Без сахара, пожалуйста

— Девушка! — бариста подавила себе стон, подскочила к кассе и натянула милую улыбку. — Да, извините, здравствуйте. Что будет для вас? — Дайте мне латнокосм, — громко жуя жвачку и накручивая прядку волос на палец, произнесла девушка. Дана сразу отнесла у себя в голове её в категорию «Осторожно! Противный посетитель». Или же проще — ОПП. Под конец третьей смены меньше всего хотелось с такими возиться. — Простите, что дать? — она удивлённо выгнула бровь, выхватывая из стаканчика возле кассы маркер. Девушка, откровенно пялившаяся в сторону барной стойки, закатила глаза, возвращая внимание бариста. — Латнокосм, — с тем же выражением лица и тоном произнесла она. Ничего хорошего это не предвещало. Дана уже начинала вскипать. Что за ебанутые клиенты? Сложно нормально разуть глаза и посмотреть в меню, а затем оплатить себе курс от Блиновской по говорению? Как таких в люди выпускают? — Извините, я вас не слышу, — Дана вновь милейше улыбнулась и бросила короткий взгляд в сторону Жени, который даже оторвался от учебника по анатомии, чтобы наблюдать разворачивавшуюся сцену. — Я говорю, латнокосм дайте! Дана сжала зубы. — Мне уже даже как-то неудобно, — она выдавила подобие неловкой улыбки. — Можно поразборчивее? — Блин, вы дура? — девушка взмахнула волосами, уставившись на бариста с неприкрытым возмущением. — Понаберут с улицы работать… Вы ваще… Че непонятного? Дана внутри тяжело вздохнула. Нет, это не первый её клиент из категории ОПП, и, видимо, не последний. Успокаивала девушка себя лишь тем, что стоит покончить с посетительницей, она вернётся к разговору с Женей, а потом и к его объятиям. И уже после к матаналу. — А я что, похожа на лгпеда? — Дана подняла брови и опёрлась на стойку, медленно выдыхая. — На кого? — девушка непонимающе надулась. — Ну, на лгпеда, — бариста вновь коротко посмотрела на стойку, встречаясь со смеющимся взглядом Жени. — Девшка-а! Я вас не слышу. — Удивительно, ну как это так, — иронично заметила Дана. — Что удивительно? Разборчивее можете? — она скрестила руки на груди, недовольно хмурясь. — Перед вами клиент стоит! — А вы можете? — Дана еле заметно ухмыльнулась, наклоняясь к кассовому аппарату. — Латте на кокосовом! — почти крикнула клиентка. — О, и года не прошло, — буркнула себе под нос бариста. — Вам какой объём? — Большой, — и опять она закатила глаза. Дана внутри себя разобраться даже не успела: ей грустно, что таких Земля носит, весело, или она злится. — Куда прикладывать? Показав, где терминал, и выдав чек, Дана выхватила стаканчик и злорадно написала «Латнокосм». С кофе она разделалась быстро и вновь подошла к барной стойке, наклоняясь через неё в Женин конспект. Парень лишь с улыбкой покачал головой, отодвигая тетрадь, и мимолётно коснулся носом её макушки. Дана села с внутренней стороны на стул, ставший её ещё с первых дней, и облокотилась щекой на ладонь. — Устала? — сочувственно спросил Женя, зарисовывая какую-то из косточек себе в тетрадь. Она в ответ лишь тихо простонала и закрыла лицо руками. — Заебалась будет точнее, — пробормотали Дана в ладони и убрала их с лица. — Тебе на тренировку не пора? — Пора, — подтвердил Женя и закрыл книгу по анатомии. — Приедешь? — она вздохнула, заглядывая в тёплые глаза, в которых плескалась крохотная надежда увидеться ещё раз. — Даже можешь пораньше. У меня сюрприз. — Сюрприз? — она заинтересованно ухмыльнулась. — Надеюсь, не такой же, как для Камилы после шоу, — и поднялась, огибая стойку. Женя лишь закатил глаза, крепко прижал к себе девушку напоследок и выскочил из заведения, натягивая куртку. Оставил, блин, в одиночестве протирать кофемашину и терпеть ОПП. Тихонько вздохнув, Дана посмотрела ему вслед, дождалась, пока макушка окончательно скроется за поворотом, и вернулась к клиентам. Время текло быстро, и третья смена уже такой долгой, как предыдущие две, не казалась. О длительности помнили лишь раскалывающаяся голова и ноги, начинающие болеть от усталости. Да и сама Дана, которая параллельно готовила кофе и начала готовиться к сессии заранее, хотела уже простого человеческого — рухнуть в постель и тупо полистать тиктоки. Присутствие Жени, который после пар ехал не домой, а заглядывал к ней в кофейню, чтобы подождать начала тренировки, придавало крохотных, но хоть каких-то сил. Девушка старалась не отвлекаться очень сильно, даже не испортила ни одного заказа за сегодня, пока Семененко уткнулся за барной стойкой в анатомию, и уже считала это успехом. Выйти удалось всего лишь раз, когда Наташа — добрая душа — вылезла из своего кабинета подменить на второй смене. На первой Дана клевала носом, но постоянные подбадривании Оли и внезапно вброшенные шутки заставляли просыпаться. Всё-таки, работа с шести утра до десяти вечера сил не прибавляла. Повезло, что, когда подходила к концу вторая смена, и должна была начинаться третья, Женя уже был в кофейне. Схватить за руку и вытащить вслед за собой через чёрный ход труда не составило. В одной водолазке в начале мая стоять курить — сомнительное удовольствие. Семененко, поджимая губы и вздыхая, прижал девушку к себе со спины и развернулся, чтобы ветер не сдувал дым на него. Наташа потом успела поругаться, что Ника в начале третьей смены одна в запаре бегает, но Дана легкомысленно пожала плечами: «Я же не запрещаю ей потом выйти». Как оказалось, запретить стоило бы. А ещё спихнуть на неё ту клиентку из категории ОПП, может, нервы сэкономила бы. Но если бы, да кабы, да во рту росли грибы, поэтому Дана лишь мысленно сетовала на судьбу-матушку. Вздохнув, она начала протирать бар и время от времени поглядывала на часы. Раз Женя попросил прийти пораньше, следовало отпроситься за полтора часа до конца смены. Пока доедет, пока что. Упросить бы Нику — тем более, вечером клиентов либо очень много, либо катастрофически мало. При первом раскладе событий Дане, наверное, придётся задержаться, а этого крайне не хотелось. Всё же, интерес Женя внутри неё подогрел до жути. Обернёшься в зеркало - увидишь, как разгораются глаза лишь в одном преддверии сюрприза. Смена закончилась быстрее, чем она думала. Вернее, её времяпрепровождение за стойкой. Официально смена не закончилась, но Ника, усмехаясь, лишь подгоняла Дану «на свидание». Кутаясь в ветровку, девушка перескакивала ступени в метро и улыбалась стабильной питерской погоде. Ветер развевал путавшиеся волосы, почти сбивал с ног. Практически добежав до Юбилейного, она перевела дух и дёрнула на себя входную дверь. Женя хоть и повозился, но не смог добиться даже малейшего пропуска для Даны. Приходилось писать ему, потому что стоять и ждать на морозе — перспектива не очень. Но сейчас даже доставать телефон не нужно было. Женя стоял немного запыхавшийся, оперевшись на колонну, и со светлой улыбкой смотрел, как Дана пытается найти в глубоком шоппере кейс от наушников. Он кивнул охраннице, вытаскивая пропуск из кармана, и вышел в холл через турникет. Дана украдкой оглянула его с ног до головы, прежде чем прильнуть к груди. Привычные чёрные перчатки, чёрный лонгслив, коньки в чехлах. Она слишком часто видела его таким в кружочках: растрепанным, но счастливым потому, что он занимается любимым делом. — Всё-таки спасибо, что сюрприз не как для Камилы, — весело фыркнула Дана, на секунду укладывая подбородок на Женино плечо. Он в ответ лишь закатил глаза, чуть склоняясь к девушке, и показал на толстую тетрадь у вахты. — И я тебя люблю. Запишись, распишись, ля-ля-ля, тополя, — начал перечислять парень и загибать пальцы, на что Дана лишь вздохнула и схватила со стола ручку, не очень то аккуратно выводя свои фамилия-имя, дату и время посещения. Женя переплёл их пальцы и потянул вглубь Юбилейного. — У тебя ведь тридцать девятый размер ноги? — ненавязчиво спросил он, поворачивая в освещённый коридор. Дана уже начинала догадываться. — Да, — девушка с недоверием уставилась на его профиль, замечая не предвещающую ничего хорошего ухмылку. Семененко схватил за ручку одну из широких дверей и потянул на себя, пропуская Дану вперёд, а затем прошмыгнул следом. Тихо присвистнув, она оглядела пустой лёд и обернулось на хитрющего-хитрющего Женю. Стоял, улыбался позади неё, скрестив руки за спиной, будто задумал что-то. Да так оно и было: он уже напрямую ей об этом сказал. — Я, кстати, послезавтра на шоу катаюсь, — он еле заметно улыбнулся. — Жень, ты охуел? — Дана уставилась на него в полном шоке. Женя выгнул брови. Метнувшись ближе, она была готова отвесить подзатыльник, но в последний момент передумала и ограничилась ударом по плечу. — Что такое? — он разочарованно сжал губы. Видимо, думал, что Дана за него порадуется. Да рада, блин! Но как объяснить этому полоумному идиоту свои страхи, преследующие ещё с того шоу? — Ничего, — Дана поглубже вдохнула, пряча лицо у парня на плече. — Только не говори, что будешь катать ту программу в чёрных перчатках. — Буду молчать, — еле слышно ответил Женя, поглаживая её в по голове. Дана вскинулась: в его глазах читалось отчаянное желание получить хоть какой-то ответ. — Зачем ты меня сюда привёл? — она вопросительно посмотрела на Женю. Он слабо улыбнулся. Расстроился. Дана вздохнула и прижалась к нему, обвивая талию и пытаясь передать всю немую заботу. Будто в замедленной съемке перед ее глазами регулярно появлялись кадры с падением. Чтобы добить себя окончательно, она шла в телеграмм-каналы и смотрела полное видео. И всё также боялась, что это может повториться. Но кто она и что — фигурное катание? Нет у Даны права что-то запрещать Жене. Тем более, зная, как загорается он, когда катается или рассказывает про любимый вид спорта. Она могла лишь молча переживать, крепко обнимать, когда внутри всё рвет от волнения за парня, и самостоятельно успокаиваться, стоит вновь увидеть, как Женя заходит на очередной сложный прыжок. — Хотел тебя научиться на коньках кататься, — он прервал мысленные метания поцелуем в лоб. — А теперь и убедить, что я не сахарный, и со мной всё порядке, — добавил, увидя промелькнувшее недоверие. — Мне теперь видимо за свою жопу бояться надо, а не за твою, — ошарашенно пробормотали Дана, легко ударив Женю кулачком в плечо, и сделала шаг назад. Для профилактики. — Сначала за мою, — парень прошёл в сторону скамеек возле открытого выхода на лёд. Только сейчас Дана смогла увидеть стоявшую пластиковую коробку под одной из них. — Сейчас все в отпусках и на сборах, и я предоставлен самому себе, — пояснил Женя, когда она начала крутиться в поиске третьих глаз. — Но программы прокатать надо. Я ещё не решил до конца, что именно буду показывать послезавтра. Дана легко пожала плечами: подождать не проблема. Проблема пытаться не отвернуться, пока он прыгает. Женя, одной рукой опираясь на борт, стянул один чехол и выехал на лёд, снимая второй. Подъехал по другую сторону напротив Даны и, улыбаясь, отдал ей. И, пока она пыталась не разорваться от распирающих грудину чувств, прокатился по кругу и остановился на противоположном конце, включая музыку. Дана узнала её сразу. Сложно было не узнать после совместного просмотра соревнований этого сезона. Женя на неё уже не смотрел, сосредоточившись на себе и прыжках. Как она ни старалась, не получилось не зажмуриться, когда парень зашёл на прыжок. Оставалось надеяться, что Женя исполнял что-то полегче, чем те квады, о которых рассказывала Татьяна Николаевна. Но глаз от дорожки Дана оторвать не смогла. Пусть он сделал лишь часть движений, некоторые просто прокатывая мимо, это выглядело… великолепно. Тем более для неё, встававшей на коньки единственный раз в малолетстве. — Почему ты всегда так чисто катаешь эту программу? — резко выдала девушка, когда Женя оперся на борт напротив в попытке отдышаться, и встала, подходя ближе. Он вздрогнул и поднял на неё пронзительный взгляд. — О тебе думаю. Помогает, — и доверчиво позволил растрепать свои отросшие волосы. — И тебе посвещаю. — Кому ж ты тогда произвольную посвещаешь? — Дана хрипло рассмеялась. — Господу Богу. — Он тебя ненавидит за такие посвещения, — впервые за время на арене Дана светло улыбнулась. — И Воланд с ним же. Кондратенко канон? — Канон, — согласился Женя и открыл себе выход со льда, потянувшись за чехлами, которые она по прежнему сжимала в руках. Вопрос про самочувствие вырвался раньше, чем она подумала об этом и прикусила язык. — Я? Нормально, — Женя уже почти привёл в норму дыхание, подошел к ней почти вплотную и обратно усадил на скамейку. — Сейчас зашнурую тебе коньки правильно, чтобы голеностопы опять не травмировала. Дана лишь тепло улыбнулась; когда он опустился перед ней на колени, вытаскивая коньки из огромной коробки, заправила спадающую челку за ухо и попыталась не задохнуться от Жениной немой заботы. Закончив, он поднялся и протянул ей руку. Дана попыталась встать следом, но уже с трудом удерживала равновесие. — Мамочки! — взвизгнула она, вцепившись в Женю. Парень рассмеялся и прошёл вперёд, заставляя идти следом. — Господи, ужас-то какой, я щас сдохну, — тихо пробормотала Дана и, не спеша выходить на лёд, опёрлась рукой на борт. — А главное — не единого мата, — заржал Женя и шустро стянул чехлы. Дана лениво показала ему средний палец, лаконично послала нахуй и, всё-таки держась за крепкую руку, шагнула на лёд. — Ебанный сыр, — выдохнула она, стараясь удержать равновесие. Только Женя, очень и очень сильно поддерживающий её, чтобы не упала, уберегал от очередной травмы. — Вот как в один момент зауважать всех фигуристов вместе взятых в несколько раз сильнее. Женя над ее ухом фыркнул, подталкивая за талию к бортику. — Смотри, — он чуть-чуть отъехал. — Держи ноги параллельно, когда катишься, а если нужно разогнаться, ставь ёлочкой. — Ну хоть не сосной за четыреста рублей, — Дана усмехнулась и попробовала оттолкнуться, но с криком «пиздец!» полетела спиной назад. С переносом веса были явные проблемы. Женя вздохнул, надеясь, что таких падений будет мало. Объективно: пять падений за полчаса катания, в принципе, достаточно мало, для такого человека, обладающего таким отвратительным вестибулярным аппаратом, как у Даны. Она больше была рада тому, что удалось выкроить время и провести его с Женей, и уже не переживала за синяки на бёдрах. Катаясь с ним за руку по кругу, Дана крепче сжимала его пальцы и время от времени вставляла шутки в Женины рассказы о тренировках. — Сама попробуешь? — он прервался на полуслове и затормозил, а девушка чуть не улетела вперёд. — Понял. Они прокатались за руки ещё пару кругов, а потом Женя неожиданно выпустил её, подтолкнув вперёд. Дана сначала не заметила, проехала самостоятельно метра два и грохнулась, не удержавшись. Женя сзади тихо рассмеялся, подъезжая к ней с телефоном в руках. — Если ты меня сейчас сфотографируешь… — начало было она, но парень спокойно откатился назад и сделал пару снимков Даны, сидящей с прямыми ногами на льду и щурившейся в его сторону. Закончив дуться, она улыбнулась и легла в форму звёзды, заставляя Женю хмыкнуть. — Всё-всё, не лежи, простудишься, — он вручил ей телефон и отъехал. — Поснимай хоть, раз не катаешься. Тоже развлечение. Дана слабо улыбнулась, опираясь на руки и в итоге прислоняясь спиной к борту, и начала снимать прыгающего Женю. В кадр не забыла и свои ноги: выложит скрин, где парень крутится, а она сидит на льду, а то уже давно истории инсты не пополняла. С трудом поднявшись, она попыталась поехать навстречу Жене. Он вовремя подхватил её и осторожно прижал к своей груди. Дана расслабилась, обвивая его талию, и уткнулась носом в плечо. — Я рада, что смогла хоть немного побыть с тобой, — шепнула она и отстранилась. — Давай домой, а? У меня гречка с мясом осталась. — Ага, а кто такой молодец, что её приготовил? — Женя самодовольно развёл руками и получил легкий тычок в бок. — Если бы не я, она бы переварилась, — Дана показала язык и сделала толчок к борту, не отпуская парня. До Даниной квартиры они доехали быстрее, чем ожидали. От метро идти было лень, и девушка вызвала на баллы Яндекс Плюса такси. Аккаунт папин, скидки ему не нужны, так и что, зря что ли добру пропадать? Скопом выпалив все эти аргументы Жене, она сложила руки на груди, ожидая ответных, почему за такси должен был платить он, но парень лишь тихо рассмеялся и крепко-крепко прижал к себе.

***

— Ты ничего не понимаешь! — закинув согнутые ноги на стул, с жаром воскликнула Дана. — Синий — это Хаги Ваги, а Розовый — Киси Миси! — Да какая разница, — возразил Женя, всплеснув руками. — Во-первых, ешь! А во-вторых, я хотя бы Стича и Ангела различаю, могла бы спасибо сказать. — Ага, и меня с Камилой, — не удержавшись, фыркнула Дана и получила слабый тычок в бок. Она в ускоренном режиме доела гречку с молоком и встала, чтобы налить себе и Жене чай. — А Моне и Мане различаешь? — Дана развернулась, весело сверкнув глазами. По Жене видно: будь рядом подушка и не будь у девушки в руках двух кружек кипятка, он бы не постеснялся эту самую подушку кинуть. — А у меня вот МХК в школе было, а не ИЗО. — Вот и иди со своим МХК к Марку! — возмутится Женя и забрал из рук Даны свою кружку. — С каких пор я стала Женей Семененко, чтобы вписываться в нынешние молодежные кондратенкоканоны? — деланно оскорбилась Дана, но тут же хихикнула, растеряв весь злой настрой. Женя громко фыркнул. На секунду показавшаяся в проеме заспанная одногруппница дала красочных пиздов за шум и ушла обратно отсыпаться. — От сессии до сессии живут студенты весело, — тяжко вздохнул Женя. Дана, не выдержав, беззвучно захохотала первая. А за ней и парень подхватил тихую истерику. — Ладно, — отдышавшись, шепнул он, — пойдём, осмотрю раненого бойца. — Пара синяков, — девушка отмахнулась и вместе с кружкой чая двинулась в соседнюю комнату. Она поморщилась, видя разбросанные тетради. Убраться надо бы. А то спихнёт сейчас всё в одну кучу, а завтра с утра снова раскидает повсюду в поисках той самой. Женя, махом допивший чай ещё на кухне, зашёл следом и рухнул на Данину кровать, укрываясь краем покрывала. — Хоть бы разделся, — прокомментировала она, на секунду обернувшись. — Я только недавно белье стирала, — и вернулась к стопкам тетрадей. Не глядя на Женю, она разложила тетради по аккуратным стопочкам и сложила в угол, закрыла калькулятор и сгребла в карандашницу немерено ручек. Дана закусила губу. Протереть бы ещё стол, но это подождёт. Она одним движением поправила волосы и, прихватив телефон, села на край кровати. Женя, упрямо оставшийся в джинсах, ущипнул её за бок. Ойкнув, девушка подскочила и осуждающе глянула на него, прежде чем стянуть водолазку и подойти к комоду. — Ты компрометируешь меня своим прессом, — пожаловалась Дана, натягивая большую футболку (уже непонятно, чью: Женину или собственную). Женя в ответ счастливо заржал и потянулся в кровати. — Сама сказала раздеться, сама ещё возмущается, — цокнул он и привстал на локте, когда Дана попыталась выдернуть из-под него покрывало. Девушка юркнула под одеяло и в нём хозяйски закинула согнутую ногу на Женю, которому ничего не оставалось, кроме как смиренно лежать пластом. Парень откинул одеяло с ноги и немного привстал, оглядывая бедро на наличие синяков. И внутренних травм заодно: пощупал туда-обратно, шлёпнул по невыносимо торчащей и уже его компрометирующей заднице (исключительно в медицинских целях) и улёгся обратно. — Охуевший, — буркнула Дана, потирая место удара, и придвинулась поближе, кладя голову Жене на плечо. В чём логика, он, конечно, не понял, но удобным расположением её ноги явно остался доволен. — Тебе видосы кинуть? — деловитым шёпотом уточнила она и, получив кивок, радостно залезла в телеграмм и стала выбирать лучшее из. Оглянулась на Женю, да только тот нагло прикрыл глаза и, видимо, собирался прямо здесь и сейчас уснуть на её удобнейшем матрасе. Вздохнув, Дана вернулась к телефону. Пусть пока спит. А видео она все отправит, потом сам выберет. Сама же тщательно отнеслась к просмотру скринов из видео для своих историй. Прищурив глаза, Дана придирчиво рассматривала каждую деталь, пока не удостоверилась, что Женю не очень-то по фотке узнаешь. Да и не было в подписчиках никого, кто мог бы его знать и по пикселям угадать. Отмечать не стала. Поставила черно-белый фильтр, посередине — белое сердечко и выложила, со спокойной душой хватая с прикроватной тумбочки учебник по квантовой механике. Женя и вправду уснул. Сопел у неё под боком, растрёпанный воробушек. Дана улыбнулась, наклонилась, целуя приоткрытые губы, и, чтобы не увлечься, почти сразу оторвалась. Посмотрела на часы и перевела задумчивый взгляд на парня. Оставалось надеяться, что родителям он сказал, что ночует не дома, а то лишних неприятностей не хотелось. Девушка поджала губы и уткнулась в книгу. Как бы не хотелось, это всё нужно было знать. Иногда отвлекаясь за зевки, Женино копошение и уведомления на телефоне, она смогла осилить полторы главы. И уже почти начала вникать, как раздался хриплый ото сна голос. — Что читаешь? — Краткий курс квантовой физики и стриптиза, — хмыкнула Дана, убирая книгу в сторону. — Демонстрировать не буду, прости, опыта не хватает. — Смотря в каком случае, а так, можно исправить, — оживился Женя. Девушка закатила глаза и повернулась на бок. — Чего проснулся-то? — она кончиком пальцев обвела ключицы, но ниже спускаться не стала. Женя задумчиво перехватил её пальцы, погладил ладошку и вытащил телефон из кармана, не прекращающий вибрировать. — Алло? — парень опустил её руку и переложил свою на бедро, заставив Дану сжать губы, а потом и в отместку провести ногой вверх-вниз. — Я у Глеба остался ночевать, всё нормально, не переживай. Да, утренняя. Угу. Пока. — Мама? — пытливо спросила Дана, пристроив подбородок на его плече. Женя в ответ кивнул, открывая телеграмм. — Иди смотри видео. А потом опять баиньки, время недетское. — Ты младше, — напомнил он, сохраняя одно из видео. — На две недели, — уточнила девушка и прикусила кожу чуть ближе к груди. Женя сдавленно охнул, отвесив очередной шлепок по ягодицам и зашёл в Инсту. — Не отмечай только. Семененко покладисто кивнул. Лайкнул какой-то первый пост, вышедшей в ленте, с обработкой проката, посмотрел новую историю Даны и лайкнул её тоже и только после всего этого выложил свой прыжок. Он пересмотрел несколько раз, не замечая чего-либо, что могло выдать снимающую девушку, и отложил телефон в сторону. Доверчиво прижимающаяся к нему Дана вызывала чувств в несколько раз больше, чем в нём в принципе существовало. Он на выдохе обнял её и чмокнул в висок. — В джинсах полезешь под одеяло — сожру, — еле слышно предупредила девушка и немного отстранилась, когда Женя потянулся к ремню. — Ты спи, мне ещё раздел дочитать надо. Дана села в кровати, подтягивая на ноги одеяло. Женя снял джинсы, повесил их на спинку кровати и лёг рядом. По нему и не скажешь, что он смущался, всё-таки, не первая ночевка вместе. Но розовеющее ушко девушка не заметить не смогла. Она тепло улыбнулась, когда Женя уложил голову к ней на бедро, и время от времени перебирала волосы, второй рукой держа томик по квантовой механике. Время перевалило за полночь, когда Дана наконец закрыла книгу и расслабленно выдохнула. Спасибо за то, что память позволяла не конспектировать — основные моменты девушка запомнила на раз-два, и завтра точно не должна плавать в теме урока. Ласково очертив контур челюсти и удобно устроив руку на Женином боку, она схватила с тумбочки телефон и, заранее опешив от уведомлений инстаграмма и твиттера, разблокировала его. Дана сглотнула и открыла свою историю, на которой висело куча реакций и ответов. Подписчиков прибавилось штук сто пятьдесят точно, лайков не меньше, и она уже не понимала, что думать. Но, как только зашла в Директ, логическая цепочка начала выстраиваться. «Женя твой парень?» «Вы встречаетесь?» «Ты и Женя родственники?» «А ниче такой, Женёк секс» Дана тряхнула головой. Спасибо, что последнее от сестры. Остальные-то, видимо, от Жениных фанатов. Она осторожно заходила на аккаунты, проверяя, подписаны ли на него эти интересующиеся. К сожалению, да, и от этого стало не по себе. Переведя дух, девушка вышла из Инсты к чертям. Нечего нервы на ночь глядя мотать, и поэтому она решила зайти в твиттер. Лучше бы и этого не делала: первым, что попалось на глаза, был тред «Девушка Жени Семененко». Захотелось и истерически смеяться, и плакать, и послать всех нахуй. Открыв твит, Дана заметила, что он уже набрал почти семьдесят ретвитов. И уже от этого думала начать глотать слёзы. Тред ни о чем новом ей не сообщил: её место учебы, удивительно, место работы тоже нашли, предполагаемое время, когда они с Женей начали встречаться — мимо, конечно, они только в октябре познакомились. Но радости это не прибавило. Она и не заметила, когда по щекам покатились слёзы. Читала-читала-читала, как смогли понять, что это она, и понимала, что весьма глупо проебалась. Даже не подумала ведь, что на неё подписаны старшие курсы из студсовета, которые могут знать. Как оказалось — ещё как знали и без труда сопоставили её истории с Жениными. Запрокинув голову, Дана зажмурилась и попыталась отодвинуть от себя телефон подальше. Не получилось: не видя, что делает, она заехала Жене корпусом по голове. Сука, даже тут оплошалась! Женя только-только из больницы вышел, самое время его добить, ага. Дана судорожно вдохнула и прикусила губу, погладив затылок. — Что случилось? — он приподнялся, изворачиваясь, чтобы видеть её. — Прости, Жень. Ничего, — даже сама удивилась, как дрожал голос. И неудивительно: страшно было. Они знали, где она учится, где работает, кого любит, и даже представлять не хочется, что с этой информацией можно сделать. — Дана, — предупреждающе протянул Женя, окончательно садясь рядом с ней. Она упрямо помотала головой, стараясь скрыть слёзы, но парень неожиданно подхватил её, усаживая к себе на колени. — Что случилось, котёнок? Дана прикусила губу, цепляясь за Женю. Она обхватила его, спрятала голову на груди и тихо всхлипнула. А потом оторвалась и, глядя в глаза, прошептала: — Мы проебалась. Я проебалась, — и вновь закрыла лицо руками. Подрагивали худые плечи, подрагивали даже пальцы. Женя шептал ей какие-то успокаивающие глупости, и легче становилось хотя бы от его голоса рядом. — Ты просто вымоталась, — он ласково прижал ее к себе, поглаживая спину. — Всё хорошо будет. Давай сюда телефон, — Дана испуганно вскинулась. Она была готова ещё неделю к нему не подходить, но под пристальным взглядом парня сдалась и протянула уже разблокированный, с открытым Твиттером, который она не удосужилась свернуть. — В пизду всех и вся, — коротко отреагировал он, переходя в Инстаграм. Дана даже приблизилась, чтобы видеть, как Женя отточенными движениями стирает каждый диалог с вопросами про него. Оставил только с сестрой, да и то потому, что он с флажочком. Зашёл, хмыкнул и в голосовом ответил: «Спасибо за величайшую оценку моих фигурнокатательных способностей». А затем закрыл ей аккаунт и полностью удалил Твиттер с телефона. — Вот и всё. А ты переживала, — Женя мягко её поцеловал, сминая губы и проталкиваясь языком. Старался отвлечь, чтобы Дана напрочь забыла всё, что ей придётся приходить в ближайшие полгода точно. — Они знают, где я учусь и работаю, — раздосадованно поделилась она, обвивая руками шею. — Жду, когда узнают, на какой ветке я живу, и скинутся мне на пополнение Подорожника. — Дана, — укоризненно вздохнул Женя и зарылся руками в её волосы. — Курить хочу, — она выпуталась из кокона, в который опутал её парень: усадил на себя, завернул в одеяло, обнял. Удобно, но перекур жизненно необходим. Женя не стал противиться, и даже ей помог. Порывшись в сумке, она выудила оттуда пачку и зажигалку, подошла к окну, распахивая на полную. Раздался щелчок, треск огня и шумный вдох, за которым последовал тихий кашель. Не курила всего сутки, и уже непривычно чуть ли во все лёгкие затягиваться. — Мы справимся, — она вздрогнула, когда Женины руки пролезли под футболку и обняли голый живот. И когда подойти успел, бесшумно ходящий, а ещё и бессовестный котяра?! Дана задрала голову, встречаясь с внимательно-насмешливым взглядом Жени, и позволила себя поцеловать, думая, что счастье — это, наверное, вот так не сомневаться, что он защитит от каждого, кто полезет к ней и в сети, и в реальной жизни.