Призрак в моей квартире.

— А представь, не переезжай я сюда никогда. Ваня сигаретный дым выдыхает, задумчиво в даль глядя. Тот, кто терпеть сигареты не мог, сейчас приноровился к тому, чтобы в день скуривать свой максимум – три сигареты. Сережа только ухмыляется, догадываясь, о чем думает его хозяин, ну и конечно же себе любимому. Правду говорят, привычки от наших возлюбленных перенимаем. На балконе воздух ощущается прохладнее в разы больше. Ветерок бесстыдно в лицо дует, и Ваня невольно мысль пропускает, что если ветер так и хочет его сдуть, то он совсем не против. Он не ходил в университет уже как два дня. Цифра ничтожно маленькая, а последствия неприятно большие. Правда, староста-ангел так и прикрывает тощую задницу Бессмертных, не позволяя обвалиться шквалу требующих от парня преподов на него сразу. Да, это несомненно будет, и Ваня прекрасно осознает это, но в разы ценнее то утро, когда ты просыпаешься не то от поцелуев, не то от рта на члене. Ваня даже не знает, что лучше. Впервые, после внушительной цифры в столбце "секс" Бессмертных задумывается, что же между ними. Им и Сережей. Им, и Жожо. Та грань, что русоволосый никогда не переступал, даже в голове не задумываясь о чем-то по типу "спать с девушкой не любя", стерлась непозволительно быстро и незаметно. В Бессмертных влюблялись многие, это неоспоримый факт, особенно тогда, когда холодное и почти безэмоциональное лицо принималось еще и за идеал – просто шедевр. Для Вани восхищения и бесконечные комплименты в свою сторону воспринимались как данность. Нет речи о синдроме Бога, когда Бессмертных еле поборол робость и бесконечное "я не заслужил этого, почему они все твердят одно и то же?". Но со временем, если честно, все это перестает быть чем-то особенным, когда это уже не ново. Впрочем, все равно без разницы. Поэтому сейчас, когда Жожо, не говоря ни слова, может просто пробраться под ткань кофты суховатыми руками, возбудив и подогрев интерес, Ваня чувствует дискомфорт. Повернутость на правильности делала русого иногда слишком каменным, словно несокрушимая стена. Раньше, едва ли флиртуя с девушками, парень уже чувствовал себя ‘не в своей тарелке’, и только сейчас его не покидает чувство, что покоилось где-то глубоко, что происходит что-то не то.Вбиваясь в чужое тело, доводя Сережу до того, что тот в предоргазменном состоянии выкрикивал имя русого, выгибаясь до хруста позвоночника, Ваня не ощущал ничего подобного. Лишь когда чистое, животное желание отходило если не на 2, то на двадцать второй план, Бессмертных посещали смешанные чувства. Мысли не текли в правильном русле, когда дело доходило до выяснения отношений. Как-то раз Ваня даже задумался о чувствах его к Сереже. Язык не поворачивается говорить заветное «л ю б л ю», потому что Ваня неуверен. Неуверен настолько, что не может даже сказать, что если бы их вновь разделило расстояние, скучал ли бы он. Они ни разу не выходили гулять на улицу, в парк или же кафе. Правда будет ложью, если Ваня скажет, что Сережа подобного не предлагал. Наоборот, кудрявый так и норовил выйти из дому с Ванечкой, чтобы одеться в парную одежду и вести себя как самая милая пара на всей планете Земля, чтобы каждый муравей, человек, собака и кошка знали, что они встречаются . — Встречаемся!? – фраза, брошенная Жожо, вводит русого в ступор, а особенно это слово, что было вырвано из контекста. — А что, сладкий, хочешь сказать, что ты не хочешь встречаться со мной? – в привычной манере выдает кудрявый, подмигивая недоумевающему Ване, что своими невероятными глазами смотрел, насквозь прожигая и ресницами хлопая. — Ебать ты растерялся, Ванюш, – Сережа к русоволосому льнет, усмехаясь с реакции парня. Сзади встает, пристает как может, руками тело оглаживая. Несомненно, жить с кудрявым одно сексуальное удовольствие. С ним качественный, ахуенный секс обеспечен в любое время, а еще наряду с этим Ваня узнает, в последствии, что Сергей большой любитель *sleepy-sex. Узнает, когда посреди ночи просыпаясь, перед глазами видит голого Сережу, усевшегося на чужие бедра и пытаясь присунуть в себя горячий член. — Ты что делаешь, блять, – Ваня чуть озлобленно, хриплым от сна голосом выдает. — Ванюш, не могу же я терпеть, когда так и хочется твоего крепкого члена у себя в заднице. И еще, если ты скажешь таким голосом мне что-нибудь развратное, я обкончаюсь прямо здесь, – последнее парень уже тянет, срываясь на стон, ведь Ваня бедрами вверх вильнул, попав по заветной точке. Конечно, жить с Сережей одно удовольствие. Хочешь, тебе могут хуй пососать. Хочешь, могут за тебя работу университетскую сделать. А хочешь, еще настроение поднимут. Все в разы легче и лучше, чем обычные, настоящие отношения. Ваня планирует мысль, что крутил в собственной голове уже тысячу раз, озвучить, и кажется это тот самый момент. — Серег, ничего, если я девушку сюда приведу? – спрашивает русый, глаза не поднимая на Серого и увиливая от прикосновений, что ощущались в данный момент на коже лишними. С балкона Ваня уходит, перемещаясь на диван в зале, поэтому чужой реакции не видит. Но слава Богу, ответ получает положительный. Правда лицо у Сережи теперь недоумевающее, хмурое, если можно так сказать. Он ретируется в другую комнату молча, и застревает там до самого вечера. До самого вечера, пока на пороге квартиры женское хихиканье не слышит. *** — Спасибо Ань, что пришла, очень рад тебя видеть. Ты можешь оставить сумку здесь, если что, – девушка послушно кладет черную, обыкновенную сумочку на тумбочку, улыбаясь, — а еще, со мной друг живет, Серега. Ты его не знаешь, но он хороший чувак, не бойся его если увидишь, – после данных слов "Аню" пробирает смех, и она выдает: — Он что, настолько страшный? — Не страшней обезьяны, поверь мне. Пошли в мою комнату, там все готово, – мило улыбается Ваня, и они с девушкой направляются к нему, закрывая за собой дверь. Сережа, что в это время в ванной находится, слышал все. Повезло, что сама ванна находилась прямо напротив комнаты Бессмертных, и от ушей Сережи не ускользнуло ничего. Успевает кудрявый гандоном ебучим русого, длинного уебка именовать, со своим этим "не страшней обезьяны", "не бойся его если увидишь" и прочая хуйня. Пальцы на руке сжимаются в кулак, вонзаясь когтями в руку, оставляя белые полосы. Сережа зол не по-детски, и чувствует он это вперемешку с обидой. Жестоко, думает он, после всего этого еще и девушку приглашать. И что же они там делают, действительно ли к проекту готовятся? Или, может, трахаются? Мысли Сережины его до белого каления доводят, ведь тот даже не предполагал изначально, что Ваня действительно кого-то звать собрался. Думал кудрявый, что тот просто заставить ревновать его хочет, ведь никого лучше Сережи нет, а тот действительно приперся с какой-то шм- Сергей вовремя одергивает себя, и в голове словно лампочка загорается: Идея. Он из ванны выходит, тихо дверь после себя закрывая, и направляется к сумочке этой дамочки. Брезгливо в руки ее берет, достает всю косметику, что лежала там, и бесстыдно бросает в мусор. Рвет ее тысячную купюру, что, как предполагал Серега, на такси оставалась, и из важного оставляет только телефон. — Пожалею тебя сегодня, сучка, – шипит Сережа, хмуря лицо от вида сумки, что явно ему не нравилась. Артиллерия становится тяжелей, когда Сережа играется с чужой сумкой отбеливателем, не жалея ни капли. Не знает, сработает ли, но похуй абсолютно.Кудрявым движет неприязнь, ненависть и обида чертова на русого. Отомстить хочет безумно, понимает, что девушка по сути не виновата, но самому так неприятно, что держать внутри невозможно. Или всем — или никому. Сережа слышит скрип двери и надвигающиеся голоса. Сердце в ушах слышит, и бутылку отбеливателя зажимает сильней, поливая сумку усиленно. На пороге комнаты застывают Ваня и девушка, что руки ко рту потянула. — Ты тварь! Ты что наделал!? – Аня истерит, кудрявого с силой в сторону толкая. Ваня стоит на пороге до сих пор, хмуро глядя на Сережу. — Да всего лишь деньги тебе порвал и косметику твою ебаную выбросил, че, жить будешь? – усмехается Кудря. Аня охает, с тумаками бросаясь на Сережу. Они ссорятся громко, кричат друг на друга на повышенных тонах, пытаясь перекричать друг друга. Все до момента, пока дело до Вани не доходит. — Зато пока ты сидел, как крыса сучья, трахаясь с моей косметикой и деньгами, твой соседушка ласкал меня, чтобы трахнуть на своей кровати. — А, да? – Сережа усмехается, пока девушка безумно глядит в его глаза. С пути ее толкая, Сережа подходит к застывшему Ване, к шее руки тянет и в поцелуй затягивает. Ухмыляется безумно, когда Ваня ладони на талии чужой располагает. ***