогу, но вот в таком подавленном состоянии вижу тебя впервые, ты мне словно старый знакомый, хочу помочь. — Тебе знакома тема отношений, хён? — мне стало интересно, что из этого странного диалога выйдет.       Мой вопрос вызвал тёплую улыбку у собеседника, от Сокджина так и веяло домашним уютом и спокойствием, он уже начинает вызывать доверие. — Дай угадаю. Недавно появились отношения и вдобавок первые конфликты?       Моих удивлённых глаз явно хватило для подтверждения догадки. Судьба решила свести с человеком, которого мне так не хватало. В какой-то момент я начал изливать душу, рассказывая подробно о своих чувствах с первой случайной встречи в метро и по сегодняшний случай, опуская все имена и тот факт, что Чимин — парень. Лучше полностью не доверять людям. Я впервые высказал свои опасения человеку насчёт невзаимных чувств и жалости, которую может испытывать ко мне Чимин. Объяснил, что мой человек — запутанная и травмированная личность, я уже не понимаю, как с ним лучше разговаривать. На протяжении моего монолога Сокджин внимательно слушал, однако лёгкая улыбка не покидала его утончённого лица, ему явно эта тема знакома. — Конфликты в начале отношений неизбежны, это первая ступень проверки вашей выдержки, сегодня уже не трогайте друг друга, но завтра вы обязаны поговорить, — чётко высказал своё мнение Ким.       Джин бесспорно прав, но на деле заговорить с человеком невероятно трудно, особенно когда ты являешься очагом ссоры. Я устало выдохнул. Снова не осознаю, как лучше подкрасться ближе к закрытому Чимину, что стоит предпринять. В один момент почувствовал, как мою руку накрыла чужая тёплая ладонь, после чего Сокджин предложил: — Давай здесь завтра встретимся, я помогу на свежую голову подобрать слова для извинений, идёт?       Я лишь удовлетворительно кивнул, после чего хён заказал такси без моего ведома и убедил, что сегодняшний заказ за его счёт. — Спасибо, хён. — Не стоит, — вновь искренне улыбнулся Сокджин, я уже открыл дверь, как тут в спину ударился внезапный вопрос: — Стой! А как тебя зовут? — Мин Юнги, — в последний раз улыбнувшись Джину, ответил я. — Тогда до завтра, Юнги.

***

      Сейчас у меня обед в университете, поэтому я быстро мою кисти и бегу к своему единственному хёну. Ждать нашей встречи начал сразу же после отъезда, уж больно сильно мне приглянулась добродушная личность Сокджина, хотелось наконец-то выговориться более опытному человеку, получить совет не только про сложного Чимина, но и про Хосока.       Зайдя в помещение, я увидел за свободным столиком Кима, поедающего фисташки, он предупредил, что уже заказал нам обед. Пока на кухне готовилась лапша, Джин вспоминал вчерашнюю встречу и предлагал, как лучше поступить с Чимином, иногда приводя в пример свой опыт отношений. Я внимательно и восторженно слушал хёна, пока колокольчик не прозвенел и в проходе появилась знакомая фигура, но не одна. Всё моё внимание забрал Чимин, который кокетливо улыбался какому-то мужчине в солидном костюме, Пак никогда не упоминал про знакомство с подобной личностью и ни капли они не похожи, не родственники. Сердце жалит ревность, я резко подрываюсь из-за стола, прожигая взглядом милую парочку. Пак замечает меня взглядом и не менее удивлённо смотрит в нашу сторону. Не успеваю подойти к Чимину, как он тут же вылетает из заведения. Меня достали эти недомолвки, хочу узнать от него о новом знакомом.       Ничего не объяснив Джину, вылетаю вслед за Чимином. В толпе было трудно разглядеть Пака, но я не сдавался и, не обращая внимания на прохожих, пытался догнать Чимина. Неожиданно юноша свернул за угол, от чего я по инерции пробежал вперёд пару метров и тут же последовал за ним. Мы оказались в проходе между каменными стенами. Добежав до забора, нахожу Чимина, который оказался в тупике. Я молниеносно подлетаю к Паку и разворачиваю его к себе лицом, видя слёзы на его щеках. Но в данный момент это не вызывало жалости, меня полностью поглотила злость. — Кто это был?! — слегка встряхнув за плечи юношу, грубо крикнул я. — Отстань! — Пак раздражённо оттолкнул меня, повышая голос: — Я тот же вопрос хочу задать, а ты с кем был?! — Тот человек лишь подсказывал, как лучше мне поговорить с тобой! Из-за тебя я рассудком скоро тронусь, пока ты где-то наживаешь себе мужчин! — я агрессивно закричал, не подумав. Ответом стал разочарованный взгляд, отчего сразу же пожалел о сказанном. — Ты думаешь, что я такой? — спросил Пак потерянно, его голос немного пугал, уж больно парень стал похож на неживого. — А знаешь, что ужаснее всего, хён? Твой невероятный Чимин действительно был в клубе, там он и подцепил себе компаньона. Я больше тебе скажу, твой прекрасный Чимин не сможет сосчитать количество парней, с которыми спал! Разочаровал только что, не так ли?! — горько усмехнулся Пак, пока я пытался осознать сказанное. — И ты всё во мне примешь, никогда не уйдёшь, да?! Но как ты можешь доверять, когда я спал со всеми подряд, и ты даже понятия не имеешь, что у меня было с этим мужчиной! — Замолчи! — воскликнул я, не в силах это больше слушать. Я не понимал, что сейчас следует сказать, как поступить, стоит ли верить эмоциям Чимина. — Проваливай! Мне не стоило с тобой знакомиться, ты сделал только больно нам! — рявкнул Пак, после чего отвернулся и, присев на корточки, вновь заплакал. Я же, не отдавая себе отчёт, как можно быстрее убегал оттуда, вытирая слегка подступившие слёзы.       Я не имею права сейчас проявлять слабость, нужно терпеть. Несусь со всех ног в кафе, где застаю Сокджина с тем самым мужчиной. Не помню, чтобы кто-либо настолько выводил меня из себя. Я не могу контролировать свои же эмоции и подлетаю к человеку, который явно старше меня по статусу. Нахально хватаю того за белоснежную рубашку, притягивая ближе к себе. — Что ты сделал с Чимином?! — без формальностей срываюсь на мужчину, слыша пугливые перешёптывания по помещению. — Мин Юнги, что ты творишь?! — подорвался Джин, оттолкнув меня от незнакомца, и не менее рассерженно добавил: — Уходи, пока я не вызвал полицию!       Чтобы не натворить ещё больше дел, забираю сумку и направляюсь в университет в неистовом состоянии. На пару опоздал, зайдя в кабинет я неосознанно громко кинул сумку на пол и недовольно уселся на место, из-за чего привлек внимание группы. — Мин, с вами всё в порядке? — раздражённо подала голос профессорка Ли, явно не ожидая такого хамства с моей стороны. — Не было ни стука, ни извинений за опоздание, так ещё и ведёте себя как последний невежа, я о Вас была другого мнения. — Извините, — произнёс я сквозь стиснутые зубы, но внутри хотелось порвать надоедливую профессорку и любопытных однокурсниц.       После короткого диалога я начал чувствовать себя ещё хуже, испортил настроение миссис Ли. А мерзкие перешёптывания о моём поступке просверливали в голове дыру, невыносимо. Столько отвратительного за короткий промежуток времени, мне необходимо куда-то деть накопившийся гнев. Остаётся только ждать конца учебного дня, нужно держаться несмотря ни на что.       Сегодня проклятый день. Мои жалкие попытки успокоиться рушит Хосок, который решил впервые за долгое время заговорить, подойдя после пар и обеспокоенно спросив: — Хён, я впервые тебя таким вижу. Что случилось? — Стоило мне показаться не в настроении, как ты решил резко заговорить?       (проваливай, пока я ещё больше не разозлился) — Это из-за Чимина? — продолжает гнуть свою линию Чон. Он всегда такой — не может смотреть на расстроенных близких. Однако сейчас я втайне хотел его размазать по стене, за что от обычного Юнги получил бы в нос за столь мерзкое желание. — Тебе какое дело? — друг всё больше выводил из себя, чтобы не натворить чего хуже, я уже собирался уходить. Но тут Хосок резко схватил меня за плечо и на повышенных тонах произнёс: — Если продолжишь себя так вести, то окончательно со всеми поссоришься! Пошли поговорим, ты выскажешь весь негатив и… — Не трогай меня! — с этими словами я оттолкнул друга, из-за чего Чон ударился о перила, его лицо сморщилось от боли.       Это последняя капля, я испуганно убегаю и мчусь подальше от общества, домой, к Анри.       Я ненавижу себя. Как бы я ни старался, не могу общаться с людьми, и чем больше они окружают меня, тем сильнее я их задеваю. Мне нельзя общаться с друзьями, я буду только расстраивать их. Нужно бежать, бежать как можно дальше, менять место жительства, что угодно, лишь бы только никогда не причинять боль любимым людям.       Противные слёзы щиплют глаза, но ноги сами несут меня по улицам душного Сеула. Прохожие оборачиваются, слишком много людей, хочу испариться и стереть себя из памяти друзей, Чимина.       (простите меня, я не всегда справляюсь)