Запретный плод.

Прошло пару дней и Екатерина до сих пор не придумала как ей расположить к себе турков. Ей показалось, что императрица просто издевается над ней и легче будет родить от Петра. В тот день, когда весь дворец готовился к приезду важнейших гостей, Екатерина подбирала платье и причёску, стоя перед большим зеркалом в своей комнате. Фрейлины крутились вокруг своей госпожи, то подправляя подол пышного кремового платья, то пудря ей носик, то закалывая ещё одну невидимку ей в волосы. – Матрёна, – вздохнула Екатерина, обратившись к своей самой верной служанке, – как мне очаровать турецкого султана? Златовласая миловидная фрейлина посмотрела на свою госпожу добрыми сияющими глазами и улыбнулась. – Вы знаете несколько языков, разбираетесь в литературе и науке, интересуетесь историей. Кроме этого Вы просто очаровательны. Разве может кто-то устоять перед Вами? Будь я мужчиной, то непременно влюбилась бы в Вас. Екатерина перевела взгляд на своё отражение и вздохнула: – Как видишь, кто-то может устоять передо мной, – грустно сказала она, намекая на Петра. Приготовления были закончены, дворцовая элита выстроилась в два ряда, создав коридор, по которому должны пройти долгожданные гости. На троне восседала императрица, по правую сторону от неё племянник Пётр, а слева Екатерина. Обе были заметно напряжены, императрица Елизавета Петровна переживала не меньше Екатерины Алексеевны. Подданые тоже были не совсем спокойны. Только князь Пётр был невозмутим, вертя в руках оловянного солдатика. Казалось, что ему вообще неинтересно происходящее вокруг. – Султан Селим Хан Хазретлери! Правитель Великой Османской Империи! – провозгласил громкий голос и массивные деревянные двери распахнулись, после чего появился мужчина в сопровождении черноволосой женщины. – Убери свои игрушки, Пётр, – сквозь зубы процедила императрица, дежурно улыбаясь туркам. – Это его супруга? – тихо шепнула Екатерина, смотря как к ним направляется невысокого роста миниатюрная брюнетка в ярко-алом платье, обшитое драгоценными камнями. – Да, Нурбану Султан, – ответила Елизавета Петровна, медленно вставая с трона. – Дорогие гости! Султан был высокого роста, хорошо сложен физически, имел густые рыжие волосы и бороду. По левую сторону шла его супруга, а по правую переводчик. Обе стороны обменялись приветствием и подарками. После чего Елизавета пригласила султана в свой кабинет, притормозив Нурбану Султан и турецкого переводчика, чем вызывала удивление Султана Селима. – Екатерина Алексеевна, – императрица медленно повернула голову к молодой девушке, – владеет турецким языком в совершенстве, поэтому мы не нуждаемся в посторонних людях. Ей я доверяю намного больше. Султан нехотя, но согласился и трое удалились в дальнюю часть дворца. Весь разговор Селим не мог отделаться от назойливого чувства будто он где-то видел уже Екатерину. Ее глаза и улыбка были ему так знакомы. – Извините, – сказал он, как только оба вышли из кабинета императрицы, – я не мог видеть Вас раньше? Она смущено улыбнулась и пожала плечами. – Ваше лицо мне так знакомо, – не прекращал Селим, шагая по дворцу. – Мой отец был турком, может поэтому? – Ааа, – протянул султан, поняв в чем дело. – Тогда мне все понятно. Наверное мы с Вашим отцом были ровесники, Екатерина Алексеевна. Это рассмешило ее. Она прикрыла рот ладошкой и кивнула. Султан убрал руки за спину и мимолётно глянул на Екатерину. – Мечтаю побывать в Константинополе. Это Родина моего отца. – Если надумаете ехать в наши края, то я с удовольствием встречу Вас лично. Они вышли в сад на заднем дворе дворца и спустились по ступеням в сторону фонтанов. Вдалеке стояла Нурбану со своими служанками и ревностно глядела в сторону своего мужа и Екатерины Алексеевны. Ей совсем не нравилась эта молоденькая девица, которая была почти одного возраста с их сыном. – От этих русских можно ожидать чего угодно, – фыркнула султанша, наблюдая как Селим и Екатерина направляются в ее сторону. – Вспомните только Хюррем Султан. Она в один миг переключила внимание Султана Сулеймана на себя, а какая Махидевран Султан была красавица. – Екатерина Алексеевна законная супруга князя Петра III. Она православного вероисповедания. Султан никогда не станет связываться с ней, – пыталась успокоить ее Джанфеда калфа. Нурбану уже была не так молода и прекрасна как раньше и любая молодая девушка вызывала в ней опасения и она тут же считала ее врагом. Умом она понимала, что Джанфеда права. Но взгляд и улыбка Селима не давали ей покоя. Она чувствовала, что здесь может быть что-то не так. – В последний раз он так смотрел на ту английскую хатун, которую привезла Михримах из Англии, – вдруг сказала Нурбану, кривя ртом.