Мой великий музыкант...

Себастьян доиграл произведение до конца. Сделал ли он ошибку, он не знал, так как перед глазами снова была та сцена. Все внимание он сконцентрировал на мимолётной фантазии. — Идеально. Ни одной ошибки. Повторю ещё раз, вот что делает воспитание. Можешь же когда, доведешь отца до белой ручки. Молчание. Густав решил погонять его по вопросам. — В альтерированном мажоре при движении вниз… — Понижаются VI, II ступени. — В хроматической минорной гамме при движении вверх повторяются все ступени, кроме… — I, V — точно и правильно ответил Себастьян. — В строении какого из вводных септаккордов больше малых терций? — В Ум VII 7 — об этом ему долго рассказывал Чес. Пригодилось на самом деле. — Сколько других энгармонических вариантов замены имеет звук «fis»? — Два. — Хорошо, теорию ты знаешь, а что на счёт практики? Сыграй своего любимого Баха. Себастьян стал играть. Снова перед глазами опять это сцена, Чес, Лорди и другие участники группы. Парень даже не слышал, что играет. Просто играл на автомате и все. Только огни сцены и звук барабанов, акустических и бас гитар. Произведение подходило к концу. Вдруг резкая боль в спине заставила его очнутся и вибрато получилось смазанным. — Немного испортил вибрато — недовольно сказал Густав. Себастьян взял скрипку и смычок в одну руки и приготовился к наказанию. — Дальше. Играй дальше. «Что? Он не стал меня бить? Странно. Может быть главное наказание ещё ждёт меня? Хотя очень не хотелось бы… Так устал от всего этого. Спать хочется…» Думал Себастьян. Наконец и это произведение. Подошло к концу. — Снова не одной ошибки? Хм… Удивляешь. Не уж то и вправду исправился? А? — Просто играю — ответил Себастьян. — Ну хорошо. Так бы сразу. Пока урок не закончен, я установлю новые правила. Из этого дома ты больше не выйдешь. Никуда. Насчёт твоей консерватории я подумаю. Если твоё поведение будет подобающим, то может быть ты пойдешь туда в сентябре. Проверять комнату я буду не 2 раза в день, а 3. Чтобы ты уж точно ничего там не прятал. Двери в комнату закрывать не смей. Ложишься спать ровно в 21:00. На этом все. На сегодня урок окончен. Ты допустил всего лишь одну ошибку, поэтому хвалить тебя рано. Все, ты можешь идти. — Хорошо, отец, спасибо за урок. Было приятно провести с тобой время — безэмоционально сказал Себастьян. «Может быть, отцу тоже не хватает моей любви, тогда надо тоже говорить ему что-то приятное. Если я буду с ним по-доброму, то и он тоже будет со мной по доброму. Относись к людям, так как хочешь, чтобы относились к тебе - золотое правило, может быть, следуя ему я изменю свою жизнь? Все может быть…» Подумал Себастьян выходя, из класса. Он никогда ещё не благодарил отца за уроки, но за счёт того, что он не получил сегодня линейкой, настроение приподнялось. Густав изогнул бровь, но так ничего и не ответил. Зайдя в комнату, Себастьян присел на кровать. Дверь он больше закрывать не мог, поэтому чтобы не казаться странным, он взял книгу и стал думать. Ведь если бы он просто сидел на кровати и смотрел в пол, то привлек бы внимание, а этого хотелось меньше всего. «Вот и лето пролетело. Его я запомню на всю жизнь. Оно было самым лучшим! А КАК ЖЕ ЧЕС?! Я ЕГО НЕ БРОШУ! Надеюсь, что он поступит в консерваторию в сентябре. МОЙ НАРУЖНЫЙ ТАЙНИК! Я не писал в дневнике о том, где он находится. Даже Чес о нем не знает. Никто о нем не знает. МОЯ ГИТАРА!!! Возможно, я не все потерял. Как-то можно теперь все вернуть? Обратно. Надо было уходить из дома, а не возвращаться, хотя что бы я делал? Сидел на шее друга, у которого и так забот и без меня полно: денег мало, места тоже, проблемы с матерью. Ещё бы и я свалился на его голову, но мне так хочется играть на сцене снова. Почему когда я представлял ее, то не допустил ни единой ошибки в игре? Странно… А как же концерт? Без меня группа не сможет играть! Как же я всех подвёл. Что скажет Лорди, Боб, а Чес? Я всех подставил! Наверное правду отец говорит, что я выродок и ничтожество! Может что-нибудь можно придумать? Я не могу вот так забыть все это. Друг, гитара, музыка, другая музыка, она дала мне столько эмоций! Я хочу испытать их снова, снова и снова! Опять! Я хочу ещё! Теперь мне остаётся только хранить это воспоминание у себя в памяти, мне нельзя забыть, если я позабуду это, то как жить дальше? Теперь мне даже из дома выйти нельзя. Убежать тоже не получиться — на окнах решётки. Все, я обречён…» В комнату вошла Лидия и оборвала ход его мыслей — Что? Досталось вчера? — злорадно спросила она. Себастьян поднял голову и девушка увидела его лицо. — Как видишь. — Что с глазом?! — Зачем вы все это спрашиваете? Мне надоел этот вопрос. Ну лопнул сосуд, с кем не бывает? — Ни с кем не бывает! Знай, не я тебя предавала. Он сам решил проверить комнату и увидел какую-то верёвочку, дёрнул за неё и все. — Я тебя не виню. — Я говорю о будущем. — Лидия, если у тебя нет ко мне никаких вопросов, то иди. Мне и без твоих злорадств плохо. — Вообще-то, у меня к тебе дело есть. Я мазь принесла. — Зачем? — Захотелось! Что бы ты спину намазал, логично же! — начала злиться Лидия. — Раны, которые получил во время наказания нельзя мазать. Мне ещё больше достанется… — — Ну так, ты не рассказывай никому! — перебила Лидия брата. — Нет, спасибо, мне негде ее спрятать. Если отец найдет мазь при осмотре комнаты, то мало мне не покажется. — Я уверена, что если так будет, то ты конечно же свалишь все на меня! — Нет, Лидия, даже не планировал. Девушка положила тюбик на кровать и пошла в свою комнату. — Спасибо большое, Лидия — крикнул ей вслед Себастьян. — Пожалуйста. «Зачем она принесла мне мазь? Значит, беспокоиться обо мне? Наверное это так и есть. Приятно, что она тоже волнуется за меня. Нужно её спрятать, срочно!» Себастьян расстегнул рукав рубашки и закрепил мазь на рукаве, таким образом, чтобы она не упала.Он вылетел из комнаты и помчался в ванную. По пути в коридоре он встретил отца. — Что за спешка, Себастьян?! — раздражённо спросил он. — Захотелось в туалет. Густав ничего не ответил, лишь косо на него посмотрел. Парень забежал в ванную и заперся на щеколду. «Так надо ее куда-нибудь спрятать. Под той старой плиткой не вариант, отец знает, что она отошла, под батарею отопления тоже, так как слишком горячо. Хммм… Может быть потолок?» Себастьян поднял голову, но на потолке не было даже самой маленькой щели, чтобы спрятать хоть что-то. Он снова стал размышлять. «Надо прятать там, где видно. Обычно когда что-то стоит на видном месте, то этого не замечаешь.» Он подошел к зеркалу. Под ним находилась тумбочка на которой лежали пренадлежности для гигиены: мыло, зубной порошок и щетка и так далее. «Если положу прямо на тумбочку, то это будет слишком видно. Хммм… Может за зеркало? Тут как раз щелка есть.» Себастьян засунул мазь между стеной и зеркалом. «Теперь каждый день после душа, буду намазывать спину. Приятный подарок от Лидии. От кого, от кого, а от нее не ожидал.»