Кофе 3 в 1.

—Алёнка! — буквально валит с ног девушка бендую Швец, накинувшись на неё с объятиями. —Господи, ты совсем не изменилась. — смеётся Швецова, прижимая подругу к себе. Всё же соскучилась. —А ты стала только краше. — Ангелина взъерошила рукой красные волосы под недовольное: "Геля, блять!". Она улыбается своей красивой улыбкой, утягивая Швец в сторону парка. — Ты надолго приехала? —На неделю. Потом вновь в Москву. — "Ангел" внимательно слушает, посильнее укутавшись в надутую куртку. Апрель был до ужаса холодным и свирепым, недавно даже снег шёл. Алёну всё устраивало, холод куда ближе её душе, чем невыносимая жара и зной. Саша же вечно жаловалась, что устала от метелей и ветра, и как же она жаждет начало лета. Девушки решили для начала пройтись по знакомым улицам, потом зайти в магазины, ну а в конце в излюбленную сашину кофейню, опять же пить кофе за счёт его владелица, за что Алёна вновь получит пиздюлей, но Горбачёва давно уже привыкла. Эти самые пиздюли можно предотвратить одной фразой: "Сашенька, я тебя так люблю", и девушка резко успокаивается. А если они вместе выйдут покурить, то от конфликта и следа не останется. —Как работа? — разбавил тишину голос Ангелины, которая отчаянно прятала руки в карманах, так как пальцев она уже не чувствовала. —Хорошо, ко мне там прекрасно относятся, зарплата большая. — когда девушки общались через интернет, то тема алёниной работы обычно не затрагивалась. Чаще сама Швец расспрашивала про работу в ментовке, как у неё там с наркотой и сколько преступлений она уже раскрыла. Врать Алёна не любит, но умеет. —А Саша как? В новую кофейню устроилась? — и про Сашу Алёна тоже рассказала. Мол, так и так, любим друг друга, переехали вместе, живём. Ничего более не говорила, сама Саша не разрешала, потому что Швец могла ляпнуть чего - нибудь лишнего. Из-за чего для Гели Горбачёва оставалась таинственной Сашкой, которую она видела один раз в кафе. —Да, где-то почти в центре. Я пару раз только там бывала, времени почти нет. — сказала Алёна, сразу предотвращая все расспросы про кафе. Геля иногда слишком любопытна, но Швецову эта черта даже умиляет. Гуляя по заснеженному парку и болтая на какие-то очень разные темы, от пива до искусства я так недавно с подругой распизделась, зато она показала мне картины Моне и Швец почувствовала, что таких прогулок ей действительно не хватало. В Москве она общалась с парочкой коллег, но друзей заводить не стремилась. Горбачёва часто твердила, что в этом девушка не нуждается и у неё всегда есть она. Это были порывы ревности и собственничества, которые напрягали, но Швец не желала конфликтов, поэтому и не перечила. Но в ответ Алёна устраивала сцены такой-же ревности к кому бы то ни было. Поэтому их отношения имели такую идиллию. Геля то и дело проклинала холодную погоду, мыслями находясь на тёплых островах, где вечно солнце и покой. —О, я ездила недавно на Шри-Ланку, там так классно. — сказала Ангелина, вспоминая как прекрасно провела свой прошлый отпуск. — Там такие красивые люди, а девочки какие. —Ты об одном и думаешь. Там, наверное, виды красивые? — черноволосая активно закивала, рассказывая, как она каталась на слонах и побывала в одном из лучших аквапарков. Алёна прошлым летом тоже была за границей, правда поехала она не на моря или острова, а в Германию. Саша очень хотела показать девушке хоть маленькую частичку мира и Швец, даже не думая, выбрала именно Германию. Для неё эта страна невозможно красивая, язык у немцев совсем не грубый, а необычный и интересный. Те две недели вдали от дома, среди красивых людей и домов Швецова чувствовала себя самой счастливой в этом мире. —Я хочу и с тобой съездить куда - нибудь. Куда бы ты хотела? — неожиданно спросила Ангелина, из-за чего Алёна сильно задумалась. —В Мексику хочу. Там архитектура интересная и праздники у этих людей необычные. Накоплю денег и поедем. — улыбается красноволосая, укрывая нос в тёплом шарфе, зная, что это маловозможно. Удивительно, что они общаются до сих пор, но и это скоро закончится. Почему то девушка думает именно так. —Тогда поедем в Мексику. В какой - нибудь город рядом с океаном. И архитектура красивая, и океан с пляжем. Идеальное место. — именно об этом нужно думать в холодном апреле, никогда прежде девушки не мечтали о чём-то более прекрасном. Швец даже заулыбалась от таких громких слов. И даже надеялась на то, что когда-то она посетит чудесную страну с любимой подругой и всё в их жизни будет хорошо. Но реальность быстро напоминала о себе порывами злого ветра и новой метелью, которая сбивала девушек с ног и накрывала снегом с головой. Было принято общее решение провести остаток дня у Алёны дома, чтобы их окончательно не унесло в Абакан. С ужасной видимостью и слабыми попытками укрыться от бури, закутавшись в одежды, девушки добрались до квартиры Швецовой примерно за полчаса, отморозив все конечности и два раза чуть не потерявшись. Но Швец продолжает любить холод, несмотря на всю его недружелюбность. Куртки были повешены на сушилку у окна, хотя так они точно не высохнут, две кружки горячего кофе стояли на столе, а Ангелина и Алёна грелись в пледах и подъедали последние сладости в этом доме. —У тебя очень уютно. Мне нравится. — Швец вспомнила, что до этого никогда не приводила подругу в гости. Они обычно проводили время на улице, а потом она уехала. —Здесь было лучше два года назад. Сейчас здесь всё максимально пусто, я еле привела всё в божеский вид. —жаловалась на тяжёлую учесть Швец, пока Геля с интересом рассматривала кухню - гостиную. И правда, квартирка очень пустовала. На месте, где явно должен стоять телевизор, он отсутствует, полки также пусты. Сильно пахнет хлоркой — это Алёна пару дней назад мыла полы от многочисленной пыли. Дядя же обещал ухаживать за квартирой, но тут даже кактусы бы завяли, если бы Швецова не забрала их с собой в Москву. —Ой, — вскрикнула Ангелина, когда до её ног дотронулось что-то пушистое и живое. Посмотрев под стол, она увидела маленькое чёрно-белое чудо, явно изучая незнакомую девушку. — Это Жужа? —Да. Неугомонная кошка, но люблю её, как дочь. — Геля взяла котёнка на руки и принялась чесать за ушком, на что животное ответило громким мурчанием и довольным закрываением глаза. — Жужа, это называется измена. От мамки сразу к незнакомой тётке побежала. —Я знакомая тётка. Она чувствует, что у меня хорошая энергетика. — котёнок устроился на чужих коленях, так как тоже замёрз бегать по холодному полу. Через минут пятнадцать она спрыгнула, когда прозвучал громкий хлопок входной двери. Побежала встречать вторую мамку. —Алён, ты чего дверь не закрываешь? Тебя цыгане спиздят. — проходит в помещение Саша и видит Ангелину, сидящую за столом в большом пледе. Горбачёва улыбнулась, поздоровалась, но на Алёну устремила недовольный взгляд. Девушка гостей не любит. —Мы гуляли, а там метель опять началась. Геля посидит немного, потом я довезу её до дома, хорошо? — Швец недавно получила официальные права и теперь частенько каталась на любимой сашиной Bently, а Горбачёва вечно хваталась за сердце и говорила, что до двадцати пяти не доживёт с алёниными выкрутасами. —Конечно, — темноволосая добродушно улыбнулась и поставила чайник, дабы налить себе чай. — Там такая холодина, я чуть не померла. —А я говорила, теплее одеваться. А ты знай в своём свитере попёрлась, он ж нихуя не греет. — бубнила себе под нос Алёна, пока Геля тихо посмеивалась, чтобы не разозлить грозную Александру. Девушка на такие обвинения лишь фыркнула, заставила Швец делать ей чай, а сама завела разговор с Ангелиной. —Как поживаешь? Мы давно не виделись. — Саша включила всё своё обояние, чтобы вытрясти из девушки максимум информации. Швец усмехнулась, поставив перед Сашей кружку чая и усевшись к ней на колени затылком к её лицу. —Неплохо, недавно в отпуске побывала. Ничего нового. — пожимает плечами девушка, утремляя взгляд в кружку. Алёна не больно щипает Сашу за бедро, чтобы та заткнулась и не произносила не слова, но Горбачёва решила иначе. —Ты, кажется, бегала за наркодилерами? Как успехи? — Александра подпирает щёку ладошкой, второй рукой ущипнув возлюбленную в ответ. —Их уже невозможно поймать. Главари уехали, шестёрки делают всё чисто и аккуратно, абсолютно на всё у них есть лицензия. Я даже не стремлюсь к этому. — Швецова подняла глаза на подругу. Врёт. Ангелина вовсе не бросила своё дело по поимке Горбачёвой, а лишь набирается с силами, чтобы вновь удариться во всё это дерьмо. Швец распирало изнутри, дабы не заорать во весь свой голос: "Беги. Не лезь в это!". Но холодная рука на талии напоминала, что она не имеет право так делать. Нельзя предать новую семью ради одной подруги. Горбачёва давно объяснила, что там, где находится Алёна — её новая семья, которой девушка должна отдаваться полностью. И ни один человек не стоит её семьи. Когда погода успокоилась, то Швец довезла подругу до дома, чмокнув в щёчку на прощанье. Зная, что Ангелина дома и не потеряется в каком - нибудь сугробе, Алёна могла спокойно выдохнуть. Руки сжимались на непривычно большом руле Mercedes-Benz , а габариты автомобиля заставляли постоянно оборачивается, дабы не врезаться в другую машину, что она может сделать с лёгкостью со всей своей неуклюжестью. Всё же её душе ближе маленькие автомобили, они куда удобнее и красивее, чем те, которыми гордятся закомплексованные дядечки. На улице начался град, когда Алёна уже зашла в квартиру, учуяв свежий запах сигарет с самого порога. —Почему ты куришь в квартире? — Швец зашла в гостиную, где на диванчике развалилась Саша с сигаретой в одной руке, а в другой — бокал вина. —Захотелось. — огромные зрачки насторожили, а остатки белого порошка прямо на столе вызвали тихое и отчаяное: "Блять". Саша никак не реагировала на алёнины попытки убрать остатки наркотика, лишь бесцельно смотрела в белый потолок с трещинами, думая, какие же они несуразные и смешные. —Нахуя? Саш, ты употребляешь каждые три дня. Это зависимость. — говорить было бесполезно. Горбачёва чуть ли не засыпала, расслабленно допивая бокал вина и потушив в нём окурок сигареты. — Я уехала на пару минут. За что ты так со мной и своим организмом? — Швец кинула в неё пледом, закрывая довольное лицо. Сейчас она ненавидела это выражение, оно вымораживало и заставляло разрыдаться. Алёна ненавидит наркотики. Горбачёва заснула спустя час, что-то несвязно бормоча. Всё это время Швецова сидела на полу рядом, не дай бог, а Сашей что-то случится. Она не видела сколько та приняла, поэтому тревожное чувство того, что её возлюбленная может поймать передоз, а ловила она их регулярно, не покидало. Раз в несколько недель, а если месяц выходил праздничным, то куда чаще. Саша не могла контролировать дозы, до сих пор не может, потому что вечно ей мало, постоянно хочется больше. Алёну это пугает. Рано или поздно, но она не успеет спасти её, Горбачёва может сдохнуть в одном из клубов в один вечер. Она уже мало похожа на ту прежнюю Александру, в которую безвозвратно втюрилась девятнадцатилетняя Швец. Её щёки впали, глаза постоянно имеют лопнувшие сосуды, сама она худая - худая, что даже страшно смотреть. Швецова открыла дверь балкона, чтобы в квартире стало свежее, накрыла Сашу поплотнее в плед. —Я же люблю тебя, наркоша ссаная. —шепчет Швецова, чувствуя, как ноги начинают неметь от холодного воздуха, проникающего в помещение. Саша поморщилась во сне, натягивая плед до носа. Голубые глаза наполнились слезами. Как же она сейчас никчёмна перед этой девушкой.