А ты целого мира дороже...

— Ты знаешь, что наш сын подрался? — я ворвалась в кабинет, дверь за мной с глухим хлопком захлопнулась. Сердце грохотало в груди, отдавая в виски острым шумом тревоги. Сев на кресло рядом со столом, я небрежно закинула ногу на ногу, стараясь держать эмоции под контролем, в ожидании реакции мужа. — Лотти, — начал Вилли спокойно, пытаясь загладить ситуацию, — Эль постоянно с кем-то дерётся, это не… — Подрался Александр! — оборвала я резко, голос срезал воздух, отзываясь эхом в тишине. Вилли внезапно замер, на его лице мелькнуло недоумение, будто он не сразу поверил услышанному. — Алекс подрался? С кем? — отодвинув ноутбук, он внимательно посмотрел на меня, щурясь от неожиданности. Мне стало непривычно от того, что впервые устроил драку не Катриэль, а Александр. Я растерялась, пытаясь припомнить детали. — Как я поняла, он защищал какую-то девочку, — нахмурившись, начала вспоминать её имя, словно выискивая слова в памяти. — Верука, кажется. Имя отзывалось где-то внутри, я словно слышала его ранее, но было трудно уловить в вихре событий. — Верука Солт, — наконец щелкнуло в голове, и я сдержанно улыбнулась, будто разгадала загадку. — Что-то знакомое, — магнат задумчиво кивнул и принялся быстро печатать на клавиатуре. Пока Вилли искал информацию, я поднялась и подошла ближе, вставая за его спиной. Взглядом скользнула по открытому на экране тексту. — Ореховая корпорация Солта, — проговорил он, как для себя, — почти коллеги. — Усмехнулся, закрывая вкладку. — Ты так и не рассказала про драку, — добавил он, повернувшись ко мне. Я вздохнула, садясь к нему на колени, чувствуя тепло и поддержку. — Мне особо ничего не объяснили, — призналась, — но, насколько поняла, кто-то из параллельного класса начал задирать Веруку, и Алекс за неё вступился. — А с ним всё в порядке? — голос Вилли стал тихим. Он бережно взял мою руку в свои ладони. — Синяк на лбу, — ответила я, успокаивая его, — а так вроде всё нормально. Вилли задумчиво стал постукивать пальцами по моей ноге, перебирая варианты в голове, пока не спросил: — Как думаешь, через сколько Алекс приведёт её к нам знакомиться? Я хмуро взглянула на него и возмущённо выдохнула: — Вилли! Им всего по девять лет! — голос прозвучал на грани шутливого удивления и серьёзной тревоги. Он чуть улыбнулся и начал было что-то рассказывать о себе в таком возрасте, но разговор прервался стуком в дверь. Секунда — и в кабинет вбежали близнецы с Изабеллой, глаза у них были широко раскрыты, лица насторожены. — Когда вы приходите втроём, — сказал Вилли, пристально осматривая троицу, — это явно не к добру. — Что-то случилось? — я насторожилась, хотела встать и подойти, но Катриэль начал говорить первым. — В общем… — он открыл дверь, стоя в тревожном молчание. Александр и Изабелла опустили головы, пытаясь спрятать что-то важное. В этот момент в кабинет стремглав вбежал Джек, покрытый зелёной краской. — Твою мать! — не сдержался Вилли, когда пёс ураганом пробежал по кабинету, прыгнув на нас. — А вторая собака где? — С ней всё хорошо, она чистая и спит, — ответил Эль с поникшей головой. — А Джек бегал так сильно, что на него вся краска упала. Я ошарашенно смотрела на пса, чьи шёрстка и уши теперь сияли кислотным оттенком. А затем посмотрела на себя и мужа. Теперь мы были точно также покрыты кислотой краской. — Видимо, — с усмешкой сказал он, — теперь нам придётся отмывать не только Джека, но и себя. Он взглянул на меня, и легко ухмыльнулся: — А тебе идёт зелёный. Дети рассмеялись, глядя на наши испачканные лица. — А тебе не очень, — тихо подметила я, улыбаясь в ответ.

***      

— В пятницу после школы нас заберут дедушка с бабушкой, — спокойно сообщил Алекс, удобно устраиваясь на кровати. Рядом с ним Катриэль чуть наклонил голову и кивнул в знак согласия. Вилли отвлёкся от разговора с отцом и спросил, поедет ли с ними Изабелла. Я молча заплетала дочке волосы, тихо наблюдая за этой живой детской сценой. — Да, — подтвердил Эль, снова кивая. — Дедушка пообещал нам мороженое. Вилли удивлённо приподнял брови, а затем, не веря, озвучил своё возмущение в трубку: — Ты мне в детстве ничего подобного не позволял! Слышался тихий смешок на другом конце провода и ответ: — Ты мой сын, а они — мои любимые внуки. Вилли обескураженно закатил глаза: — Значит, я даже не любимый сын? Ранишь меня в самое сердце, отец! — и, переходя на шутливый тон, добавил, — Я маме всё расскажу. Я улыбнулась, ощущая теплоту этой семейной перепалки. — Ладно, понял, — попрощавшись с отцом, Вилли повернулся к нам: — Не могу поверить, мне в детстве по башке, а им — мороженое! Александр захихикал, глядя на отца: — Тебе же сказали, что мы любимые внуки. Катриэль поддержал брата, прикрывая рот рукой, пытаясь не рассмеяться. — Долго ещё? — с трудом спросила Изабелла, явно устав. Я закончила плетение, улыбнулась и отпустила её к братьям: — Можете идти, только аккуратней, чтобы без происшествий. - Мам, когда у нас были происшествия? - Алекс подхватил сестру на руки, и они направились к двери, а я лишь устало закатила глаза. Когда дети ушли, Вилли подошёл ко мне, нежно обнимая за талию — прикосновение заставило по коже пробежаться приятную дрожь. — Значит, выходные проведём вдвоём? — его голос был тихим, наполненным теплом. Я повернулась к нему лицом и встретила его взгляд — глубокий, тёплый, полный той самой нежности и искренности, что пронеслась сквозь годы. Вилли смотрел на меня так же, как в самом начале наших отношений — с восхищением, будто видел во мне что-то необъяснимо особенное. — Тогда полетим во Флоренцию, — предложил он с лёгкой мечтательностью. — Там давно не были. Он наклонился и мягко коснулся моих губ, улыбаясь. — Мы были там пару месяцев назад, — напомнила я, чуть улыбнувшись. — Тогда с детьми, — продолжил он, — а теперь только ты и я, итальянские вина и ощущение, что снова одни, свободные от забот родительства. Вилли прикрыл глаза, погружаясь в свои фантазии. Я слегка стукнула его по лбу, возвращая в реальность: — Уже нафантазировал? Надеюсь, в твоих грёзах нет четвёртого ребёнка? Он загадочно улыбнулся: — Кто знает, Лотти, кто знает…